ты для меня вообще единственное, в чем есть смысл.

      горящие холодным светом фонари создают тени для проходящих мимо Кати и Димы. они идут в тишине, но девушка решает её прервать, ведь, все-таки, беспокоится о своём друге. — как твои дела? — в целом неплохо. мне все легче и легче. — врет? может немного, чтобы Катя не волновалась. но боль и правда отходила на второй план и он начал восстановливаться.       паренёк слышит знакомые голоса, в том числе голос Максима, и его охватывает чувство тревоги. — чел, привет. — Катя стоит рядом, ведь боится за Диму. только не сейчас, но видит махающие жесты и уходит к остальным. уходит, понимая, что совершает ошибку. но они должны поговорить.

Дима не в порядке. он просто притворяется.

***

      Максим и Дима сидят на лавочке и паренёк понимает, к чему было плохое предчувствие, ведь Максим опять улыбается, как медвежонок и Дима понимает – если не сейчас, значит никогда.

верхний слой нашей кожи меняется каждые две недели. и через 14 дней его губы забудут поцелуй, но мозг будет помнить всегда.

просто разруш меня окончательно, я так больше не могу – больше нечем себя глушить. я больше не смогу смотреть на то, как ты уходишь.

      Дима отстраняется и растерянно отходит от парня, глазами произнося:

мне жаль.

      он боится. он эгоист. он слабый. он не думал о последствиях, не думал, что будет говорить, как оправдаться и спастись, ведь Катя говорила, что он не выдержит и расскажет.       он просто стоит, прокручивая этот поцелуй в своей памяти. он поцеловал, потому что хотел этого, потому что просто уже не мог. — вот вы где. именинник всех собирает, чтобы разрезать торт, пойдёмте. — парни идут в тишине и Дима замечает, что Максим растерянно посматривает на него. если бы можно было вернуть все обратно – он бы ни за что не поцеловал его. Дима не причинил бы вред парню. и потому он уходит. — Дима! — Катя бежит за ним и останавливает, хватаясь за кисть его правой руки. — куда ты, что такое?

я настолько слабый, что не могу решить ни единой проблемы.

— я его поцеловал. — Дима пытается не зарыдать, но глаза уже переполнены. Катя отпускает его руку и смотрит на него с жалостью, ведь предупреждала – он не послушал. — я ничего не могу! я лишь создаю проблемы! я не имел права причинять ему боль! я не должен был его целовать! я не должен был признаваться! — Диму накрывает истерика. это ведь всё накапливалось, а он игнорировал.

он в этом сам виноват. нужно было что-то менять. но он даже не попытался себя уберечь.

      Катя даёт ему пощёчину и крепко прижимает к себе со словами:

возьми себя в руки!

      Дима сжимается в комочек, потому что больно, потому что разрушил все, что у него было. — ты решился на то, о чем я даже не мечтала. ты его поцеловал. ты признался. знаешь сколько храбрости для этого нужно? это я трусиха, я просто перегорела, даже не попытавшись. — Дима отстраняется, вытирая мокрое лицо. он понимает, что это ложь, она так не считает, ведь это бред. она просто пытается его утешить.       лучше бы он тоже просто перегорел, не почувствовал сладость его губ, не ощутил его тепло и трепет где-то внутри. теперь будет сложнее притворяться, что он не любит, что не хочет поцеловать его снова, что он так не жаждет ощутить то тепло и то чувство снова, что он не зависим от него, что он не умирает, пока говорит, что все в порядке и глаза красные не потому что он рыдает каждую ночь в подушку, а потому что просто не высыпается из-за учёбы, на которую ему было плевать 10 лет, но сейчас почему-то все изменилось.

это было как смертный приговор: знать, что я никогда не смогу обнять тебя, никогда не смогу рассказать тебе, что же ты для меня значишь.