Под резиной противогаза

Холодный ветер на поле боя пробирался под куртку тонкими и неприятными струйками, Делл поëжился и зарылся в воротник поглубже. Его одолевало беспокойство по поводу произошедшего, а может и происходящего в общем. На snowfall всë было довольно спокойно, не было ожесточëнных схваток или истошных криков, а наëмники казались мухами, которые на холоде становятся неторопливыми и заторможенными. Вот и инженер тоскливо поглядывал на установленные в раздатчик электронные часы, эти минуты тянулись бесконечно... Делл медленно спустился с двухэтажной деревянной постройки и направился к респавну. Для него не было удивлением то, что там собралась почти вся команда, ведь в такую погоду совсем не хотелось идти в атаку и наëмники засели в защиту. Лишь по началу на базу заявлялась вражеская команда, однако они быстро оставили попытки дотянуться своими грязными руками до заветного чемодана. Демоман безрассудно осушал уже вторую бутылку своего импортного пойла, однако говорил ещё членораздельно, но очень грязно. Он часто позволял себе отпустить огромный поток ругательств, который в основном был адресован неугомонному скауту, что так и рвался в словесную перепалку с кем угодно. Солдат сегодня не так рьяно встревал почти во все разговоры, однако его мозг всë ещё думал, что он большой командир и отказывался воспринимать любую другую информацию. Шпион и снайпер почти не попадались сегодня на глаза, предпочитая уединиться кто где и побыть в гордом одиночестве. Хэви с восторгом смотрел на пейзажи заснеженной локации, по привычке стараясь не отходить далеко от доктора. Чего таить, вид на самом деле открывался чудесный, такой, что на мгновение можно позабыть и о предстоящей холодной зиме, и о внезапно пришедшей минусовой погоде... -Да... Ели все в снегу, прямо как на Родине, - с восторгом и совсем негромко пробасил Михаил, слышались в его словах и нотки тоски. Делл перевëл своë внимание на зелëных красавиц, задумываясь о чëм-то своëм, чувствуя за собой вину и беспокойство, что было не присуще ему ранее, тем более что доктор не сказал ему ничего хоть немного успокаивающего. Он лишь сильнее сжал рукой пояс от некой злобы, которую он тщательно старался контролировать, однако и доктора можно было понять... Носятся каждый месяц девять амбалов и жалуются на всë подряд, при этом беспечно наплевав даже на простейший утренний разогрев, дабы не травмировать мышцы и связки. В самом деле, когда последний раз Делл занимался подобным? -Photoptarmosis, - еле слышно пробормотал Людвиг, видимо, поясняя Михаилу от чего он только что чихнул- Солнечный свет раздражает твои рецепторы и ты чихаешь. -Чувак, у меня тогда точно bothersomeosis, но я зеваю, а не чихаю и вообще чë за фигня, сколько нам ещё тут торчать? - съязвил Джереми. (bothersomeosis - игра слов "надоедливый, скучный") -Мелкий ты мамкин выродок, жри этот снег, ты честно проиграл это желание! - выкрикнул подрывник, тыкая на дальний угол возле спавна. Не было ничего удивительного в том, что справить нужду алкоголик со стажем не стеснялся даже на вражеской базе, что уж говорить о своей. Такая безрассудность потерять своë хозяйство прямо во время боя вызывала улыбку от всей глупости происходящего. Пьяная голова упрощает даже изначально не трудные задачи... -Ты, долбаный зассанец, только после тебя, я не стану жрать жëлтый снег! -тут же переметнулся скаут, отстав от доктора. Демоман щедро плеснул из своей бутылки на деревянные балки о которые опирался всë это время локтëм. Снег тут же окрасился в янтарный цвет и без замедления был закинут в рот, как виски со льдом... -За работу, парень! - широкая и довольная улыбка не спадала с лица подрывника, он с издëвкой наблюдал за реакцией юного сорванца.

...

Пиро разлепил глаза от настойчивого, но не очень громкого стука. Голова немного вскружилась от резкого пробуждения и подъёма с дивана, чтобы надеть свою маску. Его шаги торопливо направились к двери, он замер, сжимая в руке свой ключ. -Пиро? - очень тихо спросил Делл. Поняв, что надо действовать незаметно - замок двери медленно издал два поворота, пропуская внутрь тайного гостя. Инженер аккуратно обернулся в ту сторону, откуда пришëл и быстро прошмыгнул в медпункт, держа в руке тарелку с картофельными дольками, мясным медальоном и свежими, нарезанными овощами, что поблëскивали от оливкового масла. Пиро стоял в хлопковой пижаме синего цвета с обозначением его класса, немного нервно теребя рукав и шмыгая носом. Он хищно окинул тарелку взглядом, ему действительно не очень хотелось соблюдать эту диету, однако наëмник делал это только из уважения к доктору, но... Это выглядело так потрясающе, сытно и жирно. -Док не в настроении, потому мне пришлось взять свою еду пока он там... - инженер говорил очень тихо, но резко замолчал, увидев, что его собеседник не отрывает глаза от этого шикарного ужина. Он протянул ему свою порцию, не задумываясь о том, что он и сам немного голоден. -Мфхм! - довольно протянул наëмник и аккуратно взял тарелку в обе руки, вновь тихонько шмыгнув из под противогаза. Делл, сам не замечая того, выдал лëгкую улыбку и последовал за пиро. Больничный покой навевал на него лëгкую тоску, а при условии, что медик об этом не знает - то и тревогу. -Как твоë... Самочувствие? - аккуратно поинтересовался гость -Мфхвмм... - не очень уверенно ответил наëмник -Главное, что лучше, а не хуже и вообще, - Делл на мгновение замялся, - Надо в будущем следить за твои пребыванием на холоде. Сказанное сейчас очень смутило сразу двоих, поэтому пиро лишь зачарованно уставился на Делла, а тот отвернулся к окну, слегка прикрывая лицо полное смущения. Он окинул взглядом длинные гирлянды из бумажных колец на окне, рядом с которыми красовались немного кривые снежинки, а также узорчатые и аккуратные. -Ты видел это? -тихонько спросил Делл, сменив тему Пиро оторвал взгляд от гостя и лицезрел это предновогоднее чудо. Когда он заявился к медику ночью - его мало интересовали украшения на окнах, да и в полумраке они были не так заметны, как сейчас. -Кто из них вырезал такое? - не скрывая легкого восхищения, чуть громче спросил инженер, касаясь одной из ажурных снежинок. -Мфхфм - немного смущенно ответил второй наëмник -Конечно у нас лучше! - со смехом выпалил Делл. Безусловно, снежинки выглядели волшебно, но чтобы быть ценителем прекрасного - надо быть прекрасно сытым. Пиро направился к своему месту и расположив свой ужин на тумбе, сел рядом на пол. Он достал вилку со своего обеда, который заботливо (хоть и через силу) был на половину съеден. Наëмник на время замешкался и прежде чем приступить к трапезе, обернулся к своему гостю и похлопал рядом с собой, призывая присоединиться. -Нет, приятель, я не голоден, - немного засмущавшись ответил Делл на столь приятное предложение, отвернувшись наконец от оконных украшений. -Мфхфм! - строго воскликнул второй -Нет, правда, - уже менее уверенно ответил наëмник, но его уже никто не слушал. Пиро аккуратным движением положил вилку и скрестил руки, он не переставал прожигать своим взглядом. Ни одного слова, очень эффективно, даже как-то инфантильно... Как бы то ни было, но такая манипуляция сработала и инженер уже спустя пару минут сидел рядом на полу, скрестив ноги также как и поджигатель. Довольный манипулятор немного приподнял маску, видно, что она очень мешала ему просто дышать. Он немного отвернулся в сторону и подтëр нос рукавом, вновь шмыгая. Делл о чëм-то задумался и начал переворачивать свой передний карман, попутно доставая оттуда в ладонь небольшие болтики, проводки и прочую мелочь, пока не наткнулся на то, что искал. Он неторопливо протянул наëмнику свëрнутый в аккуратный квадратик предмет, после высыпая в карман всë содержимое в руке. Пиро медленно развернул его - это был синий платочек со знаком гаечного ключа, если иначе - то с обозначением класса. У поджигателя были бумажные платочки в тумбочке от доктора, но он никогда бы не отказался от такого подарка. Его глаза с интересом разглядывали этот платочек, а сам пиро широко улыбался, вновь шмыгая. Его гость лицезрел эти эмоции на лице наëмника с лëгкой улыбкой. Какое-то заметное ощущение пробегало у него внутри, которое невозможно описать или тем более рассказать о нëм. Неизвестно сколько это могло продолжаться, если бы не приятный аромат ужина, что не давал покоя бедному поджигателю. Он аккуратно положил подаренный трофей под подушку и взялся за вилку, приступая к долгожданному ужину. Очень интересный способ приëма пищи... Наëмник делал на вилке подобие канапе из всех ингредиентов и только после этого ел, отворачиваясь в сторону окна. Делл понял, что ему надо дать спокойно поесть, поэтому через силу потушил свой интерес. Пиро поднëс ему ко рту такую же насаженную мини-порцию, без слов, интуитивно и так непривычно. В столовой никто и никого с вилочки не кормит, а уж тем более не приподнимает противогаз... После очередной "канапешки" Делл слегка похлопал пиро по спине. -Дружище, я действительно не голоден - он широко улыбался. Пиро лишь приятно улыбнулся, слегка кивая головой и отворачиваясь вместе с тарелкой к окну. Как же нагло Делл врал и враньë его было частичным. Он действительно был голоден, но ему не хотелось сочного стейка или хрустящих ломтиков картошки... Хотелось находиться здесь ещё дольше, наслаждаться моментом. За окном постепенно смеркалось и комната уже начинала погружаться во тьму с самых дальних и скрытных уголков. За всë это время пиро не закрывал половину лица злополучной маской, но и не говорил ничего. Только смеялся в руку или широко улыбался, после того, как поужинал. Красивый, ровный ряд зубов из раза в раз привлекал внимание инженера, он изучал наëмника, чем заставлял его тут же прикрыть свою радость аккуратным движением пальцев. Он стеснялся, но, возможно, хотел этого, пиро любил внимание, однако не пристальное. Наверное, ему нравилось порой поймать на себе взгляд, забыться, а затем стыдливо отвернуться или спрятаться. По крайней мере к такому умозаключению пришëл Делл. Тот самый Делл и его в буквальном смысле прогоревший бизнес, который перевернул его приоритеты, дав лицезреть что-то более сильное, что-то более непреодолимое. Пока первый резервуар с сырой нефтью разгорался, он уже ясно понимал, что никакие пожарные или внезапные сильные ливни не смогут одолеть это пламя. После тщетных попыток и вспышки агрессии, не присущей ему ранее, Деллу ничего не оставалось, кроме как опустошëнно, но с неким восхищением смотреть на что-то более сильное, чем он сам. Руки в чëрной саже тряслись, пока он неторопливо докуривал captain black, словно навсегда запомнив этот терпкий, яркий вкус поражения. Как и предполагалось - спасти резервуары не представилось возможным, а нервные импульсы так и били в голову, словно молотком. После прочтения очередных новостей в газете, по комнате могло пролететь около пяти стаканов или бутылок, разбиваясь вдребезги и забиваясь во все углы комнаты. Хоть и экспорт нефти не прекратился, а часть убытков была возмещена страховой компанией, Делл просто не смог вести свои дела дальше, он чувствовал себя проигравшим. Огромное количество сделок могло сорваться просто потому, что его пассивная агрессия еле удерживала весь спектр чувств внутри, а выместить злобу привычными способами помогала лишь физическая разрядка, чаще всего ожесточённая и кровопролитная. Ему не составляло труда после очередной проваленной сделки вступить в перепалку с одним из обычных пьяниц в баре, чтобы под утро умиротворëнно потягивать дорогой табак в ванне с рассечëнной бровью и сбитыми пальцами. Он не сразу заметил в огромной куче бумаг тот самый контракт от компании Манн Ко. Одиннадцать докторских степеней, возведение собственной огромной нефтяной скважины и хранилища - произвели огромное впечатление на главу подразделения. Также не был упущен тот факт, что слухи расползались по небольшой окрестности крайне быстро и о пристрастии к насилию уже открыто заявляли даже газеты, как и о проблемах с бизнесом... Это было нелëгкое решение, однако с принятием выбора медлить было нельзя, пока репутация не оказалась на дне и оценка бизнеса не скатилась ещё ниже. Дело всей жизни было продано компании монополистов, все деньги с продажи бизнеса он вложил на сберегательный счëт, оставив себе "скромную" сумму на ближайшие десять лет беззаботной жизни... И вот, он сидит тут, чувствуя некое спокойствие и непреодолимый интерес к человеку, который бесстрашно играет с тем, что сгубило его и так ослабшую от ведения бизнеса психику до конца, с тем, что открыло в нëм те самые чувства глобального поражения и восхищения одновременно. Вряд ли это было просто любопытством, развлечением или рабочим интересом. Он каждый раз чувствовал, что прикасается к тому, с чем играть не собирался. Ранее он никогда не был близок с кем-то, просто не считая нужным, ведь в мире непрерывной конкуренции, зависти и борьбы за первенство - не было места для откровений и заботы о ком-либо, кроме себя. Пиро в свою очередь был как горящий листочек, перелетающий через бескрайний сухой лес, где от любой тлеющей частички могло остаться пепелище. Старался доверять, но порой просто не мог допустить самосожжения. Он часто терял людей во время военного времени, что либо погибали под боевыми снарядами, либо теряли свой человеческий облик, выбирая предать и сдать, а может и вовсе исчезнуть, не сказав ни слова, отказываясь воспринимать "полностью изменившегося" человека. Его память всë время напоминала о том, сколько людей погибло от его рук и как глаза, казалось, близких друзей смотрели на него в последний раз, перед тем как пасть под гнëтом войны. Он ненавидел себя за то, что даже после окончания операции в регионе, его преследовали воспоминания, как его лежащего в грязи перед соратниками бесстыдно обвиняли в том, чего он не делал. Пиро уже не мог вспомнить даже их лиц, всë что было в памяти - желание мести и боль, которая сжигала изнутри. Он делал это не с целью выполнения государственных задач, он делал это с целью остановить, но не смог и только усугубил. Люди, которым он доверял - обнажали свои истинные лица в целях сохранения собственного комфорта и достатка, не думая ни о чëм больше. Но не смотря на это, он стойко вынес все тяготы того времени и даже был награждëн орденом второй степени, после чего ушëл в отставку, так как окончательно сошëл с ума. Его жизнь была полностью пуста, у него не осталось никого и ничего, кроме восьмиконечной эмалированной звезды с оттисненной росписью. Успокаивало лишь одно - пламя, отчаянно танцующее в камине. Оно светило настолько ярко, что без него невозможно было уснуть, давало такое тепло, какое дарит будто живое прикосновение людей из далëких воспоминаний... В один из очередных одиноких и однотипных дней при растопке упорхнул кусочек уже прочитанного письма, но надпись о местонахождение оставалась будто нетронутой огнëм, словно некий знак, который не был проигнорирован. Пиро был довольно узнаваемым в определенном кругу лиц и дабы избежать каких-либо напоминаний о своей деятельности - навсегда спрятал своë лицо под маской противогаза, однако обязательный полный осмотр у доктора всë таки не дал ему остаться полностью анонимным. Людвиг долгое время пытался хоть как-то привести в чувство наëмника, но помогло разговорить его лишь одно - нашивка с военной формы медика, которую он нехотя достал из ящика под замком. "Ich weiß, dass ich es verstehe" (Я знаю, я понял) И Людвиг действительно знал и понимал кто перед ним ещё в самую первую их встречу. И вот, пиро сидит тут, как ни в чëм не бывало и радуется как ребëнок простейшей заботой и теплом, которое исходило уже не от огня, а от живого человека, потому как страх охватывал его от одной мысли и воспоминаний. Тревога как по щелчку пальцев схватила его, а губы предательски задрожали. Он с силой прикрыл рот медленно опуская голову. Делл обеспокоенно замер и резко потянулся, чтобы убрать руку наëмника от лица. Второй лишь отшатнулся, слегка мотая головой из стороны в сторону, не произнося ни слова. -Пиро, что случилось? - встревоженно спросил Делл Ответа не последовало, между тем атмосфера всë больше накалялась, а Делл ужасно не любил бездействовать в таких ситуациях. В этот раз медленно и неторопливо инженер ухватился за запястье поджигателя и точечным нажатием на болевую точку - заставил его разжать руку. Он действительно не знал как действовать дальше, поэтому просто мягко удерживал его руку в своей. Это продолжалось ещё некоторое время, пока не раздался звон ключей и их поворот в замочной скважине. Комната озарилась ярким светом, пиро неторопливо убрал свою кисть и привычно натянул маску, снова шмыгая носом. Делл разочарованно глянул на наëмника, вновь не понимая, что могло произвести такую реакцию... Войдя в комнату, медик аккуратно направился к своему столу, кидая на него какую-то стопку бумаг и устало выдыхая. Он неторопливо повернулся в сторону ширмы и поправил свои очки. Да, он знал, что пиро не один, он знал, что инженер проберëтся тайком в медпункт и всë это уже на так сильно нервировало его, он сам позволил. Дело лишь в том, что это было так инфантильно и бездумно, но вполне ожидаемо... Делл аккуратно поднялся со своего места, забирая тарелки с тумбочки, а затем переводя взгляд. Поджигатель сидел неподвижно, сохраняя при этом уверенную позу. Инженер присел на корточки и положил руку наëмнику на плечо, а после внезапно притянул его к себе в объятия. Пиро лишь неловко потянулся руками и обнял в ответ, от его гостя исходило сильное тепло, потому пальцы рук самопроизвольно сжались, будто отказываясь отпускать из этих объятий. Резкий стук сердца и приятное чувство заставляло дыхание замереть и вдыхать лишь немного, словно боясь спугнуть. -Не скучай, - еле слышно шепнул инженер, - Главное выздоравливай. Пиро ослабил хватку, прекрасно понимая, что гостю пора. Это и так было не лучшей затеей и медик будет совсем не в восторге, но... Он не жалел об этом ни капли. -Прости, Док, я зашёл только на пару минут, - словно оправдывался наëмник, пока шëл к выходу. Медик устало поднял свой взгляд, как обычно, его лицо не выражало никаких эмоций, лишь суровый и холодный взгляд. Он вновь поправил очки, достал из кармана аккуратно сложенную медицинскую маску и протянул еë гостю. -Прошу не являться в arztpraxis (кабинет врача) без маски, - негромко проговорил доктор, взглянув на часы -Спасибо, док, - инженер лишь удивлëнно поднял брови, подошëл к доктору, забирая маску из его рук и слегка улыбаясь -А теперь gute nacht (спокойной ночи) - также спокойно произнëс Людвиг, направляясь к своему рабочему столу и больше не обращая внимания на гостя. После того как инженер покинул медпункт, его наполнял лишь звук шелеста бумаги и ручки, скребущей по ней. Пиро аккуратно и тихо снял маску, также незаметно выходя к доктору и подсаживаясь напротив, тот в свою очередь уже дописал свою вечернюю работу и раскладывал еë по папкам. -Ты голоден? - отвлекаясь от работы спросил доктор. -Nein (нет) - ответил наëмник, стыдливо опуская голову. -В этом нет ничего плохого, аппетит - это хорошо, - спокойно ответил Людвиг, - Знаешь, если бы я хотел это предотвратить, я бы не тратил так много kostbare zeit (драгоценного времени) в столовой. Пиро наконец-то почувствовал облегчение и улыбнулся. Медик в свою очередь сделал то же самое, заканчивая на сегодня свою бумажную волокиту. -Как ты себя чувствуешь? - поинтересовался доктор, достав из ящика градусник и протягивая его. -Go-od, - протянул пиро и установил градусник, ожидая его электронного писка. Медик встал из-за стола и подошëл к своему шкафчику с медикаментами, отыскивая там нужные таблетки. Писк градусника едва ли не заставил вздрогнуть пиро и он с интересом вынул его из под одежды, с радостью озвучивая "38". -Wunderbar, - с восторгом ответил Людвиг, протягивая ему небольшую баночку со знакомым названием, - Это заранее на неделю, завтра всë зафиксирую и будешь свободен -Danke! - ответил наëмник. Пока медик продолжал убирать всë по местам, наëмник уже принял свою ночную дозу препарата, наблюдая за доктором и его суетой. Он выглядел уставше, но всë равно сохранял хороший настрой при общении с пиро. Тот в свою очередь старался не перечить и выполнять все поручения, исключением лишь стала диетическая еда. Медик привычно накинул свой халат на тремпель, поправляя его и отряхивая, а затем развернулся к наëмнику. -Gute nacht , - произнëс доктор, слегка кивнув головой и погасил весь свет, кроме настольного. -Danke, doctor, - ответил поджигатель. Медик распахнул дверь и немного вздрогнул. -Мища, ты почему не schlafen!? (спишь)

...

После того, как медик покинул кабинет, наëмник ещё долгое время ворочался, он помнил про подарок от его гостя, но будто боялся. Нащупав платок под подушкой, при небольшом свете виднелся тот самый знак... Поджигатель ещё некоторое время вертел его в руках, будто не решаясь, он вовсе не собирался вытирать им нос, скорее это был ценный артефакт для него. Медленно поднеся платок к носу, он глубоко вдохнул его запах, пиро никогда не знал чем пахнет Делл. От платка исходил мягкий шлейф белого дерева и мха, а также сладковатый запах жидкости для смазывания механизмов с нотками металлического запаха. Инженер совершенно точно пользовался каким-то парфюмом, но через противогаз могли слышаться лишь некоторые его нотки, едва уловимые. В принципе запах парфюма пиро мог слышать ещё от доктора, у него он был довольно стойкий и пряно-древесный, с нотками цитруса, шалфея и ещё чего-то приятно строгого. Здесь же этот аромат был таким мягким и расслабляющим, что поджигатель просто продолжал им наслаждаться, это успокаивало его и дарило лëгкую улыбку на лице, так как ему нравилось чувствовать что-то без маски на лице. Перед глазами проносились уже приятные воспоминания и те тëплые объятия... Пальцы непроизвольно сжались,не желая отпускать это мгновение, а сон подступал всë ближе и ближе. Последнее, что сделал пиро - аккуратным движением спрятал подарок под подушку и немного поëжился. Спустя мгновение после этого комнату наполнило мирное сопение.