Зерашаль. Город магических искусств

      В Британии творились форменный ад, треш и угар.       После смерти Альбуса Дамблдора и в самом деле начались беспорядки. Сначала небольшие и не слишком привлекающие к себе внимание, но постепенно нарастающие. Смерть Дамблдора многим позволила вздохнуть спокойно — пали, со смертью владельца, многочисленные обеты, клятвы и чары. А у многих, помимо прочего, довольно шустро слетели тормоза. Если уж быть до конца откровенным — в Британии началась банальная дележка мест.       Поначалу самые прибыльные места попытался подмять под себя кое-как уцелевший состав сочувствующих Ордену Феникса, вот только идеи Дамблдора довольно сильно утратили в популярности после гибели их основоположника. Ну и, разумеется, к этому приложили руку знающие люди. Пресса выла от восторга, принимая от читателей, пожелавших остаться неизвестными, многочисленные посылки с документами и воспоминаниями различных людей. На некоторых из этих документов были даже штампы, свидетельствующие о том, что данные сведения являются государственной тайной магической Британии. А уж с Ритой Скиттер и вовсе был заключен полноценный контракт на выпуск книги с жизнеописанием Его Светлейшества. После такого бума уцелевшим «фениксам» пришлось прятать голову в песок, они не то, что думать о местах в Министерстве больше не смели — многие с трудом представляли, как бы все провернуть так, чтобы просто остаться в живых.       Меньше всего повезло семейству Уизли. По слухам, Гарри Поттер лично озаботился тем, чтобы никто из причастных не остался без «награды». На деле же, после вручения «награды», семейство Уизли почти полностью прекратило свое жалкое существование. Кого-то настиг произведенный Гарри ритуал дурной удачи, кого-то просто пришибли под шумок разборок между бывшими членами Ордена Феникса, почувствовавшими волю Пожирателями Смерти, быдлом из Лютного и министерскими чиновниками.       Естественно, в подобном шуме никто и не заметил, что в крошечной деревушке под названием Литтл-Хэнглтон на кладбище в одну полнолунную ночь как-то сам собой возник довольно массивный каменный котел, притащенный туда каким-то маленьким человечком. И уж тем более никто не обратил внимание на ритуал, проведенный этим самым человечком. Что было куда как более любопытным — так это появление из этого котла еще одного человека.       Постепенно на кладбище стали собираться и другие люди. Пожиратели смерти сделали то же самое. Один за другим они подползали на коленях к Волан-де-Морту и целовали его мантию прежде, чем подняться и отойти в сторону. Мало-помалу они образовали круг, внутри которого находились могила, свежевоскрешенный Волан-де-Морт и его верный слуга по имени Питер Петтигрю. В этом кругу были прогалины, как будто они оставили место для кого-то еще. Но сам Волан-де-Морт, похоже, никого больше не ожидал. Он внимательно оглядел скрытые капюшонами лица и хотя никакого ветра не было, по кругу пробежал тихий шорох, как будто все стоящие в нем вздрогнули.       — Добро пожаловать, Пожиратели смерти, — тихо сказал Волан-де-Морт. — Шестнадцать лет… прошло шестнадцать лет со дня нашей последней встречи. И все же вы ответили на мой зов будто это было вчера… значит, нас всех по-прежнему объединяет Черная Метка? Или нет?       Он снова запрокинул к небу свое ужасное лицо и с шумом втянул воздух. Его щелочки-ноздри раздулись.       — Я чую вину, — произнес он. — Воздух насквозь провонял виной.       — Воздух провонял дерьмом, — прокомментировал кто-то из толпы.       Волан-де-Морт нахмурился, подошел к выскочке поближе. Судя по отсутствию серебра на маске — совсем молодой. Нужно показать ему, кто здесь хозяин.       — Что ты хотел этим сказать, сопляк?       — Бог сотворил всех нас сильными и слабыми, — как и ожидалось, маг опустился на колени, едва заметно поклонился. А затем грохнул выстрел. Вспыхнувшие красным глаза нововоскрешенного лича округлились от шока, он посмотрел на проступившее кровавое пятно на груди, медленно стал оседать на пол. — А мистер Сэмюэл Кольт уравнял наши шансы.

***

      Ритуал был проведен как нельзя лучше. Саргасов и в самом деле оказался великолепным специалистом в направлении темных искусств в самом разном их проявлении. Провести ритуал возмездия было для него не сказать, чтобы сложно, хотя, конечно, и простым вызов подобной магической мощи назвать было нельзя. Ритуал этот не проводился уже добрых сто лет, мало кто вообще догадывался о его существовании и, строго говоря, разглашению за пределами спецслужб и посольств не подлежал. Однако же, Гандалович и его помощники, вроде пана Кадзеча, были готовы пойти на некоторое отступление от протокола ради помощи своим гражданам.       Игорь справился, хотя ради этого ему и пришлось перерезать глотки сразу четверым разумным. Не будь он волколаком и не будь он приучен к виду крови и смертям с самого раннего детства — все же, волколакам часто приходилось отражать нападения на свои земли — у него, наверное, рука бы не поднялась. Однако же, семнадцатилетний человек-волк справился и рука у него не дрогнула. Гарри, зная некоторую фанатичность лучшего друга, подозревал, что люди Дамблдора еще более-менее легко отделались, раз умерли на алтаре быстро и без особых мучений.       Он тоже присутствовал на ритуале. Направлял магический поток, пробужденный Саргасовым. По сути, в ходе ритуала волшебник или чернокнижник мог предъявить другому человеку претензию или претензии. Так сказать, спросить за грехи, за которые тот должен был ответить. Собственно, поскольку Дамблдор никому из присутствовавших на тот момент поблизости так не насолил, как Гарри, ему и пришлось, что называется, «выставлять счет». Гарри припомнил все. И становление Волан-де-Морта, и ставшую следствием этого гибель собственных родителей, и десять лет в доме Дурслей, и сокрытие информации, и попытку подлога, и нападение на себя… Припомнил он даже развязанную Вторую Мировую, которая унесла жизни тысяч волшебников в целом и десятки членов семейства Поттер в частности, что и дало Гарри возможность предъявить претензию…       Разумеется, никто из чехов, успешно переправленных, кстати, обратно в Академию, не удивился тому факту, что уже через день после их отбытия из посольства на родные земли, все мировые магические издания взорвались ошеломляющей новостью: Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор, Великий Светлый Маг, полный Кавалер Ордена Мерлина, Алхимик, мастер трансфигурации и так далее — британцы в честь своего незабвенного лидера написали целую титульную песню с припевом — был найден мертвым в своем кабинете. Мало того, в его кабинете было найдено еще одно тело, принадлежащее некоему Аластору Грюму.       Гарри слабо себе представлял масштаб работ, проведенных спецслужбами магической Чехии, и весьма немаленькую сумму взяток, выданных нужным людям за последние несколько суток, но все было подтасовано и обустроено таким образом, что даже самые опытные британские авроры искренне поверили в то, что старика Дамблдора убил его собственный подчиненный, позднее скончавшийся от многочисленных ран, полученных им в ходе сражения. Учитывая не самую лучшую репутацию Грюма — не зря он даже среди коллег-авроров носил вполне заслуженную репутацию садиста-психопата — в ложь, подкрепленную многочисленными статьями в прессе, поверили почти все. А кто не поверил — те просто сомневались и задавались вопросом, не причастны ли к ситуации с директором Хогвартса бывшие Пожиратели Смерти.       Между тем, сам Гарри на британцев со всеми их трениями, паникой на тему внезапной смерти Дамблдора, вопросами, поисками героя и всякой прочей активностью обращал внимания не больше, чем на излишне назойливых мошек. Главным образом — потому, что его задача была исполнена в полной мере. Угроза Дамблдора была нейтрализована, а потому группа могла спокойно возвращаться к своим занятиям в Академии. Всем остальным должны были заняться более компетентные и взрослые люди. И лучшим доказательством того, что условия договора с ректоратом, правительством магической Чехии и, в какой-то степени, Международной Конфедерацией Магов, были исполнены, стало крупное финансовое поступление на анонимный счет в швейцарском гномьем банке, доступ к которому — какое неожиданное совпадение! — оказался в руках неких Алисы и Гарри Поттеров. Аналогичные поступления прошли и на другие счета всех участников операции, побывавших в США. И чуть менее крупные — на счета всех участников экспедиции в Хогвартс.       Почему это Алиса Холлиуотер внезапно изменила фамилию? Да все просто — события, через которые Гарри прошел рука об руку со своей девушкой, не могли не укрепить их и без того крепкие отношения еще больше. Никто из ребят не удивился, что Гарри, по окончании Академии, предложил девушке стать его супругой. По меркам волшебников это было довольно поздно, по меркам магглов — слишком рано, но ребятам было наплевать, что о них подумают. Они просто хотели жить спокойной и счастливой жизнью. И теперь уже никто не мог им в этом помешать. И, к слову, не только их совместной жизни.       Кроме финансовой компенсации — и, надо сказать, весьма и весьма немалой — Гарри также получил право на покупку дома в Чехии и полноценное чешское гражданство, тем самым окончательно разорвав свои связи с медленно, но уверенно загибающейся магической Британией. Усилиями Гарри дом, построенный на окраине Праги, обратился снаружи в воистину неприступную крепость, а усилиями Алисы — внутри эта самая крепость была полна воистину волшебного уюта для каждого, кто бы ни вошел в ее стены с добрыми намерениями.       Игорь Саргасов, кстати, долго тоже в холостяках не проходил, но по совсем иной причине. Он, закончив Академию, неожиданно для всех, был направлен по рекомендации во французский иностранный легион, а точнее — в его магическую роту, где отслужил пять лет, получив просто немыслимые преференции и поистине царский гонорар за свою работу. Он побывал на операциях в Косово, в Ираке, в Афганистане, в Чечне… А затем он схлопотал четыре пули в грудь. Разумеется, на волколаке все зажило, как на собаке, но он вынужден был вернуться к обычной жизни, дабы не вызывать ни у кого подозрений. Зачем ему это было нужно? Да элементарно — парень слишком много гадости повидал на развалинах «нерушимого, республик свободных», а потому потратил полученный гонорар на покупку дома в Праге для своей семьи, куда и перевез все семейство Саргасовых. Надо признать, Герда своего героя-наемника дождалась. Мало того, Игорь, дорвался, наконец, до любимой девушки, а потому они, в отличие от Гарри с Алисой, не слишком заботились о безопасности. Пришлось ребятам выступать крестными для сына бывшего наемника и красавицы-гарпии.       А вот Изя с Гермионой решили не торопиться, а таки сначала попробовать просто пожить вместе. Оно, наверное, было и к лучшему. Гермиона, закончив Академию, с головой ударилась в науку и исследования. Со временем мир начал видеть результаты ее трудов. Что не могла делать магия — делала техника. Что не могла техника — делала магия. Лазерные инструменты, прочнейшие сплавы, энергетическое оружие, энергосистемы новейшего поколения, на которых отличница, похоже, окончательно двинулась… Сам Изя занялся каким-никаким, но бизнесом. Как выяснилось, в начале нулевых заниматься поставками компьютерного оборудования и различных игровых систем в страны бывшего «совка» стало золотой жилой, а хитросделанный еврейчик довольно плотно присел на поток. Мало того, он развернул полноценную кампанию по внедрению технологий в мир магии, зачаровывая и переделывая под магические поля вообще все, что попадалось под руку. Гешефты, получаемые им, были столь баснословны, что уже вскоре он выбился в рейтинги самых состоятельных магов Европы. Родители как Гермионы, так и Изи, поначалу долго возмущались факту, что дети не продолжают семейные традиции врачевания, но постепенно, увидев успехи, отвалили от их, как выразилась Гермиона, «новообразовавшейся ячейки общества».       Близнецы-дворфы, завершив обучение в Академии, вернулись на родину и вскоре присоединились к достойным воинам своего клана. Уже вскоре им пришлось выступить на поле брани и весьма ощутимо прославиться за счет весьма неординарных решений. Конечно, были недовольные их поступками и решениями — видите ли, парни не захотели героически жертвовать собой в бою, как завещали предки, а приняли интеллектуальные решения. В итоге, близнецы спасли не только себя, но и многих других от довольно жесткой смерти, а заодно и насмерть разругались с несколькими старейшинами. Были попытки выпихнуть ребят из клана, но старые знакомцы из Академии надавили на кого надо — и, в итоге, мест лишились старейшины, а не молодое поколение с весьма крепкой деловой хваткой и высокоразвитым инженерным мышлением.       Впереди у ребят было огромное количество времени. И был целый мир. Мир, в котором они сами смогут решать свою судьбу. Мир, который они построят сами.