Рискнём?

— Стэйси, мы прилетели, — начал будить Майкл девушку. Путь обошёлся всего лишь в один час, поэтому времени на восстановление толком не хватило. Девчонка открыла глаза, но всё тело оставалось неподвижным. Она была похожа на неживую куклу с открытыми стеклянными глазами. Майкл вновь был готов взять её на руки и донести до машины. Но как только он потянулся и расшевелил её, девушка не позволила вновь проделать такое. Она сама встала, вцепившись в плечо Майкла, и пошла опираясь на него. Майкл, в свою очередь, держал её очень надёжно. Машина доставила их в отель. До номера молодые люди также шли медленно, держась друг за друга. Майкл завёл девушку в одну из комнат и уложил спать прямо в одежде, накрыв сверху ещё одеялом, так как девчонка продолжала мёрзнуть. Сам певец спать не пошёл, а дожидался утра, сидя на полу, около постели Стэйси. Как только пробил седьмой час утра, Майкл приложил свою руку ко лбу девушки, чтобы проверить, горит ли она до сих пор. Подтвердив свои догадки, парень сразу принялся искать способы позвать врача. Своё обещание, данное девчонке, он уже сдержал и подождал до утра, хотя это были невыносимые часы переживаний. Перед приходом мед.работника Майкл скрыл тело одеждой оверсайз, а лицо всем, чем нашёл в своем гардеробе. При докторе парень говорил шепотом, делая вид, что не хочет разбудить девчонку, но на самом деле, так артист мог спрятать свой голос. Врач поставил диагноз: — Её симптомы похожи на акклиматизацию, учитывая, что вы недавно прибыли в нашу страну. Впервые путешествуете? — Она - да, но мы сменили 3 страны за 5 дней. — Вот такой быстрый темп переездов и дал такие сильные симптомы. Организм не успевает привыкнуть к одному месту, как вы уже оказываетесь в другом. — С этим возможно что-то сделать? Мы не сможем в ближайшее время остановить путешествие. — Сейчас я с помощью укола снижу температуру. Он подействует гораздо быстрее лекарств. А дальше вам остаётся только надеется, что организм примет такой образ жизни, или придется где-то остановиться надолго. Если что, это вам поможет держать температуру тела под контролем, — врач передал небольшой листок бумаги, где написал название лекарств для скорой помощи, — обезболивающие лёгкие, можно спокойно принимать, но советую, всё же, дать организму самому справиться и привыкнуть. Жалетельно дождаться хотя бы небольшого улучшения, никуда не переезжая. Доктор достал шприц, готовясь сделать укол в мягкую точку человеческого тела. Всё это время Майкл сидел на другой стороне кровати в пол оборота к Стэйси и почти спиной к врачу. Стэйси лежала ближе к краю, где находился доктор. Её сознание было затуманено, открывая глаза, она толком не понимала, что происходит. Но слово укол услышала отчётливо. Ей очень не хотелось почувствовать его действие на себе, ведь и так болит каждая клеточка тела. Врач приказал девушке перевернуться на живот. С каким трудом она выполнила это... И не без помощи Майкла. Артист был готов выходить из комнаты, ради приличия, но Стэйси схватила его руку и сжала, по меркам слабости - достаточно сильно. Тогда Майкл ответил взаимностью и просто смотрел ей в периодически закрывающиеся глаза, не оглядываясь на действия врача.. Девушка поморщилась немного, покряхтела, и от неё отстали. Майкл проводил врача и вернулся в комнату к девчонке, которая вновь уснула. Но спокойно посидеть не удалось, в номер вломилась Донна. — Почему отсюда только что вышел врач? — Я вызывал. — Зачем? — Стэйси плохо. — Опять она... Надеюсь, тебе хватило ума дать ему подписать бумаги о нераглашении. — Я не выдал свою личность. Бумаги твои не понадобились. — Ну-ну, узнаем в скором времени, на сколько хорошо ты прячешься. Сам будешь всё объяснять и разгребать. — Хорошо. А сейчас прошу тебя покинуть это место, — спокойно и без какой-либо злой интонации попросил певец. — Что?! Ты в курсе, что у тебя сейчас репетиция?! Выходи и поедем. — Не поеду. — Это ещё почему?! — понизился голос у женщины. — Без репетиции в этот раз. — Это ты мне говоришь?! Ты даже с репетициями на проблемы во время концерта натыкался! — Выкручусь как-нибудь. — Всё ясно... Ты такой, каким я себе и представляла. — Какой? — Как большинство тех, с кем я работала. — А с кем ты работала? — К сожалению, сказать не могу, точно также, как и о том, что эти зазвездившиеся высокомерные особы вытворяли, считая себя чуть ли не божеством, вольным делать всё, что угодно. Жаль, что я подписывала эти бумаги, которые ты сегодня не дал мед.работнику. И жаль, что при знакомстве с тобой я тоже много чего подписывала... Теперь не смогу рассказать людям всю поднаготную. — Я буду это очень ценить. Приеду ближе к началу концерта. — Как знаешь. Тебе позориться. Артист вернулся к девушке. За время этого диалога её состояние в разу улучшилось. Жар начал быстро отступать. — Майкл... — виноватым голосом начала девчонка, — ты из-за меня не поехал? — Я не поехал, потому что так решил. Ты на мой выбор не влияла. — Но ты остался, чтобы следить за мной... — Но я же сам это решил. — Майкл... — голос снова был похож на мило-виноватый, — а ты не сердишься, что я заболела? — Ни в коем случае! Ты же это не могла предсказать и контролировать. — А что врач сказал? — Сказал, что это из-за частой смены климата... — А почему ты был странно одет? Или мне показалось? Я так мутно всё помню... — Не показалось. Я не хотел, чтобы меня узнали. — Спасибо, что не ушёл, — легко улыбнулась девушка. Её глаза блестели от осознания счастья. В этой фразе было столько благодарности и в какой-то степени любви, что трудно описать словами. Майкл ответил улыбкой. Он тоже был счастлив. Вспоминая моменты, когда держал её за руку, когда нёс на руках или был поддержкой и опорой, ему становилось приятно. Плохо, что всё это происходило только из-за того, что девушка была не в силах двигаться самостоятельно. Ему бы очень хотелось, чтобы подобные моменты присутствовали между ними в обычном здоровом состоянии. Девушка смутно помнила все подобные ситуации, но она точно запомнила чувство нужности и заботы. Самой лучшей заботы. Стеснение в эти моменты пропадало полностью. Помимо того, что девушка себя ощущала нужной, она надеялась, что парень тоже понимает, что он нужен, по крайней мере ей. И только теперь молодые люди перестали сомневаться во взаимности. Их тянет друг к другу, они нужны друг другу. И с этим ничего не сделать. — Кстати! — резко поднялась в сидячее положение Стэйси, — а где мы?! — Ха-ха, ты правда не знаешь? — Не-а. Я находилась долгое время словно в тумане. Помню, что мы вылетели из Австралии... И направлялись в Италию... А где мы сейчас? В Италии ещё? — Нет, мы уже успели сменить страну. Теперь в Нидерландах, в Роттердаме. — Но когда мы успели?! — Тут между Италией и Нидерландами на самолёте всего час. Ты его успешно проспала. — Жалко, что ничего толком не посмотрела по пути, хотя бы через окна машины, когда мы были в Италии. Я только могла мечтать попасть в эту страну. — В своей жизни ты ещё много раз побываешь в этом прекрасном месте! Гарантирую! — подмигнул артист. — Ловлю на слове! А здесь мы надолго? — На три дня. — И каждый день концерт, — приуныла девушка. — Нет. Только сегодня и через день. Завтра выходной. — О! Круто!