...вашим любовником

      — Ну а сам-то ты, Коннор? — спрашивает Хэнк.       Глоток пива обжигает сознание, заставляя Хэнка поморщиться. Андроид напротив него жутко раздражает, хочется вспылить, оскорбить, лишь бы он быстрее пропал с его поля зрения.       Хэнк резко вскакивает с холодной скамьи, откидывая бутылку на заснеженную землю за собой. Слышится звон разбивающегося стекла, а в нос стремительно бьет запах пива. Он наконец встаёт, придерживаясь одной рукой за верх скамьи. Тело колыхается с одной стороны в другую, взгляд сложно сфокусировать.       — Ты у нас вроде на вид человек, а на самом-то деле что? — он осматривает впереди себя Коннора снизу вверх, выражая презрение.       — Я могу быть всем, чем прикажете: напарником, просто машиной или вашим любовником, — произносит Коннор, внезапно понимая, что сказал не то, что было задано программой. Он не должен был произносить это.       — Что ты сказал? — Хэнк толкнул ладонью андроида перед собой, надвигаясь на него всем своим телом, — Повтори последние слова. Это приказ.       — Я могу быть всем, чем вы прикажете: напарником, вашим собутыльником или просто машиной, которая исполняет задачу, — все получилось сказать так как надо.       Хэнк замешкался, подумав, что мог ослышаться. Он вновь осмотрел андроида с ног до головы, будто бы ожидая, что тот начнёт оправдываться, а потом резко надвинулся на него.       — Ничего у тебя не екнуло, когда она убила себя? Или тебе как всегда на все посрать? — громко произнёс седой мужчина.       — Я действовал согласно инструкциям и поступил так как должен, — ответил Коннор без единой ноты сожаления в голосе.       Хэнк наставил дуло пистолета прямо в грудь этой бесчувственной машине.       — А я вот тебя убью и ты потом снова явишься как ни в чем не бывало. Но ты же боишься смерти, Коннор? — на лице появляется еле заметная ухмылка.       — Досадно, если мое существование будет прервано прежде, чем я завершу расследование.       — Что будет, если я спущу курок? Ничего, пустота, рай для роботов? — он пытается вывести его из себя.       — Ничего… Будет пустота.       Пару секунд зрительного контакта и Хэнк понимает, что ничего сделать не может. Коннор вызывает лишь агрессию, но застрелить эту машину будет дорого ему стоить.       Он опускает пистолет, засовывая его в кобуру, и уходит.       — Куда вы идёте? — сквозь морозный ветер Хэнк слышит голос Коннора.       — Пить дальше! Мне надо подумать. Позже вечером.       Настойчивый стук в дверь разбудил Хэнка. Он еле открыл глаза, пытаясь сквозь пелену перед глазами рассмотреть окружающий мир. Стук неумолимо бил по самой макушке, отдаваясь гулом в ушную перепонку. Невыносимо было идти под этим шумом к двери.       В коридоре на Хэнка выбежала собака, пытаясь накинуться на него и облизать неумытое лицо. Он слегка оттолкнул ее, чтобы та встала на четыре лапы, а потом вновь побрел к двери.       — Да кто там угомониться не может? — мужчина крикнул что есть мочи и стук прекратился.        Наконец-то тишина наступила в доме и Хэнк спокойно добрел до двери. Мыслей о том, чтобы спросить, кто там, даже не приходили к нему в голову. Он открыл замок, позволяя двери издать свой истошный скрип.       Перед ним, на пороге, стоял Коннор. Он был весь промокший из-за лившегося, непрекращающимся потоком, дождя.       Андроид выглядел необычно, слишком задумчивым как для машины. Они смотрели друг другу в глаза в полном молчании, лишь звуки капающего дождя перебивали их тишину. Это продолжалось пока Хэнк не спросил: — Ты чего приперся?       Коннор осмотрел взглядом мужчину впереди себя, оставляя взгляд на грязной растянутой футболке и огромном пятне от непонятно какой жидкости. Медленно перевёл глаза на собаку, мирно лежащую на своей подушке и не знал, что ответить. Словно сквозь программные установки начались сбои, не позволяющие ему произносить задуманные слова. Он чувствовал совсем иное, словно маленькая мышь пыталась проесть в нем дыру и вырваться наружу в виде новых для него чувств.       Медленно открывался бионический рот, произносимый пустые слова, не имеющий душу и никакого смысла.       — Я могу быть вашим любовником, — произнёс Коннор, поправляя свой галстук, — Вы не ослышались. Тогда я произнёс именно эти слова.       — Что ты мелешь? — удивленно спросил Хэнк, вздернув бровь вверх.       — Я понимаю, что мои слова звучат странно для вас и это вовсе неадекватная реакция на закономерности, сложившиеся между нами. Но я бы действительно хотел этого. Это не бред сумасшедшего поломанного андроида, а слова, сказанные другой его частью, о которой он ничего не понимает.       Ни Коннор, ни Хэнк не понимали почему андроид говорит о себе в третьем лице, да и вообще зачем он ему это рассказывает. Хэнк понимал лишь, что андроид напротив него кажется совсем другим, и речь не шла о внешности. Что-то сломалось в этой машине как и в остальных в Детроите. Только вот именно эту машину Хэнк не хотел сдавать властям.       Он сделал шаг назад и на полную открыл дверь, пропуская промокшего Коннора внутрь.       — Не понимаю я твою чушь про любовником, но предложение заманчивое, — Хэнк улыбнулся настолько широко, что на мгновение свело челюсть, — Проходи.       — Спасибо, — с облегчением произнёс Коннор и понял, что рядом стоящий человек полностью поддерживает его.