Дополнение успешно куплено

Быстренько оглядевшись, я бросил все силы, чтобы добежать до домика на одном дыхании, и… — Макс? Ты что делаешь? — Девичий голос меня остановил. Это была Славя, вышедшая из-за угла. — О, Славя. Как дела? Как с Алисой поговорила? — Я решил закосить под дурачка и сменить тему, ибо не особо горел желанием рассказывать, что кое-кто спёр мои вещи… по крайней мере пока не услышу, помирились ли девчонки. Но… — Сначала скажи, почему ты бегаешь в одних плавках и босиком. — Она оказалась умнее, чем я рассчитывал. — Занимаюсь самооздоровлением. Теперь твоя очередь. Как с Алисой поговорила? — Нормально. Думаю, теперь всё будет хорошо… Я надеюсь. — Неуверенно сказала Славя. — Вот и здорово. А теперь я побегу в домик. — Сказал я и просто рванул к домику не дожидаясь ответа. Бежать пришлось немного, но от того не легче, ведь делал я это босиком, а асфальт — не самая приятная поверхность для босого кросса. Зайдя быстро внутрь, я незамедлительно надел первые попавшиеся шорты и футболку, а заодно и натянул на ноги обувь, после чего рванул на поиски злоумышленницы, что спёрла мою одежду. Домик Алисы был буквально в паре шагов от моего. А ещё это было самое очевидное место для схрона награбленного барахла. Ни на площади, где куча людей, ни в музклубе с Мику рыжая спрятать мои вещи не стала бы, а вот в своей личной крепости это делать одно удовольствие. *Тук-тук* Я постучал в дверь. Ответа не было. Я постучал сильнее. И снова глухо. В третий раз я чуть в двери дыру не оставил, но никто так и не решил открыть дверь. Тогда я обошёл домик, чтобы заглянуть в окно с другой стороны, так как передние окна попросту не просматривались. Внутри я уже увидел кое-кого очень напоминающего одну мою знакомую с яркими оранжевыми волосами. И этот кое-кто сейчас имел очень довольный вид, словно кот после целого ведра сметаны. И эта оранжевая голова ещё и хихикала. Но стоило мне постучать в окно, как она перестала ржать. — Чего тебе? — Спросила Алиса. — Пошли гулять. — Сказал я ей, стараясь сбить с толку. И я её реально сбил с толку, так как глаза у неё были по пять копеек. — Гулять? — Переспросила она. — Ага. Сейчас погуляем, насладимся отменной погодой и обществом друг друга, проведём отменное свидание, станем парой, ты впустишь меня к себе в домик, и отдашь мне наконец мои шмотки. — А, быстро же ты допёр. — Разочарованно сказала Алиса. — Но ты зря пришёл, так как я их тебе не отдам. — Интересно. Почему же? — Хочешь забрать, забирай сам. — Ехидно сказала она. — Но так уж и быть, оставлю тебе открытым окошко. — Ха, ещё бы не оставила. Иначе бы дверь навсегда распрощалась с петлями, на которых её положено висеть. Я отошёл подальше для разгона, чтобы на полной скорости влететь в окошко. Получилось не идеально, но внутрь я попал. — Всё-таки залез. — Не без удивления сказала Алиса. — Да, залез. Теперь я хочу возвратить свои вещи. На кровати Алисы уже лежала аккуратно сложенная пионерская форма. Скорее всего она была моей, но вдруг это коварная обманка, чтобы заставить меня надеть юбку? Но нет, это были мои шорты и моя рубашка с галстуком. Обувь же стояла возле входной двери, напоминая домашние тапочки. Когда я забрал своё законное имущество Алиса немного помрачнела и открыла дверь. — Забрал? Теперь уходи. Нечего зазря по чужим домам лазить. Хотелось бы спросить, что это на неё нашло, но боюсь это сделает только хуже. А ещё выражение лица Алисы не совсем сочетается с тем, что она говорит. Я бы понял, говори она это надменным тоном, как когда дразнила меня, мол я не буду учиться играть, или раздражённым, как когда они со Славей спорили, но вместо этого её лицо показывало… смущение? Наверное, это оно. Правда я не понимаю, что её так смутило. Парней что ли до этого не видела? Или тот факт, что я к ней в домик залез имеет такое значение? Так или иначе, я просто молча пожал плечами и ушёл переодеваться. Но в голове роились мысли, от глупых, на подобии «что у неё в домике делает велосипедное колесо?» до действительно важных, например, «что с ней произошло, что она так резко отреагировала на вторжение в дом?», и т. д. А следующим моим занятием будет музыка. Честно сказать, в этом лагере можно делать только пару вещей, выполнять поручения вожатых, есть, учиться играть, читать и гоняться за пионерками, коих тут на любой вкус. Собственно, игрой я весь день и занимался, но покоя не давала мысль, что после инцидента с «пропажей» одежды, Алису я больше не видел. Хотелось бы знать, где она и что делает. Если она в домике, то возникает вопрос «зачем?», ведь есть куча других более интересных мест. Если она ходит по лагерю и доставляет проблем пионерам, то я хотел бы это хотя бы видеть. Но до самого ужина рыжая в музклуб не заходила. Зато я наконец смог увидеть её в столовой, где она имела уже более жизнерадостное лицо, нежели днём. Она даже болтала со Славей. Я решил не вникать в суть разговора и слушал вполуха, но рыжая точно рассказывала блондинке как стать более раскрепощённой. Остальные тоже галдели о своём, а я просто молча ел. На душе стало как-то… тоскливо. Когда Алиса была одна, я мог изображать рыцаря на белом коне и подавать ей руку помощи. Я чувствовал себя важным. Но сейчас я чувствую, что всё становится точно так же, как было до моего переноса в новую реальность. Я снова стал призраком. За столько лет я сменил несколько коллективов и ни в одном я не был его полноценной частью. Представьте себе механизм с лишними деталями. Представили? Легко догадаться, кто эта самая лишняя деталь. Раньше меня можно было вырезать из общей картины, и ничего бы не поменялось, и мне было плевать. Я никогда не хотел иметь дело с людьми, которые меня окружали, даже если бы в я магическим образом стал их другом. Да и до этих людей мне дела нет… не должно быть, ведь они для меня никто. Но почему тогда так болит в груди? После ужина я решил немного пройтись, и даже пошёл в лес, что так удачно расположился возле спортивной площадки. «Всё возвращается на круги своя.» От нахлынувших эмоций стало ещё хуже. Казалось ещё чуть-чуть и я не выдержу. «Я не хочу быть приведением. Я не хочу быть обычной декорацией.» — АААААА! — Внезапно даже для самого себя я заорал. Я кричал так громко, как никогда не кричал, и я уже почти сорвал сорвал голос. Что не говори, а я даже сам не способен себе помочь. Да чего уж помочь, я сам делаю себе только хуже. В голове постоянно роятся мысли об Алисе, а перед глазами возникает её образ. И от этого только хуже. Даю руку на отсечение, что всё из-за того, что я влюбился. В одной песне были слова: Take me down to your paradise I see heaven when I see your eyes They pull me in, got me paralyzed Your body makes me wanna testify Они как нельзя лучше описывают, что я к ней чувствую. Она секси, и это факт, но что это может значить, когда тебе просто смотреть на неё, словно на музу? Хочу просыпаться и видеть её лицо, слышать её голос, ощущать теплоту её тела. И теперь я не могу думать ни о чём, а только лишь о том, чтобы «сжать солнце в своих руках». «Какой же я неудачник.» Что я расчувствовался, как тряпка. Сейчас только третий день, и ещё ничего не кончено. Хватит себя жалеть и погнали работать. Ради этого я вышел из леса и побежал в музклуб за гитарой, после чего начал искать Алису. Нашёл я её на сцене, где она одиноко что-то наигрывала, и я даже могу догадаться, что это. Солнце уже село и на лагерь опустилась ночь. Ветер колыхал верхушки деревьев, а уханья сов нагоняли жути. А в центре этой картины Она. В голове внезапно возник образ некоего волшебного существа, что было слишком прекрасным для этого мира. Словно сам огонь в девичьем обличии явил себя миру. Сглотнув застрявший ком слюны, я всё же пересилил себя и подошёл к ничего не подозревающей девушке. — Не против, если я присоединюсь? От удивления Алису немного передёрнуло. — А, это ты. Присоединяйся. Рядом с ней лежал тот самый листок, который я ей дал. Рыжая упорно учила слова и аккорды. Я, показывая своё любопытство, наклонил голову чуть в сторону, задавая вопрос: — Ну как? Девушка засмущалась и не ответила, но мне стало лучше уже от одного факта, что это для неё хоть что-то значит, мне стало легче на душе. — Если хочешь, я могу помочь с текстом. Алиса снова ничего не ответила, а просто демонстративно подвинулась, приглашая меня сесть рядом. Девушка начала играть, а заодно и петь, и я стразу понял её проблему — русский акцент. Нет. Очень русский акцент. — Так, стоять. Я понял твою проблему. Повторяй за мной. — И я начал учить девушку, как правильно выговаривать слова песни, чтобы они звучали похоже на оригинал. Легко понять, какой из меня был учитель, но зато ученик из Алисы вышел отличный, ведь девушка впитывала знания как губка, а мне и оставалось, что просто немного попрактиковаться с ней. Через некоторое время она смогла нормально выговаривать слова из текста, а я набил руку в игре. — У тебя очень хороший английский. — Робко сказала она мне. Это один из самых странных комплиментов, что я слышал. Да и мой ингриш где-то на уровне картошки, так что мимо. Но не могу же я просто так взять и сказать это девушке. Поэтому я просто её поблагодарил. Через ещё некоторое время практики мы наконец смогли нормально сыграть эту песню, как это и должно быть. Like the sun comes crashing down You will set the world on fire Deep down, you got to know why We prepare for war It's vengeance or sacrifice Incapability to hide From the predictable desire Time's up, all in I will rise to the top Going to crush us, put us to sleep, it's lifting us up As our instincts come alive Got to never give in as we're falling into the sky This time gonna let us all shine One makes three in this chemistry Trinity is the key to feel alive It's just a shattered world; there right before your eyes You see the will to fight, as we live and die I see the light; it's trinity, unite As I set the sky alight An inescapable empire Head's up, you go to realise That glow you see Forever will haunt us As we break the chains of might In dependence of the fire Give up, this ground sterilized for all time Going to crush us, put us to sleep, it's lifting us up As our instincts come alive Got to never give in as we're falling into the sky This time gonna let us all shine Trinity is the key to feel alive It's just a shattered world; there right before your eyes You see the will to fight, as we live and die I see the light; it's trinity, unite Going to crush us, put us to sleep, it's lifting us up As our instincts come alive Got to never give in as we're falling into the sky This time gonna let us all shine Trinity is the key to feel alive It's just a shattered world; there right before your eyes You see the will to fight, as we live and die I see the light; it's trinity, unite Как я и думал, у Алисы не просто очень красивый голос, он очень похож на голос Элиз Рид. И пусть мой кривой гусиный хрип только портил общую картину, но я чувствовал, что сейчас мы с ней находимся в невероятной гармонии. — Макс, а о чём эта песня? — Спросила у меня Алиса. Я немного подумал перед ответом: — О единстве. Само её название переводится как «Троица», и в тексте фигурирует слово «единство». Но я не могу сказать большего. Там полно метафор, а я их не понимаю. Мне просто нравится песня, и я и решил, что тебе тоже понравится. Девушка немного смутилась, но всё равно ответила: — Мне и вправду нравится… Вдруг у меня в голове что-то переклинило и мозг отключился. Такое бывает, когда язык борется за независимость от мозга, и обычно тогда люди говорят вообще всё что угодно. Вот и меня что-то дёрнуло открыть рот: — Может тогда завтра ещё что-нибудь разучим? Девушка некоторое время не отвечала, и я даже стал чувствовать себя крайне глупо, думая, что, как это обычно бывает, поспешил… Но она сначала улыбнулась, а потом ещё и ответила: — Конечно. Это было невероятно. Сколько себя помню, такого никогда не случалось. Обычно я слишком спешу и попросту спугиваю девушку. Но сейчас Алиса не просто ответила, она ответила именно так, как я хотел бы услышать. Конечно, это всё может оказаться ловушкой, а меня снова поимеет жестокая реальность, но как же хочется, чтобы это было правдой, что я ей не отвратителен. В итоге я вернулся в домик довольным, и лёг спать с мыслями о грядущем…