Did I lose?

— Садись, чего вылупился на Мишель? — Вермишель? — переспросил Сону и при этом глупо вылупился на собеседника. Тот в ответ посмотрел на Кима и усмехнулся: — Ты в последнее время рассеянный, — протянул Пак, а затем иронично добавил, — вернее сказать, последние два дня такой. Ким прекрасно понял, на что так очевидно намекал его друг, но лишь отмахнулся от того, сел на на заднее сиденье, даже не удосужившись пристегнуться. — Зато, как ты, склерозом не страдаю, чтобы забыть, что день рождения Джейка не в сентябре, а в ноябре. Это же надо было так лохонуться и в двенадцать ночи придти к нему в квартиру в парике клоуна, чтобы поздравить с совершеннолетием и при этом так крупно облажаться! У него же в тот день экзамен крупный был, а он тогда его из-за тебя завалил, потому что не выспался! Машина резко поехала и Ким из-за своей же самоуверенности полетел вперёд и больно ударился о переднее сиденье, а когда Хун тут же свернул направо, то тот щекой впечатался в стекло. Было очень больно, Ким даже заплакал бы от обиды, если бы рядом опять-таки не было того самого Сонхуна. Вот он, виновник всех его сегодняшних бед! — Пусть тебя завтра ботан какой-нибудь изнасилует! — потирая правую щёку, обиженно пробурчал Сону, тихо фыркнув. — Эй мелкий, поосторожнее на поворотах, — серьёзно сказал Пак и добавил, — это в прямом смысле. Шутить тут вздумал?! Что за наглость? Вот скажите, когда они уже приедут? — А что в переносном тогда, а? — начал умничать Ким и смешно выпучил глаза на зеркало переднего вида, оттуда он увидел лишь... ничего. Игнор. — Ты что, меня игнорить собрался?! Эй! Сонхун же на провокации не подавался, а лишь сидел и с улыбкой смотрел на дорогу, времена плавно водя по рулю и смотря на навигатор снизу, чтобы наверняка не ошибиться с маршрутом, ведь с таким шумом сзади можно не то что улицу, можно и себя потерять. — Приехали, — сообщил тот через несколько минут гробового молчания, в ответ опять тишина. Он обернулся, чтобы поинтересоваться, не заснул ли заднесидящий. И да, тот мирно посапывал сзади, подложив свой рюкзак под голову, однако выражение его лица совсем не вязалось с тем ощущением спящего ребёнка. На лице Кима была злая самодовольная улыбка, а брови страшно нахмурены. Сонхун перекрестился и пошёл будить своего пассажира. — Ким, вставай, нас уже ждут, — стал аккуратно тормошить по плечам и гладить по спине. В ответ на свои действие он никак не ожидал услышать шипение сквозь громкий мат, причём был он на английском, что было ещё более странно. — С ума сошёл, грязный педик, иди нахуй, пока по ебалу не дал, — и всё на таком чистом английском, без привычного корейского акцента, что было очень несвойственно чистокровному корейскому аристократу Киму. — Сам иди туда, сейчас отца твоего наберу, ему наверняка очень понравится то, что ты только что мне сказал, мелкий негодник. А ещё Чонвона грубияном называешь, да он по сравнению с тобой святоша! — но парень продолжил нагло дрыхнуть и, дразняще раскинув ноги, пачкать ботинками недавно помытый салон недавно купленной машины. — Спишь? Так мы тебя с парнями разбудим! И пошёл в неизвестное направление. Младший тем временем приоткрыл сначала один, затем и второй глаз, осмотрелся незаметно, да прислушался. Никаких Сонхунов поблизости не было, значит можно по-тихому валить. Что, собственно, Сону и сделал. Побежал он, конечно, неважно, но зато бежит же! А направление и местность ему смартфон подскажут, который как раз в рюкзаке лежит, а рюкзак... — Я его в машине забыл. Точно, персону поблизости он проверил, а про сумку совсем забыл... Ну что ж, Сону же не зря отличник, он и по мху, и по звёздам, и по муравейникам направление вычислить может! Только вот незадача, зимой ни мха, ни муравейников, а сейчас только день и луна навряд-ли так скоро появится... — Я убью тебя, Пак Сонхун! — прокричал он на всю улицу и побежал вперёд, чтобы поскорее найти хоть одну живую душу поблизости, ведь придурок хён умудрился в глуши машину оставить, не побоялся же, что машину испортят или Сону украдут, он же такой красивый и невинный... Но тут внезапно на него набежали: — Извините! — извинился перед ним незнакомец и помог встать, при этом казалось, что никакого чувства вины тот не испытывал. — Смотри куда прёшь, деревенщина, — в этом Ким хоть и не был уверен, но его плохое настроение стояло сейчас превыше и потому чувства страха и обычного интроверта полностью притуплены, — Ты мне на туфли от Гуччи наступил! Понимаешь, сколько они стоят? Лицо напротив осталось таким же равнодушным, лишь рука потянулась к карману и в его лицо полетели долларовые купюры: — Купишь новые, мне некогда возиться с тобой, — холодно сказали ему и, на последок еще раз поклонившись, пошёл в противоположную сторону. Но Сону такой жест только ещё сильней разозлил, поэтому он догнал того человека и стянул капюшон с его головы и прямо в ухо крикнул: — Я не шлюха, чтобы ты в меня купюрами кидался, живо извинись! И посмотрел прямо в глаза собеседника. И пиздец, это был тот самый парень из отеля. Какое совпадение... — Мне жаль, — вновь безразлично извинился тот и вновь хотел было уйти, но его насильно остановил Ким, взяв того за руку. — Стой, ты меня не помнишь? Сердце будто на секунду остановилось. — А должен? Мы вообще знакомы?