Абсолютная Воля

      Взгляд, которым император Эредса одаривал гостя, был пронизан силой и властью, решительностью и волей. Мон же, в свою очередь, не дрогнул ни одной мышцей на своём лице. Он смотрел прямо в глаза монарха, отвечая им непоколебимостью, волей, стойкостью и могуществом.       Два титана.       В огромном зале воцарилось полное молчание. Тишина была настолько глухой, что был слышен скрежет полов за пределами тронного зала, а дыхание каждого присутствующего отдавалось шустрым эхом. В один момент со лба одного из участников упала капля пота, что создало звук мелкого взрыва, что прошёлся по всему залу. Капелька пота принадлежала Донмару Брейкеру, что буквально дрожал от страха.       Пересечение взглядов двух олицетворений силы продолжалось мучительно долго. Приговор уже вынесен. Все знали это, но никто не осмеливался заговорить раньше императора, который продолжал испытывать подсудимого.       - Мы отправили тебя в изгнание на десять тысяч лет, но ты решил вернуться через восемь, - негромкий, но оглушающий голос императора разорвал царившую тишину.       - Одно обстоятельство вынудило меня, - не менее стойко ответил Дез. – Ты и так знаешь всё произошедшее, Эрус. Ты узнал о моём возвращении в ту же секунду, как оно состоялось.       - Как ты смеешь так обращаться к Его Величеству? – закричал седой старик с одного из балконов, что был по правую руку от императора и ближе всех находился к нему. Это был Ганрой Артифекс Дестина Мендакс II – глава Великого Клана Истинной Судьбы. – Ты, мелкий и жалкий слизняк, преступник и дезерт…       Ганроя прервала поднятая рука императора, приказывающая старику заткнуться.       - Полно, Менди, - с доброй, но опасной и коварной усмешкой произнёс Эрус. Это не понравилось Ганрою, в особенности то, как его назвали.       - Вернёмся к тебе, Мон, - взгляд монарха вновь преисполнился пронзающей проницательностью. – Была предложена сделка, ты согласился на все условия и с блеском их выполнил, кроме последнего. Мы, я так же сделал свою часть. Каково же твоё оправдание?       И вновь тишина. Вновь битва взглядов. Одно неверное движение, слово, и тебя расценят как предателя. Но Мон не боялся, нет. Просто ему не нравился весь этот цирк. Каждый присутствующий знает, что будет, если напасть на Чудовище.       - Она проснулась, - коротко и чётко проговорил Дез.       Глаза всех присутствующих устремились на императора Эруса. Некоторые, в особенности Ганрой, желали самого жесткого и сурового наказания для Чудовища.       - Значит, таково твоё оправдание.       Император медленно поднялся, смотря на Мона сверху вниз, - трон находился на помосте из керамики, - а потом начал ещё медленнее поднимать правую руку, занося её вверх, словно лезвие гильотины, что вот-вот обрушится на приговорённого.       - Ну вот и славненько, - глупо, дружелюбно и весело произнёс Эрус, заведя правую руку за голову и почёсывая свой затылок. – Рад, что ты вернулся.       По залу прокатились как вздохи облегчения, так и разочарования, но ни для кого произошедшее не было неожиданностью. Все знали своего императора. Все знали, что Эрус Веро Анноун Ноинг Уоллен Сервус VI – скорее добряк и весельчак, чем тиран. Про него в народе даже ходила поговорка «Не будь он королём – был бы он шутом».       - ЭТО ВОЗМУТИТЕЛЬНО! – не менее возмутительно возмутился Ганрой, вскочив со своего мягкого и роскошного кресла. – Я ПРИЗЫВАЮ ПРИВЕСТИ ЭТОГО ПРЕСТУПНИКА К ОТВЕТСТВЕННОСТИ!       Глаза Мендикса полыхали непонятным и беспричинным огнём гнева и злобы к Мону. Во взгляде Ганроя была видна абсолютная ненависть к бывшему подсудимому.       - И что же ты предлагаешь, Менди? – всё тем же весёлым голос спросил Эрус, повернув, как и все остальные, к нему свою голову.       - НАКАЗАТЬ ЕГО ЗА ОСЛУШАНИЕ СДЕЛКИ! ПО ВСЕЙ СТРОГОСТИ! – продолжал неистовствовать Ганрой.       - Ну, формально, он её не нарушал. Менди, ты ведь помнишь условия его возвращения? –голос императора звучал коварно и повелительно.       - Я… - Ганрой сглотнул, лелея страх перед «королём-шутом».       - К тому же, мы ничего не можем сделать этому человеку. Если уже ты так хочешь наказать его, то, может, сделаешь это своими собственными силами?       Мендис, почувствовав, как по спине прошла дрожь от взгляда Эруса, шагнул назад и проглотил язык, поглядывая на Деза и понимая, что ничего не сможет ему сделать.       - Я… Я не посмею ослушаться воли Вашего Высочества, - тихо проговорил, практически пробубнил, Ганрой.       - Вот и ладненько, - вновь дружелюбно заговорил император, спускаясь вниз по лестнице к Мону.       - Милый Мон, прошу за мной. Анджела жутко по тебе соскучилась.       Эрус приобнял Деза за плечо и повёл его к широкой узорчатой двери в форме арки.              Солнце уже начинало садиться, когда император и его гость вошли в широкие апартаменты Эруса.       - Милая, угадай, кого я привёл! – с весёлым тоном произнёс блондин.       Помещение, в которое эти двое вошли, представляло собой огромную комнату с высокими потолками, изящно исписанные золотом; у дальней стены находилась императорская, во всех смыслах, кровать с балдахином и нежным голубым постельным бельём; рядом находилась пара прикроватных тумбочек, выглядящие не менее богато; столы, стулья и другая мебель были размещены в левом дальнем углу, а рядом всё то же самое, только детское; было много мягких и больших кресел да диванчиков, на которых лежали шёлковые подушки с кружевами – именно в этом мягком раю и располагались Анджела с детьми.       - Любимый, - с нежной и доброй улыбкой ответила прекрасная светловолосая девушка, сидя на одной из подушек, подогнув ноги под себя, и читая книгу двум мальчикам, семь и девять лет, и одной девочке, шесть лет.       - Дети, поприветствуйте отца, - вновь заговорила женщина своим ангельским голоском.       Ребята, получив разрешение от матери, вскочили с пола и подбежали к отцу, крепко обняв его, весело смеясь и радуясь возвращению родителя.       Мон, глядя на это, слегка улыбнулся.       Эта картина напомнила ему его детство, когда он, одинокий и отчуждённый сирота, с таким же рвением и счастьем обнимал младшую воспитательницу, которая стала для него старшей сестрой.       Тряхнув головой и вернувшись в реальность, Дез поднял голову на лицо Эруса. Тот смог уловить и прочитать мимолётную и горькую радость на лице гостя.       - Рада тебя видеть, Мон, - проговорила Анджела, подходя к мужчинам. – Эр всю неделю про тебя только и говорит. Все уши исклевал.       Она безобидно усмехнулась, взглянув на супруга. Он же, в свою очередь, попытался скрыть лёгкое смущение гордым взглядом императора, но, конечно же, безуспешно, отчего ещё сильнее покраснел.       - Я тоже рад снова увидеть тебя, Анджела.       Они по-дружески пожали друг другу руки, не задумываясь о нарушениях этикета. Она даже представила, как бы сильно Ганрой взбесился, увидь он это.       - Дети, поприветствуйте гостя. Перед вами сир Мон Дез, - она подвела всех троих поближе к своей юбке, а после чуть подтолкнула их вперёд.       Мон, непривыкший к представке «сир» перед своим именем, взглянул на детишек перед собой, недоумевая что им сказать.       - Я всё про вас читал, сир Дез! – заговорил младший из ребят, Карл. Он смотрел на гостя восхищёнными глазами.       - Лучше читай про своего отца. Я не лучший пример для подражания, - с дружелюбной улыбкой ответил Мон.       - А это правда, что вы убили дракона? – спросила девочка, Елизавета, сделав шаг вперёд и посмотрев на гостя с неким скепсисом.       Этот вопрос вызвал у Деза лёгкий хохот, отчего он даже почесал свой затылок.       - Ну… И да, и нет.       «Никто меня не убивал! Я позволил этому деревенщине себя одолеть!» - возмущённо завопил Кинг, брыкаясь.       - ЭТО ЖЕ МИЛОРД КИНГ! – с ещё большим восхищением воскликнул Карл.       «Что? Милорд? – Кинг явно не ожидал такого отношения, но по тону его голоса можно было легко понять, что ему понравилось, - Кхм, да. Это я, милорд Кинг собственной персоной».       Третий ребёнок, который постарше, Неил, стоял возле отца, скрестив руки на груди. Он высоко задрал голову и всем своим видом показывал, что стыдился несдержанного поведения своего брата и сестры.       Эрус, заметив это, грустно, но несколько гордо, растянул губы в улыбке и поспешил переменить тему.       - Где Олден? Он ещё не вернулся?       - Нет. Ты же знаешь, - Анджела вернула детей обратно к себе, приобняв их за плечи, - он постоянно в экспедициях.       Вздохнув, Эрус поцеловал своих любимых в лбы и пошёл вглубь комнаты, поманив Мона за собой.       Они прошли в одну из дверей, в ту, что вела в личный кабинет императора. Когда изящная, но строгая и толстая деревянная дверь закрывалась, мужчины могли услышать восторженный визг Карла «ЭТО СИР ДЕЗ!».       - То что сказала Анджела – неправда. Я говорю о тебе лишь последние два дня! – с безобидным смешком произнёс Эрус, садясь за свой стол. Жестом он пригласил Мона сесть.       Когда гость оказался прямо напротив него, император устало, но довольно вздохнул, смотря на близкого друга.       - Я…       - Она проснулась более двух месяцев назад, - жёстко заключил Дез, перебив монарха.       По лицу Эруса можно было понять, что он не особо хотел начинать эту тему, а если уж и делать это, то по своей собственной инициативе.       - Почему вы меня не оповестили? Уговор был…       - Да, я помню, Мон. Просто совет решил…       - Ганрой решил. Люциус всегда воздерживается от подобных решений, а Виктория наверняка просто не явилась на собрание. Остаются ты и Ганрой. Его я ещё могу понять, но ты… - Дез буквально прожигал взглядом Эруса. Нет, он не испытывал ненависти, но это может быть крайне опасным – не удовлетворить любопытство данного гостя.       - Мы… Ладно, я. Я не был уверен в природе её пробуждения.       - Восемь-десять тысяч лет. Так ты мне сказал. Прошло восемь тысяч лет. Что не так с природой её пробуждения? – голос Мона становился жёстчё и грубее.       Эрус поглядел на своего друга. Тяжёло вздохнув, император откинулся на спинку своего кресла, прикладывая ладонь к своему лбу.       - Ты рано или поздно узнал бы это, а скрывать от тебя подобное ещё опаснее, так что скажу прямо – Изабелла Виктум не пробудилась, - оба мужчины взглянули в глаза друг друга. – Её пробудили.