Узы крови

      Настя спустилась в лобби, подошла к помощнику управляющей и произнесла: -Михаил Джекович, София Яновна просила передать , что ближайший час отель полностью на вас. -Конечно, никаких проблем. А что, у Софии Яновны что-то случилось? Если ей нужно, пусть прямо сейчас едет домой. Я прикрою. -Хорошо. Я обязательно ей передам.-Настя уже собиралась уходить,когда Миша спросил: -Настя, у неё что-то случилось? Ей не нужна помощь? Она в порядке? -Да, Михаил Джекович. София Яновна в полном порядке. А если что-то и случилось, то я не думаю, что это каким-то образом касается вас.-резко ответила она и ушла в направлении лестниц. -Даааа, мой друг... Бабская солидарность, она такая... Ты вот, Анастасии Степанне ничего плохого не сделал, а ненавидит она тебя почти как София...-Философски изрёк дядя Боря стоявший рядом. -Ой, дядь Борь, не нагнетай! Ты лучше подумай, что такого могло случиться у Сони, что она все обязанности на меня переложила...Держу пари, это как-то связано с её племянницей. -Да даже если и так,то это её личное дело. Лучше не вмешивайся. Тебе же потом хуже будет. -Лаадно. Может ты и прав... *** София сидела за столом и думала о жизни. Думала о своей племяннице, у которой, казалось бы есть всё, о чём она только пожелает, но совершенно нет материнской любви и заботы.Думала о родном брате, который совершенно не понимает свою дочь, хоть и безмерно любит... Её размышления прервала Настя, вошедшая в кабинет. Она ничего не говорила, но во взгляде легко было прочитать множество вопросов. И София заговорила: -Это моя племянница Дарина. Ей 16 лет, живёт она с отцом, но видит его крайне редко. Он по уши в работе, а времени на дочь у него почти нет. Рина всё детство пыталась обратить на себя внимание отца: училась хорошо, делала успехи в музыке, рисовании... А мой брат воспринимал это как должное. Ведь это его дочь. Иначе и быть не может. Постепенно Рина бросила попытки привлечь внимание отца. Теперь у них очень натянутые отношения. Он любит дочь, но совершенно не понимает... -А где её мать?-спросила поникшая Настя -Никто не знает. Однажды,Диме позвонили из детского дома и сообщили, что им подкинули новорождённого ребёнка. Слава богу, было начало лета и Рина даже не простудилась . Колыбелька с ней простояла на улице почти всю ночь. К одеяльцу была прикреплена бирка с номером телефона Димы и небольшая записка, в которой говорилось что это его дочь. В тот же день мой брат сделал тест на отцовство. Убедившись в том, что это действительно его дочь, он забрал ребёнка домой. Мне тогда было 15... Мой брат уже тогда был весь в работе и малышкой занимались мы с мамой. Кстати, имя для неё я выбирала...-произнесла София с улыбкой на лице. Настя тихо всхлипнула: -Бедная девочка... А она когда-нибудь интересовалась тем, где её мать? -Однажды, когда ей было 8 , я рассказала ей всю историю. Она даже не расстроилась. Сказала, что у неё есть мы, а больше ей не надо. А сегодня утром она сбежала из дома. Повздорила с отцом и его очередной женщиной . Он сказал ей, что надо переехать в Лондон, а его девушка собралась сплавить ребёнка в закрытый пансионат рядом с городом!-возмущенно воскликнула София.Настя поддержала: -Отправить ребёнка учиться в интернат в незнакомой стране, да ещё и на английском языке! -Я созвонилась с Димой и мы договорились, что на время его отсутствия Дарина будет жить со мной. Так что никто никуда её не отправит. -Ой, ну и хорошо!Она очень похожа на вас. Представляете, когда мы зашли в кабинет, она первым делом поправила визитки на столе! -Да, Это у нас семейное..."—Горько усмехнулась Соня и продолжила : —такая же, как и я... В 14 лет, я с боем отвела её к врачу , так как все симптомы были на лицо. Ей тоже поставили ОКР. Она вроде смирилась, но то ли действительно все подростки рассеянные, то ли она нарочно всячески избегает приема препаратов. Я пыталась поговорить с ней, но она постоянно отнекивается, говорит что всё нормально. Но как только она понимает, что состояние ухудшается , то резко возобновляет прием и я даже не знаю до чего доведут такие качели. Так и получается: эмоциональная мясорубка постоянно. Но теперь за всем этим следить буду я. И надеюсь, что мне удастся убедить её в необходимости лекарств... Так, ладно. Всё уже хорошо, так что нужно возвращаться к работе.