«У вас есть комната на чердаке?»

      Скрипнула, открываясь, дверь. Дельфина вскинула голову — она уже несколько дней ждала крайне важного гостя, надеясь и гадая, кто же это будет?       Ужас волной прокатился по телу. Клинок усилием воли сдержалась, даже не поменялась в лице, только руки, протиравшие глиняную кружку, дрогнули. Сбылся самый страшный её кошмар. На пороге стоял талморец.       Уродливый, непропорционально вытянутый альтмер с бледной кожей и выдающимся носом был настолько высок, что, выпрямившись, едва не уткнулся башкой в потолочную балку. Боги, сколько в нём футов? Девять, десять?.. Это был шанс. В узком пространстве он не развернётся, взорвать дымовую завесу, и можно будет попытаться смыться… Или подобраться поближе. Вежливая улыбка застыла на лице, аж мышцы сводило. Высокий, скотина, но бедренную артерию можно суметь перерезать, уж до неё-то она дотянется. Если активировать щит, у неё будет целая минута.       Талморец не спешил нападать. Лицо спокойное, расслабленное. Доля презрения и пренебрежения на морде — совершенно рядовая, так все желторожие на всех круглоухих смотрят. И на данмеров. Возможно, он тут проездом и не в курсе. Вряд ли бы на её устранение послали одного-единственного ушана. Ещё и такого… Он вообще передвигаться как способен?       Улыбка стала чуть искреннее. Дельфина всё ещё боялась. Всё ещё была внутренне напряжена, как пружина. Но из непосредственной угрозы талморец перешёл в разряд потенциальных клиентов. Пусть расстанется с деньгами, уж она соберёт ему припасов в дорогу. И в вино плюнет со всей любовью и уважением.       — Добрый день, — Дельфина первой вспомнила, что она тут, вообще-то, трактирщица, а значит, у неё есть обязанности. — Что-нибудь желаете?       — Желаю, — проскрипел ушастый. — У вас комната на чердаке свободна?       Это был крах. Катастрофа. Провал. Мир обречён. Драконы всех сожрут. И некому будет упокоить их так, чтобы с гарантией.       Где-то там, снаружи, Клинок с тщательно отмеренным недоумением переспросила, какой такой чердак? Разве ж добрый господин не видит, что чердака в трактире просто нет? А в голове меж тем, как костяшки на старых счётах, щёлкали мысли.       По всему выходило, что, во-первых, пьяные бредни Эмбри про огромного эльфа, сманившего из деревни единственного приличного охотника, бреднями не были. Вот он, огромный эльф, стоит, выглядит прям как настоящий, ага… Во-вторых, Довакина перехватили на пути между Устенгревом и Ривервудом. Случись это раньше — и информация о «комнате на чердаке» не всплыла бы. Значит, ушастые таки хотят утопить Скайрим в драконьем огне и решили подстраховаться? Хотя последнего драконорождённого могли устранить и по другой, совершенно не героической, зато крайне политической причине. Ну да, ну да, зачем им даже потенциальный кандидат на императорский трон?       А что, если…       Это был совершенно дичайший. Невероятный. Невозможный, как сиськи скампа, вариант.       Но Дельфина на своём опыте успела прочувствовать, что даже дичайшие, невероятные и невозможные варианты в этом дерьмовом мире случаются с завидной регулярностью. Умудрились же её соратники двести лет назад прохлопать зараз всю императорскую семью, реликвию, вторжение Обливиона и последнего бастарда Септимов? Хотя казалось бы…       Ушастому достался задумчивый, оценивающий взгляд. Бред, конечно, но она должна беспристрастно оценивать все варианты. Даже самые, Шоровы кости, сумасшедшие.       — А кто вам про чердак сказал-то? Кто на мой трактир напраслину возводит?       А что, если вот этот вот альтмер в талморской мантии, которого как будто скалкой раскатывали, чтобы подлиннее вышел, и есть Довакин?..       Но на раздумья времени не осталось. Ушастый резко нагнулся, будто пополам переломился и, положив ладони на прилавок, навис над Дельфиной, почти уткнувшись ей в лицо. Женщина отступила на полшага — это была естественная и предсказуемая реакция, более подозрительно выглядело бы, останься она на месте.       — Я же не глупец, — тихо, с отчётливо слышащейся угрозой сказал талморец. — С первого взгляда понятно, что чердака в этой халупе просто нет. Значит, это приглашение — пароль. Я назвал пароль, ты начинаешь юлить и строить из себя дуру. И если я не получу удобоваримое объяснение прямо сейчас, то разговор с тобой продолжат наши дознаватели. Укрываешь еретиков, недка?       Клинок чуть не рассмеялась ему в лицо — настолько сильным было нервное напряжение и настолько резко наступило облегчение. Боги и богини, ушастый действительно не знал, кто она такая! Но ситуация всё ещё оставалась достаточно опасной, лишнее мгновение промедления, и придётся прорываться с боем, бежать прочь, обрывая все хвосты. Секундное колебание, и женщина решила рискнуть.       — Указание на комнату на чердаке было в письме, предназначенном для конкретного лица. Того, кто называет себя Довакином. Но это ведь не можете быть вы?       Сейчас всё решится.       Гора сердитой эльфятины качнулась и сдала назад. Ушастый выпрямился — Дельфина мысленно пожелала ему так и застрять полусогнутым, но нет, позвоночник у талморца со своими обязанностями вполне справлялся — и тяжело вздохнул, как существо, на чьи плечи обрушилась вся мировая несправедливость.       — Однако Седобородые утверждают, что это я и есть.       Вот как. Судьба, любишь же ты пошутить. Из всех возможных вариантов воплотился именно тот, с которым связываться совершенно не хотелось. Ну почему это не простой нордский парень? Дельфина была согласна даже на вечно упитого скуумой кота или на склизкую ящерицу. Почему именно альтмер? Почему именно из Талмора?       Что же, за неимением гербовой...       — Вы ведь понимаете, что на слово поверить я вам не могу? — хмыкнула Клинок, немного успокоившись. — Однако ваши слова очень легко проверить.       — И как же ты намерена проверять меня, низшая? — талморец явно был не очень счастлив тому, что ему не рассказали всё и сразу, но пока что в драку не лез и заклинаниями не кидался.       — Всем известно, что Драконорождённые — идеальные охотники на драконов. Если я своими глазами увижу, как вы убиваете дракона и поглощаете его душу, вернее помощника вы не найдёте.       До тех пор, пока угроза не будет устранена. А уж после Дельфина с удовольствием вгонит ледяной шип ушастому под ребро. Клинок надеялась лишь, что сейчас потенциальный Довакин окажется вменяемым. Что она будет делать, если талморец не намерен бороться с драконами, а наоборот, собрался им помогать, женщина даже не представляла.       Альтмер скривился, будто лимон зажевал.       — И где, позволь, я достану тебе дракона для торжественного убиения? Или ты предлагаешь засесть в Вайтране и ждать, пока вот совершенно случайно мимо не пролетит ещё один?       — Зачем же, — Дельфина улыбнулась, чувствуя своё превосходство. Если это не игра в дурака, то талморцы, получается, куда менее осведомлены, чем она сама. — Эти драконы ведь не берутся ниоткуда. Они просыпаются из древних курганов, где были захоронены. И у меня по чистой случайности есть карта драконьих захоронений. Более того, я вычислила, какой из курганов проснётся следующим.       — Хм.       Презрения в голосе ушастого стало на самую малость меньше. Дельфина неплохо разбиралась в этих желтомордых ублюдках, так что уверенно расшифровала его задумчивый хмык как безоговорочное признание собственного интеллектуального превосходства. Но вслух не признается ни за что, это ж такой удар по самомнению!       — Пожалуй, я соглашусь прогуляться с тобой, — сообщил ушастый, будто делал величайшее одолжение. — Завтра же выдвинемся в путь. А пока не желаешь ли поведать мне, откуда тебе столько известно о драконах?       Дельфина согласно кивнула и направилась к потайному ходу. Высоты потолка в её небольшом убежище этому длинному вряд ли хватит, будет забавно — со всей своей гордыней талморцу придётся склониться перед ней, чтобы просто находиться в комнате. А вот что ему рассказать? О Клинках упоминать точно не стоит. А вот Драконья Стража? Вроде к ним у желтомордых претензий не было. Значит, ушастый получит сказочку о семейных преданиях и о славном предке, что помогал Реману Сиродилу в борьбе с драконами…       Ровную нить рассуждений прервал ещё один посетитель. В таверну заглянул тот самый давеча пропавший охотник, Фендал. Клинок приветственно махнула ему рукой и остановилась. Не при свидетеле же такие дела обсуждать. А босмер улыбнулся в ответ и радостно поздоровался.       — Привет, Дельфина!       Она допустила непростительную ошибку. Машинально качнулась в сторону Фендала, не зная даже, чего хочет — просто заткнуть ему пасть или трясти за грудки с криками, что же он, скот такой, наделал. И упустила то единственное мгновение, когда ещё можно было что-то предпринять. А уже в следующую секунду Дельфина охнула от боли, будучи впечатанной спиной в одну из державших своды балок. Белый от ярости талморец схватил её и поднял над полом, практически на уровень своего лица.       — Ты ведь понимаешь, почему я до сих пор тебя не поджарил? — его носатую морду перекосило, ещё сильнее искажая и без того не самые красивые черты.       — Потому что никто больше не расскажет тебе про драконов, — женщина упрямо уставилась в злобные глаза напротив.       — В пыточной ты тоже всё расскажешь.       — Мы умеем умирать раньше, чем ломаться, талморец, — усмехнулась Дельфина и упала на пол — ушастый резко выпустил её и с силой ударил кулаком в бессловесное дерево. Сверкнуло, запахло грозой, балка жалобно скрипнула и слегка подломилась, пошла светлыми трещинами, по форме похожими на молнии.       — Попробуешь сбежать — выслежу и убью. Попробуешь напасть — убью. К сожалению, у меня нет других ниточек, которые приведут меня к разгадке драконов, — ушастый сжимал и разжимал кулаки, с ненавистью глядя на сидящую у него в ногах женщину. Клинок уже пришла в себя и с насмешкой смотрела снизу вверх, задрав голову. Вставать на ноги Дельфина не торопилась, будучи далеко не уверенной в том, что сможет подняться прямо сейчас и не выдать предательской дрожи. Ну, Фендал, ну, удружил, сволочь… Что ему мешало просто поздороваться.       — Я расскажу то, что знаю, только Довакину. И, как понимаешь, ТЕБЕ я всё равно не расскажу всё и сразу. Тебе придётся постараться, чтобы заслужить моё доверие, ушастый.       Сейчас-то уж смысл притворяться и изображать почтение перед этим ублюдком?       Талморец едва заметно дёрнул ногой, никак, пнуть хотел? Но сдержался, сдержался. Даже не сплюнул!       — Меня зовут Дариэль, Клинок. Постарайся уместить это в своём примитивном умишке.       Резко отвернувшись, он сделал шаг в сторону.       — Выходим завтра с рассветом. Молись всем своим еретическим богам, чтобы, когда мы придём на место, там действительно оказался дракон. Иначе смерть твоя будет очень неприятна и бесславна. Ты меня поняла?       — Поняла, — презрительно процедила ему в спину Дельфина и всё же смогла встать, не покачиваясь и не дрожа. Фендалу достался испепеляющий взгляд, обещающий все возможные беды. Но потом, позже. Талморец умрёт первым. Правда, с этим придётся подождать, ведь, кроме Довакина, с драконами справляться больше некому.       Их ждала Роща Кин, место, где, если верить древней карте, располагался драконий курган. Там Драконорождённый покажет свою силу. Там Дельфина выдаст ему ещё немного информации.       А когда с угрозой драконов будет покончено, ушастый ублюдок умрёт.