Благие намерения

— Вы не понимаете. Этот ублюдок посмел дерзить мне! И мало того, он пролил на мою прекрасную сумку тыквенный сок. Он заслужил. Фактически все, что случилось, было его виной. — глаза девушки не выражали ни капли раскаяния. Ещё одна тяжёлая среда. Такая же тяжёлая, как каждая, проведённая наедине с этой избалованной высокомерной мегерой. Миссис Леджер старалась относиться ко всем своим пациентам с пониманием. Но эта юная особа была невыносима до ужаса. Выслушивать её надменные речи было просто омерзительно. Почему вообще такие, как она, умудряются родиться с серебряной ложкой во рту? — Но ведь Вы сами сказали, что обозвали его сестру, цитирую: "жалким подобием человека с крайне низкой социальной ответственностью" - перед всем классом. Как, по-вашему, он должен был отреагировать? Раскланяться в благодарностях? Женщина искренне не понимала, чего не хватало Мисс-я-испорчу-тебе-жизнь-одним-словом. Крайне состоятельные и любящие родители буквально носили дочку на руках. Лучшие наряды, лучшие аксессуары , лучшие игрушки - у девушки было всё, чего бы она ни пожелала. Люди вокруг всегда тянулись к ней, хотели дружить. «Жалкие паразиты» - примерно так она их называла. Даже с учёбой у девушки проблем не было - отнюдь, она была крайне одарена, даже слишком... — Именно. Я, пожалуй, единственная, кто сказал ему это в глаза, а не за спиной. Более того, если бы он чуть больше следил за своей, по-видимому, обожаемой сестрой, мне бы не пришлось ему вообще ничего говорить. — девушка, будто скучая, разглядывала потолок в тщетной попытке найти хоть там что-то стоящее ее внимания. — Возможно. Но, мисс Ричардс, — психолог замолкла на мгновение, почувствовав густую давящую ауру, возрастающую в кабинете, однако всё же продолжила. — Из-за Ваших действий пострадал не только мистер Харитон, но и другие ученики. Одну девушку осколок люстры чуть не лишил глаза! Лицо пациентки вновь исказила чересчур знакомая женщине ухмылка. Миссис Леджер не раз замечала у девушки признаки психопатии, даже подумывала вписать этот диагноз в её личное дело и, сложив полномочия, назначить курс необходимых медикаментов, но, увы, дело тут было в другом. — Однако, не лишил, — непринужденным тоном ответила девушка. — Тереза! — Миссис Леджер?— аккуратная бровь слегка приподнялась вверх. — Хватит играть, Тереза, еще пара таких выходок и Попечительский совет в страхе за свое потомство лишит Вас права посещать школу. Вас просто исключат. С Вашим происхождением это не составит большого труда. И, знаете, возможно они будут правы. В ту же секунду все предметы в комнате начало ощутимо потряхивать, яростная аура буквально отравляла каждую частичку кислорода. —Не забывайтесь. Даже будучи грязнокровкой, я остаюсь дочерью своего отца, — губы девушки вновь исказились в кривой улыбке. — Знаете, моей матушке совсем не понравятся Ваши слова, которые легко можно счесть за расизм и изначальную предвзятость к пациенту. Так сильно хотите потерять лицензию? Или Вы действительно думаете, что я хотела тогда все разнести? У всех на глазах? Сколько раз повторять? Я не могу это контролировать. Не могу, понимаете?! —Простите. Но, Тереза... — женщина немного помялась, прежде чем продолжить, — мне действительно жаль, но, очевидно, наши сеансы Вам не помогают. Вы не прислушиваетесь ко мне, Вам интереснее разглядывать потолок. Вы закрываетесь. Будто боитесь потерять свою идеальную маску. Возможно, вам стоит попробовать изливать свои чувства на бумагу? В кабинете воцарилась мёртвая тишина. — Я правильно Вас понимаю? Я не могу контролировать свою чёртову магию, а вы мне предлагаете вести дневник? — холодным, почти что безэмоциональным тоном проговорила девушка, хотя в её глазах ясно читалась подступающая ярость. — Вы считаете, я с Вами шутки шучу? Меня буквально разрывает на части каждый день, а Вы мне предлагаете строчить сопливые записки. Может, ещё наклейками украсить? С феями, как Вам? Миссис Леджер слегка напряглась, заметив, как книжный шкаф начал легонько дрожать, а её любимый бергамотовый чай так и норовил залить все ближайшие документы. — Если Вам так будет проще, то... медитацию мы пробовали. Вы сами даже седативные препараты использовали, но, как вы сами говорите, безрезультатно. — Да уж, от них чувствуешь себя сонной мухой в анабиозе,— перебила девушка. — Так вот. Вы же понимаете, что проблема в Ваших эмоциях. Возможно, Вам самой стоит понять, как же можно помочь Вашей проблеме. Никто кроме Вас не сможет контролировать Ваши чувства. Начните записывать свои мысли, эмоции, может быть тогда Вы найдёте ответ. Тёмная аура начала медленно отступать. Предметы перестали раскачиваться. Миссис Леджер понимала, что это значит — Терезе просто стало скучно, надоело спорить, а это значит, что она сдалась. Наконец-то. — Хорошо, я попробую, — сухо ответила девушка. — Следующая встреча состоится через неделю в шесть тридцать, — мягко декларировала психолог. — Ага. Дверь с легким стуком закрылась, и женщина наконец смогла дышать полной грудью. Все же, даже без своей безумной дикой магии эта девчонка имела невыносимую, давящую энергетику. А от ее резких, заполняющих собой все пространство вокруг, духов и вовсе болела голова. Наконец-то можно расслабиться. ••• Тереза вернулась в Хогвартс с привычным ей чувством опустошённости. Проходя мимо квиддичного поля, она не могла придумать, чем себя занять, кроме того дурацкого эссе по зельям «не меньше, чем в три фута». Похоже, эта сальноволосая ворона никогда в жизни не притрагивалась к чему-то кроме своих талмудов по зельям и не знала такого выражения как «краткость - сестра таланта». Мысли о мерзком профессоре зельеварения начинали раздражать Терезу, и она постаралась переключиться на что-то менее травмирующее, пока ненароком не подожгла какую-нибудь мантию. Тереза начала напевать себе под нос песню из любимого мюзикла. Наверное, отец, который предпочитал оперы, осудил бы её за выбор подобного музыкального сопровождения, но "Ария Фигаро" ей не очень-то подходила по регистру. — Всё станет лучше, как только поступишь в желанный Хогвард, Дюк иль Браун. Проснёшься от комы, диплом заберёшь и сможешь удрать к чертям~ Кстати о чертях. — Мерлин, посмотрите, кто тут у нас, — высокомерно пропищал мелкий блондинчик, преградив девушке путь. — Всё поёшь. Такой юный, а уже такой противный! Тереза с ужасом и неким предвкушением представляла себе его в более старшем возрасте. — Ага, Малфой. Слышала, твоего папочку побил какой-то бедняк, как не аристократично - драться, да ещё и с убогими. Неудивительно, что он так и не научил тебя, как нужно общаться со старшими, — слегка склонив голову на бок, ответила девушка. И пока белобрысое чучело не успело заговорить, продолжила. — Уйди с моей дороги, не путайся под ногами. — Как ты смеешь, грязнокровка? Твоей дороги?! В этом мире нет ничего твоего, даже места! — высоко задрал голову второкурсник, так, что не долог час и она оторвалась бы от тонкой шеи. — Конечно, однако не забывай, что маглловский мир гораздо больше, и если ты вдруг абсолютно случайно в нём окажешься, не забывай оглядываться. — Ты!.. К-как ты... — запинаясь от злости, пробормотал Малфой. — Как я смею? Повторяешься, малыш, — усмехнулась девушка. — Я тебе не по зубам, найди кого-нибудь другого для дергания за косички, а теперь, если позволишь... — Да ты ещё!.. Тереза не стала дослушивать столь информативный монолог и, тяжело вздыхая мыслям о предстоящем эссе, продолжила свой путь в библиотеку. ••• — Мисс Ричардсон, обещайте не поджигать мне многовековые тома, — подтрунивала библиотекарь. Тереза невесело усмехнулась, вспоминая прошлогоднее эссе по гебрологии, она вовсе не была какой-то невменяемой, просто перепись десяти книг о подвидах ползучего папоротника кого угодно сведёт с ума. — Постараюсь, миссис Пинс. В какой секции всё о Зельях от икоты? — уточнила девушка, разочарованно поглядывая на свой излюбленный дальний стол, занятый сейчас младшенькой Уизли. — Посмотрите в пять В. Если ваши однокурсники ничего ещё не успели перетащить, должно быть там. Вежливо кивнув, Тереза с неохотой поплелась искать необходимые книги. Замечтавшись, девушка почувствовала столкновение с чем-то угловатым и, споткнувшись, упала на пол, больно ударяясь коленом. — Джинни! Терезе весьма импонировало рыжеволосое семейство, точнее два его одарённых представителя, изобретения которых не раз помогали ей развеять скуку. — Простите, — рыжеволосая девчонка, резво подскочив, бросилась к выходу. — Джинни, подожди! — вскрикнула Тереза, заметив, что та обронила какую-то кожаную тетрадку. Но все было тщетно, Джинни уже и след простыл. Тереза внимательно осмотрела предмет. — Т.М.Р. — вслух прочитала она надпись на дневнике. «С какой скоростью до близнецов доходят слухи? Откуда они знают, что мне посоветовали вести дневник? — думала девушка. — Да и способ передачи подарка у них довольно... эксцентричный. Но хотя бы сам дневник ничего, под старину, натуральная кожа, откуда они знают, что ретро сейчас в тренде? Надо будет их отблагодарить.» ••• Солнце за окном уже начинало потихоньку скрываться за горизонтом, когда девушка вернулась в гриффиндорскую гостиную. Вокруг как всегда было довольно шумно: младшекурсники что-то обсуждали, не жалея своих голосовых связок, бурно дискуссируя на тему того, кто мог бы проклясть кошку старого завхоза. Делали они это не первый день, и порой появлялись совсем уж дикие и абсурдные версии. — Я клянусь, это наверняка был профессор Снейп! Ему просто надоело находить в своей кладовой кошачью шерсть, вот он всё и подстроил. Да и кто кроме него может быть ужасающим наследником Слизерина? — эмоционально жестикулируя, выкрикнул какой-то темноволосый парень. — Профессор Снейп, конечно, — возразила девушка с жёлтыми, явно крашенными волосами. — Еще скажи, что профессор Макгонагалл не выдержала конкуренции и решила избавиться от соперницы. — Что? Наш декан? Да ни в жизнь! А может, это Розье? Слышал у неё аллергия на кошек, — с некой мечтательностью во взгляде пробормотал темнокожий мальчик. — Опять Розье? Ты можешь говорить хоть о чем-то другом? — возмутилась голубоглазая девочка с чуть вздернутым носом и трогательным розовым бантиком в волосах. Дослушивать этот бред до конца Тереза не стала во избежании потери оставшегося здравого смысла. Она искренне не понимала, как эти дети не видели очевидного. Все улики указывали на Гарри Поттера, и девушка недоумевала, почему ребята так старались не замечать связи "золотого мальчика" со всем случившимся. За два года своего нахождения в школе чародейства и волшебства этот мальчишка был замешан в большем количестве неприятностей, чем все остальные вместе взятые. Скорее всего, это снова проделки его злобного доппельгенгера. Девушка предполагала, что в конце года вновь случится какое-нибудь чудо, и их факультет вновь наградят за геройство зеленоглазого очкарика. С такими мыслями Тереза проследовала в свою комнату в общежитии. Сколько бы ни пыталась она убедить отца помочь добыть личные апартаменты, тот был непреклонен, считая, что социализация и наведение мостов с сокурсниками - неотъемлемая часть учебного процесса. В комнате было подозрительно тихо, возможно легкомысленные соседки вновь ушли поглазеть на прелестного ловца Хаффлпаффа. Тереза не могла их судить, парень и правда был невероятно привлекательным: высокий, достаточно статный для своих шестнадцати, хорош в учебе и спорте, а еще очень отзывчивый и трудолюбивый. Одним словом - идеальный претендент в мужья. Девушка и сама бы влюбилась в него, если бы не замечала его пристальный взгляд на стол ворон за ужином. Ей оставалось только пожелать удачи молодому человеку в любовных делах. Не тратя времени зря, Тереза решила опробовать на практике совет психиатра. Тем более, девушку одолевало сильное желание написать что-нибудь в её новом дневнике. Рука так и тянулась к перу, так что, не став медлить, девушка приступила к исполнению. «Дорогой дневник, сегодня я вновь ходила к миссис Леджер, моим записям здесь ты обязан ей, - девушка замедлилась, не зная, что писать дальше, но быстро продолжила. - Наверное, она считает, что я настолько одинока, что мне даже не с кем поговорить. Что ж, она почти права. В этом мире мне действительно не с кем поговорить, но дома... Я так скучаю по Уиллу... Интересно, он бы сильно расстроился узнав, что я чуть не убила ублюдка, назвавшего мою семью грязным отребьем? Мою семью, семью, состоявшую из сплошной элиты! Самое забавное, что этот чудик прекрасно знал, кто мои родители. Никакого уважения к властьимущим. «Грязнокровка», вот как он меня назвал. Ставлю руку на отсечение, что он просто, как болванчик, повторял слова своих скользких дружков. Сам полукровка, а все туда же. Признаю, не стоило устраивать шоу, в следующий раз затащу его в самый темный угол Хогвартса, конечно если моя грёбаная магия снова не взбесится. Всё же обидно, что...» Закончить девушка не смогла - дверь в комнату резко распахнулась, представляя двух растрёпанных девушек, ведущих за собой заплаканную подругу. — Что-то случилось? — вежливо поинтересовалась Тереза. Ответом ей послужили вымученные всхлипы. — Он... он предложил встречаться этой азиаточке, — мрачно декларировала одна из девушек. Тереза устало закатила глаза и захлопнула дневник.