Абсолютная Воля

      Эллиот сидел на небольшом диванчике в комнате для гостей, где вот уже больше полутора часов госпожа Тайгер задавала ему непонятные вопросы и проводила различные тесты. И её просто выводило из себя, что, оказывается, Хиро ничего толком и не знает ни о жизни своих родителях, ни о своём происхождении. После всех этих расспросов и самого Эллиот это начало волновать.       Правда больше всего Викторию интересовала записка от родителей мальчика. Даже она никогда не видела подобного. И это даже не какое-то заклинание или эффект действия чьего-то проявления. Иначе она бы почувствовала остатки санкэ или смогла бы полностью развеять этот эффект. Но записка так и оставалась пустой, по крайней мере для неё и Изабеллы.       - Погоди. Ты говорил, что в тот день сразу же вернулся к Мону.       - Да… - протяжно ответил Эллиот, желая опустить ту часть, где он рыдал, сидя на полу.       - Ты показал ему записку, и он смог её прочитать, верно? – Тайгер задала наводящий вопрос.       Хиро продолжал почёсывать своё ноющее левое плечо, но вопрос Виктории явно возымел на него должный эффект. Рыжий сразу же выпрямился и задумался, показав удивление на своём лицо всевозможными мышцами.       - Да! Он несколько раз прочитал ту записку. Вслух! – Эллиот вскочил и обрадовался. Ему уже начало волновать, что он, возможно, сумасшедший.       Виктория довольно ухмыльнулась, радуясь своему очередному успеху. Правда, немного призадумавшись, она нахмурилась – ей не понравилось, что Мон смог прочитать эту записку, в отличие от неё.       - Глупое чудовище, - пробубнила она себе под нос.       Изабелла, радуясь какому-либо продвижению в этом деле, заулыбалась и захлопала в ладоши, смотря на друга и самоназванную тётю.       - Значит, теперь нам нужно ждать возвращения дядюшки Мона? – спросила Виктум, накручивая волосы на свой палец.       - Но почему он смог прочитать записку? Как он связан со мной и моими родителями? – в голосе Эллиота слышалось волнение. Он явно не горел желанием оказаться в числе родственников Чудовища.       «А если у него вообще родственники? Ведь о нём, как и обо мне и моих родителях, ничего толком неизвестно» - задумался Хиро, приложив кулак к своим губам.       - А когда он должен вернуться? – Изабелла явно горела желанием воссоединиться с любимым дядей.       - Как только закончится суд. И зная нашего короля-шута, - снисходительно и шутливо подметила Виктория, - суд этот долго не продлится. Скорее всего, эти двое сейчас попивают чай в его покоях.       Виктум, полностью доверяя своей тетё, улыбнулась и кивнула. Страх и волнение за дядю полностью ушли.       Тайгер продолжала разглядывать записку, что лежала на столе, иногда поглядывая на Эллиота. Её всё никак не покидал интерес к этой самой записке и причине того, что, насколько ей известно на данный момент, только два человека смогли прочитать эту самую записку. Если бы дело было в качестве, объёме и концентрации санкэ читающего, то она точно смогла бы это сделать. Как-никак, Виктория является сильнейшим человеком в империи.       - Показать бы тебя и эту записку Вэю… - тихо проговорила Тайгер, почёсывая свой вырез на груди.       - Вэй? Кто такой Вэй? – изумлённо спросила Изабелла, услышав слова женщины.       - Вы про Вэя Физукус? – голос Эллиота прямо-таки извергал воодушевление и интерес к упомянутой персоне.       Белль удивлённо посмотрела на друга, всё также не понимая про кого идёт речь.       - Ты не знаешь барона Физукуса? Он – самый гениальный учёный, исследователь и изобретатель Эредса! Порталы, координаторы погоды, электромагнитные поля и ворота на границе, чёрт, да даже открытие трёх параметров санкэ – всё это его достижения. Он великий человек!       Виктория, усмехнувшись этому, сопоставила того заурядного, запинающегося и стеснительного человечка, которого знает, с тем образом, который себе представил Хиро.       - А ты, как я погляжу, фанат? – насмехаясь, спросила Тайгер.       - Да! Я прочитал все его труды! По окончанию начальной академии я хочу поступить в его исследовательский институт! – в глазах паренька был огонь.       - Элли самый лучший ученик в классе. Он столько всего знает! – слова Беллы заставили Эллиота покраснеть и смутиться.       - Ну… По крайней мере в теории. На практике я не очень, - он смущённо почёсал свой затылок, опустив глаза вниз.       - Не стесняйся. Быть умнее других – не порок.       Эти слова помогли Хиро приободриться и довольно улыбнуться.       - И всё-таки долго эти дво… - начала Виктория.       - Кого ждёшь? – в дверях послышался жутко знакомый бас – Мон, а за его спиной Найт.       Не успели все повернуть свои головы, как Изабелла уже побежала в сторону двери.       - Дядюшка Мон! – радостно засмеялась она, бросившись в объятия Деза. – Я так волновалась за тебя.       - Ну-ну. Со мной всё в порядке, - он обнял её в ответ и улыбнулся.       Изабелла единственный человек во всём мире, которому Чудовище улыбается искренне.       - Надеялась, что тебя казнят или, по крайней мере, посадят в тюрьму, - наиграно грубо произнесла Тайгер.       - Я думал, ты уже мертва, карга, - ответил на выпад Мон.       Эллиот же ровно встал, испытывая перед этим человеком благоверный страх, смешанный с некоторым уважением.       - Теперь ты вернулся навсегда? – радостно спросила Белль.       - Насчёт этого…       Дез, не вдаваясь в подробности, рассказал Белль и всем присутствующим о задании, которое ему поручил лично император, при этом благополучно забыв, что миссия является секретной.       - Нет! Нет, нет, нет и нет! Я не отпускаю тебя! – возразила Виктум, топнув ножкой.       - Это не обсуждается, Белль. Я обязан этому человеку, ты ведь знаешь, что…       - Да, я знаю! – вновь громко сказала она, перебив дядю. – Ты рассказывал… - она поникла, опустив голову вниз.       - Это ненадолго. Всегда два месяца, Белль.       - Я не хочу, чтобы ты снова уходил… - она вновь крепко обняла дядю и прижалась к нему как можно крепче.       - Я вернусь. Как возвращался всегда. И когда это случится, мы отправимся навестить твоих родителей.       - Не уходи… - Изабелла заплакала, пряча своё лицо в необъятной одежде Деза.       Эллиот, как и остальные, сочувственно вздохнули, стараясь не помешать прощанию родственников.       - Прости, но я должен. Это будет в последний раз, а потом мы вернёмся домой. Обещаю тебе.       Мон обнял свою племянницу в ответ и чуть приподнял её, улыбаясь и радуясь, что является важным для неё.       - Я могу пойти с тобой? – не теряя надежды, спросила Изабелла.       Дез, улыбнувшись, погладил её по голове.       - Ты ведь знаешь, что нет. Это слишком опасно. Даже для меня.       Мон взглянул на Викторию, в глазах его была просьба – приглядеть за Беллой. Тайгер понимающе кивнула, скрестив руки на груди.       То же самое коснулось и Найта. У него, конечно же, не было возможности отказать в этой просьбе.       Последним, кого коснулся взгляд Деза, оказался Эллиот, который стоял чуть поодаль остальных, считая, что является лишним и ненужным.       - Ведьма, ты ведь уже знаешь про пацана? – без задних мыслей спросил Мон.       Тайгер, привыкшая к обоюдным безобидным оскорблениям друг друга, ответила:       - Да. Я подумывала показать его Вэю. Он наверняка поймёт что с ним делать.       Виктория ещё раз взглянула на мальчишку. Его яркие, даже слишком яркие рыжие волосы в очередной раз приковали к себе её внимание. Смотря на его прикрытый локонами лоб, она думала о записке.       - Хорошая идея. Займись им, может, что путного из этого рыжика выйдет.       Дез ещё раз оглядел всех присутствующих, остановил свой взгляд на Изабелле и улыбнулся ей.       - Мне пора. Белль, Гевин всегда будет с тобой на связи.       Они кивнули друг другу, а после Мон развернулся и вышел за дверь.       - Я сейчас, - сказала Тайгер. Она схватила что-то со стола, вышла следом за Дезом и закрыла за собой дверь.       - Чудище, - окликнула она его.       Он остановился и повернулся к ней, вопросительно посмотрев на неё.       - Что? Хочешь обняться на прощание?       - Не дорос ещё, - фыркнула и подошла к нему, показав записку.       - Ты можешь это прочитать?       Он поднял бровь, явно удивившись такому глупому вопросу.       - Просто ответь на вопрос!       - Да. Глупая слезливая записка сыну-дурачку. Что в ней не так?       - Для меня и Изабеллы она пустая.       - Значит ты бесчувственная, как я тебе твержу уже больше восьми тысяч лет.       - Идиот, мы не видим на ней надписи! Она буквально пустая для нас! И я подозреваю, что для остальных тоже, потому что вы оба – уникальные и единственные в своём роде.