Вдвоем

Забинтованное крепкими повязками детское лицо крепко прижимается к груди спасителя. Частое, но успокаивающее сердцебиение слышится даже сквозь толстый слой одежд костюма Фестивального Бога. Толпа оправилась от шока всего несколько секунд назад. Отовсюду слышатся аплодисменты и ликования простого народа – их будущий государь, Наследный принц Се Лянь спас маленького мальчика, что уже готовился разбиться от падения на твердый материал дороги главной площади. Спустя несколько мгновений принц легко гладит мальчика по спутанным черным волосам и спрашивает своим неимоверно приятным мужским голосом: –Ты не ушибся? Мальчишка наконец отрывает голову от одеяний и смотрит на своего спасителя. Он ещё не знает, как отличить плохое от хорошего, белое – от черного, но единственное, что заполняет все его мысли в тот момент, когда он глядит в медово-карие глаза напротив – это то, что обладатель этих глаз красивый. Правда, очень красивый. Принц улыбается, и отчего-то малышу делается совсем неловко. Он снова зарывается личиком в складки белого ханьфу, а его руки ещё крепче вцепляются в ткань костюма. Он ещё не знает, что так и не сможет выкинуть из памяти мягкую улыбку, нежный взгляд неимоверно прекрасных глаз и такой успокаивающий голос. Пока не знает. Се Лянь снова вздыхает, и снова делает это про себя. На лице же его – та самая вежливая улыбка, угасающая каждый раз, когда почетные гости бала заканчивают с приветствиями и уходят вглубь большой залы. Парадный костюм кремового цвета с узорами из золотых нитей сидит как влитой, и оттого становится ещё более неуютно. Принц хочет наконец удалиться к себе в покои и сменить чересчур пышные для него одеяния на просторные белоснежные, которые королевская семья в шутку называет «монашескими». Ну и пусть. Думает о том, что монахом бы ему пошло быть больше, чем королем, и позволяет себе легкую ухмылку. Принц напрягается всем телом, стоит ему услышать звук королевского горна. Он знает, что сейчас будет. Готовился. Не физически – с танцами никогда проблем не возникало, скорее морально. –Дамы и господа! Королевский бал, посвященный выбору Наследным принцем спутницы своей жизни можете считать открытым! Се Лянь еле удерживается, чтобы не придержать лоб рукой. К чему официальное объявление названия мероприятия королевского дворца, если вся знать и так понимает, ради чего нынешний король устраивает это празднество? Небольшой камерный оркестр, располагающийся на небольшом выступе около входа в залу, начали играть легкую танцевальную мелодию – не слишком навязчивую для тех, кто хочет поговорить за трапезой, но достаточно мелодичную для пар, что собираются провести вечер в ритме вальса. Принц медленно поднимается с покрытой драгоценными самоцветами королевской кушетке, приковывая к себе бесконечное количество заинтересованных и заинтригованных взглядов наряженных дам. С такой же легкой улыбкой окидывает гостей взглядом – не слишком долгим, но и не чересчур быстрым, старательно создает ощущение важности каждого присутствующего здесь. Музыканты переходят от легкого мотива к более ритмичному и веселому. Дамы и господа, наконец, отводят взгляд от Его Высочества, некоторые молодые люди уже вышли в центр комнаты, кружась в незамысловатом танце. Постепенно весь зал начинают заполнять пары всех возрастов. Кажется, эту атмосферу беспечного веселья можно потрогать пальцем. Над толпой проносится изумительный вздох – Се Лянь берет в свою ладонь тонкую женскую руку в белой перчатке, слегка склоняет голову перед обомлевшей от такой чести девушкой, будто просит разрешения на танец: –Юная дева, позволите ли вы мне забрать у вас первый ваш танец на этом вечере? Девушка судорожно кивает, попутно оглядываясь на чуть ли не пищащих от восторга родителей. Его Высочество кладет одну руку ей на талию, второй аккуратно придерживает изящные пальцы. Из уст молодой госпожи непроизвольно вырывается рваный вздох. Принц делает вид, что не услышал. Его самого эти церемонии смущают не меньше, но нужно сохранять благопристойный вид настоящего кавалера. Они умело переставляют ноги, кружась в легком танце. Пары непроизвольно расступаются перед ними, не могут заставить себя отвести взгляда от столь прекрасной картины – нежная женская рука, облаченная в тонкую газовую ткань, лежит в такой же изящной, но мужественной и уверенной. Принц старается не обращать внимания на взгляды вокруг и решает разрядить обстановку между ним и девой светской беседой об отвлеченных вещах. Только это ему совсем не удается – девушка от страха и смущения запинается, после чего отводит глаза в неловкости. Се Лянь все понимает, поэтому остаток мелодии они вальсируют молча, то и дело слыша горячие обсуждения происходящего гостями. Музыка заканчивается. Его Высочество отпускает руку, снова кланяясь даме напоследок. Кое-где начинают раздаваться аплодисменты, но тут же стихают. Не стоит молодых заставлять смущаться ещё более. Новая мелодия – новый танец. На этот раз звучание спокойное, почти интимное, рассчитано не столько на яркие движения тела, сколько на душевный разговор между танцующими. Се Лянь снова берет женскую руку в свою. Рука без перчатки, но в дорогом украшении: тонкая серебряная цепочка стекает от среднего пальца к запястью, закрепляясь на нем искусно выгравированным браслетом. Снова слышится восторг родителей, когда принц притягивает девушку к себе. Танец тягучий, словно карамельная патока. Девушка оказалась весьма разговорчивой и интересной – за время их вальса они успевают и посмеяться, и слегка поспорить на тему гравюр известного в те времена мастера. Дама считала, что крестьянские сюжеты его произведений скучны и нелепы. Се Лянь же искренне недоумевал, как можно невзлюбить такие живые изображения народных праздников и быта государства. Они останавливаются, когда настроение музыки сменяется вновь. Принц вновь склоняет голову, дама тоже полушутливо кланяется в ответ. Следующие танцы проносятся один за другим. Се Лянь уже не может сосчитать и вспомнить, сколько женских рук держал в своих ладонях за этот вечер. Были руки и светлые, и слегка смуглые, тонкие и грубоватые. Единственное, что объединяет их – женственность, нежность и неуверенность, что проявляется в дрожи пальцев во время танца. Гости уже вовсю развлекаются, отовсюду слышится полупьяный смех, громкие разговоры и светские беседы. Толпа ещё на пятом по счету танце перестает непрерывно следить за движениями Его Высочества и сосредотачивается на веселье и кушаньях. Се Ляню удается вырваться с середины залы и приютиться в самом углу, откуда на него мало кто обращал внимание. Он старается перевести дыхание от продолжительных пируэтов, наливает себе пиалу прохладной воды и опрокидывает в себя. Прохлада приятно окутывает тело. Принц слегка прикрывает глаза, давая им недолго отдохнуть от яркого света зала. Он стоит неподвижно в таком положении продолжительное время. За окном давным-давно наступила глубокая ночь, но в зале создается впечатление, будто природа решила продлить день для людского веселья. Тот угол, где стоит Се Лянь, свечи главных хрустальных люстр не затмевают ослепительно-ярко. Слабое освещение здесь создается благодаря нескольким подсвечникам, что располагаются на небольшом столике с закусками.

Earned It - The Weeknd Внезапно звуки примитивной музыки сменяются томным и игривым, но оттого волнующим сердце мотивом. Се Лянь даже непроизвольно распахивает глаза – звучание необычное и безумно прекрасное. Вслушиваясь в протяжные ноты скрипки, принц приходит к выводу, что мелодия отнюдь не здешняя. «Красиво» Принц снова прикрывает глаза, наслаждаясь играющей композицией, и вновь распахивает их, когда слышит голос вокалиста, сопровождающего мелодию несомненно приятным баритоном. «Это… Песня?» Песни безумно редко звучали на такого рода вечерах. Но эта так легко и совершенно правильно вписалась в царящую здесь атмосферу, что никто даже не заикнулся про то, что она была излишней. В тот самый момент, когда Се Лянь все ещё пребывал в легком шоке, его сердце внезапно подлетает к самому потолку. Чья-то рука аккуратно ложится на его талию. Достаточно тяжело, чтобы понять присутствие человека рядом. И одновременно достаточно легко, чтобы в любой момент у принца была возможность отстраниться. Се Лянь стоит, не в силах пошевелиться и посмотреть на столь дерзкую в своем поступке даму. Опускает взгляд вниз, на бережно придерживающую его талию руку и застывает. Рука безумно крепкая, с мозолистыми подушечками пальцев. Ладонь широкая, но утонченная. Кажется, даже ладонь принца сможет умоститься в ней, и ещё останется место. Длинные тонкие пальцы едва-едва касаются его парадных одежд. На среднем пальце не изящное кольцо или цепочка – тонкая красная нить, до боли простая, и оттого ещё больше притягивающая внимание. Видеть такую простоту на столь пышном для Се Ляня вечере – как глоток свежего морозного воздуха после долгих лет сидения взаперти уютного, но такого удушающего здания. На запястье виднеется край ярко-красных, ослепляющих элегантностью одежд. Нет ни вышитых золотыми нитями узоров, ни дурацких рюш – лишь короткая частая бахрома черного цвета по краю. Рука все так же лежит на его талии, будто ждет, что его оттолкнут. Се Лянь в это же время понимает. Не женщина. Мужчина. Дыхание от этого факта почему-то прерывается. Столь необычный для праздного бала стиль одежд завораживает, потому Се Лянь не спешит убирать руку. Он медленно поднимает голову, желая наконец увидеть хозяина красной грубой нити на среднем пальце. Стук. Сердце пропускает пару ударов. На него смотрят черные, бездонные и невероятно притягивающие взор глаза. Кажется, принц может увидеть свое собственное отражение в глубине расширенного зрачка. Вернее, один глаз. Второй закрывает длинная челка, ниспадающая темным мазком на часть бледного лица. Длинные черные волосы собраны в высокий хвост. Се Ляню безумно хочется наклонить голову и узнать, стягивает ли их такая же черная лента. А может, и вовсе красная? Принц задерживается на губах, и зачем-то отмечает про себя, что вот эти – то, что нужно. Не тонкие, но и не чересчур полные. Красивые. Последнее, что совсем выбивает из колеи – ажурная тканевая маска черного цвета на глаза. Его Высочеству приходится проморгаться, чтобы хоть как-то привести свой разум в чувство. «Красиво» В голову не лезет ни одной мысли, кроме простого «красиво». Наверное, ему стоило бы убрать чужую руку со своего тела, но отчего-то совсем не хочется. Нарушитель спокойствия видит, что его рассматривают совсем не враждебно, и подает голос: –Ваше Высочество. «И голос красивый. Вот же ж.» –Позвольте мне пригласить Вас на танец. Хотя бы за столь откровенную дерзость. Стоит, ухмыляется самоуверенно, но принц спиной ощущает бешено стучащее сердце собеседника. Се Ляню почему-то весело от всей ситуации. В душе – невесть откуда взявшееся облегчение, тяжелый груз необходимости любезничать со всеми этим вечером словно спадает с плеч. Он прячет улыбку в уголках губ, отворачивается и произносит намеренно напускным тоном: –Не позволю. Человек в маске застывает всего на миг, до того момента, пока не ощущает рукой дрожь живота принца от сдерживаемого смеха. Улыбка снова трогает его губы. –Я настаиваю. Принц разворачивается всем корпусом и заглядывает в глаз напротив, для чего ему приходится слегка приподнять голову. Возвращает дерзкий взгляд и такую же ухмылку. Они несколько секунд смотрят друг другу в глаза, не меняя выражений. Принц не выдерживает первым. Уголок его губ дергается, глаза неумолимо выдают внутреннюю улыбку. Собеседник не сдерживается следом за ним и тихо смеется своим низким мужских голосом. –Ладно, ладно. Допустим, я соглашусь. –Вы уже согласились, Ваше Высочество. Се Лянь и правда уже во время своих слов положил свою руку человеку в красных одеждах на талию. Согласен. Мелодия всё льется, певец умело берет высокие ноты. Они делают первый шаг. Сердце Се Ляня колотится неимоверно. Он без понятия, почему не убрал бледную мужскую руку со своей талии, почему не отпихнул, не вызвал столь непочтенного нахала на дуэль. Нет, он не сделал ничего из этого. Сам протянул руку в ответ, позволяя начаться сущему бесстыдству. Просто… Рука. Изящная, тонкая. Уверенная, с тонкой красной нитью на среднем пальце. Почему-то ни одна хрупкая дамская ладонь не смотрелась в его кистях так же хорошо. Так же правильно. Словно её истинное предназначение - легко сжимать пальцы Его Высочества и увлекать в плавный танец. Азарт захлестывает Се Ляня с головой. Вокруг бесконечное количество лиц. Посмотри хоть кто-нибудь из них сейчас в темный дальний угол – и его репутации придет конец. Что этот человек себе позволяет? Что принц себе позволяет? Двое мужчин неторопливо вальсируют в самом углу зала, смотря друг другу в глаза, будто единогласно решили учинить игру в гляделки. Оба понимают, что уже давным-давно проиграли, но отступать не собираются. Так получается, что принц становится ведомым в их танце. Ступни ног легко переступают по мраморному полу, слегка меняют направление для свободы следующего шага. Его аккуратно, почти бережно придерживают за талию, и тут сердце Се Ляня норовит выпрыгнуть из груди уже который раз за несколько минут. Рука стремительно перехватывает под поясницей, вторая – ложится на спину, прежде чем отклонить тело принца на жалкие градусы от равновесия. Человек в маске от этого танцевального па слегка нависает над ним. Улыбается. У Се Ляня перехватывает дыхание, и он понимает, что взгляд оторвать от темно-карего омута в глазах мужчины невозможно. А дальше музыка становится стремительной, призывающей забыться в полыхающих, наполненных огнем движениях. И Се Лянь отдается танцу. Вдох. Они кружатся изящно, до сих пор никем не замеченные. Принца снова отклоняют, спина прогибается, и он осмеливается обхватить шею напротив. Рваный вдох. Его рывком возвращают на место, прокручивают вокруг себя несколько раз подряд. Голова немного кружится, а руки Се Лянь возвращает на гибкую шею. Снова движение, взмах, поворот. Принца легко приподнимают за талию, кружат совсем недолго. Его Высочеству кажется, что сейчас он чувствует себя свободным, как никогда. Музыка не умолкает. Пара не останавливается ни на миг. «Боже милостивый, когда я успел превратиться в такого безумца?» Он завороженно смотрит в лицо мужчины и не может оторвать взгляда. На короткий миг ему видятся багровые всполохи в глубине зрачка. Принц отказывается верить, что это лишь игра света. Он ведь точно видел, своими глазами! Смотрящему со стороны виделись бы только всполохи белых жемчужных тканей, разрезаемых вспышками красных, ярких, словно кленовый лист в осенний листопад. Они двигаются быстро, стремительно, не оставляя и шанса разглядеть в безумном слиянии красного с белым кого-то отдельного. Мужчина внезапно делает шаг в совершенно другую сторону. Се Лянь слегка поворачивает голову в сторону и неожиданно обнаруживает позади себя огороженный резной аркой проход, ведущий в главный королевский коридор. «Неужели мы успели в танце добраться аж до этого места?» Ещё шаг – и ночной полумрак словно накрывает их черным пологом. Музыка уже почти что не слышна, в темноте они едва могут разглядеть размытые очертания лиц друг друга, но каждый из них уверен – другой не отвел взгляда от него ни на мгновение. Два силуэта кружатся в тусклом свете белоснежной луны. Шаги эхом отражаются от мраморных стен коридора. Кажется, оба давным-давно позабыли о существовании всего остального мира. Они делят на двоих прерывистое дыхание, не в силах отвести взгляда друг от друга. Се Лянь неожиданно хочет остаться в этих минутах навсегда, раствориться в них полностью, до последней капли. Никогда до этого он не чувствовал себя так… особенно. Сердце стучит часто-часто, когда принц осознает, что именно в этих руках впервые ощущает себя так хорошо. Так правильно. Словно вернулся в родной, любимый дом после долгих лет разлуки. Шаг. Поворот. Се Ляня вновь легко приподнимают крепкие руки, кружат его до неприличия долго. Он откидывает голову назад и беззвучно смеется, вдыхая прохладный воздух коридора полной грудью. Когда чувствует, что вот-вот его поставят обратно на холодный мраморный пол, принц с силой упирает руки в плечи мужчины, отчего последний обескураженно замирает. Даже дыхания не слышно несколько секунд. Се Лянь совсем не узнает свой дрожащий голос: –Давай постоим…вот так. Музыка замолкает окончательно. Они тщетно стараются отдышаться так, чтобы другой этого не заметил. Не получается от слова совсем. Его Высочество все ещё в чужих руках, дыхание прерывается, когда он наконец-то спрашивает: –Как тебя зовут? Тихий смешок в ответ на столь неподходящий в таком положении вопрос не заставил себя ждать. –Ваше Высочество, решили познакомиться только сейчас? Потом все же произнес: –Обычно на таких приемах в первую очередь спрашивают не имя, а звание или должность. –Я намного сильнее хочу узнать твое имя, нежели воинское звание или родословную семьи до пятого колена. Се Лянь слышит тихий низкий смех, и его сердце наполняется странной нежностью вперемешку с покалывающим грудь теплом. –Ладно, ладно. Зови меня Сань Лан. «Сань Лан» –Хорошо, Сань Лан. Я думаю, тебе все же стоит поставить меня на пол. –Ваше Высочество так думает? –Абсолютно верно. –Но вы ведь сами попросили меня держать вас в таком положении! Се Лянь вспыхивает, заливаясь легким румянцем. –Ничего я не просил, когда ты такое слышал? –Правда? Видимо, я неправильно трактовал ваш намек. Принц даже замолкает на мгновение, не в силах сказать что-либо в свое оправдание, отчего стремительно краснеет буквально на глазах. Он уже собирается сказать хоть что-то, дабы справиться со смущением, но тут ладонями чувствует, как же сильно трясутся плечи собеседника, старающегося подавить рвущийся наружу смех. –Сань Лан! Короткий переливчатый смех все же вырывается из его уст. –Простите этого недостойного, Ваше Высочество, я вовсе не хотел столь сильно вас смущать. С этими словами он опускает Се Ляня на твердую поверхность. Принц несколько секунд смотрит на улыбающегося мужчину и сам не может не улыбнуться. Наконец, он задает действительно волнующий его разум и сердце вопрос: –Почему же ты пригласил меня? И как вообще оказался тут? Не похоже, что тебе доставляло бы удовольствие находиться на такого рода вечере. Сань Лан нахмуривается, будто задумывается над ответом, поднимает ту руку, на пальце которой повязана красная нить, а затем деловито начинает поправлять идеально смотрящийся узелок. –У меня была отважная миссия на этом балу. Я совершенно точно был обязан спасти Ваше Высочество от чрезвычайно высокой концентрации духов в зале. Боюсь, ещё немного – и вы бы упали навзничь от такого оскорбляющего ваше обоняние запаха. Се Лянь от такого застывает на долгую треть минуты, не в силах произнести ни слова. Глядит на мужчину напротив – тот сохраняет серьезный вид, но потом все равно не выдерживает – и заливается беззлобным смехом. В конце концов, принц не сдерживается и начинает хохотать следом. Впервые в его жизни так много смеха за столь короткий час. И впервые – так много теплого, греющего счастья.