ВОТ ТАКАЯ У НАС ЛЮБОВЬ.

POV (От Автора). ----------------------------- Прошу всех, кто будет читать эту главу, послушать песню из индийского сериала «Как назвать эту любовь?» Иначе — КНЭЛ. Танец Арнава и Кхуши на празднике по случаю сватовства сестры девушки — Паяль. Приятного прочтения, друзья. С индийского переложить слова на русский язык нелегко, я — не поэт, поэтому прошу меня простить, если стихи покажутся вам неахти. Sorry… 🌹 Первая песня написана на мотив "Сестра, твой деверь - сумасшедший", а вторая на известный мотив из КНЭЛ - "Тери, мери". ---------------------------------------------------------------------- ---------------------------------------------------------------------- Кингсли Шеклболт действительно приехал на следующий день, и выдал всем премию за успешную операцию по поимке и полному обезвреживанию бандитской банды «Чёрного глухаря», некоего Хьюго Муссо — чернокнижника, торговца древними и темномагическими артефактами. В свое время, именно он очень помогал некоторым Пожирателям Смерти деньгами, продуктами и одеждой. А теперь Главный Аврор Поттер обезвредил его, уничтожив. Авроры все остались довольны гонораром, который выдал им Министр. Кингсли вызвал после Гарри на ковёр и открыл ему свою волю сделать именно Поттера главой магического Альбиона, но брюнет произнес в ответ: — Спасибо, друг, но я не могу. Во-первых, есть авроры старше меня, мудрее, более талантливее, Кингсли. Ричард Норманд — авторитет для юных и поддержка пожилых. Я жил и учился не в Англии, а за экватором, за много морей и миль вдали от Альбиона. Ребята терпят меня, потому что я — Победитель Волдеморта, Герой войны и все такое, но я для них — мальчишка двадцати пяти лет. Но есть у меня ещё одна кандидатура — это мисс Грейнджер. — Но мисс Грейнджер — девушка, Гарри! Да, конечно, она с отличием закончила сразу три факультета в Академии Авроров, но… — Все парни уважают её, она держит их в узде, в ежовых рукавицах. Гермиона умная, тактичная, красивая, у неё хорошо поставлена речь, что немаловажно для Министра. Думаю, Шеклболт, Грейнджер — тот клад, что вам нужен. Главным Аврором пусть будет Ричард Норманд, а я займу пост руководителя Отдела Тайн. Ты уходишь на покой, обретя свое счастье, но ведь и я хочу обзавестись семьей, Кингсли. — Да успеешь ты ещё жениться на Джинни, Поттер! — возразил Министр Магии. — Мы с Джинни расстались. Она очень уважает и любит, как оказалось, Симуса Финнигана, а я — Драко. — Малфоя? — удивился Шеклболт. — Но ведь он?.. — Только скажи, что Драко — Пожиратель Смерти и недостоин меня, и я вызову тебя на дуэль! — воскликнул экс-гриффиндорец. — Он доказал, что является хорошим парнем, Гарри, но как быть с обществом? — Да насрать мне на общество, Шеклболт! Оно лживое и лицемерное, дружище! — ответил я. — Гарри, но как же Британия будет спать спокойно, если ты не у руля? — вздохнул Шеклболт. — Буду я или нет, Кингсли, но Соединенное Королевство всегда будет, его создал король Артур, а я рядом буду, в Отделе Тайн. Пойми меня, друг, я ведь тоже хочу быть счастливым. — С Малфоем? — С ним, Шеклболт, и только с ним! — утвердительно кивнул Главный Аврор Британии. — Уж не приворотным ли он тебя заворожил? Вы ведь ненавидели друг друга в Хогвартсе, дрались? — все не унимался Министр Магии. — ВОТ ТАКАЯ У НАС ЛЮБОВЬ, но на наши чувства не повлияли никакие внешние зелья или порошки, друг мой, а только любовь! В моем зубе мудрости всегда находится безоар, он всегда даёт мне понять отравили ли меня чем-нибудь. Я точно тебе могу сказать — нет, Кингсли. Ты же нашёл свою любовь в лице Чарли, почему противишься моей в лице Драко? — Да я не против, но будешь ли ты с ним счастлив? Вот что беспокоит меня, — вздохнул Министр Магии. — Я был несчастен без него, Кингсли, — ответил бывший гриффиндорец. На том и порешили. Шеклболт был героем войны, как и Гарри, он бился с брюнетом плечом к плечу в свои сорок шесть лет, а сейчас Кингсли исполнилось пятьдесят два, он почувствовал, что должен стать счастливым хотя бы в преклонных летах, да и кресло уступить нужно более молодым, поэтому он согласился с Гарри и уже через неделю назначил на пост Министра Всеобщей Магии Британии Гермиону Джин Грейнджер, как всеми любимую и уважаемую, умную, деятельную волшебницу-мракоборца, судмедэксперта и колдомедика в одном лице. Гарри пока был оставлен на посту Главного Аврора до лета, чтобы привести в порядок страну, уничтожить разгулявшихся бандитов, переловить оставшихся на воле ПСов, а уж потом передать бразды правления Ричарду Норманду. Драко трудился в Министерстве Магии колдомедиком, периодически спасая авроров, а главное — Гарри Поттера, который постоянно попадал под обстрел, проклятий и заклятий, а также и пуль. Невзирая на то, что Драко дал согласие на свадьбу, но пока у них дело дальше свидания не заходило. Аврор уставал, как и Малфой, который перед Рождеством почти безвылаздно находился в своём больничном отделении. А причина для этого была весомая — участились контрабандитский перевоз через границу из других стран, либо вывоз из Соединенного королевства артефактов, порошков и зелий подпольных. Главный Аврор со своими парнями ловил, перехватывал грузы и контейнеры запретные, но постоянно попадал в руки Малфоя, получив ранение. Драко позволял Гарри целовать себя, но для более интимного общения не поддавался, что безумно выводило Поттера из себя. А тут ещё друзья из Австралии приехали к брюнету, так Малфой вообще зарылся в работу и носа из отделения не показывал, избегая бывшего гриффиндорца и его приятелей из Австралийской Магической Академии Авроров. Парни все красавчики, статные и брутальные, которые то и дело шутили, смеялись и легко влились в Аврорат Британии. Приехали они за три недели до Рождества и всей гурьбой поселились в доме Поттера. Трое из пятнадцати человек были из магглорожденных, прочие — полукровки или чистокровные маги. Гарри пропадал с ними, водил их после работы то в бар, то в клуб, то в магические рестораны. Кингсли перед своим уходом ничего лучшего не придумал, как устроить конкурс между аврорами Австралии, Британии и колдомедиками Министерства Магии. Костюмированные номера с плясками, танцами, показом всего этого на сцене актового зала в Министерстве. Поттеру надоело ходить и просить Драко о встречах, поэтому за семь вечеров до Сочельника Глава магического правопорядка ворвался в кабинет главного колдомедика Министерства Магии и произнес: — Баста, Малфой, я устал! Блондин как раз сидел и записывал в истории своих пациентов то, что он им назначил. — А ты знаешь, Поттер, что у мистера Норманда плечо болит, рука отнимается от того, что поврежден сложным магическим заклятьем пятый позвонок шейный? Он пьёт сильные обезболивающие зелья и делает себе в руку инъекции? — в свою очередь поинтересовался экс-слизеринц. — Нет, я не знал, — стушевался брюнет. — Рич будет в порядке, когда ты его вылечишь? — Он не соглашается на операцию, боится, что останется калекой и его спишут, как говорят моряки — «на сушу», а он без Аврората жить не сможет. — Хочешь, я поговорю с ним? — предложил Главный Аврор. — Ты не умеешь разговаривать с людьми, Поттер, — возразил блондин, — ведешь себя как слон в посудной лавке. Вон, ворвался ко мне без стука, глаза горят бешенным огнём, конечности попытался протянуть ко мне. Ни «здрасьте» тебе, ничего. Слон ты, Поттер, вот ты кто и невежда. Пойдем, вместе поговорим, мистер Норманд сейчас на лечении в кабинете физиотерапии. Говорить буду я, а ты поддержишь. — Идём, Драко, но после того, как навестим Ричарда, мне с тобой поговорить надо. Сегодня, Малфой, и это очень важно. — Неужели, — Поттер? — усмехнулся Драко, но брюнет припечатал парня к стене и обнял бывшего «Принца Слизерина». — Ты чего? Мне нужно к больному, сменить ему зелье и сам компресс. Поттер?.. — Назови меня по имени, Драко, — выдохнул в губы брюнет, — я не могу без тебя, а ты которую неделю избегаешь меня, сторонишься. Пожалуйста… — Гарри, отпусти меня, прошу тебя, — мягко произнес колдомедик и брюнет отпустил его. Войдя в палату физиотерапии, парни увидели спящего Норманда. Обезболивающее зелье очень помогло, плюс Малфой сделал ему укол в руку. Сейчас, под действием электроволн невысокой частоты, он спал и Драко не рискнул его будить. Он только сменил марлю с зельем, переключил аппарат и снова накрыл мужчину тёплым пледом, установив Темпус на двадцать минут. — Пойдем, не будем его тревожить, — сказал Драко и увел Главного Аврора из палаты. Парни пришли в кабинет колдомедика и брюнет снова обнял парня. — Драко, что с тобой, ты охладел ко мне, не хочешь, чтобы мы были вместе? — поинтересовался бывший грифф. — С чего ты взял? — усмехнулся блондин. — Ты не позволяешь мне обниматься тебя, уклоняешься от моих ласк и поцелуев. Что не так, Малфой? — Я видел, как Руперт О’Шрендер обнимал тебя, поцеловав в шею. Разберись со своими друзьями, Поттер. Я не могу иметь что-то общее с человеком, позволяющим целовать себя столь интимно, столь горячо. Я вижу как твои друзья любят тебя, как этот австралиец с корнями ирландца смотрит на тебя. — Малфой, ты… параноик! Видишь того, чего нет на самом деле. О’Шрендер женат, вернее, он замужем за Рикардо Орандо, за аргентинцем, и у них сын, который остался с родителями Руперта в Сиднее. Он — друг мой и не более. — Я не идиот! — взвился колдомедик. — Малфоям не нужны чужие любовники! Малфои — однолюбы. И я не охладел к тебе, хотя и избегаю контакта, Поттер. Я не могу обнимать того, кого постоянно в течение дня лапает так или эдак ирландец. — Драко, у меня ни на кого, кроме тебя не встаёт. Я не хочу никого, кроме тебя, Малфой. Я готов поклясться, что в моем сердце только ты один. Блондин подошел к Поттеру и провел ладонью по его щеке. — Битва танцев и постановок многое решит, Гарри, — ответил бывший слизеринец. — Авроры числом десять против нас — колдомедиков Министерства. Как тебе? Рождество не за горами, малыш. — Он провел по паху Поттера рукой, исторгнув у последнего задушенный стон. — А давай пари? — выдохнул аврор. — Если победим мы, Драко, ты придёшь ко мне. Нет, ты переедешь ко мне жить и мы станем настоящей парой. А если выиграете вы, то я сделаю все, что ты пожелаешь. Как тебе, доктор? — Сделаешь все, говоришь, Поттер? — усмехнулся, прищурив глаза, Малфой. — Все, Драко! — торжественно произнес брюнет. — По рукам, Гарри! — выгнув бровь, ответил вкрадчиво блондин. — Да! — рассмеялся Главный Аврор. На том они порешили. По утрам в дуэльном зале, или «Показательном», как его ещё называли, занимались вместо разминки авроры: пятеро из британского Аврората и пятеро из австралийского. Колдомедики же занимали ту же аудиторию перед обедом на час, когда процедуры, обходы и прочая суета заканчивалась. Каждая команда обсуждала костюмы, танцы, песни и музыку. Пять номеров должны подготовить те и другие. И каждый раз после тренировок Гарри с Драко, встречаясь в коридоре или в столовой, где-то ещё, например, в уборной, смотрели друг на друга немного с вызовом. — Страшно, Поттер? — интересовался, прямо как в Хогвартсе Малфой, ухмыляясь. — Ещё чего?! — отвечал ему Глава магического правопорядка, но в душе боялся, что проиграет. Или Гарри спрашивал так: — Не трусишь, Малфой? Ты уже выучил все па? — Держи карман шире, Поттер, Малфои не проигрывают! — шипел, как злой селезень, Драко. Вот в таком напряжении прошли все семь дней в Министерстве Магии. В пятницу перед Сочельником актовый зал был просто переполнен магами, волшебниками и волшебницами как самого Министерства, так и гостями, прибывшими из провинций (из руководителей местных отделов магического правопорядка) по приглашению Министра Магии. Парни двух команд собрались параллельно, в противоположных концах закулис. Всё также Гарри с Драко переглялывались: Поттер воспаленными глазами от недосыпов и переутомления сверлил Малфоя, а тот подмигивал ему, чем выводил из себя, ибо за эту неделю не давался даже целоваться. Авроры просто летали по Аврорату, избегая встретить на пути Главного. Министр Всеобщей Магии передал свой пост Гермионе Грейнджер, поэтому они вдвоём заняли министерскую ложу и сейчас о чем-то, о своём, перешептывались. На девушке был надет темно-синий костюм, под цвет шляпки на голове. Кстати говоря, Грейнджер сурово поговорила со своим парнем из семейки Уизли, и запретила Рону наезжать на Драко, аргументировав тем, что Малфой давным давно уже не Пожиратель Смерти, а уважаемый человек, учёный и колдомедик Министерства Магии. «В противном случае, я брошу тебя и выйду замуж или за Блейза Забини, или за Теодора Нотта!» — сказала она тогда. Уизли сдался и пообещал, что для их счастья и счастья Гарри (что уж там, если его другу так приспичило любить проклятого слизня!) готов мириться с Малфоем. Рону нужна такая рука, как у мисс Грейнджер, чтобы спесь и дурь сбивать, держа рыжика в ежовых рукавицах. Собираясь за общие кулисы, Уизли не преминул заметить: — Мы отымеем вас сегодня, Малфой, а я лично надеру тебе задницу! На это блондин хмыкнул и ответил: — Мальчишка с детскими амбициями ещё не сдох в тебе, Уизли? Ты все ещё не пережил период взросления? Вы с Поттером — два сапога пара, друзья-гриффиндурки. — Драко, не забывай о пари, мой хороший! — сказал Глава магического правопорядка Альбиона. — Пойдем, Рон, мы колдомедиков сделаем. — В следующей жизни, Поттер! — рассмеялся Малфой. Но вот погас свет в зале, а на сцене загорелся, и вышла Полумна Лавгуд в качестве ведущей. — Мы приветствуем всех, кто пришёл сегодня на честное состязание-игру команд авроров и колдомедиков. Уже завтра нас ждёт бал в честь Рождества в Министерстве Магии, а сегодня мы поиграем. Встречайте, капитаны двух команд — Гарри Джеймс Поттер и Драко Люциус Малфой! Я уберу фишку в одну из рук, и капитаны должны правильно отгадать, в какой руке она у меня. Кто отгадает, тот первым начнёт свое выступление. Итак, прошу, господа! На сцену с обоих сторон вышли капитаны двух противоположных команд. Полумна убрала фишку махонькую в левую ладонь, и повернулась к парням. — В левой руке! — произнесли в унисон капитаны и Луна рассмеялась. — С фишкой не прокатило! Что ж... — произнесла девушка — невеста аврора Невилла Лонгботтома, который сегодня тоже собирался выступать. — Попробуем в игру «Камень, ножницы, бумага!» Итак, три раза. Приготовились! Победил Малфой и команда колдомедиков начала первый раунд из пяти. Блейз Забини с пятью парнями и пятью девушками исполнили танец в стиле рока под быструю музыку, льющуюся из динамиков. Они шустро танцевали, а люди в зале просто все повторяли за ними, так танец Забини всех привел в неистовство и воодушевил. Жюри в лице двух Министров (бывшего и настоящего) со своей ложи подняли цифру десять; Главный колдомедик Святого Мунго поднял кружок с цифрой десять — это максимальный бал одного из членов жюри; министр здравоохранения маг Британии — десять и министр финансов — тоже самое. Медиков вызывали раза три, кричали: «Ещё!» и «Бис!» Драко посмотрел на Главного Аврора и подмигнул, губами послал поцелуй брюнету. Гарри кашлянул и прошептал в ответ губами: «Не забывай о пари!» — Итак, леди и джентльмены! — возгласила Полумна. — Команда колдомедиков получает за первый раунд пятьдесят баллов. Спасибо, господа-медики! Теперь выступят наши, всеми любимые авроры-защитники магического мира. Поприветствуем их! Раздался шквал аплодисментов и вышли авроры на сцену. Нет, вернее, они влетели и начали свой зажигательный танец, ну прямо как актер Митхун Чакраборти в фильме «Танцор диско». Предводителем танца стал Гарри, конечно. Он выгибался, зажигал всех в зале, кувыркался, двигал бедрами на манер танцоров секси-шмекси, словно имитировал половой акт; «делал волну в своём мундире аврора, звеня цепочками и крепежными крючками. Зал неистовствовал, все свистели и кричали: «Да, Гарри! Ещё!» Эффекта прибавлял светящаяся сфера, источая разные, семицветные лучи, пронизывающие весь зал. Авроров вызывали на бис раз пять. Жюри поставили все по десять баллов. — Да! — проговорила Луна Лавгуд, пытаясь перекричать людей, которые и свистели, и топали ногами, и вызывали снова парней. — Жаль, что я не в жюри и жаль, что они не могут поставить по нескольку раз десять баллов. Это просто сногсшибательные выступления. Думаю, что мы когда-нибудь выпустим видео диски для всех, кто сегодня стал фанатами обоих групп. Напоминаю, что это всего лишь конкурс, а наши авроры и колдомедики — единое целое в организме Министерства Магии. Как говорят дети: «Мир, дружба, жвачка!» Итак, пока ребята обоих команд готовятся ко второму раунду, вам будет сейчас предложен перекус, эльфы Министерства приготовили сандвичи и напитки. Эльфы мгновенно разнесли соки, чай, кофе и воду, к ним — сандвичи-гамбургеры, какие магглы готовят в своих ресторанах, называя их «Бургер Кинг». Вот такое и эльфы приготовили по подсказке нового Министра Магии, ведь мисс Грейнджер была магглорожденной, и о подобных перекусах знала все. В пакетиках картофель-фри, сладкие пончики, конфеты и тд. Все за счёт Министерства. Около десяти минут перекуса. А за кулисами шло вовсю переодевание. Наконец, вышла на сцену Полумна Лавгуд. Она снова заговорила своим красивым, мелодичным голосом: — Леди и джентльмены! Мы начинаем наш второй раунд песенно-танцевального конкурса. Напоминаю, обе команды набрали по пятьдесят баллов. Во втором раунде команды будут смешить. Итак, прошу! Колдомедики вышли и показали сценку-пародию на медиков, как они спасают человека, делая ему… Чего только не делая, впрочем. Короче говоря, все просто лежали в зале от смеха. Блейз с Ноттом показали дар смешить людей игрой. Как говорится, талантливый человек талантлив во всем. Мимика, эмоции, интонации — все это было бесподобным и принесло команде колдомедиков пятьдесят баллов. Подобно им, но без слов, а при помощи пантомимы, выступили и авроры. В этом номере показал себя Рон. Он так трагикомично сыграл влюбленного повесу, что зал снова хохотал до упада. Пантомима принесла аврорам пятьдесят баллов. — Сто баллов у обеих команд, леди и джентльмены! — воскликнула Лавгуд. — Крепкие нам попались команды, одна стоит другой, сдаваться никто не желает. И снова эльфы принялись разносить волшебные штучки. На этот раз это были сувениры: в стеклянном кубе здание Министерства Магии во вращающихся снежинках. Внутри куба по кругу вращалась маленькая волшебная палочка. Подобным образом прошли третий и четвёртый раунд, где обе команды снова получили по пятьдесят баллов. Итог был 200: 200. Ничья. — Леди и джентльмены! — улыбнулась снова Лавгуд. — У нас остался пятый раунд. Сейчас выступит главный колдомедик Министерства Магии, Драко Малфой. Он что-то особенное приготовил, оставив номер напоследок. Итак, встречаем, леди и джентльмены! В зале захлопали и блондин вышел с каким-то парнем, одетым в форму аврора. Мальчик был интерном, посланным под начало Малфоя Гиппократом Сметвиком. Талантливый, умный брюнетик с зелёными глазами. Шрам ему подрисовала Пэнси Паркинсон, чтобы он был похож на Героя маг мира. Очёчки на глазах, хотя сам Поттер после победы над Волдемортом перестал носить очки, но для этой сценки они пришлись к месту — нелепые, круглые и перекошенные очёчки. Мальчик был не лишен таланта актёрского, он играл хмурого Гарри Поттера, гоняющего прочих авроров на тренировках и по коридорам второго уровня Министерства Магии. Пока паренёк «гонял» по сцене всех колдомедиков, переодевшихся в авроров, Драко пел песню: — Посмотрите все вы на аврора, Он суров, смеяться не умеет, Мечет, рвёт, гоняет всех, выносит приговоры, Холод, лёд в глазах сияет, Взглянуть на Потти кто посмеет? Рейды, приказы, указы, разборы полётов, Все катится к Мордреду от сурового взгляда. Ему подчиниться всем стоит, а иначе — беда, Всем, кому не лень, получат сполна! Нету и тени улыбки на face у Гарри. К нам в кабинет, колдомедиков, Он утром влетает, прося зелье от хвори, Просит головку ему полечить после пьяни. Наш суровый, нелюдимый аврор. Он всегда находит, чтобы злиться, Что поделаешь, он даже не умеет смеяться В последнее время… Ой-ёй-ёй-ёй-ёй! Посмотрите все вы на аврора… Песенка, возможно, была и не ахти, но пантомимная игра, с мимикой и эмоциями нового интерна все восполнила с лихвой — зал просто покатывался со смеху, улюлюкал, визжал, свистел, а настоящий Гарри Поттер смотрел на все сбоку, на своего двойника, на Малфоя из закулис, периодически ловя на себе взгляды Драко. Да, челюсть у Главы магического правопорядка Альбиона «упала» ниже плинтуса, он смотрел на все, раскрыв рот. А в конце рассмеялся. Он сегодня чётко понял и не отступит от своего желания — любой ценой разведет блондина на поцелуи, ласки и на секс. И снова после выступления команд эльфы раздали всем напитки и закуски. Полумна Лавгуд вышла на сцену и проговорила: — Осталась лишь команда авроров! Последний номер решил исполнить Гарри Поттер. Композиция называется «Песня любви». Он написал её любимому человеку. Глава магического правопорядка надеется, что этот человек споет песню с ним. В зале все захлопали и смолкли, когда заиграла индийская музыка. Гарри подошел к главному колдомедику и взял его за руку. Он запел на английском языке: «—Наша с тобою история любви непростая, О ней не расскажешь в двух словах. Мы встретились давно, к друг другу лишь питая, Увы, нелестное чувство одно на двоих. Учились мы в Хогвартсе и дрались порою, Но было Судьбой решено. Расстались мы, хоть и были единой душею… Припев: История наша с тобой не легка, О ней не расскажешь в двух словах… Полюбив тебя сердцем своим, я обрёл целый мир, Но никогда даже подумать не мог, Что твой облик станет мне близким, любимым, родным, Что без тебя потеряю покой. Просыпаюсь я утром и зовут всей душой: «Не покидай меня, Драко, вернись поскорей, Моё сердце, мраком покрытое, своим светом согрей!» Припев: История наша с тобой не легка, О ней не расскажешь в двух словах… Каждое мгновенье, проведенное с тобой, Освящает мой внутренний мир. Знают боги вселенной, что с тобою одним Провести я желаю остаток моих дней. Припев: История наша с тобой не легка, О ней не расскажешь в двух словах…» Вся песня сопровождалась музыкой и танцем, в котором Поттер обнимал Драко, кружил по сцене, не сводя глаз с порозовевшего парня. Но вот смолкли последние аккорды музыки, зал пару секунд молчал, а потом началось настоящее безумие: все кричали «Браво!», топали ногами, свистели, многие плакали, глядя на пару на сцене. Поттер обнял со спины блондина и прошептал: — Я люблю тебя, Драко! Я готов перед всем миром это сказать. Я не могу без тебя, Малфой. — Ты уже признался перед всем магическим миром, Поттер! — улыбнулся в ответ колдомедик. — Ты заслужил. Я сделаю все, что ты попросишь, Гарри, а пока надо поклониться и не смущать весь зал. Ну же, отпусти меня. Поттер, прошу тебя. Скитер завтра напечатает про нас статью. — Пусть печатает, Драко, но только хорошее. Пусть весь мир знает, что я люблю тебя, Малфой! Сегодня я заберу тебя к себе. — Ты спятил? В твоём доме десяток человек друзей, зачем я должен быть там? Я не согласен. Не мечтай! — заговорил блондин и покачал головой. — Я хочу представить тебя моим друзьям в качестве своей пары, мы поедим в ресторане, если ты не хочешь оставаться с ними в моем доме, Драко, потом я их отправлю спать, а после мы сбежим с тобой к тебе. Я хочу безумно тебя, мечтаю стать твоим. Идёт? — По рукам, Поттер, — улыбнулся колдомедик и выпутался из цепких объятий бывшего гриффиндорца. Они долго кланялись зрителям. Полумна довольная вышла на сцену, а за ней обе команды. — Итак, дорогие зрители и гости Министерства Магии! Вот и подошел к концу наш праздник. Сейчас жюри оценит последнее выступление команды авроров и объявит, кто же стал в этот вечер победителем конкурса песен и танцев между аврорами и колдомедиками. О, вот министры подняли по десять баллов! Да, прочие жюри оценили также по десятке. Итак, счёт — ничья! Просто превосходно! Слово взяла Министр Магии, Гермиона Джин Грейнджер. Она усилила магией голос и произнесла: — Честно говоря, мы с Министром Шеклболтом весь конкурс очень сожалели, что оценить можно только в десять баллов показ номера. Я бы подняла десять раз по десять, будь моя воля. Я и не думала, что этот вечер станет таким потрясающим, позитивным, весёлым и праздничным. Нас с Кингсли не пускали на репетиции ни авроры, ни — колдомедики. Даже мой жених молчал, хотя я не раз его расспрашивала. Я теперь ему только благодарна за это. Знай я заранее программу, было бы не так потрясающе и интересно. Спасибо вам всем, друзья. Думаю, надо почаще нам всем собираться здесь и проводить что-то, наподобие того, что мы сегодня видели своими глазами. Это было потрясающе! Последняя песня Главного Аврора — удивительная! Кому, как не мне знать не лёгкие судьбы Гарри Поттера и Драко Малфоя. Скажу, что в Хогвартсе не проходило и дня, чтобы мальчишки не дрались. Это противостояние двух факультетов, Слизерина и Гриффиндора, было всегда, начиная ещё с первооснователей Хогвартса. Но я всегда знала, что за враждой, за этими колкостями, между Гарри и Драко кроется нечто большее, чем обиды и злость. Хочу ещё сказать о приезжих аврорах из Австралии. Вы прекрасны, ребята! У нашего Гарри Поттера замечательные друзья. Жаль, что они только гости в Альбионе. Спасибо! Пятеро авроров из Сиднея поклонились Министрам Магии и Леон Эддисон, старший из них, ответил: — Для нас было честью побывать в Лондоне, повидать нашего друга — Героя всего магического мира. Нам всем было весело учиться с ним в Австралийской Магической Академии, где Гарри нас постоянно смешил, помогал советом и поддерживал всю группу из трехсот «новобранцев», как нас тогда называли. После четырёх лет учёбы нам пятерым посчастливилось проходить годовую стажировку в специальном полку авроров. Жили в казарме, но и там Поттер оставался самим собой. Вот так мы стали друзьями, почти братьями. Участвовать в подобном соревновании стало для нас честью, мы очень полюбили Британский Аврорат. Спасибо, вы все — хорошие ребята, а девушки в Министерстве Магии — конфетки! — Девицы в зале рассмеялись, посылая австралийцам воздушные поцелуи и улыбки. А после ребята из Сиднея и Гарри с Драко отправились в магический ресторан в Лондоне, где Поттер не выпускал руку любимого из своей под смех и улыбки друзей. — Гарри в казарме часто рассказывал о ваших драках с ним, Драко, — проговорил мистер Эддисон. — Ваши колдофото всегда стояли на его тумбочке, — вторил старшему Руперт О’Шрендер — тот самый парень, который не сводил глаз с Гарри по словам Малфоя. — Вы на метле… на дереве… на Астрономической башне. У Поттера даже есть маленький колдоальбом с вашими фотками и у него был целый ритуал на сон грядущий — просмотр его на ночь. Драко глянул на брюнета и притянул его ближе к себе, шепнув: — Ты заслужил бонус, Гарри, я буду очень жарко любить тебя всю ночь, мой лев! Парни заказали всего на свете и делились друг с другом. Драко рассмеялся, когда мистер О’Шрендер стал ухаживать за ним, подкладывая аппетитные кусочки в тарелку Малфоя. — Мы с мужем приглашаем вас на нашу виллу, она на берегу океана. Правда, любимый? — поинтересовался он у Рикардо Орандо, когда Поттер вышел в уборную на пару минут. — Вам не стоит ревновать Гарри, в его сердце только вы обитаете ещё со школьных лет. — Драко улыбнулся и покраснел, глянув на австралийцев. — Нет, Гарри нам не рассказал о вашем подозрении, — улыбнулся мистер Орандо, — он не такой. Мы с супругом услышали совершенно случайно ваш с ним разговор. Мой Руперт любит меня также, как Поттер вас с самого поступления в Академию. Гарри всегда был вам верен. — Простите! — улыбнулся блондин и покраснел. — Я и правда немного ревновал, потому что сам безумно люблю Поттера. Мы приедем к вам в Сидней, но сначала вы потанцуете на нашей свадьбе. — Парни похлопали по плечам Малфоя и улыбнулись. — Конечно! — ответили супруги. — Пришлите Патронус и мы приедем. Гарри вернулся и они замяли этот разговор. После ужина австралийцы пошли в дом своего друга спать, ибо завтра будет Сочельник, а им надо ещё костюмы подготовить к балу, а Драко аппарировал с Поттером в свой уютный домик.