Свидетельница

Ева была счастлива, наблюдая за стаей разноцветных бабочек. Эти прекрасные создания, грациозно махая крыльями, постепенно отдалялись от девушки. Солнце ярко светило, наверное, сейчас полдень. - Постойте! Весело смеясь, она ринулась догонять бабочек, размахивая руками. Словно тоже хотела научиться летать. По пути попадались большие камни, поросшие мхом. Приходилось всё время обегать их. Ева даже заметила на одном из них странный иероглиф, но не придала этому никакого значения. Сейчас нужно догнать бабочек, это самое главное. - Куда же вы!.. - с отчаянием в голосе крикнула она. Их крылья переливались всеми цветами радуги, отражая солнце. Ева ускорилась, она уже даже не смотрела себе под ноги. Что происходит? Бабочки были теперь ещё дальше от неё. Но ведь это невозможно... они парят на одном месте! Франк решила не останавливаться, а только бежать, бежать и ещё раз бежать... Она старалась не обращать внимание на сбившиеся дыхание, на заплетавшиеся ноги. Споткнувшись об ветку, когтевранка мешком упала на твёрдую землю, к счастью, трава немного смягчила падение, но не намного. - Не улетайте! Ева собрала в кулак все свои силы и встала. Руки пронзила резкая боль, какая бывает, когда в тебя вонзятся тысяча мелких ножей. Она посмотрела на кожу рук, но не было ни крови, ни порезов, ни синяков. Казалось, что всё было с ними в порядке, если бы не эта проклятая боль... В голове пронеслись сотни мыслей. Что вообще происходит? И... какого чёрта сейчас лето? Она ведь точно помнила, что сейчас начало осени... Дождь, гроза. - Как она? - раздался чей-то знакомый голос отовсюду. - Кто это сказал?! - прошептала Ева, нервно оглядываясь. В ответ лишь пение птиц. Про бабочек она уже давно забыла. Эти насекомые мирно кружились вокруг ярких цветов. - Она чудом выжила... - голос становился громче. - Хорошо, что ты успел. Серые, как сталь, тучи заволокли небо, заставляя мир погружаться во мрак. Ева машинально сжала руки в кулаки, будто готовясь к битве. Она начала медленно идти по жёсткой траве, которая раньше казалась мягким ковром. Вокруг не было ни души. Куда подевались птицы? Только бабочки продолжали исполнять свой воздушный танец, но сейчас это выглядело зловеще, словно предвестник беды. Они уже не излучали свет и надежду, напротив, их крылья стали тусклыми, безжизненными. У Евы появилось странное ощущение, что за ней кто-то наблюдает. Она медленно повернула голову, стараясь не дышать. - Я люблю бабочек, - проворковал детский голосок, исходивший со спины, хозяйкой которого оказалась маленькая девочка лет семи. Она была похожа на ангелочка, только волосы были не блондинистые, а с сероватым оттенком. Её улыбка была наивной, но карие глаза были полны холода. - Ч-что? - рассеяно переспросила Франк. Девочка в ответ только обнажила беленькие зубки, а затем, прикрыв глаза, неторопливо пошла по направлению к бабочкам, которые уже приобрели угольный цвет крыльев. Ева сделала попытку пойти следом, но холодный ветер привёл её в чувство. Голова стала мыслить здраво. Тем временем малышка уже была в стае волшебных... нет, просто бабочек. Сейчас они не казались ей такими уж волшебными. Некоторые из чернокрылых сели на пушистые волосы девочки, грациозно двигая крыльями. Ева стояла, как вкопанная, боясь пошевелиться. Ей не нравилось, что сейчас происходит. Это Не бабочки. Это НЕ насекомые. И девочка... она внушает ужас... - Фелис... - Что? - перепуганная когтевранка посмотрела прямо в тёмные, почти чёрные глаза девочки. - Фелис, - упрямо повторила та шелестящим шёпотом. Франк пыталась понять, что она имеет в виду. Нахмурив нос, Ева отвела взгляд. Фелис... Это слово какого-то предмета? Или это имя. Вот только она никогда не слышала о таком имени. Если оно только редкое... Маленький ангелочек небрежно стряхнул чёрных бабочек. Девочка на миг улыбнулась, напомнив Еве демона, а потом резко тронулась с места и направилась прямо на девушку... - Ева! Чей-то навязчивый голос заставил её приоткрыть глаза. Франк схватилась за голову, скрипя зубами. Руки тряслись, как при морозе. Но холода она не чувствовала. Всё было как в тумане. Значит, это был сон... всего лишь сон. Фелис... Нет, это слово абсолютно ничего не значит, просто совпадение. Кто-то осторожно потряс когтевранку за плечи, заставив поднять глаза. - Милая, как ты себя чувствуешь? - обратилась с ласковым видом мадам Брукс, медсестра больничного крыла. Неподалёку стоял ещё какой-то человек, но из-за бьющего прямо в глаза солнечного света Ева не поняла, кто это. - Я... - она привстала, но запястья пронзила острая боль, заставив снова рухнуть на подушку. - Ай! - Тише, ты потеряла много крови, хорошо, что твой друг успел принести тебя ко мне, - медсестра взяла с соседней тумбочки какую-то микстуру зеленоватого цвета. - Тебе нужно выпить это, чтобы притупить боль на некоторое время. Ева покорно открыла рот и проглотила первую ложку микстуры, тут же подавившись от сильного вкуса лимона. - Какая гадость... - сквозь кашель пробормотала она. - Терпи, от этого ещё никто не умирал, - проворчала женщина, заставляя когтевранку выпить ещё две ложки. Во рту всё ещё оставался неприятный привкус кислоты, поэтому Ева попросила воды. Медсестра лишь кивнула, удалившись в соседнюю комнату. Послышался звук возни, громкий дребезг чего-то стеклянного. - Вот досада... Репаро! Пока мадам Брукс возилась с разбитым стаканом, Ева осмотрела свои пострадавшие руки. Они были перевязаны слоем бинтов, но кровь даже сейчас немного шла, боль не прекращалась ни на минуту. Она было то острая, то неприятно ноющая. Интересно, а много ли осколков стекла вонзились в кожу? Что же, можно сказать спасибо судьбе за то, что она осталась хотя бы жива. Могло быть и хуже. - Ева... Как ты? - силуэт у окна подошёл к кровати, присел на краешек и вздохнул. - Я в порядке. Что произошло вчера... или позавчера? Абрахас смущённо начал свой небольшой рассказ: - Не знаю, помнишь ли ты все подробности до того, как потеряла сознание... Так вот, когда я нёс тебя в больничное крыло, как сказал Диппет... короче, ты немного была не в себе. Всё время твердила, что должна найти Тома, просто повторяла его имя, не обращая внимание на происходящее. А потом произошло так, что мы находились именно в той территории школы, куда снова ударила молния. Осколки стекла полетели в тебя... и ты тут же упала, выскользнув из моих рук, и больше не двигалась. Наверное, это твоё падение и спасло тебя. Стекло задело только твои руки, оставив сильные порезы. Но крови было настолько много, что я подумал, что ты... неважно. Я оторвал кусок мантии, чтобы хоть как-то остановить кровь. А потом снова подхватил тебя на руки и бегом донёс до крыла. Мадам Брукс как раз в это время лечила сильный ожог у третьекурсника. Она, увидев тебя, тут же выхватила волшебную палочку и начала произносить какие-то незнакомые заклинания, останавливая кровь, одновременно держа в одной руке мазь от порезов. Потом меня выгнали. На следующий день, точнее, сегодня, я пару раз заглядывал утром, ожидая, когда ты очнёшься... Ты всё время кричала во сне что-то про бабочек и... и... - Про Фелис, - помогла Ева, которая всё это время внимательно слушала, даже позабыв о боли в запястьях. - Да, точно. Кстати, что тебе сни... - Где Том? - резко прервала девушка, она не хотела рассказывать никому о подробностях её сна. Никому, кроме, разве, одного человека. Блондин покосился на окно, стараясь не смотреть на Еву. - С ним всё хорошо. Он до сих пор устраняет повреждения в школе вместе с учителями. Я бы на его месте побеспокоился, что с тобой. Что-то стальное было в его голосе. Но Франк, скривившись, продолжила беспечным тоном: - Я уверена, что сейчас важнее помочь другим. - Нет. - Что? - Нет! - Малфой неожиданно вскочил с кровати и с яростью метал невидимые молнии в Еву. - Что с тобой? - когтевранка начала нервничать. Было похоже, что эти слова стали последней каплей для блондина. Как будто он сдерживался всё это время, а сейчас сработал механизм запуска бомбы. Уже давно на Еву так не кричали, выплёскивая эмоции. - Как... Ты ведь прекрасно знаешь, что если бы ты ему была важна, то он бы в первую очередь захотел проведать тебя! Неужели ты не понимаешь? Или только прикидываешься наивной дурой?! Помнишь, зачем он связался с тобой? Уж точно не из-за того, что влюбился по уши! Если бы ты не увидела лишнего, то он бы даже не вспомнил, что где-то в Хогвартсе есть когтевранка по имени Ева Франк. Ты для него была бы всегда никем. Просто пылью. - Прекрати. - ... Я думаю, ты и сама понимала, какой он человек. Пока не поддалась чувствам и не полюбила его. Знаешь, сколько в школе таких же девчонок, как ты, готовых отдать всё, лишь бы Реддл обратил на них внимание? - Я не делаю так! - выпалила Ева, на этот раз заметно напрягшись, руки то и дело сжимались в кулаки. Малфой сощурил глаза: - Ты противоречишь самой себе... Ева. Ведь это правда. На этот раз и Франк вскочила с кровати, наплевав на боль. К удивлению, ноги не подкосились, даже не шатало. Он начинает выводить её, если этот слизеринский блондин не прекратит, то она... - Хватит его защищать. Он никогда не защитит тебя в ответ, я в этом уверен. - Заткнись, - грубо парировала когтевранка, скривив губы. - Наверное, ты считаешь, что его недостойна, но всё как раз наоборот, - его серые глаза погрустнели. Вот тут по-подробнее. - О чём ты? - получилось агрессивно. Абрахас замолчал, опустив глаза. Между бровями залегла морщина, похоже, он принимал какое-то трудное для него решение. Франк не спускала с него глаз. Она даже начала жалеть, что он её спас. Тогда бы не было этого неприятного разговора. - Он оставил тебя в живых не только для прикрытия, - начал парень. - Была ещё причина. Вот те на! Что ещё за причина? Девушка от удивления быстро заморгала зелёными глазами. Она не верила ему, какая ещё может быть причина? Да сто процентов, что он нагло врёт! Решив, что Малфой лишь блефует, что он даже не придумал той самой причины, когтевранка напрямую спросила: - И в чём суть этой твоей причины? Слизеринец тяжело вздохнул и подошёл вплотную к Еве. Рука его на миг странно дёрнулась, словно он хотел прикоснуться к девушке. Его губы были плотно сжаты, он противился тому, что сказал. Казалось, прошло двадцать минут, пятьдесят, два часа. - Ева, - Абрахас тщательно подбирал слова, - ты была небезразлична мне ещё с пятого курса. И Реддл видел это. Это я попросил его не убивать тебя. И он послушал, что очень странно, я долго искал подходящую причину, а потом понял. Он просто играл мной, как и тобой. Я не знаю, что сейчас он чувствует к тебе, но... Когда я видел, что ты полностью у него в руках, то... я лучше выполнял задания. Ты была как бы напоминанием... - Замолчи, - Франк отступила. Её охватила необъяснимая паника. Что он несёт? Когда это она нравилась ему? С пятого курса? Но... Нет. Всё это ложь. И ничего больше. - Я не верю тебе. Абрахас мягко добавил: - Ты просто оправдываешь его, я понимаю. Она его оправдывает?! Нет, ведь это не так! Девушка в ярости оттолкнула блондина, который шёл ей навстречу. Юноша ничего не сказал, лишь поднял руки вверх, будто бы говорил: "Сдаюсь". Медленным шагом он начал осторожно приближаться к Еве, боясь её спугнуть, словно голубя на тротуаре. Когтевранка сейчас выглядела дико: растрёпанные волосы, бледная кожа, перевязанные запястья, на лице остатки сажи от огня. Она бы сошла за сбежавшую сумасшедшую из психушки. - Что это тут происходит? - раздался голос Мадам Брукс, сама медсестра прикрыла дверь соседней комнаты, в руках она держала полный стакан воды. Абрахас тут же отступил, надев маску беспечности. - Всё в порядке, не беспокойтесь. Ева посчитала себя здоровый и захотела повидаться с Томом Реддлом, но я её остановил. "Правдоподобно", - подумала возмущённая девушка. Она решила лечь обратно в постель до того, как мадам Брукс сама её не заставит. - Держи, - медсестра подала когтевранке воду, одновременно следя за блондином. - А вы, мистер Малфой, можете идти, моей пациентке нужен покой. Франк заметно расслабилась, она сейчас меньше всего хотела продолжать разговор с Абрахасом, видеть его или ощущать его присутствие. - Возможно, я зайду позже, - кивнул слизеринец, развернувшись на каблуках, он быстрым шагом дошёл до двери. Когда он практически вышел, Малфой повернул голову в сторону Евы и, улыбнувшись, одарил её своим взглядом. - Хорошего дня, Ева. Девушке показалось, что на её имени он сделал особый акцент... немецкий? Нет, наверное, это уже пошла паранойя. Сделав несколько глотков прохладной воды, когтевранка взбила подушку, мельком посмотрев на закрывающуюся дверь, шаги за ней отдалялись. Пока она размышляла о нынешнем признании Малфоя, дверь снова распахнулась, но вошёл уже не блондин, а высокий черноволосый юноша. Грациозная походка, идеальная осанка - всё это было присуще Тому Реддлу. - Добрый день, Ева, - молодой человек присел на соседний стул и выжидательно уставился на девушку, будто ждал от неё вопросов. Спустя несколько минут молчания, парень не выдержал и вежливо спросил: - Где же твои претензии и возмущения? - Ты видел Абрахаса? - догадалась Франк, получив в ответ один кивок головой. Мадам Брукс снова вышла из своего кабинета, гневно взирая на пару: - Что я сказала? Никаких посещений! Мистер Реддл, я вынуждена настаивать, чтобы вы покинули больничное крыло! Зайдите завтра. Том молча разглядывал медсестру, немного наклонив голову влево. Ева нервно кусала губы, стараясь не думать о том, что бы она спросила у Тома. - Конечно, мадам Брукс, но... прежде, мне нужно задать Еве несколько вопросов. Это касается вчерашнего пожара в школе. - Мистер Реддл, моё терпение на исходе! Даю вам десять минут. Когда я снова выйду, Ева должна быть одна. Ясно? - О, я всё понял, - Том холодно улыбнулся. - Я уверяю вас, что это будет быстро... С этими словами юноша посмотрел на Франк.