Рискнём?

— Ты не будешь мешать, — также словораздельно сказал Майкл, передразнивая девчонку, и уже не боясь смотреть ей прямо в глаза, — разве сегодня ты мне мешала? Я почувствовал себя живым человеком. Я почувствовал себя человеком, у которого пойдет кровь, если порезаться! — Но сейчас ты решаешь мои проблемы. — Посмотри на это с другой стороны. Ты думаешь, что я помогаю тебе, но на самом деле, я тоже не остаюсь в минусе. Представляешь, благодаря тебе я каждый день буду чувствовать себя живым и наслаждаться этим! — А если это однажды надоест и пройдёт? — Я двадцать четыре года пою. Как только я почувствовал, что мне это нравится, ни разу не оставил любимое дело и ни разу не усмомнился в нем. Как только впервые услышал колыбельную, которую пела мама, понял, что музыка и песня - это волшебство, которому я хочу посвятить свою жизнь. Когда я впервые увидел тебя, то был уверен, что ты особенная и, также как и в музыке, я не сомневаюсь, что это чувство сохраниться по отношению к тебе навсегда. — Это смелое высказывание. Ты сильно утрируешь. И я довольно обычная. — Для окружающих - может быть. Ты такая обычная, и это та́к необычно! Мне не хватает настоящих эмоций людей, находящихся рядом со мной. Помнишь, сегодня после концерта ты захотела на сцену? Не со мной фотографию или автограф, а побывать на сцене! Ты делала то, что искренне хотела и не играла эмоциями, когда увидела меня. Ты была честной, такой же, как в тот день, когда не знала, кто я. Как же я это ценю! — Хорошо... — сказала Стэйси, устремив взгляд в одну точку, не моргая, и смотря куда-то неопределенно. Неизвестно, слышала ли она Майкла или копалась в себе всё это время. — Ты согласна? Точно? — оживлённо уточнил певец. — Да, хуже не будет. Ты прав, мне нечего терять. — Я обещаю, всё будет хорошо! И я точно буду рядом столько, сколько потребуется! — Майкл вновь хотел обнять девчонку, но что-то его остановило, и он просто продолжил, — через четыре часа вылет. Мы успеем подготовить нужные документы. Подожди здесь. Я в соседний номер, к Донне. Стэйси осталась одна. Девушка сидела на том же кресле, смотря в никуда. Только для создания уюта внутри себя, она сняла обувь и обняла руками свои колени. Так, закрывшись от всего мира, она сидела около получаса, дожидаясь Майкла. Однако для неё время пролетело незаметно. Постучавшись в дверь к Донне, Майкл не ожидал столь быстрой реакции. Менеджер не спала, потому что режим был сбит, как и у всей команды, но больше на бессонницу повлияли волнения о её подопечном артисте. — Майкл! Что-то случилось? — Нет... Точнее, да. Можно я пройду? — посмотрев на мужика-охранника возле своей двери, которая была по соседству с номером Донны, сказал певец. — Да... Проходи. Что за срочность? — в недоумении спросила Донна в привычной для себя грубоватой манере. — Мне надо срочно сделать заграпаспорт и визу во все страны, которые у нас остались в туре. — У тебя же есть. — Для Стэйси. Она полетит с нами... — Ты с ума сошёл!? — взбесилась женщина и перешла почти на крик. — Тише. Сейчас всех разбудишь! Я сам ей это предложил, и она тоже не сразу согласилась. Мне необходимо это сделать. — Зачем? Что ты в ней нашёл? — Человека, который меня вдохновляет, и которому я очень хочу помочь. — Помочь - это не значит брать её с собой на гастроли! — Да, но оставить ее одну в чужой стране я не могу. Поэтому она будет ездить с нами и находиться под моим присмотром. На работу это никак не повлияет. — Почему в чужой стране? — Ну, в Америке. До окончания тура. — Так оставь в России, в её родной стране. — Тут у неё уже всё рухнуло... — Ты сумасшедший! Познакомился с какой-то девчонкой и уже зовёшь её жить с собой. — Я не зову её жить со мной. Лишь помогу ей устроиться и начать всё заново. Может, в Америке получится. — У тебя заоблачные желания! Не забывай, что не в сказке находишься! У нас забронированны все номера отеля заранее и на неё это не рассчитывалось. — Вы мне выделяете огромные номера с несколькими комнатами, в которых я провожу мало времени, находясь в постоянном движении. Она сможет занять одну из комнат. Самолёт у нас частный. И на концерты это никак не повлияет, гарантирую. Мне просто нужно сейчас срочно сделать ей паспорт и визу. Я прошу о таком впервые. Это же не так сложно организовать. — Да, я тоже удивлена. Ты впервые так заботишься о девушке в таком плане. — Ну, Донна, — Майкл закатил глаза. — Ладно. Я придумаю что-нибудь. Тебе нужно поспать. — В самолёте посплю. Вдруг надо будет куда-то ехать, а я её одну не отпущу, или документов каких-то не будет хватать. — Я всё устрою. Иди спи. У тебя глаза жутко красные! На сцене в очках не дам выступать! — Хорошо. Спасибо большое! Ты лучшая! — Майкл радостно выскочил из номера менеджера и направился к Стэйси, которая продолжала сидеть в одном положении, изредка моргая, как не живая. — Стэйси! Она не против! — весело сказал Майкл, а девушка медленно перевела взгляд в его сторону, не дёрнувшись ни единой клеточкой лица, не показав ни единой эмоции. Просто поменяла положение зрачков. —Эй, Стэйси, всё хорошо? — резко сменил интонацию артист, беспокоясь о девушке. Он быстро, но аккуратно подошёл и сел перед ней на корточки. Девчонка была морально истощена. Внутри полыхает страх, а внешне не осталось ни одного следа от волнения, грусти, радости, страха, печали, удивления и других эмоций. — Тебе нужно отдохнуть. Хотя бы два с половиной часа. А как проснёшься, начнёшь новую жизнь, — мило улыбнулся парень, пытаясь успокоить девушку словами и интонацией, — можешь лечь в той комнате. Пойдём, — артист встал и принялся ожидать, когда тоже самое повторит Стэйси, но девчонка продолжала обездвиженно сидеть, как и прежде. Майкл направился в сторону комнаты, на которую указал девушке, в надежде, что она пойдёт за ним. Но она и этого не сделала. Пройдя в нужную комнату, Майкл расправил кровать для Стэйси и вернулся к ней. — Стэйси, я знаю, что тебе страшно и непривычно, но надо смириться. Как раньше уже ничего не будет, — девушка начала оживать. Она приподняла голову с коленей и немного раскрылась, — давай об этом мы поговорим, когда будет больше сил. А сейчас и тебе, и мне надо хоть бы немного поспать. Стэйси спустила ноги с кресла, но не вставала. — Мне придется донести тебя на руках, — сказал улыбаясь Майкл, медленно собираясь это сделать, но девушка тут же вскочила и направилась в нужную комнату, забыв даже про оставленную обувь. Войдя в спальню, она легла на кровать и даже не успев укрыться, моментально уснула. Майкл занёс обувь и вышел, бережно закрыв за собой дверь. Сам артист присел в красное, похожее на королевское, кресло, в котором недавно сидела Стэйси. Оно было с золотым обромлением, идеально вписывающееся в гостиную, освещённую жёлтым сонным светом, выполненную в стиле барокко. Это кресло впервые ощутило сегодня так быстро и постоянно меняющуюся ауру из-за частой смены настроения и эмоций, которая исходила лишь от одного человека. Так, Майкл незаметно для себя в нём же и уснул.