Кинжал судьбы

XVII – XVIII Век

Мальчишка, лет десяти, с рыжими волосами, с которыми играют лучи закатного солнца, и тёплыми, веселыми глазами цвета янтаря. Он в спешке бежал домой, зная что сегодня прибудет его отец, с которым он давно не виделся. Он забежал домой, и словно маленький ураган промчался на кухню, откуда был слышен голос отца. Отец сидел на корточках мило общаясь с дочками, парнишка с разбегу запрыгнул мужчине на спину, и крепко обнял за шею, радостно смеясь. От это отец пошатнулся чуть не упав. - Хээй, задушишь батьку! - отозвался мужчина посмеиваясь - Как вымахал то, тяжёлый стал Ичиго! - потребушил сыну волосы, перекинув руку через плечо. - Привет пап - сказал малыш, отрываясь от отца. - Я очень скучал. - Я тоже - обнял отец семейства своих детей. Девочкам, Карин и Юзу, уже исполнилось по 5 лет, мать стояла у печи и что-то готовила, умиляясь от этой сцены. Девочки: Карин - темноволосая с большими темно-серыми глазами и короткими черными волосами до плеч. Ну вся в отца. Юзу - светло-русые волосы, с лёгкой рыжеватостью, с чёлкой заколотой заколкой направо, у неё тёмно-карие глаза, милашка пошла в маму. -Так! - обратила на себя внимание Масаки - шагом марш руки мыть и за стол, будем ужинать. - с мягкой улыбкой сказала мать большого семейства. Семья жила в достатке. Иссин был умелым лекарем, к которому обращались и знать и простые люди, он не отказывал в помощи ни кому. И сейчас он вернулся из другой страны в которую уезжал для лечения графа, и вернулся только через пол года. Дом был двух этажный почти в центре поселения. К дому была небольшая пристройка, где Иссин принимал своих пациентов. Ужин, за столом сидело все семейство Куросаки. -Пап, расскажи как прошла поездка?- спросила Юзу. - Отлично, я и гостинцы привёз! - посмеялся загадочно отец и взял свою дорожную сумку - что же что же у меня для вас? - роется в сумке. -Юзу, тебе я привез платье! - он достал его из сумки и демонстративно потряс им - Держи моя принцесса - отдал его Юзу. - Спасибо папочка! - она вышла из-за стола и забрала платье, радостно кружа с ним по кухни. - А тебе моя маленькая спортсменка - обратился он к Карин и достал из сумки мяч - я знаю, ты давно его хотела, держи солнышко моё! - Ура! - подбежала и взяла мяч - спасибо большое! - начала его рассматривать и подкидывать. - Сынок, подойди.- Иссин достал из сумки небольшой свёрток, и дал его сыну. - Я знаю тебе нравятся легенды о пиратах. За границей я нашел кинжал принадлежащий некогда одному пирату, имя его неизвестно, но поговаривают, что этот кинжал некогда не задерживается на долго у одно хозяина, а ищет человека достойного. Ичиго быстро развернул свёрток, после рассказа отца. В сверке лежал кинжал в в черных как ночь ножнах, рукоять тоже была черна, а на конце был выгравирован череп. Он достал его из ножн, на лезвие было что-то написано, но ни кто не знал этих символов, он был ни кому не известен. Глаза Ичиго засияли от счастья, о крепко обнял отца. - Спасибо, я буду его беречь! - пылко сказал сын. Иссин слегка улыбнулся и похлопал его по спине. - Ну все детвора уже поздно, марш по кроватям! - сказал Масаки громко но по доброму. -Ну ма~м,- сказала Юзу немного расстроенным голосом - Ну еще чуть-чуть. -Никаких чуть-чуть,- сказала Масаки.- Марш по кроватям. Дорогой уложи сына. - сказала Масаки отводя девочек спать. -Хорошо,- воскликнул мужчина, поцеловав дочерей в лобик - спокойной ночи мои принцессы. - Взяв Ичиго на руки, он пришел в его комнату. Уложив Ичиго в кровать, он спросил какую сказку тот желает перед сном. -Расскажи ту легенду, про безымянного пирата - улыбнулся Ичиго держа в руках кинжал. -Хорошо. - Иссин тепло улыбнулся.-Было это лет триста назад, а может быть и больше, сейчас уже никто и не скажет нам, как звали капитана этого корабля. Но кто бы что ни говорил, в одном сходятся все: капитан был самым злым и свирепым человеком на свете. О нём говорили, что он всегда носит при себе саблю, ножны её были черны, а сам клинок бел как свет луны и остр настолько что разрубал кости словно перья. Кожа его была бледна словно снег, белки беспросветно чёрные, и только радужки глаз словно золото светились в этой тьме… " Корабль его плавал и к далёкой Яве, и к берегам Индии, и к Антильским островам. Там, где разбивались и погибали другие суда, его корабль оставался цел и невредим — ни одной пробоины, ни одной царапины на днище. Казалось, корабль был живым и всё ему нипочём, ни бури, ни водовороты, и ни подводные рифы. Всюду сопровождала капитана необыкновенная фортуна. Его знали во всех портах, о нём говорили и его обсуждали во всех кабаках и чуть ли не на каждом углу. Был он тщеславен и горд, любил золото и женщин, но слава была для него дороже золота. Экипаж был под стать капитану, висельники, отпетые мерзавцы, головорезы. Какой честный матрос согласился бы по доброй воле служить под началом этого капитана? Одно имя его наводило ужас. Он перевозил всё, не брезговал и живым товаром. В трюме нечем было дышать. Рабы умирали десятками от болезней и голода. Не беда! Мёртвых за борт! Если в живых останется половина, всё равно удастся перепродать их с барышем*. Акулы жирели, следуя за кораблем. Они не отставали от него, зная, что будет пожива. — Мои славные рыбёшки! — говорил капитан этим тварям, скидывая труп в воду. — Сегодня вы наелись досыта. Скоро снова устрою вам пирушку. Говорят, при случае он поднимал чёрный флаг и нападал на торговые корабли. Но кто бы мог обвинить его в этом, ведь живых свидетелей не оставалось! В такие дни акулы пировали. Когда капитан шёл по узким улочкам портового городка, даже старые моряки стаскивали шапы с голов и гнули окостенелые от старости спины. Не поклонишься, можешь расстаться с одной из конечностей. Он входил в кабак, а за ним с гоготом и свистом вваливалась его команда. Посетители старались незаметно убраться из заведения подобру-поздорову. Даже закоренелые бандиты не смели как-то ни так посмотреть в его сторону. У хозяина тряслись поджилки, он шустрей начинал суетиться между бочек с пивом. Один взгляд капитана — и хозяин тащил бутылки с лучшим вином, жареных индеек и каплунов. Он даже не смел заикнуться об оплате. И вот когда капитан, закуривая трубкой, начинал свои рассказы, в кабаке наступала тишина. О том, как в бурю рухнула фок-мачта, но он всё равно провёл свой корабль через кольцо рифов, хотя каждая волна грозила разнести корабль в щепки. На севере его корабль чуть не затёрло льдами. Проплывая мимо, они заметили трёхмачтовую шхуну, вмёрзшую в айсберг, люди облепили мачты, они были чуть ли не синими от холода, молили о помощи капитана. Но и это не заставило его повернуть назад. Три матроса из его команды сошли с ума. Что ж! Он нашёл для них неплохое леченье: за борт, в ледяную воду. Капитан умолкал и придирчивым взглядом пробегал по лицам слушателей, наполняя лёгкие дымом табака. Они словно онемели, смотрят на него, не моргая, в из глазах застыл ужас. И тогда гордость переполняла его. Ещё бы! Он — любимчик моря! Море послушно ему! Горе тому, кто осмеливался нарушить это молчание и вставить хоть слово: — Помню, и я в тех же широтах, однажды... Друзья начнут его толкать локтями в бок, мол заткнись, ни то худо будет, да поздно. К нему поворачивается капитан, его лицо не выражало эмоций, но вот глаза, они пылали яростью. Он молча вытащил револьвер у стоящего рядом пирата с голубыми волосами, один выстрел и несчастный падает замертво. Двое матросов за ноги выволокли его за порог, и всё, поминай как звали... Говорили, что капитан молится дьяволу и дьявол во всём ему угождал. Снова и снова выходил он в море, и каждый раз возвращался с богатой добычей. Такая уж дьявольская удача, что ещё сказать. Однажды капитан должен был совершить плавание из Атлантического океана в Тихий океан, от острова Мартиника к островам Хуан Фернандес . — Плыть в марте месяце мимо мыса Горн? — говорили между собой другие капитаны. — Кто на это решится, кроме него? Когда уже грузили на корабль последние бочки солонины, подошёл к капитану богато одетый юноша. Он знал что у него дурная слава, но дело не требовало отлагательств, поэтому решил рискнуть. — Отец моей невесты живёт на одном из островов Хуан Фернандес, — сказал юноша капитану. — Он тяжело занемог и хочет благословить нас перед смертью. Если вы доставите туда меня и мою невесту, я щедро расплачусь с вами. Принял их на борт капитан вместе со слугами и поклажей, и вышел в море. Напоил он одного из слуг и узнал, что юноша богат и везёт с собой много золота. По приказу капитана схватили матросы молодого жениха и бросили в море, а за ним следом всех его слуг. — А ты, красотка, выбирай что хочешь! — крикнул капитан девушке. — Или будешь моей шлюшкой, или ступай вслед за своим возлюбленным! — Будь ты проклят, убийца!! — воскликнула девушка. — Пусть же ты никогда больше не увидишь и не вступишь на берег...пока тебя искренне не полюбят... — последние слова она сказала так что только капитан её услышал, ведь стоял ближе к ней. После чего она прыгнула в пучину, за своим любимым. Капитан только засмеялся металлическим смехом. И словно в ответ послышался рёв и свист урагана, начинающегося шторма. Корабль подплывал к мысу Горн. — Беда! Пропали мы! — испуганно заговорили матросы. На погибель морякам высится чёрный утес, вечно окутанный туманом. С грохотом дробятся волны, разбиваясь о скалу. Здесь сталкиваются течения двух океанов. Даже в тихую погоду нелегко плыть мимо этих скал. — Мыс Горн — вход в преисподнюю! — говорят моряки. Но капитан и не думает повернуть назад. Встречный ураган! Тем лучше! Обогнуть в такую погодку мыс Горн! Будет о чём порассказать, вернувшись в Дельфт. Водяные горы обрушиваются на корабль, град пляшет по палубе, ледяной коркой покрываются мачты и снасти. Корабль, весь треща и дрожа, карабкается на волну, но всякий раз ветер отбрасывает его назад. Вот уже второй день псом на привязи крутится корабль на одном месте. В разрывах быстро несущихся туч то блеснёт, то спрячется луна. Ужасна буря в кроваво-красном свете луны. Всё перемешалось: клочья туч и обрывки пены. В волнах ныряют льдины и обломки разбитых кораблей. Видно, подмешался в эту дрянную похлебку и сам дьявол, потому что всё, что может выть, беситься и бросаться на скалы, собралось сейчас тут. Да, буря устроила тебе неплохую ловушку, капитан. Море столько лет баловало тебя, подбрасывало тебе то попутный ветер, то штиль, то лёгкий шторм. А теперь оно решило показать, что ты такой же простой моряк, как и все остальные, такая же игрушка моря. Капитан ослеплён яростью. О горе, он совсем потерял голову! Ему кажется, что буря уносит его удачу вместе с клочьями парусов, флагом и кусками мачты. Как? Повернуть назад, а потом людишки будут рассказывать, что он уступил, струсил, сдался? О, конечно, при нём они будут молчать, но разве он сможет стереть улыбку с их лиц, заткнуть им рты, едва только он отвернётся, они будут втихомолку издеваться над ним! Матросы в ужасе смотрят на невесть откуда появившегося огромного чёрного ворона усевшегося на мачту. Ветер рвёт канаты, ломает реи, а ворону всё нипочём — он только топорщит перья. «Кар-р!.. Кар-р!» — своим зловещим карканьем он словно пророчит им гибель. — Чертова ведьма! — кричит капитан, и молнии отражаются в его глазах. — Пусть дьявол заберёт мою душу! Я обогну этот проклятый мыс Горн, даже если мне придётся плавать до Страшного суда. Молнии, сбившись в клубок, падают на корабль. Ворон с хриплым карканьем кружит над палубой. Дьявол поймал тебя на слове. Ты проклят, капитан! Ты будешь плавать вечно, тебе никогда не обогнуть этот мыс. Неслыханной силы ураган будет всегда поджидать тебя около мыса Горн. Волны станут стеной, ветер отшвырнёт твой корабль назад. Сколько времени утекло с тех пор, никто не знает. На этом корабле больше никто не ведёт счёт времени. Никто никогда не сходил с этого корабля на берег. Несётся по волнам корабль-призрак. Даже имя у него стало другим. «Несущий погибель» — так теперь называют его люди. Тоска по земле, по родине поворачивает его к берегу. Но едва лишь покажется вдали полоска земли, невидимая сила отталкивает, отбрасывает корабль от берега. Беду предвещает встреча с этим кораблем, посреди бушующего моря, не одно судно, не один человек не уцелел после столкновения с ними. У всех, кто его увидел, кровь стынет в жилах. Вот огромная волна подняла его на свой гребень. Нет, это не корабль, это только остов корабля. Он весь светится красным светом. Ветер свистит между рёбрами шпангоутов . Сломаны мачты, перепутаны канаты. Но до отказа надуты ветром рваные паруса. Нет, это не матросы сгрудились на его палубе, это мертвецы. А вот и проклятый капитан, он стоит на носу корабля. Ветер вздыбил его дырявый плащ за спиной. «Несущий погибель» соскальзывает с волны. А ветер ревёт всё громче. Всё выше вздымаются волны. Словно корабль выпустил на волю все ветра и бури. А те, кто увидел корабль-призрак, уже прощаются с жизнью. Горе морякам, утратившим мужество в час опасности! Им уже не совладать с бурей." Ичи с раскрытым ртом слушал легенду. -Я когда вырасту, отыщу этот корабль и его капитана,- сказал Ичи.- А есть способ, чтобы он смог ступить на землю? -Нен, но ходят слухи, что только если найдётся человек который сможет полюбить его, его проклятие развеется - сказал Иссин с улыбкой на лице.- Споки-ноки малыш. -Споки ноки пап!- сказал Ичи, зевая и устраиваясь на кровати, под подушкой держа кинжал, уснул. Наступила полночь, облака постепенно начали развиваться, показалась красная луна, опаивая багровым светом воды океана. Ичиго неспокойно спал, то и дело ворочаясь во сне, он крепче сжал рукоять кинжала, глазницы на выгравированном черепе налились красным оттенком, словно два рубина. Во сне он стоял на берегу, позади кровавое море, а перед ним полыхающий в ярком пламени торговый городок. Слышались крики горожан, детский плачь, и мольбы о помощи, но все что они слышали в ответ это дикий смех команды. Переведя взгляд в лево, он увидел мужчину что стоял спиной к ниму, половина его головы покрывали белоснежные волосы, но а вот другая сторона сгнила до черепа. Мальчик издал легкий вскрик, но тут же закрыл рот ладонью, но пират его все же услышал, и резко обернулся. То что увидел Ичиго повергло его в ужас, вместо лица был голый череп с кусками оставшейся догнивать плоти, только глаза были нетронуты, и взгляд этих золотых радужек пронзал на сквозь. Капитан делает пару шагов в его сторону и тянет руку, вернее то что от неё осталось, что бы схватить мальчонку. Ичиго просыпается с криком ужаса в холодном поту, и понимает то что это был всего лишь сон.