Хён, твой дневник

К театру подтягивались зрители, зал постепенно наполнялся людьми. На афишах, что были развешаны на улицах города, на здании театра и внутри, красовался музыкант, чьё имя уже несколько лет было на слуху. Люди жаждали посмотреть на него, тем более что он впервые даёт сольный концерт, а впереди тур по большим городам. Музыкант же сидел и смотрел на своё отражение. В гримерной было тускло и лишь лампы вокруг зеркала освещали лицо парня. Внутри сердца было волнение, а руки холодели. До выхода на сцену оставалось около двадцати минут. Он ждал этого момента долгие годы. На глазах блестели слезы, но на лице прослеживалась легкая и спокойная улыбка. - Этот день наконец-то настал, - сказал почти беззвучно сидящий. Перед парнем лежал блокнот, страницы которого давно пожелтели. Обложка была потрепана, и еле заметный узор еще был виден, но уже частично стёрт. Парень открыл первую страницу, которая начиналась со слов, написанных карандашом: «31 августа. Завтра я возвращаюсь туда… откуда хотел бы сбежать»

***

- С возвращением, - сказал Джисон сам себе, стоя перед воротами школы. - Дружище! - знакомый голос окликнул его. Это был Ли Феликс, единственный школьный друг Хан Джисона, а также его сосед по комнате. - Не думал, что успею соскучиться по тебе за эти три месяца. Да ты возмужал! - Ты тоже, - ответил Джисон своему другу, хлопая его по плечу, - я ожидаю, что этот год будет особенным. - С чего ты надеешься на это? Все прошлые годы не были особенными? И вся твоя жизнь особенная, - возразил Феликс, - ведь в ней есть я. - Согласен. Как бы я выжил без тебя здесь, - Джисон потрепал волосы Феликса. Глаза Феликса сияли от радости встречи. - Кажется, твоих веснушек стало куда больше за лето? - Да? Куда же ещё больше? Скоро на моём лице «живого» места не останется из-за этих веснушек? – Феликс сделал милое и удивленное лицо. - Не представляю тебя без них, - сказал Хан. - Лучше бы ты себя без меня не мог представить. Мальчики засмеялись. Джисон и Феликс вот уже 3 года делили одну комнату и одну школьную парту. Стоит сказать, что школа была предназначена исключительно для одарённых детей, а если точнее, для одаренных мальчиков. В школе были разные дисциплины: физико-химическая литературная, математическая (в которой и числились Джисон и Феликс), а также музыкальные и инженерное направления. Обучение проходило в течение 5 лет, после чего у выпускников появлялось больше шансов поступить в высшие учебные заведения и преуспеть в жизни. Попасть в эту школу было непростой задачей, сюда брали либо действительно талантливых детей, либо тех, чьи родители могли платить огромные деньги за обучение своего ребенка. Вторая категория учеников значительно превышала первую. Вот уже прошло несколько дней с начала учебного года. Всё происходило как обычно. Ранний подъем, несколько скучных занятий, обед, снова скучные занятия, спортивная тренировка на стадионе школы, ужин, домашнее задание и сон. В один из таких дней, Джисон и Феликс сидели в столовой во время обеда. В зале стоял гул, ученики как обычно шумели, потому что в остальное время они заняты учебой и разными обязанностями, и обед – единственное время дня, когда можно вдоволь наговориться и накричаться. Но один парень, сидящий в одиночестве в самом конце зала у окна, выбивался из общей массы. Он ел тихо и ни с кем не разговаривал. Лишь изредка смотрел в окно, за которым стояло дерево с желтыми листьями. Моментами ветки из-за ветра постукивали в окно, что и привлекало внимание сидящего за столом парня. Его одиночество нарушил Рю Чон, его одноклассник. Он сел напротив парня и что-то стал насмешливо ему говорить, перебирая пальцем еду в его тарелке. - Кто это? - раздался голос Джисона, он посмотрел на того парня и Рю Чона. - Староста музыкального класса. Рю Чон. А второй… кажется, его одноклассник, но я не уверен. Я не помню его имя, кажется начинается на М.. – задумался Феликс. - Рю Чон достаёт его? - Да, они не в ладах. Я не видел сам, только слышал об этом. И вроде, что у их семей был какой-то конфликт, - ответил Ли. - Надеюсь, что они… - не успел договорить Джисон, как раздался резкий звук упавшей тарелки на пол. Гул разговоров в столовой сразу прекратился. Рю Чон скинул тарелку парня со стола. - Ты ещё не осознал своего места? - выкрикнул Чон в лицо парня. Но парень молчал. Он спокойно посмотрел в глаза Рю, а затем, взяв свой пиджак со скамейки, покинул зал. - Мне это не нравится, - сказал Джисон Феликсу. - Просто не связывайся с ними, - прошептал в ответ Ли, - ни с тем, ни с другим. Я боюсь, что это и на тебе скажется. Хан посмотрел на Феликса и кивнул в знак понимания. Ночь постепенно опускалась на город, стояла теплая погода. У Хана и Феликса выдалось свободное время, чтобы провести его на свежем воздухе во дворе школы. Мальчишки сидели в одной из беседок и разговаривали о разном, вспоминали прошлые годы и мечтали о будущем. - Я не особо хотел возвращаться сюда, просил родителей забрать все документы, - начал Хан, - это отец решил, что из меня вырастет великий математик, чье имя будет красоваться на страницах учебников среди других великих имён. Но я никогда не был заинтересован в этом. Я, кажется, ни в чём не заинтересован… хотя, пока проводил время в доме, я часто слушал пластинки с классической музыкой, в частности, фортепиано. Есть одно произведение, которое мне очень полюбилось, хотел бы я научиться играть его. Это Рес… - Пластинки? Музыка? – перебил его Феликс, - кажется, нам не по пути, друг, - он шутливо скрестил руки и отвернулся от Джисона. - Да, брось, - засмеялся Хан, - и всё же, почему природа наградила меня именно математическими способностями, когда я не люблю ни математику, ничего, что связано со счётом? - А мне нравится. Я рад, что могу обучаться здесь, - подметил Феликс. Внезапно Хан обернулся и несколько секунд глядел куда-то вдаль. Он явно пытался разглядеть что-то. На вопрос Феликса: «Что случилось?» он почти не реагировал, а лишь отстраненно смотрел в сторону здания, где располагался актовый зал. - Мне надо успеть взять в библиотеке учебник, я схожу, ты меня не жди, иди в комнату, - внезапно сказал Хан и направился в сторону здания. - Библиотека в другой стороне, Хан… – вслед крикнул ему Феликс. Его лицо помрачнело, когда он понял, что Джисон буквально сбежал. Никакой учебник ему не нужен был, Джисон услышал еле заметный звук мелодии, которая ему показалась очень знакомой. Да и кто в такой поздний час играл в актовом зале? Джисона это слишком заинтересовало, и он прямиком направился в актовый зал. За фортепиано, на банкетке, сидел парень. Белая рубашка просвечивала его спину, под светом небольшого прожектора, а жабо придавало ему элегантности. Темно русые волосы были слегка взъерошены. Его тонкие пальцы аккуратно касались клавиш, будто он проводит рукой по самому хрупкому фарфору. Закрыв глаза, он иногда качал головой в такт музыки, а парой всё его тело извивалось в ритме. Джисон откинулся на спинку удобного кресла и наслаждался музыкой. Казалось, что время остановилось, есть только он и эта мелодия. Когда парень, закончил композицию, Хан искренне похлопал. - Это Респиги? - поинтересовался Джисон. - Верно. – ответил музыкант. В зале было темно, а свет лишь был от прожекторов, которые располагались прямо над сценой, - Соната фа минор, - уточнил парень. Джисон встал со своего места и подошел ближе к сцене. Сейчас он уже смог более точно разглядеть лицо незнакомца. Им оказался тот парень из столовой, который сидел в одиночестве и чью тарелку перевернул Рю Чон. - Хан Джисон. - представился Хан и протянул руку незнакомцу. - Ли Минхо, - ответил парень и поздоровался за руку с Ханом, - рад знакомству. Так вы, кажется, не из музыкального класса, тогда откуда вам известна мелодия? - Слушал всё лето, пока был дома. Мне очень полюбилась именно эта композиция. У родителей разные пластинки, а мне было слишком скучно. Было здорово, ты хорошо играешь. Словно побывал на концерте. - Спасибо. Не думал, что кто-то услышит. В зале воцарилась тишина. Джисон поднялся на сцену и подошел к инструменту. - Можешь сыграть что-то ещё? – спросил Хан - Есть одна композиция… Минхо сел на банкетку и приступил к мелодии. Хан завороженно наблюдал, как музыка поглощала Минхо. Он выглядел словно великий музыкант, выступающий на своём концерте. Кажется, что зал переполняют зрители, которые вот-вот встанут, чтобы заполнить пустоту зала шумом аплодисментов. Минхо закончил играть и, положив руки на колени, посмотрел на Хана. - Понравилось? - поинтересовался Минхо. - Спрашиваешь? Это было… неописуемо. Как называется композиция? - У неё нет названия. Я сочинил. - Ты талантлив! - воскликнул Хан. - Ты правда талантлив! Обещай, что, когда дашь название композиции, расскажешь мне. Хан был очень взволнован. У него перехватывало дыхание, словно хлесткая пощечина, его настигло осознание, что музыка – это то, что его действительно интересует - Хмм, хорошо, обещаю. - кивнул Минхо. - Научи меня этой композиции, - внезапно, слегка нагло, выдал Хан. - Я не против. Давай завтра в это же время, - ответил Минхо, улыбаясь. Его глаза будто снова стали живыми и засверкали от света. Он почувствовал какое-то спокойствие и уверенность внутри. Такое случилось впервые за несколько лет учебы, чтобы кто-то первый проявил инициативу в знакомстве, и одарил его похвалой, а не насмешкой.