ты для меня вообще единственное, в чем есть смысл.

      Дима заходит в пустой класс и подходит к своей парте.

сколько лет, сколько воспоминаний.

      как-будто ещё вчера он с Максимом списывал здесь контрольные с телефона. а сейчас Дима уже сдал все экзамены и пришёл за своими кедами, чтобы больше сюда никогда не возвращаться.       становится как-то грустно, но парень берет пакет и, немного задержавшись на пороге, выходит из класса и направляется на выход, но его резко подхватывают за руку и затаскивают в пустую раздевалку.       парень видит перед собой серьёзную Катю и понимает — сейчас что-то будет. — сколько ты будешь продолжать притворяться? — девушка буквально испепеляет парня взглядом, будто детектор лжи, который, увы, никак не обмануть. — ты о чем? — попытка обмануть детектор не удалась, ведь девушка кидает злой взгляд, а в голове загорается красный свет и слово “ложь”. — сколько ещё ты будешь притворяться, что не любишь Максима?       плевать, если кто-то услышит. плевать, если кто-то зайдёт и увидит. плевать.       но никто никогда не узнает, что по ту сторону раздевалки стоял Максим и все слышал, но он не вошёл в комнату и ничего не сказал. он просто ушёл.

возможно, он просто испугался.

Максим ведь не мог уходить от чувств, которых он боится. он ведь не мог подсознательно отталкивать Диму, потому что боялся пускать его ближе, ведь...

он ведь думал, что Дима и правда заигрался. парень же смеялся, сказал, что все в порядке. боже, он так проебался.

...всегда любил.

забавно, но Дима тоже всегда его любил.

— я обещаю разлюбить. — в голове вновь загорается слово “ложь”. — и я уезжаю к тёте на целое лето. — и девушка немного смягчается. — это пойдёт тебе на пользу. — она хлопает его по плечу и выходит из раздевалки. — будем созваниваться. — обязательно. — Дима выходит следом, роняя лёгкую улыбку. но они оба понимают, что “я обещаю разлюбить” —наглая ложь и они лишь пропускают это мимо ушей.

зачем все усложнять, когда все итак уже усложнено?

если бы ханахаки бьё была не вымышленной болезнью — я был бы уже на финальной стадии.

***

      по квартире разносится тикающий звук и только, от чего атмосфера как-то накаляется, пока Максим стоит в ванной над раковиной, смотря на свое отражение.       внутри разразился настоящий ураган, от чего руки начинают дрожать, а сердце — биться сильнее.       истерика накатывает волнами и очередная волна накрывает с головой, от чего из груди вырывается сдавленный выдох.       он сжимает стенки раковины, за них и держась, пока его складывает, как раскладушку. слезы перемешиваются с тёплой водой, что льётся из крана, и в этот же миг размазываются по всему лицу.       Максим смотрит на себя, пока с кончиков кудрявых волос капает вода.

Дима меня любит? так, почему сказал, что это ошибка? почему соврал?

очередная волна накрывает Максима, от чего он сползает на холодный кафель.

я же больно ему делал. почему я не догадался, это же очевидно. почему я не вошёл?

в районе груди начинает больно колоть при каждом вдохе.

почему я не поцеловал в ответ?

      сто раз телефон снимался с блокировки и сто раз ставился. сто раз сообщение было написано и сто раз стерто. Максим смотрит на фото друга и не решается ни на что. я тебя тоже люблю! почему соврал? как дела? давай встретимся? как сдал экзамены? как ты? ты плакал из-за меня? я тебя люблю. прости меня пожалуйста.       рука дёргается и Максим непроизвольно нажимает на кнопку отправки сообщения. и он с нарастающей паникой тянется удалить текст, но видит красный восклицательный знак и сковывающее предложение.

Максим Ц. 20:13 давай поговорим?

Вы внесены в чёрный список.

      внутри все просто оборвалось. он набирает Диму, но слышит то, что никогда более не слышал:

номер временно заблокирован.

      и это же он слышит и завтра и послезавтра и послепослезавтра.       он приходил к Диме под дверь, но ему никто не открыл; звонил его родителям, но ответа тоже не было.       внутри все стягивает в тугой узел, а в горле слышится блядская пульсация, от чего хочется блевать и плакать.

***

— эй! прийми заказ. — Максим приходит в себя, растерянно смотря на человека в форме официанта. — твой седьмой столик. — и низкая фигура скрывается за дверью подсобки.       еле перебирая ногами, Максим подходит к столику и выдавливает улыбку. вообще, он настолько устал переживать, что просто уже не может стоять на ногах из-за недосыпа. — молодой человек! — гость с прищуром смотрит на бейджик парня. — Максим, почему мой кофе не сладкий? — гость ядовито улыбается, поправляя красный галстук. — сахар кладёт бармен, а официант приносит заказ, если Вы не знали. — Максим кидает взгляд на человека за стойкой, якобы иди с ним ссорься. — сами платите за эту гадость! — гость вскакивает с места, но тут же оседает и смотрит на свою, когда-то белую рубашку, что вмиг стала цвета тёмного шоколада. гость становится красным, как рак, от возмущения.       Максим кидает блокнот на столик и, по пути в раздевалку, снимает форму официанта, что была надета поверх футболки и джинс.       в последнее время он стал эмоционально не стабильным, и пусть завтра он пожалеет об этом, сейчас без этого было никак.

он пытается хоть как-то держаться, но это просто невозможно, пока на тебя кричат и обвиняют из-за какой-то ерунды. он ушёл, ведь просто опустились руки, просто не хочется. ничего не хочется. ни слушать гостя, ни терпеть, ни дышать, ни не обращать внимания на недосып и явные проблемы, что появились с уходом Димы из его жизни. в определённый момент просто сдаешься, ведь не видишь смысла в своём будущем. плевать.

      он идёт домой по темноте и не знает, что делать. что он вообще может сделать? но тошнота отступает, когда в голову врезается мысль.

Дима же каждое лето ездит к тёте. значит он у неё, но где?

***

      поездка к тете. но, если в прошлом он истерил и пытался сопротивляться, то сейчас он просто кивает. мама знает — ему так будет легче.       и Дима это тоже понимает, поэтому сидит в машине и смотрит на капельки дождя, что скатываются по стеклу с той стороны.       он надеется, что сможет сбежать из этого ада и забыть о Максиме.

***

      каждое лето он подрабатывает официантом у тёти в кафе. родственница видит, как изменился Дима, ведь он ещё ни разу не пожаловался на эту работу и свою несчастную жизнь.       она смотрит на мать, но та отрицательно мотнула головой. она не расскажет.

***

      Дима сконцентрировался только на подработке. он подходит к бару и механически озвучивает заказ, но слышит знакомое.. — вау, какие люди и почему же ты не ворчишь? — поднимает взгляд и улыбается. становится немного легче.

***

      в самый первый день подработки Данил был первым с кем заговорил Дима. не потому что мальчик боялся общения, просто он был расстроен, что лето проведёт здесь.       Данил рассказывал парню о своих путешествиях, сёрфинге и что работать барменом очень круто, ведь всегда есть с кем поговорить и выпить.       парень спасал Диму, если гость уходил, не заплатив и научил мальчика, как можно заработать больше чаевых.

***

— жизнь вот так поменяла. — Дима пожимает плечами и относит заказ за столик.       Данил стал старшим братом для паренька. и он всегда просил совет у бармена. но сейчас боится. боится, что Данил просто отвернется от него, ведь то, что происходит с Димой –

“не нормально”.

      но вечером Дима всё-таки рассказывает, когда Данил спрашивает про его лучшего друга.       Дима вмиг теряет улыбку и начинает нервничать, ведь.. — мне кажется, я его...— слово “люблю” застревает в горле, ведь страшно и стыдно.       но Данил все понимает и не заставляет договаривать. — это взаимно? — но ответа не последовало, парень лишь пытается спрятать глаза, что вот-вот выдадут все его чувства.       Данил легонько хлопает его по плечу, но Диму срывает, потому что.. — ему нравится другая... — он уже устал, он не хочет домой, он не хочет испытывать всю ту боль снова.       мальчишка для него, как младший брат, и ему больно смотреть на то, как он страдает. Дима этого не заслуживает.