Бич Нечисти

      Ночь. Тихая вечная ночь, которая ни на секунду не покидает мир Нави, под владычеством мудрого царя его, Вия.       Совсем скоро наступит Велесова Ночь, когда для жителей астрального мира представится возможность попасть в мир Яви.       Для всех обитателей волшебного измерения это было настолько обычной процедурой, что стало почти обыденностью. Так уж сложилось, что чем старше дух, тем он более ко всему равнодушен, но на относительно молодого Афойнэса Ойнэ это ни в какой степени не распространялось...       Около небольшого леса, что кишит множеством никому неизвестных тварей, разливалось широкое озеро, отражавшее в себе слабый лунный свет. От лёгкого и прохладного ветра на воде появлялись едва заметные волны. Совсем недавно перестал капать дождь, и трава была всё ещё влажная. Сырость приятна не всем, однако Гифтэ Грэйнса это совершенно не смущало. Удобно усевшись под высоким деревом, он вдыхал свежий и успокаивающий аромат мокрой зелени, любуясь красотами природы.       Тёмная сине-зелёная озёрная гладь подёрнулась мелкой серебристой рябью и вновь успокоилась. Потом снова, но совершенно в ином месте. Рябь то отдалялась, то приближалась, будто кто-то дразнил меланхоличного Гифтэ.       Затем всё прекратилось на некоторое время. Это затишье начинало растягиваться, хотя стеклянные узорчатые стрекозы уже успели попрятаться в фосфоресцирующей осоки. И не напрасно. Перед самым носом духа взметнулся столб брызг, полностью накрывший Гифтэ Грэйнса. В центре этого импровизированного гейзера возвышался Афойнэ, несказанно довольный собой. Его большие глаза сверкали диким энтузиазмом. Даже страшно представить, что глубоководный дух придумал на этот раз.       Гифтэ Грэйнсу не сразу удалось понять происходящее, а осознал он лишь тогда, когда почувствовал, как к телу начала прилипать насквозь промокшая одежда. Оглядев виновника своей нынешней ситуации, Грэйнс недовольно поморщился, выражая осуждение в сторону радостного духа. Не впервой ему приходилось попадать в различные передряги по вине вечно прыткого Афойнэ, что во всём пытался найти развлечение. Но Гифтэ приходилось мириться с таким поведением младшего духа.       Облокотившись о прочный ствол дерева, он поднялся, вставая на один уровень с улыбающимся Афойнэ. Продолжая выражать презрение к этому поступку, Гифтэ вопросительно поднял бровь, требуя объяснений от подводного друга.       Выйдя из воды и ещё раз смерив непроницаемого товарища ослепительной улыбкой нескольких десятков игл-зубов, он схватил Гифтэ за плечи, буквально впившись в него своими перепончатыми ладонями: — Гифтэ... — начал он, наклоняя голову то в одну сторону, то в другую. — У меня к тебе предложение, от которого ты не посмеешь отказаться! — И без того широкая улыбка стала ещё шире, Афойнэс Ойнэ буквально наседал на собеседника, в ожидании ответа, приближая своё лицо к его лицу, очевидно, чтобы лучше расслышать ответ и рассмотреть последовавшую реакцию.       Ничуть не удивившись энтузиазму духа, Гифтэ тяжёло вздохнул. Недовольно покачав головой, с неохотой спросил: — Что же ты придумал на этот раз? — На его лице не читалось совершенно никакого интереса. Дух лишь хотел, чтобы тот поскорее закончил его донимать. — Это настолько важно, что необходимо было обливать меня с ног до головы водой? — Последнее предложение Гифтэ произнёс с нотками раздражения, но это ничуть не смутило Афойнэ, словно тот и не заметил. — Ну, раз тебе настолько интересно, то я, так и быть, тебя посвящу... — Не отпуская Гифтэ Афойнэ начал медленно обходить дерево, к которому прислонился лесной дух, по оси. — Как насчёт во время Велесовой Ночи обратиться людьми и пожить в мире Яви, скажем так, до... Следующей Ночи...? — Дух буквально сгорал от нетерпения, хотя его чешуйчатое тело, наполовину забитое орнаментом, трясло от лесной прохлады, отгоняя которую он то и дело встряхивал головой, от чего грива чёрных волос, которая и так будто находилась в невесомости, окончательно разметалась и смотрелась как-то нелепо. — Отказываюсь. — Гифтэ даже не думал над предложением духа. Его ответ был краток и ясен.       Высвобождаясь из цепкой хватки Афойнэ, Грэйнс отошёл в сторону. — Я думаю, не нужно объяснять, почему мы не должны делать этого, и насколько твоё предложение абсурдно. — Дух метнул ещё пару раздражённых взглядов на собеседника, ощущая, что полностью мокрыми оказались и длинные волосы, которыми тот сильно дорожил.       Улыбка разом сошла с лица Афойнэ: — Да что? — возмутился он. — Не будь таким занудой, Гифтэ! Неужели тебе не интересно посмотреть на людей в остальное время?       Он подошёл к Гифтэ Грэйнсу, закинув руку ему на плечи: — Не переживай! Никто и не узнает об этом! А мы просто посмотрим... И больше ничего! Честно!       Он посмотрел на лесного духа в упор и спросил: — Приведи хоть один пример, когда мои задумки заканчивались для нас плохо?       Гифтэ впился в Афойнэ строгим взглядом: — Я могу привести примеры, когда из-за тебя мы встревали в опасности. Но, боюсь, список получится слишком длинный. — Грэйнс недовольно хмыкнул. — Ты такой безответственный. — Он убрал руку духа с плеча. — Не задумывался, что будем делать, если не сможем вернуться? К тому же, это совершенно другой мир! Мы ничего не знаем о нём. Даже не догадываемся! — Гифтэ мог часами читать наставления младшему духу, от чего второй нередко засыпал, обеспечивая себе ещё больше проблем. — Я никуда не пойду. Если тебя не убедили мои слова, можешь ступать. Один. Хотя я очень не рекомендую этого делать. — Потеряв желание спорить, лесной дух сдался и готов был уйти в любой момент.       Афойнэс Ойнэ замялся, тупо таращась на Гифтэ. Ему упрямо не хотелось признавать правоту друга: — Но... Я не хочу один! А вернуться... Почему мы не сможем вернуться? — Афойнэ мельком подумалось, что сейчас он выглядит как последний идиот, впрочем, смущал ли подобный факт, когда он выскакивал с тучей брызг из воды?       После он гордо вскинулся и ответил: — Тем более я не настолько безрассудный, как ты думаешь! Я неоднократно изучал описания Яви в наших библиотеках, так что знаю достаточно! Между прочим, эту задумку я ещё с прошлой Ночи вынашиваю!       Он замолчал, продвигая Гифтэ немигающим рыбьим взглядом.       Гифтэ удручённо вздохнул, опустив голову. Ему всегда трудно и долго приходилось отговаривать Афойнэ от свершения глупых и бессмысленных идей. В конце концов, лесной дух соглашался, уставая от упёртости друга. И в этот раз он уже был близок к тому, чтобы отдать желанное неугомонному дитя, устав сопротивляться, и, наконец, успокоить его. Недолго помолчав, Гифтэ, не поднимая головы, спросил: — Ну, и что ты узнал из тех книг? Там было подробное описание мира, его жителей, их поведения и прочего? Или всего лишь общие факты, которые, по большей части, являются очевидными?       Афойнэ сцепил пальцы в замок и начал рассаживать взад-вперёд перед Гифтэ: — Тебя, дорогой мой, не обманешь, там действительно были только общие сведения, но...! — дух резко развернулся, возвысив голос. — Не это ли причина их дополнить? У нас достаточно сил, чтобы создать и поддерживать людские личины, так что Вий непременно благословит нас на сбор информации о Яви! Мы же будем местными клумбами! — вдохновенно закончил он, но вдруг нахмурился, понимая, что где-то ошибся. — Постой... Нет... Не клумбами... — он вновь нахмурился. — Точно! Ко-лу-м-ба-ми! — после чего Афойнэ звонко ударил рукою о ладонь, с хитрецой посмотрев на Гифтэ. — Так что теперь скажешь?       Гифтэ с недоумением поднял голову, смотря на друга, как на полного идиота, каким, впрочем, он и являлся. Дух хотел ответить, но понял, что все подходящие слова будто испарились в тупости, витавшей вокруг Афойнэ. Не в силах придумывать аргументы, Гифтэ снова совершил ту же ошибку. Согласился. — Если всё закончится плохо, я больше никогда и никуда не отправлюсь с тобой. — Лесной дух махнул рукой, смирившись с собственным поражением. — И ещё, если у нас будут проблемы от Вия, я скажу, что ты силой заставил меня пойти. Усёк? — Гифтэ раздражённо глянул на друга, не скрывая всей злости.       Афойнэ, в свою очередь, тоже начинал злиться, но потом, когда Гифтэ всё-таки пошёл на попятную, вновь остыл, односложно ответив: — Усёк.       Немного потоптавшись на траве, продолжил: — Ты уж не обессудь, но с Вием я уже говорил и сразу после него пришёл к тебе... Но! Мы обсуждали моё участие как однозначное, а твоё, как возможное. — Афойнэс Ойнэ примирительно выставил руки перед собой. — В общем, если ты не возражаешь, то я сообщу царю, что и ты дал согласие. — Вопреки собственным словам, дух метнулся к воде и, сделав сальто в воздухе скрылся в тёмной пучине. Вскоре белёсая озёрная пена улеглась, сделав водоём вновь подобным зеркалу, а дивные стрекозы покинули свои убежища в зарослях осоки, закружившись почти у самой поверхности, издавая хрустальное стрекотание.       Гифтэ раздражённо цокнул языком, наблюдая, как вода медленно успокаивается.

Этот придурок снова провёл меня. Чтоб его... Пора бы к этому привыкнуть...

      Свежий воздух и величие природы больше не могли унять злость духа. Настроение испорчено, да ещё и одежда полностью мокрая. Если бы Афойнэ не ушёл, Грэйнс бы точно хорошенько врезал младшему духу. А оставалось лишь хмуро смотреть вдаль, не зная, на ком бы сорвать свой гнев.

Зачем же я согласился..?

***

      Вот и наступил заветный момент. Всё это время Афойнэ как в воду канул, что можно понимать и как фразеологизм, и буквально. Дух появился за пару минут до наступления праздника нечисти. Он молча встал за спиной Гифтэ Грэйнса, его лицо не выражало ничего. Холодная рука аккуратно легла на плечо лесного духа: — Привет. Прости, что пропал — не хотел тебе надоедать.       Не дожидаясь ответа, вновь широко улыбнулся, демонстрируя свои внушительные зубы удильщика, обошёл Гифтэ с правого бока: — Ты уже придумал себе личину?       Гифтэ взглянул на Афойнэ с неким презрением, явно не хотя раздумывать над этим, поэтому ловко уклонился от ответа: — Ты сам сказал, что мы не собираемся находиться там слишком долго. А контактировать с жителями того мира я не горю желанием. — Лицо духа немного смягчилось. — Даже подходить близко ни к кому не хочу. — Он посмотрел на Афойнэ вновь сердитым взглядом. — Тебя это тоже касается. Не создавай проблем и не лезь в неприятности. Иначе наше путешествие закончится, не успев начаться.       Афойнэ удивлённо наклонил голову набок: — Ты издеваешься? А ещё я тебя не слушаю! Я же сказал до следующей Велесовой Ночи, то бишь целый год в мире людей! И ты ни капли не заморочился! Ну, с таким-то отношением мы точно проблем не оберёмся! — он провёл ребром кисти по горлу, чуть ниже кадыка. — Вот как люди отреагируют на твои уши и пустые глаза? И это я ещё про цвет твоей кожи молчу! Ты хоть поддельное имя себе придумал? — Афойнэс Ойнэ удручённо вздохнул. — Уж проще-то некуда...       Сейчас ему было несказанно обидно и горько от того, что друг никогда не воспринимает его всерьёз, даже если намерения у него самые что ни на есть серьёзные. Что поделать если преподносит он их, мягко говоря, необычно, но тем не менее, такова его суть, а наперекор не попрёшь — раздавит.       Чувствуя себя обманутым, Гифтэ отрешённо глянул на собеседника, но решил проигнорировать его слова, поняв, что уже никак не смеет отделаться. — С этим можем разобраться на месте... — Духу совсем не хотелось тратить время на придумывания новых имён или образов, но, видимо, это всё равно придётся сделать. — Пошли уже... Пока я не передумал... — Он неуверенно оглядел тёмный лес и аккуратно положил ладонь на ствол дерева, словно прощаясь.       Конечно, духу не хотелось покидать родной мир, к которому сильно привязался за долгое время. Гифтэ не желал признавать, что ему было немного страшно отправляться в нечто неизведанное и непонятное. Другу, конечно, он ни за что не сказал бы этого. Реакция водного духа могла быть совершенно непредсказуемой. Хоть они и провели много времени вместе, Грэйнс ещё не до конца мог понимать, что творится у него на душе.       Афойнэ кивнул и замолчал, а придурковатая улыбка вновь заиграла на его лице. Настроение сменилось кардинально и тем не менее внезапно: — Поехали! — с воодушевлением заявил дух, видимо, уже вжившийся в образ человека.       Он взял Гифтэ под руку и они вдвоём скрылись в молочном сияющем тумане, застилающем тропу, окружённую папоротником.