Ситхова дочка.

      Вот уже прошло несколько неделей с тех пор, как жизнь бывшей принцессы Альдерана круто изменилась. Во-первых, она уже официально не Органа и не принцесса, а Лея Скайуокер, находящаяся под опекой самого Темного Лорда. Во-вторых, негласно, конечно, но отныне она является ученицей небезызвестного Дарта Вейдера. В-третьих, похоже, она навсегда избавилась от ненавистных белых платьев и сложных причесок, а также от нудных лекций типа зубрежек правил этикета, уроков дипломатии, танцев, политологии и прочего, что было просто необходимым для принцессы. Правда, теперь ей в экстренном порядке приходится приводить в порядок свою физическую форму, учиться основным приемам самообороны, владению оружием и самое главное - умению управлять Силой! Было тяжело, да, но все равно - это было просто круто! Лее это нравилось: впервые она занималась тем, что ей действительно приходилось по душе.       Да, её жизнь за столь короткий период изменилась, но кое-что в ней все же осталось неизменным: как ей все вокруг врали, так и продолжают лгать... Конечно, она уже привыкла к этому, но все равно от осознания, что и Вейдер ей что-то явно недоговаривает, ей почему-то становилось больно. А в том, что ситх что-то скрывает от неё, Лея уже не сомневалась. Во-первых, ей до сих пор непонятно было, почему он так печется о ней, почему не вернул её Органам, почему взял себе такую "проблемную" с точки зрения получения опекунства ученицу, которая в добавок ещё и слишком стара для обучения? Что мало в Галактике других форсъюзеров не "переростков" и не приемных дочерей вице-королей? Вот это было непонятно, как впрочем и та странная реакция ситха на фамилию Скайуокер... Лея дурой не была, она прекрасна осознавала, что ситхи и джедаи извечные враги, а она дочь джедая, врага Вейдера, так почему же он взялся её обучать? Почему вообще взял себе ученицу, почему Император, который, как она узнала от милорда, был старшим ситхом, позволил её обучать? И почему же он не склоняет её к той или иной идеологии? Почему не рассказывает лекции о Темной и Светлых сторонах Силы? Почему, в конце-то концов, он ничего ей не рассказал, почему соврал, что все в порядке, когда она точно знала, что нет, хотя и почти ничего не помнила о том, что произошло, пока она ждала его у дверей в покои Его Величества?       И вот сейчас бывшая принцесса, а ныне ученица ситха была полна решимости найти хоть что-то проливающее свет на сложившуюся ситуацию: пользуясь тем, что Вейдера не было поблизости, она чисто со Скайуокерским упрямством пыталась взломать компьютер ситха. Зачем? Ей нужна была информация о своем настоящем отце, в голонете вся информация о джедаях была засекречена, а вот в компьютере у Второго Человека в Империи что-то да все-таки должно было быть... Так же надо отметить и тот факт, что бывшая альдеранская принцесса была попросту помешана на технике и к своим десяти годам была неплохим хакером, так что через несколько часов система защиты ситхского компьютера "не выдержала и сдалась на милость победителя".        Умственные усилия Леи увенчались успехом и, смахнув выступившие от напряжения капельки пота со лба, девочка бросилась шерстить "джедайскую" базу данных. Наконец, она нашла то, что искала: множество статей о Рыцаре Без Страха И Упрека, Энакине Скайуокере и о его учителе Оби-Ване Кеноби, множество голографий и видеозаписей... Молодой, красивый, светловолосый, накачанный, синеглазый мужчина, улыбающийся ей с древней фотографии своей фирменный улыбкой... И это её отец, и да она уже начинала гордится тем, что она дочь этого человека. Сердце девочки болезненно сжалось - она уже в очередной раз напомнила себе о том, что тот уже давно мертв, как и мама. Кстати, о матери она знала лишь одно её имя - Падме, даже учитывая, что это редкое имя, информацию о ней найти будет сложнее, но... Стоп. Она же видела, как это самое имя мелькало где-то рядом с именем отца... Видела же... Совпадение? Надо будет потом ещё раз пролистать повнимательнее архив... И тут Лея наткнулась на последний раздел архива Энакина Скайуокера - смерть. Пальцы на клавиатуре задрожали ещё до того, как она закончила читать об якобы джедайском заговоре и о приказе 66. Слезы разочарования, горечи и обиды потекли по щекам, когда она добралась до последней строки. Нет, она отказывалась в это верить, отказывалась... Нет, невозможно, это невозможно... Но сухие строки из отчета отказывалась внимать её мольбам, оставаясь теми же... "Энакин Скайуокер, рыцарь-джедай, активный участник заговора против Верховного Канцлера Палпатина, убит при сопротивлении задержанию во время нападения на Храм Джедаев лично лордом Дартом Вейдером."       "Как он мог?" - тонкие пальцы девочки так сильно сжались в кулаки, что костяшки пальцев побледнели. "Как? Почему? Почему он притворялся, будто бы заботится обо мне? Почему делал вид, что ему не в все равно?!" - в отчаянье шептала она, вспоминая о том, как человек, которому она доверяла и который оказался убийцей её отца, нес её на руках, на тех самых руках, которыми он убил её отца, на которых его кровь, как шептал что-то успокаивающее, как учил её, она вспоминала, как горели её глаза, когда тот рассказывал что-нибудь интересное, как она была удивлена и обрадована, когда ситх заказал ей большой ящик мороженного, после того как ей наконец-то удалось притянуть Силой предмет (его световой меч), как тот арендовал целый шикарный магазин для неё одной на несколько часов, как он учил её пилотировать истребитель, она вспоминала, какие необыкновенные ощущения скорости и полета переполняли её после этого...        А теперь выяснилось, что Вейдер попросту использовал её, чтобы насолить своему уже мертвому врагу, он решил сделать своей ученицей его дочь. "А потом, в перспективе, - думала девочка, - научить ненавидеть собственного отца и всех остальных джедаев, превратить в чудовище, подобное тому, каким Вейдера расписывают в СМИ и, видимо, они не сильно и преувеличивают..."       Она решительно поднялась с колен, бывшая принцесса знала: ОН уже здесь, в той единственной комнате своих апартаментов, в которую вход ей был воспрещен. Лея приняла решение: сейчас она пойдет к нему и, глядя этой бессовестной твари в глаза, напрямик спросит и получит подтверждения своих опасений.       Вот и та самая комната, легкий толчок двери и вуаля! Перед её затуманенным слезами взглядом предстала большая комната с одиноко стоящей посредине черной барокамерой. К ней-то наша героиня и отправилась. Достигнув своей цели, она как сумасшедшая, отбивая свои маленькие, нежные кулачки об дюрастиловую поверхность, забарабанила в дверь, не переставая в иступленной ярости пинать её ногами.       Сегодня был тяжелый день и, придя в свои апартаменты, Вейдер, буквально с ног валящийся, сразу же отправился в барокамеру, ему было необходимо срочно помедитировать, чтобы восстановить силы. И только Вселенная успела привычно шагнуть ему навстречу, как вдруг все прервал вернувший его в реальность бешеный стук в дверь барокамеры. Потянувшись к Силе, Вейдер ощутил присутствие дочери, точнее её ярость, разочарование и боль. Ужаснувшись, главком быстро нацепил шлем на надлежащее ему место, вернее, это дроиды сделали, и выпрыгнул наружу. - Что случилось? - окидывая беглым взглядом дрожащего от негодования и злости заплаканного ребенка, спросил Вейдер. - Что случилось?! А вот, что случилось, я узнала, что это ты убил моего отца! - прокричала ему в лицо Лея. А ситх попросту потерял дар речи, он уже не слышал, что она там говорила дальше, кажется, обвиняла его в использовании её, милорд гадал, как же десятилетняя девчонка смогла взломать его компьютер, забывая о том, каким он сам был в её возрасте... "Кеноби ж мать, кто же знал, что моя нерешительность так обернется боком для меня... Ну, почему же я не смог решиться, собраться и сказать ей правду раньше? Почему?" - мысленно сокрушался милорд. - Нет, - только и смог выдавить из себя ситх после минутного молчания, в ответ дочь, начисто позабывшая о чувстве самосохранения, только разразилась очередной гневной тирадой, обличающей его... "Надо сказать, надо сказать ей... Надо. Это всего четыре слова, простых слова, надо сказать..." - прокручивалось в голове у него, и тяжело выдохнув, Дарт Вейдер, наконец, собравшись, выпалил: "Лея, я твой отец!"