Солнечное чудо

***

      Лето всегда ассоциируется у людей с отдыхом, отпуском и просто временем, которое следует посвятить каким-нибудь делам или просто ленивому времяпровождению. У всех эта привычка появилась ещё со школьной скамьи, когда слово «лето» было равно слову «каникулы».       Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор, директор школы чародейства и волшебства Хогвартс, Верховный чародей Визенгамота, кавалер ордена Мерлина первой степени, президент Международной конфедерации магов, также известный как сильнейший волшебник своего времени и единственный маг, дуэли с которым боялся сам Лорд Волдеморт, отдыхал в своем кабинете в школе, запивая сладким чаем свои любимые лимонные дольки. В замке, кроме самого директора, присутствовали также деканы, завхоз, да ещё несколько учителей, которые уже закончили свой отпуск и решили подготовиться к новому учебному году заранее.       Пожилой волшебник сделал очередной глоток чая, вспоминая, что на днях Минерва отправила письма для будущих первокурсников, которых в этом году было немало, что не могло не радовать. Всё-таки многие заметили, что с каждым годом маленьких волшебников становится всё меньше, что является плохим знаком. Хотя, конечно, это хоть и заметили, но не смогли понять причин.       Альбус как раз потянулся за очередной конфеткой, когда услышал громкий стук в дверь, а после в кабинет прошел Хагрид, что было странно, ведь он сейчас должен был быть с Гарри Поттером, провести его на Косую аллею за покупками и забрать из Гринготтса философский камень. Неужели что-то пошло не так?       — Хагрид, что ты здесь делаешь? Почему ты вернулся так рано, разве вы все успели? — спросил Дамблдор, наблюдая за смущенным полувеликаном, который не находил себе места. Кажется, что-то действительно пошло не так, как он планировал. — Рассказывай.       — Ну я, энто, как вы и сказали, вечером воспользовался портключом, ну и оказался перед домом Гарри… Совсем там ничего не поменялось, хотя уже темно было, я плохо рассмотрел…       — Хагрид, прошу тебя, ближе к делу, — попросил волшебник и полувеликан закивал, начиная мять в руках свой огромный платок.       — Да-да, директор, конечно. Ну, вот он я, появился, значится, там…

***

      На улице раздался хлопок поздно вечером, когда большинство жителей Литтл-Уингинга уже спали. Семейство Дурслей также собирались ложиться — в этот вечер они поздно поужинали, потому что у Гарри был день рождения. Нет, они не устраивали большого праздника, как у Дадли, но все же мальчик вёл себя очень хорошо в последнее время, и он сам выбрал себе подарок. Вот и пришлось всей семьей ехать в зоомагазин, где маленький именинник со слезами на глазах упрашивал купить ему змею. Благо, не опасную. Всего в Британии обитали четыре вида змей: медянка, травяная змея, уж и гадюка обыкновенная.       Как ни странно, Гарри выбрал себе ужа, у которого были непривычные белые «ушки» на голове, хотя у двух других змей в аквариуме они были жёлтыми. Продавец похвалил за выбор и успокоил Дурслей, рассказав, что самки, конечно, крупнее самца, но чаще всего они вырастают не больше метра, легко приручаются, неприхотливы в еде и их укус ничуть не опасен для человека.       — Вам не о чем волноваться, — улыбнулся молодой мужчина, работающий в этом зоомагазине. — Не зря же какой-то писатель говорил в своей поэме: «А если уж вползает к нам в жилище, Ему во славу божию литвин От века не отказывает в пище: Пьют молоко, и ковш у них один. И, зла не причиняя, в колыбели Гад на груди младенца мирно спит, Свернувшись в бронзовое ожерелье»*       В общем, Вернона и Петунью мужчина успокоил, хотя Гарри выбрал именно эту змею по совсем другим причинам — именно эта малышка откликнулась на его тихий голос, пообещав, если Говорящ-щий будет о ней заботиться, то она обязательно вырастет большой и сможет его защитить. Как именно она будет это делать, если ужи не ядовиты, Поттер не знал, но решил, что всё равно возьмет именно эту красавицу.       Свою новую питомицу Гарри решил назвать Бинди, потому что это имя означало «красивая змейка». Дадли, конечно, сказал, что надо было выбрать более грозное имя, но Поттер его слушать не стал. Они также купили небольшой террариум, но он был для перевозки, потому что дома Гарри решил, что точно не станет запирать где-нибудь Бинди, которая оказалась очень умной, хоть и мыслила по своему, по змеиному.       Именно поэтому они вернулись домой позже, чем рассчитывали и сели ужинать не в то время, в которое привыкли. Петунья успела испечь любимый пирог Гарри, с почками, хотя, конечно, все сделали вид, что это в порядке вещей и ничего необычного не произошло. Но маленький именинник был рад даже такому, всё-таки ему было приятно получать заботу от старших родственников, пусть и «завуалированно».       Когда раздался хлопок, мальчики уже поднимались по лестнице и, хоть они и обратили на странный звук внимание, останавливаться не стали. Мало ли, что там за зауки. Вернон и Петунья также решили не обращать внимания, подозревая, что это какие-то подростки опять взрывают дешевые хлопушки — такое случалось на их квартале не часто, но достаточно, чтобы не сильно волноваться. Однако, когда в их дверь начали стучать, причем очень даже сильно, все в доме напряглись. Вернон захватил ружье из чулана, а Петунья поднялась на лестницу, где застыли Дадли и Гарри, чтобы, в случае чего, спрятать детей наверху, а самой позвонить в полицию.       В дверь снова постучали, на этот раз уже громче. Вернон зарядил ружье и глубоко вздохнул.       — Кто это? Предупреждаю, мы сейчас вызовем полицию! Я буду стрелять!       Ненадолго наступила тишина, но потом дверь резко распахнулась, ударившись о стену, и внутрь попытался пролезть самый настоящий великан! Вернее, кто-то очень похожий на великана — длинные лохмы кустистых черных волос и косматая борода почти полностью закрывали лицо, ладони были размером с крышку мусорного бака, а ноги в кожаных сапогах были просто огромными. По крайней мере, именно так двум маленьким мальчикам, которые старались прикрыть собой от опасности маму-тетю, дрожащую от страха, но всё также прижимающую к себе детей, и казалось.       — Ой, а вы чевой эта… А где Гарри? Я пришел за Гарри, Гарри Поттером, письмо вот, принес… — начал говорить мужчина, не сумев протиснуться в слишком маленькую для себя дверь. — Я Хагрид, вот, хранитель ключей в школе магии и волшебства Хогвартс, великой школе, да…       Гарри на мгновение обрадовался, что за ним всё-таки пришли, но после испугался — да если сейчас хоть кто-то из соседей увидит этого гиганта у их дома, то его точно не отпустят школу, а потом накажут на целый год! Но даже сказать, что, дескать, Гарри Поттер здесь, вот он я, ему не дали.       — Вы с ума сошли?! Да вы ведь даже на человека не похожи! Мало того, что всех перепугали, так ещё и соседи могут из-за шума проснуться! Как я им объясню, откуда у меня на лужайке великан?! — дядя Вернон аж покраснел от злости, продолжая крепко сжимать в руках ружье, было видно, что он готов воспользоваться им в любую секунду, был бы повод.       — О, эээ… Так я же того, письмо принес… И за покупками в школу, палочка там, книги, вот… — попытался объяснить Хагрид, но тут не выдержала уже Петунья:       — Какие еще покупки к школе на ночь глядя?! Или вы думали, что сможете здесь переночевать? Нет уж! И вообще, к Лили, насколько я помню обычная женщина приходила, а не какой-то гигант! Пусть кто-нибудь другой придёт, с утра, какой-нибудь обычный человек! Вы понимаете это?       Спорить с Петуньей было себе дороже, даже если ты полувеликан с волшебной палочкой, это Хагрид быстро понял, поэтому, кое-как извинившись и оставив письмо, он немного отошёл и исчез с улиц Литтл-Уингинга с негромким хлопком.

***

      — …Я расстроился так, так расстроился, мальчонку ведь так и не увидел, а я его ещё совсем маленьким помню, а потому в бар к Тому пошел, выпить немного, да… А сегодня с самого утра в Гринготтс сходил, камень забрал, вот, — закончил свой рассказ Хагрид, положив перед директором Хогвартса сверток с философским камнем. — Я могу, того, идти, директор?       — Да-да, Хагрид, конечно, иди, дальше я сам справлюсь, — закивал Дамблдор, который мыслями был уже далеко. Когда полувеликан ушёл, он вновь пригубил чай, который не остывал благодаря зачарованному чайному набору, думая лишь над одним вопросом: — Кого же отправить к юному Поттеру?..       Изначально Дамблдор собирался отправить Хагрида, потому что тот обязательно бы рассказал мальчику о родителях, об их достоинствах, о том, как они учились на гриффиндоре, а потом сражались против зла. И это было бы просто прекрасно, ведь маленький герой должен знать, за что отдали жизнь его родители и стремиться быть похожим на них во всем. Герой Магической Британии должен учиться на подходящем факультете, но как теперь это сделать? Можно было бы отправить Минерву МакГонагалл, чтобы Гарри познакомился со своим будущим деканом, но малышка Минни была слишком правильной и сдержанной, она вряд ли станет рассказывать юному Поттеру больше того, что она обычно говорит магглорожденным волшебникам.       Кого еще? Флитвика? Нет, он может привлечь внимание также, как и полувеликан. Снейп? Вот уж точно нет! Его и близко к Поттеру подпускать нельзя, чтобы мальчик только в Хогвартсе узнал, что не все учителя добрые, как и не все факультеты. Что ж, остается только Помона Спраут. Конечно, не лучший вариант, но самый оптимальный — добрая женщина, которая не откажет немного рассказать мальчику о родителях и поможет собраться к школе, а, главное, она не станет зазывать его на свой факультет. Конечно, Альбус мог бы и сам навестить избранного, но… Он ведь директор школы, Великий Светлый волшебник, а значит, должен быть недосягаемым светилом, на которого равняются и приглашению в гости от которого радуются!       Решено! Значит, Помона Спраут! Осталось только предупредить женщину и передать ей портключ до нужного места. И, конечно, дать ей парочку «подсказок» перед отправкой.