Эрик Картман играет в Престолы

      Неделю назад умер десница короля лорд Аррен. А этим утром во время третьего завтрака Серсея объявила Эрику, что через неделю они все едут далеко на Север. Эрик с трудом сдержался, чтобы инстинктивно не высказаться про сраную Канаду, благо рот у него был набит сладостями, которые привезли ко двору купцы из Волантиса.       Больше всего Картмана бесило, что ему нельзя взять с собой в дорогу игрушки. Более того, у тупого Джоффри вообще не было никаких игрушек. "Быть взрослым отстойно" — решил Эрик. Но у него созрел гениальный план. У Джоффри был младший брат Томмен, а он как раз был ровесником Картмана. Не Джоффри, а именно Картмана — того накаченного красавца из Саус Парка.       Самому идти к "брату" Картман не захотел, вызвав его через служанку. Та вернулась и сообщила, что его брат скоро будет.        — А почему это он не пришел сразу? — Спросил Эрик, — Отвечай! — Крикнул он для убедительности. Ему очень нравилось быть принцем и кричать на всех взрослых. Всех, кроме Пса. Пса Эрик боялся.       — Он играет, Ваше Величество. Он изображает некого злого архимейстера Хаоса, представляете, — служанка улыбнулась своими черными зубами. Почему-то у всех слуг были очень гнилые зубы.       — Во что он играет?! — Эрика поразила догадка.       — Злой Архимейстер Хаос, который захватывает Семь Королевств, — неуверенно ответила служанка.       Эрик пулей вылетел из своих покоев и за минуту преодолел расстояние до покоев брата. По пути он случайно толкнул Берика Дондариона, который так не кстати поднимался по лестнице. Эрик и не заметил, как рыцарь покатился вниз, хотя отчетливо услышал хруст шеи, доносящейся снизу. Ближе к концу у Эрика появилась небольшая одышка. В последнее время Картману пришлось много есть, чтобы успеть хорошенько всё распробовать. Скоро ему придется ехать очень далеко, они будут останавливаться в каждом замке и пировать. Вежливый принц должен натренировать желудок, чтобы есть очень много. К этому выводу Эрик пришел сам.       — Дж...Джоффри, — промямлил Томмен, когда Картман вошел. У дверей брата дежурил Мерин Трант, один из гвардейцев в белых плащах постоянно охраняли членов королевской семьи, кроме самого Эрика, — его сопровождал Пёс.       — Баттерс, какого хрена ты наделал, что мы тут очутились? — С ходу начал Картман.       — Э...Эрик? Это ты?       — Не заговаривай мне зубы, Баттерс. Что ты сделал? Это Кайл тебя подговорил? Ты заодно с евреями? — Эрик был по-настоящему зол. Жизнь принца ему нравилась, но его забросили сюда без разрешения.       — Эрик, но это же ты стал играться с той табличкой. Кайл тебя отговаривал, а ты сказал...       — Не важно, что я сказал, глупый Баттерс! Евреи всегда так делают. Он знал, что говорить, чтобы я не согласился. Тупой Кайл всё испортил.       — Но Эрик... — Баттерс попытался возразить.       — Молчать, Баттерс. Я теперь твой старший брат и будущий король, а ты должен меня слушаться, ясно тебе? — Баттерс кивнул — Кто еще из наших тут?       — Я не знаю, Эрик, я боюсь говорить с людьми. Я боюсь, что мама-Серсея поймет, что я не Томмен и сильно меня накажет!       — Ты тупой, Баттерс, принцев не наказывают. Тут всё очень шикааарно устроено! Я вчера нарисовал усы на всех гобеленах в покоях Роберта, а мать вызвала Пейта и его высекли за мой поступок. Потому что принцев бить не положено. Было много-много крови. Представляешь?       — Но Эрик, я видел Пэйта, он вроде хороший парень. Разве тебе его не жалко? — Глаза Баттерса наполнили слёзы.       — Какой же ты тупой, Баттерс — Картман один за одним поедал персики, которые стояли в блюдце у изголовья кровати, — Пейт специально созданный мальчик для наказания. Он должен терпеть, у него такая функция, понимаешь? Сейчас он терпит из-за меня и тебя, а потом будет терпеть из-за проступков моих детей.       — Но Эрик... — начал Баттерс, но вдруг резко замолчал.       — Ну что еще? Баттерс, отвечай, не зли меня!       — У Джоффри не было и не будет детей. Тебя, то есть его, убили на своей свадьбе.       Картману стало дурно. За эти дни он ни разу не задумывался, что вещи вокруг него уже прописаны и будут происходить по сценарию. А по сценарию Джоффри должен будет умереть.       — Баттерс, я не должен умирать. Как ты говоришь, меня хотят убить?       — Ну это будет нескоро. Сначала будет поездка в Винтерфелл, казнь Нэда Старка, Война 5 Королей, договор с Тирэллами...       — Да да, я понял, как? — Картман вернулся к поеданию персиков.       — Тебе отравят вино на свадьбе, — сказал Баттерс.       — Вино? Точно, я же почти взрослый. Мне теперь можно пить вино. А тебе нет. Ня-ня-ня-ня-ня а Баттерсу нельзя вино, — начал дразнить Эрик.       — Эрик, твоя смерть...       — Точно-точно, — Картман взял себя в руки, — если мне нельзя, чтобы меня отравили, значит нельзя, чтобы я женился.       — Но может ты просто не будешь пить вино? — Тихонько спросил Баттерс.       — Не говори глупости, Баттерс. Я взрослый, поэтому мне нельзя не пить вино. Это вызовет подозрение и люди поймут, что я не должен править!       — Но Эрик, ты и не должен править, ведь наш настоящий отец...       — Баттерс, ну почему ты такой тупой? Нельзя говорить об этом, потому что Варис возможно сидит в камине!       — Но мы же обсуждаем всякие другие штуки... — Баттерс начал говорить шепотом. Картман присоединился.       — Чтобы мне не дали жениться, я должен стать геем! В Вестеросе геям нельзя жениться.       — Геем? Эрик, ты уверен? — Озадаченно спросил Баттерс       — Ну разумеется я не буду геем по-настоящему! — "Боже, какой он глупый", — Мы будем изображать геев!       — Мы? — У Баттерса в глазах мелькнул испуг.       — Ну конечно мы, Баттерс! Ланнистеры должны геить со своими братьями, это все знают!       — Эрик, мне кажется, что необязательно...       — Всё, Баттерс, это приказ твоего гее-короля!       — Да, Ваше гее-величество, — растерянно ответил Баттерс.       Картман ходил туда-сюда по комнате, заложив руки за спину и размышлял вслух. На стене был прикреплен кусок пергамента, на котором сияла криво выведенная надпись "Секретный-присекретный план".       — Итак, Баттерс, нам надо, чтобы Серсея догадалась, что мы геи. Она должна нас понять. Мистер Гаррисон на уроке истории говорил, что она сама извращуга.       — Эрик, а кто такая извращуга?       — Я точно не знаю, но извращуги должны всё всегда понимать! — Уверенно подчеркнул Эрик.       — Я понял, а что мы будем делать?       — Нас должны застукать при сексе! — Сказал Картман, и, не дав Баттерсу ответить, крикнул Псу передать через служанку матери, что они её зовут.       — Эрик, мама нас точно накажет! — Баттерса затрясло.       — Успокойся. Ложись на живот на кровать, а я лягу спиной на твою спину.       — Эрик, а ты уверен, что это делается так?       — Конечно, уверен. Я кажется видел это по Дискавери.       Серсея в сопровождении гвардейца, её брата Джейме Ланнистера, в плохом расположении духа вошла в покои Томмена. В последнее время её дети начали её сильно напрягать. Когда она вошла, ее старший сын лежал на спине младшего. Томмен сильно кряхтел, ведь Джоффри был гораздо больше. А за последние дни он еще набрал вес.       — Джоффри, ну ка немедленно слезь с брата! Вы отрываете королеву от важных дел ради этих игр? — Голос Серсеи был настолько стальной, что Картман не находился с ответом несколько секунд. — Я жду.       — Нет, мы просто ге...       — Ге, бе, Джоф, ты начал вести себя очень плохо! Не вздумай опозорить меня в Винтерфелле. Ты лев, а львы не играют в глупые игры, тебе ясно?       — Да, мамочка, — ответил Картман.       Королева развернулась и покинула покои Томмена. Тот только-только отправился от тяжелой ноши.       — Эрик, а что мы теперь будем делать?       — Мы как-то неправильно гействуем, Баттерс. В Вестеросе гействовали по-другому! Ты помнишь, в сериале было что-то?       — Ну в сериале Маргери до Джоффри как раз вышла замуж за Ренли Баратеона, нашего дядю. Он гействовал с Рыцарем Цветов.       — Что ты сейчас сказал? — Картман подошел близко к Баттерсу. — Мало того, что гей женился, так еще и на той же самой Тёте?       — Ну да...       — Ага. Значит она как раз любит геев. Твоя тактика была неправильная, Баттерс. — Сказал Эрик.       — Но Эрик, это же ты...       — Баттерс, сейчас не время извиняться, меня могут убить! И нам нужен новый план.