Катастрофа

      Никогда в жизни Кассандра не чувствовала себя настолько бесполезной. Казалось бы, все оговорено заранее и ее место — в церкви, рядом с Лелианой и Жозефиной, чтобы если все обернется совсем плохо, было кому начать все сначала. Но если Жози — человек сугубо мирный, и ее трудно представить с оружием в руках, стихия тайного канцлера — подковерные интриги и удары исподтишка, то она, Кассандра — воин, она должна быть на стенах с остальными, а не метаться тут от дверей церкви к дверям их общего кабинета и обратно.       — Я не буду сидеть со стариками и детьми, выжидая непонятно чего! — взорвалась она, когда Каллен принес проект распорядка на случай атаки. — Лелиана и Жози — мозг Инквизиции, а бойца всегда можно заменить. Ты же не будешь спасать свою драгоценную жизнь, прячась за стенами церкви!       — Бойца можно заменить, и командира тоже, — согласился Каллен. — Поэтому — да, не буду. Но ты — душа Инквизиции, Кассандра. Твоя вера, твоя страсть, твое стремление изменить мир — без этого все будет мертво.       Кассандра застыла с открытым ртом, глядя на него. Командир отвернулся, потирая шею.       — Он прав, — сказала Лелиана. — Ты нам нужна, и это не обсуждается.       В тот раз Каллен исчез из кабинета первым, и Кассандра не стала его догонять. Неловкость, повисшая между ними после Теринфаля, камнем лежала на душе, былой дружбы было безумно жаль. Но не могла же она просто взять его за рукав и сказать, мол, я тут с подачи демона напридумывала про тебя невесть что и теперь не могу избавиться от этих мыслей, поэтому скажи, что ты по уши влюблен в кого-то другого и ничего быть не может, чтобы я успокоилась. Проклятый демон!       Она едва не протаранила лбом дверь, стремительно развернулась, зашагав в другую сторону.       — В зверинце Минратоса я видел пантеру, — сказал тевинтерец, лениво растягивая слова. — Тебе не хватает только хвоста для полного сходства. Чтобы лупить себя по бокам.       Выглядел он неважно: манжет белоснежного камзола в крови, на воротнике синий потек лириумного зелья, руки подрагивают от усталости.       — Отвяжись!       — И рычишь так же, — хмыкнул он.       Кассандра замерла на месте. Медленно вдохнула, задержала дыхание, выдохнула. Маг не виноват в том, что, в отличие от нее, измотан не бездельем, а боем. Вдох. Задержать дыхание. Выдох. Тридцать шагов от одной двери до другой. Тридцать обратно.       Да пропади оно все пропадом!       Кассандра решительно распахнула дверь на улицу — ровно для того, чтобы увидеть, как с неба камнем падает дракон. Ей довелось убить не одну тварь, но ни разу не случалось видеть такого огромного — дом, оказавшийся рядом с чудовищем, раскатился на бревна словно был сложен из лучин.       Добраться до дракона Кассандра не успела — завязла в бою посреди деревни, отчаянно отгоняя от разума ощущение, что все это она уже видела. Только в тот раз храмовники были нормальными, не изуродованными алым. Могло ли быть такое, что демон показал ей будущее — пусть искаженное, но все же будущее? Она выругалась сквозь зубы — нельзя об этом думать, нельзя верить, нельзя взращивать в душе сомнения. Убежище никогда не было крепостью, в том, что случилось, ничего неожиданного. Значит, как и планировали, отступить под защиту церкви и удерживать ее, пока не уйдут гражданские и большая часть войска.       Кассандра выругалась уже вслух, припомнив, что к гражданским причислили и ее. Добавила еще несколько оборотов, сообразив, что дракона они в планах не учитывали. И двинулась к стене по краю растекающейся среди домов волны врагов.       Увидев ее, Каллен невнятно рыкнул, но от глупых вопросов вроде «какого рожна ты тут делаешь» воздержался. И правильно, не хватало еще препираться из-за ерунды, когда их вот-вот сметут.       — Мы не сможем прикрыть отход, — сказала она.       Двери церкви на какое-то время сдержали бы людей, да и потом в не слишком широком пространстве нефа можно остановить врага довольно надолго, особенно если оставить среди обороняющихся несколько магов — Кассандра помнила, что такие добровольцы были. Но дракон вынесет ворота за полмига, а потом один раз дыхнет огнем — и от защитников останутся лишь догорающие головешки.       Каллен глянул в небо — дракон ушел ввысь, став не больше воробья.       — Гарольд, Карл, Йоган — телегу поперек прохода, поверх мебель из вон того дома, поджигайте вместе с домом и уходите в церковь. Кассандра, с ними. Остальные — со мной к требушету.       Логично, проще перекрыть проход и сделать так, чтобы в этом направлении никто не хотел лезть, чем терять людей, прикрывая подход к требушетам… только зачем?       Трое названных кивнули и начали выкатывать из стоящего неподалеку сарая телегу.       — Кассандра!       Она развернулась к Каллену, подняла забрало, чтобы он мог разобрать слова. Произнесла едва слышно:       — Я не буду отсиживаться за вашими спинами.       Незачем и некогда вслух собачиться при низших чинах. Но и в церковь она не вернется. По крайней мере, без остальных. Каллен помолчал полмига, Кассандра малодушно порадовалась, что под шлемом не видно его лица — впрочем, и взгляда сквозь прорезь забрала хватило, чтобы понять: он далеко не в восторге. Будь у них чуть больше времени и не окажись рядом солдат — ее ждала бы очень увлекательная беседа.       — Хорошо. С нами.       Команда, обслуживающая требушет, оставила его, едва вражеское войско подошло вплотную к стенам: не было никакого смысла бесплодно обстреливать окрестности. Дюжина солдат, что сейчас пришли с ними, повинуясь команде, налегли на ворот, разворачивая орудие в сторону гор. Кассандра, кажется, начала понимать. Последнюю неделю снег шел не переставая. Если потревожить склон...       Солдаты развернули требушет и забрались в «беличье колесо», поднимающее противовес. Еще пять минут. Кассандра посмотрела в сторону церкви — насколько позволяли видеть дома, защитники укрепились среди последнего ряда домов. Четверть часа от силы — и вне церкви останутся лишь добровольцы. Они сами, возможно, успеют зарядить требушет и вернуться. Но кто-то должен дернуть за веревку, приведя гигантскую пращу в действие.       Она прикинула в уме: самый легкий снаряд в шесть с половиной стоунов пролетит пятьсот ярдов. Значит, у того, кто приведет в действие требушет, останется четверть минуты, не больше.       — Кому ты прикажешь остаться? — негромко спросила она.       Хорошо, что не ей решать, кого отправить на верную смерть.       — Сам, — сказал Каллен.       — Нет!       Он едва заметно хмыкнул.       — Эта деревня изрыта норами, точно берег — гнездами стрижей. Вон там, в сотне ярдов — выход каменного угля.       Это Кассандра знала: добытым оттуда отапливалась вся деревня.       — Шахта сквозная, — добавил Каллен. — Выходит по ту сторону хребта.       А вот это новость. Но все равно...       — Можешь не успеть.       — Могу. А ты можешь не успеть вернуться с солдатами, — он покачал головой. — Договаривались же...       — Давай будешь читать мне морали, когда все это закончится, — огрызнулась Кассандра.       Он был прав: ничем особым она не помогла и не поможет, и лучше бы она сейчас уходила с остальными из церкви и надеялась, что он отступит с предпоследним отрядом и догонит.       — Когда все это закончится, я отправлю тебя мести плац с рекрутами, — усмехнулся он. — Дюжину нарядов вне очереди.       Да хоть три дюжины, подумала она, глядя ему в глаза. Лишь бы было кому выдать эти наряды. Хорошо, что под шлемом он не видит выражение ее лица. Жаль, что она не видит его.       — Все готово, командир, — сказал кто-то.       Каллен обернулся.       — Хорошо. Уходите.       Коротко сжал плечо Кассандры.       — Давай.       Она кивнула. Проглотила слова, что рвались с языка — не время и не место.       И шарахнулась в сторону, когда с неба рухнул дракон. Перекатилась, уходя с пути алого тумана: пламя-не пламя, поди разбери. Вспыхнул факелом солдат, оказавшийся недостаточно проворным. Дракон клацнул челюстями — еще один даже не успел крикнуть.       А потом громыхнул требушет. Дракон взмыл в небо, Кассандра, не веря собственным глазам, зачарованно уставилась на седло, прикрепленное у основания шеи, в котором примостилось… нечто, похожее и непохожее на человека. Каллен схватил ее за руку и поволок навстречу раскатам грома, летящим с гор. Они успели нырнуть в жерло шахты прежде, чем лавина дошла до подножья и наступила темнота.       Кассандра согнулась, кашляя, казалось сердце рвется из горла вместе с легкими. Прохрипела:       — Кажется, успели.       — Успели, — так же хрипло подтвердил Каллен.       Хвала Создателю, что у нее хватило ума промолчать. Сейчас бы со стыда сдохла.