Встреча нового истинного или возможность быть счастливым.

      — Мммм… ахг… Хосо~к, — постанывал имя Чона Тэхён, сжимая простынь руками, крепко связанные верёвками.       — Малыш, я только тебя связал, а ты уже готов кончить? — усмехнулся парень, нежно завязывая ткань на глазах Кима. — Ни где не давит? Руки, ноги? — проведя по связанным рукам и ногам кончиками пальцев, удовлетворённо улыбнулся, когда Тэхён дёрнулся от неожиданных прикосновений.       — Мне… не нравится… — тяжело дыша, Ким неосознанно закусил губу, предвкушая продолжение ночи. Слова разнились с желанием, но Тэхён был бы не Тэхёном, если бы не дразнил своего партнёра.       Ким слегка свёл ноги, и вслепую переместил их на колени Чона. Носком немного надавил на пах парня. Хосок еле сдерживался, но он лишь молчал, чем нервировал Тэхёна. Ким жаждал стонов, прикосновений, пошлых фразочек, а в ответ — тишина.       — Хо-Хосок? — дрожащим голосом позвал парня Тэхён, но снова тишина. — Хосок, по-пожалуйста, не молчи, — голос стал намного сильнее дрожать.       Чон почувствовал что-то неладное и сорвал повязку с глаз Тэхёна. Он плакал. Хосок был в шоке, он ничего не успел Киму сделать, а у того уже были красные глаза.       — Почему ты плачешь? — спросил Хосок, развязывая парня. Сегодня явно секса не будет, это огорчала, но в этой ситуации было уже не уместно.       — Я-я, — Тэхён не мог сказать настоящую причину своих слёз. Это будет глупо, очень глупо. — Мне… Я… Правда, я… — парень дрожал всем телом, когда руки стали свободными, он обнял себя ими, утыкаясь в коленки.       — Что случилось? — устало вздохнув, Хосок сел рядом и начал гладить омегу по голове.       Да, Чон совершенно не знал этого парня, но почему-то, он хотел узнать причину его слов, успокоить, обнять… поцеловать. Отмахнувшись от мыслей, Хосок понял, что Тэхён ему ничего не скажет, поэтому решил хоть как-то успокоить:       — Знаешь, — тихо начал Хосок, притягивая парня к себе. Прислонив к своей груди, он нежно гладил того по голове, почти что шепча ему в ухо: — ты можешь не рассказывать мне, что у тебя на сердце или в голове. Я же тебе никто, так, какой-то хрен с клуба, который увёз тебя к себе и хотел тупо заняться сексом. Без обязательств. Мерзавец одним словом. И я понимаю, что…       — Я тоже, — еле слышно прошептал Тэхён.       — Что «тоже»? — всё так же гладя по голове, уже меньше дрожащего омегу, Хосок смотрел куда-то вперёд, в пустоту.       — Я тоже хотел просто секс, так… Так было со всеми, — проглотив слёзы, Тэхён вжался в грудь Чона. — Но с тобой, с тобой мне стало страшно.       — Страшно? — Хосок всё же перевёл свой взгляд на омегу.       — Ты единственный с кем тишина так давила на меня, — Тэхён явно не понимал, что говорил, просто что было в голове, то и было на языке. — Не слыша ни единого звука, мне стало страшно, что ты бросил меня. Мне стало так страшно, так стра… — вдруг тело Кима перестало трястись и через долю секунды, он оттолкнул Хосока, который от неожиданности упал на пол. — Забудь, что я сказал! Забудь! — крикнул Тэхён и, быстро собравшись, выскочил из квартиры Чона.       — Что только что сейчас произошло? — встав с пола, Хосок всё смотрел на открытую дверь, из которой выскочил Тэхён. — А запах то я учуял, а это значит… — запрокинув голову и закрыв глаза рукой, еле шевеля губами, почти что прошептал Чон: — мы с тобой связаны*.

***

      Тэхён долго бежал по ночному городу, не разбирая дороги. Он пытался убежать от собственных мыслей, которые окружили его, словно рой пчёл, жужжа в голове и мешая нормально думать.       «Это правда?»       «Невозможно, просто невозможно!»       «А если это правда, то это значит…»       — Нет! Этого просто не может быть! Не может, я говорю! — остановившись, Тэхён просто кричал, хватаясь за голову и закрывая руками уши, пытаясь не слушать собственные мысли. — Невозможно, что именно он, именно он мой истинный! — прокричавшись, Тэхён рухнул на колени и прошептал: — А как же… Как же Чонгук? Он же был… Моим… Истинным, — слёзы снова начали течь из глаз, сердце бешено стучало, вспоминая любимого. — Боже, за что мне эти страдания, я уже просто хочу тебя забыть, перестать чувствовать боль. Дай мне тебя забыть, мать его, Чон Чонгук!