Do You Know the Muffin Man

Тусклый утренний свет становился ярче, когда солнце медленно поднималось над рекой. Вода сверкала в лучах солнца, отражая силуэт тепло укутанного человека, идущего по дощатому настилу. Зелень и леденцы украшали двери магазинов и фонарные столбы. В окнах вдоль улицы мерцали рождественские огни, а где-то вдалеке слышалась весёлая праздничная музыка. Свежий воздух щипал его за нос, крошечные снежинки кружились вокруг его головы. Юнги ненавидел это время года. Пока другие находили огни очаровательными, он находил их слишком яркими. Листья остролиста были острыми и колючими, совсем не подходящими для приятного декора. Из-за толпы людей и рекламы, которую ему тыкали в лицо, ходить по магазинам было почти невозможно. Рождество, по его мнению, превратили в источник прибыли. Кроме того, зачем покупать подарки людям, которые даже не оценят их по достоинству? Музыка становилась все громче и действовала ему на нервы. Юнги нахмурился, поправил шарф и поспешил навстречу аромату свежеиспеченного хлеба и сладостей. Каким бы плохим ни был день, выпечка Пака поднимала ему настроение. Конечно же, это были кексы. Аромат домашней выпечки притягивал его и заставлял чувствовать тепло внутри, а его булочки были лучшими во всем городе. Это был тот человек, который был дружелюбен с Юнги, каким бы злым и язвительным он ни был. И как мог человек, который немного подпрыгивал, когда работал, выглядел без усилий грациозно, когда пополнял запасы лакомств быть злым? И как он умудрялся выглядеть милым и захватывающим дух одновременно с мукой на носу…

***

Пак Чимин оторвал взгляд от теста для печенья, которое он раскатывал, когда колокольчик над дверью звякнул, предупреждая о новом клиенте. Заметив, что его самый нелюбимый клиент изучает стойку с булочками, он закатил глаза и изобразил на лице широкую улыбку, прежде чем покинуть кухню. - Чем я могу помочь сегодня, сэр? - Хм, - всё, что он услышал в ответ. Чимин мысленно вздохнул. Мин Юнги приобрел в городе репутацию человека замкнутого и скверного. С этим человеком было трудно иметь дело, и иногда он мог быть откровенно злым, но Чимин был профессионалом. Он мог это стерпеть. В конце концов, Юнги приходил каждый день за булочкой в течение последнего года, а может и больше. Иногда он делал вид, что просматривает пекарню, наблюдая, как Чимин заботится о детях, которые толпились вокруг прилавка и просили бесплатные булочки на пробу. Чимин же видел, как Юнги запихивал несколько лишних купюр в банку для чаевых, когда думал, что Пак не смотрит. Однажды он видел, как Юнги подобрал облезлого бродячего кота, мокрого и замерзшего. Конечно, он был раздражительным, но, по мнению Чимина, Юнги просто неправильно понимали. Его глаза были добрыми. Возможно, именно по этой причине слова сорвались с губ Чимина прежде, чем он успел обдумать их. - Булочку для булочки? Юнги резко вскинул голову и повернулся к Чимину, широко раскрыв глаза. - Э-э… Что? Чимин запаниковал и улыбнулся ещё шире. Почему он сказал такую глупость? Хорошо, что он успел одуматься. - Сегодня у нас бесплатный кекс. Купи один и получи второй в подарок, - ответил он. Юнги быстро взглянул на стойку с булочками и нахмурился. - Здесь этого не сказано. Чимин стоял там со своей глупой ухмылкой, мысленно пиная себя. - О. Э - э... Нет, это не так. Я... Я только сейчас решил это. Так что же вы будете? – улыбка Чимина становилась всё шире и шире. Юнги уставился на него, в конце концов, взяв две булочки, не отрывая взгляда от Чимина. - Отлично. Сейчас я пробью их, - сказал Чимин. Его глаза скользнули вниз к булочкам и снова поднялись, чтобы увидеть, как Юнги уставился на него. Чимин почувствовал, как его щёки загорелись, когда он понял, что только что сделал и что Юнги, должно быть, думает о нём сейчас. С этими словами Чимин развернулся и практически побежал к кассе, желая провалиться сквозь землю, и задаваясь вопросом, действительно ли его лицо было таким красным, как он чувствовал. Что с ним сегодня не так?! Чимин взял кексы и сделал единственное, что мог сделать, когда нервничал, он просто пробормотал: - Знаешь, на улице сегодня действительно холодно. Я рад, что вы подобрали этого кота недавно. Приятно знать, что он больше не мёрзнет на улице. Юнги поднял бровь. - Откуда ты знаешь, что я дал ему дом? Может быть, я отвёз его в приют. Может быть, он просто стоял у меня на пути, и я переставлял его на другую сторону тротуара. Чимин уставился на человека, стоявшего перед ним. Он чувствовал себя полным идиотом. Он действительно не знал, что случилось с котом. Он просто предположил. И он знал, что Юнги не был самым хорошим человеком в мире, но он отказывался верить, что Юнги был настолько бессердечным, чтобы пнуть бедное животное, пока оно лежало. Он покачал головой. - Нет. - Что значит "нет"? - Я хочу сказать, что не поверю, что ты сделал это. Юнги скрестил руки на груди, держа в каждой по булочке. - И почему это так? - Потому что, каким бы злым и раздражительным ты ни был, ты не так жесток. Юнги склонил голову набок, недолго изучая Чимина. Внезапно он откинул голову назад и рассмеялся. Чимин стоял ошеломлённый. Он никогда не видел, чтобы этот человек хотя бы улыбался, не говоря уже о смехе. Это был самый красивый звук, который Чимин когда-либо слышал, и его улыбка продемонстрировала идеальные белые зубы. Чимин почувствовал, как его сердце сжимается. - Но почему? Вырвавшись из задумчивости, Чимин попытался ответить. - Что? Почему ты не жесток? - Почему ты только что решил дать две булочки? - Юнги обвёл рукой магазин. - Здесь нет никого, кроме меня. Чимин пожал плечами и снова улыбнулся. - Веселого Рождества.

***

Позже на той же неделе Юнги сидел в маленьком кафе, потягивая крепкий кофе, а на столе перед ним крошилась недоеденная черничная булочка. Большая красно-белая вывеска "закрыто" на булочной довела его плохое и без того настроение до откровенного испорченного состояния. Он не понимал, почему она закрыта в пятницу утром. По пятницам он никогда не закрывался. Вздохнув, он взял лежавшую рядом газету и начал просматривать объявления. Как инвестор в недвижимость, он регулярно покупал дома для ремонта и перепродажи. Он неплохо зарабатывал на жизнь. Схватив красную ручку, которую он держал в кармане рубашки, он начал обводить объявления, которые могли его заинтересовать. Внезапно одно объявление привлекло его внимание, и он замер. Юнги недоверчиво уставился на то, что читал. Может ли это быть? Это должно быть ошибка. Он положил газету на стол лицевой стороной вниз и потёр глаза. Это место никак не могло быть выставлено на продажу... Снова взяв газету, он убедился, что глаза его не обманывают. Оно действительно было выставлено на продажу. Так много вопросов крутилось у него в голове. Наверняка произошла какая-то ошибка. Быстро прибравшись, он выбросил булочку в мусорное ведро и вышел на холод. Подойдя к булочной, он обратил внимание на вывеску на двери и затемненные окна. Что-то было не так. Воспользовавшись тем, что хозяин жил в крошечной квартирке над заведением, он постучал в дверь. Когда никто не появился, он постучал громче. Вскоре появился очень усталый Чимин и приоткрыл дверь. - Извините, но мы сегодня закрыты. - Почему ты продаешь это место? - спросил Юнги. Чимин выглядел испуганным и ошеломленным. - Прошу прощения? - Я спрашиваю, почему ты продаешь это место? Чимин посмотрел на Юнги, медленно приходя в себя. - Ну, я не понимаю, какое тебе до этого дело. А теперь, если позволишь, мы закрыты. Юнги сунул ногу в дверь, прежде чем Чимин успел захлопнуть её, и рывком распахнул. - Эй! Что ты делаешь? - взвизгнул Чимин. По правде говоря, Юнги понятия не имел, что он делает. Он просто знал, что ему нужны ответы на некоторые вопросы. Он не мог допустить, чтобы парень перед ним... Нет, кексы… Ускользнули, возможно, навсегда. - Почему сегодня закрыты? Ты никогда не закрываешься в пятницу, - рассуждал Юнги, как будто это объяснение компенсировало то, что он прервал утро Чимина. Чимин вздохнул и провёл пальцами по волосам, его терпение истощилось. - Если тебе так уж необходимо знать, то это потому, что я болен. Обычно я пытаюсь пробиться силой, но сегодня просто не смог. Есть ли причина, по которой ты не мог дождаться завтрашнего кекса? Юнги присмотрелся к Чимину и заметил, что тот действительно выглядит больным. Его кожа была очень бледной. Его глаза казались немного запавшими и остекленевшими, а нос покраснел - наверное, от того, что Юнги пускал холодный воздух в дом, не закрыв дверь. Протиснувшись мимо Чимина, он направился к стойке с булочками. - Ну нет, я не могу. Посмотри на себя, стоишь и вот-вот потеряешь сознание. Держу пари, что у тебя здесь даже нет никого, кто мог бы о тебе позаботиться. Да что с тобой такое? Чимин впился взглядом в человека, который только что ворвался в уже закрытый бизнес и, похоже, не собирался уходить в ближайшее время. - Что со мной такое? Да что с тобой такое?! Я сказал, что мы закрыты. Неужели это для тебя ничего не значит, или у тебя вошло в привычку ходить и вламываться в чужие дома? - Да будет тебе известно, что я ничего не сломал. Ты впустил меня. А теперь скажи, кто здесь о тебе заботится? Они делают довольно плохую работу, как я вижу, - Юнги оглядел магазин. Не видя больше никого, он бросил обвиняющий взгляд на Чимина. Чимин открыл рот и снова закрыл его. Он был в растерянности. Он чувствовал себя ужасно, и у него едва хватало сил стоять, не говоря уже о том, чтобы спорить с разгневанным клиентом, который был единственной причиной того, что он вообще встал с постели. - Никто, - устало ответил он. - А теперь, если ты не возражаешь, я хотел бы вернуться в постель. Юнги фыркнул. - Только через мой труп. Кто-то должен позаботиться о тебе, чтобы ты мог делать мои кексы. Давай. Где твоя кровать? Плечи Чимина опустились, он сдался. - Тут, - сказал он неохотно. В течение двух дней Юнги лечил лихорадку и озноб Чимина, варил ему куриный суп и заставлял принимать лекарства. В перерывах между сном они обменивались историями из своего детства и лучше узнавали друг друга. Чимин рассказал Юнги о своей бабушке; как она души в нём не чаяла и как сильно он скучает по ней сейчас, когда она уже умерла. Юнги, в свою очередь, рассказал Чимину о своём покойном муже, который умер от рака несколько лет назад. В воскресенье Чимин проснулся, он стал чувствовать себя лучше и захотел открыть пекарню. Но Юнги возражал. - Сначала тебе нужно восстановить силы. Если ты сразу же вернёшься обратно, то снова заболеешь. Чимин прислонился к дверному косяку своей спальни и скрестил руки на груди, наблюдая, как Юнги сидит за маленьким круглым столиком в крошечной квартирной кухне и листает объявления. - Знаешь, Юнги, я действительно ценю всё, что ты для меня сделал. Однако мне действительно нужно снова открыть пекарню. Я должен зарабатывать на жизнь, ты же знаешь. - Хён. - Что? - Зови меня просто Хён. И ты сегодня не откроешь пекарню. - Ах, да? Просто посмотри на меня и послушай... Юнги продолжал изучать газету. - Я буду смотреть, как ты лежишь в этой кровати, вот что я сделаю. И пока ты это делаешь, ты можешь сказать мне, почему продаешь пекарню. Чимин выпрямился во весь рост, стараясь казаться больше. - В чем, чёрт возьми, проблема?! - заорал он. - Никто не просил тебя приходить сюда. Никто не просил тебя остаться. И никто не просил тебя совать свой нос в мои дела. Юнги невозмутимо поднял бровь и посмотрел вверх. - Твои дела? Я бы сказал, что булочки, которые я покупаю каждый день, - это моя энергия, поэтому я хотел бы знать, почему я больше не буду их получать. - Ты же не серьёзно! - взгляд Юнги ясно дал понять Чимину, что он действительно серьезен. Чимин прислонился спиной к дверному косяку и потёр лоб. - Если я скажу тебе, почему продаю, ты оставишь меня в покое? Юнги откинулся на спинку сиденья и сцепил руки за головой. Отодвинув ногой ещё один стул от стола, пригласив жестом Чимина сесть на него. - Отлично, - проворчал Чимин. Он сел и начал свой рассказ. - С самого детства я обожал печь. Моя бабушка научила меня этому, и она всегда позволяла мне помогать ей делать печенье, пирожные и пироги. Когда я стал старше, я мечтал когда-нибудь иметь свою собственную пекарню. Поэтому я много работал и скопил достаточно денег, чтобы купить это место, - он помолчал с улыбкой на лице и отсутствующим взглядом в глазах. Однако его глаза затуманились, и улыбка исчезла с его следующими словами. - Хотя, возможно, я немного переборщил, - признался он. - Налоги на недвижимость продолжают расти, и я больше не получаю достаточно прибыли, чтобы сводить концы с концами. Юнги немного посидел, а потом встал. - Ладно, возвращайся в постель, - сказал он, протягивая руку. Чимин вздрогнул, широко раскрыв глаза. - Ты сказал, что оставишь меня в покое, если я скажу, почему продаю это место. Юнги рассмеялся. - Я ничего такого не говорил. Формально я вообще ничего не говорил. Это не моя вина, что ты плохо общаешься, Чимин-а, - хитро улыбнувшись Чимину, он снова протянул руку, подчеркивая, что Чимин должен взять её. Чимин издал сдавленный звук, поняв, что его одурачили. Тем не менее, он взял Юнги за руку и позволил ему проводить его обратно в спальню. Он забрался обратно в постель, и Юнги уложил его. Закрыв глаза, он подумал о том, как жёстко вел себя Юнги, но каким добрым он был на самом деле. Его подозрения, что Юнги на самом деле очень милый человек, подтвердились. Последнее, что он помнил перед тем, как заснуть, было беспокойство в красивых глазах Юнги, когда он натягивал одеяло на плечи Чимина.

***

Вернувшись домой в тот вечер, Юнги обнаружил, что его любимые тапочки обгрызены, лампа опрокинута, а под рождественской ёлкой валяются сломанные украшения из лампочек. Оглядев комнату, он увидел два пылающих зелёных глаза, глядящих на него из отверстия с вершины домика для кошек. - Да, ангел, я знаю, что опаздываю, - он повесил свою зимнюю одежду в шкаф для одежды и пошёл к домик для кошек, говоря успокаивающие слова своему коту. Подумать только, что он мог когда-нибудь отдать её в приют или оставить на улице замерзать до смерти, было просто смешно. Когда он успокоил её и накормил, то решил немного покопаться в пирожных Пака. Впервые за пять лет он чувствовал себя... Странно. Боль и печаль, которые, казалось, преследовали его в это время года, исчезли, и у него появилось желание сделать подарок кому-то, кто быстро становился для него особенным. На следующее утро он позвонил риэлтору, который выставил пекарню Чимина на продажу. - Доброе утро! - ответил бодрый голос. - Говорит Ким Сокджин. Чем я могу вам помочь? Юнги боролся с желанием застонать. От утренних людей у него разболелась голова. - ЭМ, привет. Это Мин Юнги. Я звонил насчет булочной на продажу. - Ах, да. Отличная собственность, я лично советую. И отличные бисквиты. Думаете заняться выпечкой, Мистер Мин? Моя мать была отличным пекарем… - Сокджин начал что-то бормотать, и Юнги постарался не потерять его. - Извините... - ...давала мне уроки. Не хотите ли взять несколько уроков выпечки? - Нет! - Юнги ущипнул себя за переносицу. - Мне просто нужно совершить сделку. - Разве ты не хочешь сначала осмотреть это место? - Нет. - О. Ну, тогда ладно,— сказал Сокджин с искренним удивлением. - Но вот в чём дело. Я хочу купить его и сохранить на имя нынешнего владельца. Линия молчала так долго, что он подумал, что Сокджин, возможно, повесил трубку. - Ты хочешь чего? Юнги вздохнул. -Слушай, может быть, там есть кто-то ещё, с кем я мог бы поговорить? Сокджин рассмеялся скрипучим смехом, который напомнил Юнги дворник на ветровом стекле. - Нет, только я. Мои братья сейчас демонстрируют другие объекты недвижимости. А теперь об уроках выпечки… Юнги застонал и приготовился к долгому утомительному телефонному разговору... Говоря о налогах, следующим телефонным звонком Юнги в его списке был налоговый инспектор. Он надеялся, что, может быть, он мог сделать что-то, чтобы налоги на пекарню Чимина были снижены. - Офис налогового инспектора, некто Чон Хосок к вашим услугам, - сказал голос, который звучал слишком радостно. Юнги закусил губу. - Да. Мне нужно снизить налоги на определенную недвижимость. - Ха-ха-ха! Это хорошая идея. Так чем же я могу вам помочь, сэр? Юнги остановился и собрал столько же терпения, как он мог. - Я покупаю бизнес-недвижимость на имя её нынешнего владельца и хочу снизить налоги на неё. Последовала многозначительная пауза. - Серьезно?.. Юнги приготовился к очередному долгому телефонному звонку.

***

В последний раз он позвонил своему младшему брату, который также был его адвокатом. - Ужин, братан? - последовал ответ после пятого гудка. - Ага! Разве так можно отвечать на звонок на рабочий телефон? - выругался Юнги. - О, успокойся. Я знал, что это ты. Почему ты вообще звонишь мне по этому номеру? Ты что, потерял мой мобильный? Юнги хлопнул себя по лбу и беззвучно повторял про себя, что он любил своего младшего брата, он любил своего младшего брата... Головная боль превратилась в настоящую мигрень. - Нет, ты ошибся. Я позвонил тебе на рабочий номер, потому что мне нужно поговорить с адвокатом Чонгуком, а не с братом Чонгуком. Он дома? Или мне лучше нанять кого-нибудь другого? - У тебя есть для меня работа, да? Потрясающе! Что это? Уклонение от уплаты налогов? Мошенничество? Вымогательство? - Боже мой, нет! За кого ты меня принимаешь? Я просто хочу купить пекарню Пака и оставить её на имя первоначального владельца. Мне также нужно снизить налоги на недвижимость. Мне нужно, чтобы ты пошёл со мной на встречу с Ким Сокджином из Kim Properties и Чон Хосоком из налоговой службы. В ответ он получился лишь тишину... А затем удивленное: - Чего ты хочешь?... Юнги взвизгнул и бросил свой телефон на диван, прежде чем выкрикнуть непристойности в подушку.

***

Прошло три недели с тех пор, как Чимин заболел, и он начал беспокоиться о Юнги. Сначала он продолжал каждый день приходить в булочную за булочкой, и они начали обмениваться остроумными шутками. Вскоре они поняли, что оба любят музыку. Юнги любил играть на пианино и сочинять музыку, а Чимин любил танцевать. Они быстро подружились, изредка флиртуя друг с другом. И вот однажды это случилось. Юнги не пришёл за своей ежедневной булочкой. Сначала Чимин не придал этому значения. Конечно, его удивило, что он не появился, но клиентам было позволено идти, куда они захотят. Возможно, Юнги нашёл место получше, чтобы получить булочки. Эта мысль опечалила Чимина, и он занялся пополнением запасов печенья и выпечкой пирогов. Однако вскоре он обнаружил, что скучает по Юнги всё больше и больше. Прошло не так уж много времени с тех пор, как они начали узнавать друг друга — начиная с того неловкого разговора, когда Чимин случайно флиртовал с Юнги — но он произвёл на Чимина неизгладимое впечатление. Он боялся, что это навсегда. Где же он был? Теперь Чимин был убеждён, что что-то случилось. Был Сочельник, и он не видел Юнги почти целый месяц. Он сделал Юнги небольшой подарок в благодарность за то, что тот ухаживал за ним, пока тот болел, но он не мог дать ему его, если бы тот не пришёл. Он всё время вспоминал печальный взгляд Юнги в то воскресенье и задавался вопросом, Что же это было. Может быть, это как-то связано с тем, почему он не вернулся. Чимин подумал, что это из-за него. Эта мысль огорчила его. Он так по нему скучал. Он тоже не был уверен, что когда-нибудь увидит его снова. Сокджин сказал ему, что есть покупатель для пекарни. Должно быть, они очень сильно хотели её приобрести, потому что даже заплатили больше, чем он первоначально просил. Сегодня будет последний день бизнеса Чимина... Он как раз ставил в духовку последние пирожки, когда звякнул колокольчик, оповещая его о появлении нового посетителя. Он быстро отряхнул фартук и поспешил поздороваться с кем бы то ни было. - Привет, как я могу... - слова застряли у него в горле, когда он увидел Юнги. - Можете ли вы что? Принять мой заказ? Конечно, я возьму двойной чизбургер и шоколадный коктейль, пожалуйста. Чимин подбежал и обнял Юнги. Потрясённый, Юнги просто стоял там в течение мгновения, прежде чем медленно, нерешительно, обнял Чимина в ответ. В конце концов Чимин отстранился. - Я надеялся, что ты вернёшься, Хён. У меня есть кое-что для тебя, - его глаза превратились в полумесяцы от того, как широко он улыбался. Он отвернулся, чтобы взять из-под прилавка маленький пакетик в полоску из сахарной тростинки, наполненный красной папиросной бумагой. - У меня тоже есть кое-что для тебя. Чимин обернулся и увидел Юнги, держащего толстый конверт из манильской бумаги. - О. Ну, сначала открой мою. Юнги так и сделал и был в восторге от музыкальной шкатулки. Когда он открыл её, колокольчики заиграли serendipity, а крошечный танцор-мужчина сделал пируэт перед маленьким зеркалом. Они оба некоторое время смотрели на танцора, прежде чем Чимин заговорил. - Знаешь, эта песня - одна из моих любимых. Это напоминает мне о тебе, - тихо сказал он. Юнги поднял глаза и увидел пронзительный взгляд Чимина. - Ты мне нравишься, Хён, - продолжал Чимин. И я думаю, что нравлюсь тебе. Ты бы... Ты бы хотел быть моим парнем? - слова вырвались в спешке, и лицо Чимина побагровело, но он не отвёл взгляда. Юнги одарил его одной из своих великолепных липких улыбок и поцеловал прямо в губы. - Я бы с удовольствием. А теперь ты должен открыть мой подарок. Чимин взял конверт и открыл его, увидев большую стопку документов. Он в замешательстве нахмурил брови. - Что это такое? - Ну, я уже довольно давно прихожу сюда за своими булочками, и когда я увидел это место на продаже, я просто не мог ничего сделать. Так что я купил его, но не для себя. Для тебя. Он всё ещё записан на твое имя. И я заплатил больше, чем просил, так что ты получишь немного больше денег. Да, и я договорился с налоговым инспектором. Он посчитал, что налоговый комиссар поступил несправедливо, повысив ваши налоги. Так что они вернутся к тем, что были изначально, когда ты купил это место. Взгляд Чимина задержался на бумагах, прежде чем вернуться к Юнги, снова и снова. Секунды превратились в минуты, а Чимин всё ещё не отвечал. О, нет. Неужели он сломал Чимина? Неужели ему это не нравится? - Чимин-а? - он осторожно протянул руку и коснулся щеки Чимина. - Веселого Рождества. - Как ... — Чимин прижал бумаги к груди, и слёзы тихо потекли по его щекам. Он всхлипнул, безуспешно пытаясь перестать плакать. - Тебе это не нравится? - взволнованный голос Юнги вызвал новую волну слёз, и Чимин крепко обнял его. - Мне это нравится. - Эй. Ты ведь так и не ответил на мой вопрос. - Какой вопрос, Хён? - Почему ты дал мне два кекса вместо одного в тот день? Чимин отстранился и крепко поцеловал его. - По той же причине, по которой ты однажды выбрал мои булочки, даже не взглянув на них. _Не стесняйтесь ставить лайки и писать отзывы, если вам понравилась работа или вы хотя бы дочитали ее до конца, они мотивируют ❤️ А еще подписывайтесь, чтобы не потерять еще больше хороших работ)