Один в городе

Непонятно какие предохранители слетели в мозгу у Энтони, что он никого не оповестил из работников, что его семья улетела и он остался один. Инстинкт самосохранения точно улетучился ещё и тогда, когда он вышел из аэропорта, пробираясь через толпу людей. У него же ведь даже багажа никакого не было с собой. Все документы и деньги были у родителей, а у Кроули в кармане лежал только билет и ключи от дома, который был в сотнях километрах отсюда. Никому никакого дела не было до мальчика, гуляющего по улице. Все были загружены своими проблемами. Конечно, завтра же Рождество, а Кроули знать не знает, что делать в этом большом суетном городе. Если бы Кроули не был так погружен в себя, то заметил, что на улицах всё пестрило яркими красками в преддверии праздника, но у него отпал всякий настрой. Он потерянный, один в большом городе, без родных, без денег и… голодный. О чем дал знать желудок, который к вечеру не видел ничего, кроме шоколадного батончика перед вылетом. А ещё на улице стало до невозможного холодно. Кроули бродил не зная, что делать и куда обращаться. Ночь уже спустилась и через свет фонарей было видно, как падает хлопьями снег, покрывая асфальт с коркой льда, и ступив на припорошенный снегом лёд, Энтони поскользнулся и упал.

* * *

— Эзра, я могу завтра на тебя рассчитывать? — выглядывая из проема, спросил отец Гавриил. — Конечно, я бы Вас не подвел, — оторвавшись от скромного обеда, проговорил Эзра с таким взглядом, не приемлющим какой-то другой исход. — Знаю-знаю, не волнуйся так сильно и обедай, я знаю, что ты не подведешь, сын мой, — парень давно привык, что пастор так его называет, так как все мы сыны и дочери Божьи. Эзра с детства бездомный. Родители его умерли ещё когда ему было шесть и уже семь лет улица — его дом. Если бы не помощь таких как, например, отец Гавриил, то мальчик бы давно пропал и умер где-то в подворотне. Каждый день у него практически идентичен другому. — Тебе есть где переночевать? — спрашивает мужчина. — Не беспокойтесь. Из театра уже уехала проверка и я могу вернуться, — театр, точнее Богом забытый чердак наверху, являлся для Эзры подобием дома. Но когда приезжала проверка, то комната наверху сразу интересовала всех, поэтому ему приходилось искать ночлег в других местах. — Спасибо за обед, но мне пора идти. Счастливого Рождества! Эзра поднялся, отнёс помыть свою тарелку и собрался на выход. — Удачи, сын мой, — Гавриил провел взглядом мальчишку и прошептал вслед оберегающую молитву. Удивительно, что за столько лет проведенных на улице Эзра остался наивным, милым и добрым мальчиком. Но не стоило думать, что его легко надурить. Как-то же он выжил в этих непростых условиях. — Пойдем, дружок, — развязав узел на заборчике при церкви, Эзра повел собаку в одном из направлений. Двигался он в сторону одного из суши-баров, где ему давали небольшую работу. Да, это был риск как для самого Эзры, так и для владельца. Но он настолько привязался к мальчику и не мог пустить всё на самотёк, что давал подработку, так как деньги юноша просто не брал. Эзра переоделся в выданную белую форму. Она было больше по размеру, чем сам мальчик, но жаловаться не приходилось. Поручения на эти несколько часов были такими: помогать поварам и после смены вымыть полы. Уже приближалась ночь. Эзра закончил и получил несколько пенсов, а ещё небольшой ужин в виде сушей и супа. Он снова отвязал собаку и побрел домой. Видимость была не очень, но он отчетливо услышал громкий вскрик. А таковым он был, потому что на улице давно никого не было, кроме таких же бродяг, собак или кошек. — Тихо, Майк, — видя, что собака завиляла хвостом, успокоил её Эзра. Мальчик шел как можно тише, так как знал, что это может быть не человек, который нуждается в помощи, а какой-нибудь наркоман или ненормальный. Жизнь на улице многому его научила. — Мы только посмотрим вдруг кому-то нужна помощь.

* * *

У Кроули непроизвольно выступили слёзы и перед глазами было немного всё расплывчато. Ему показалось, что в свете фонаря стоял… ангел? Вроде же несильно ударился, чтобы мозг выдавал такие картинки. Расплывчатый образ начал подходить ближе к до сих пор лежащему Кроули. То, что ему казалось светящимся нимбом, оказались светлыми, но грязными и спутанными волосами. Из одежды были поношенные брюки и такая же курточка, порванная в некоторых местах. — Ты в порядке? — начал Эзра осторожно. Вроде как незнакомый человек не вызывал подозрений. — Да, спасибо. Я просто поскользнулся, — Энтони почему-то избегал взглядом стоящего перед ним человека, но всё же повернувшись увидел такого же мальчика как он, точнее похожего возраста. — Почему ты один так поздно гуляешь? — с прикрытым сомнением спросил Эзра. — Я могу спросить тебя о том же, — включилась защитная реакция у Кроули, но он быстро поумерил свой пыл. — Ну, в общем, я как бы… потерялся. — В каком смысле? — Майк, сидевший подле Эзры, подошел к Энтони и начал вылизывать его лицо. Впервые за день у Кроули появилась улыбка. Он потрепал за ухом собаку. Эзра подал руку незнакомцу и тоже непроизвольно улыбнулся, потому что Майк не очень любил посторонних и защищал его от чужаков. — Так, пойдём. Разговаривать сейчас на улице слишком холодно. Шли они недолго пока не оказались возле театра, а если точнее, то сзади самого здания. — Ступай за мной, — Эзра надел капюшон, практически натянув до глаз. — И будь осторожен. Здесь скользко. — Хорошо, — Эзра ловко поднимался по ящикам и парапетам, и Энтони пытался не отставать. Собака лезла за ними. Совсем скоро они пролезли в небольшое окошко и оказались в комнатке похожей на чердак, но только в театре. В театре же есть чердаки? — И как тебя зовут, мальчик-который-потерялся? — Эзра предложил сесть на какой-то стульчик, и Кроули согласился. Ноги отваливались от хождения по Лондону. — Я Энтони. Энтони Кроули, — представился он. — А ты? — Я… — он не знал стоило ли называть своё имя, но всё же доверился, — Я Эзра. Ну рассказывай, как ты потерялся. — Мы должны были лететь во Флориду, но я оказался заперт в уборной и самолёт улетел, — закончил с грустным вздохом Кроули. — Ты так не волнуйся. Твои родители наверняка тебя уже ищут. Ты, кстати, почему не сказал кому-то, а бродил по улицам? Это небезопасно, — Эзра раскрыл пакет. — Есть будешь? У меня еды немного, но я поделюсь. — Я… я растерялся… Нет, спасибо, я не голоден, — и тишину предательски разрушил урчащий желудок. — Ну да, как же, — Эзра поделил сегодняшний суп на две порции, откопал ещё одну пластиковую ложку, всучил все это Энтони и сел сам. — А это что? — показал пальцем на что-то черное Кроули. — Это же суши, — объяснил будто это так очевидно Эзра. — Впрочем, поймешь, когда попробуешь. — А ты здесь живёшь? — интересовало Кроули. — Только ночую и ещё когда на улице слишком холодно, пережидаю здесь. — А где же твои родители? — Эзра поднялся и убрал тарелки. — Я постараюсь помочь тебе, — проигнорировал вопрос парень, а Кроули и не стал настаивать, что было, мягко говоря, удивительно. — Отведу тебя к кое-кому, а там разберемся. А теперь ложимся спать. Кроватей здесь не было зато были маты и старые матрасы, которые Эзра накинул друг на друга. Майк давно уже устроился возле ног своего хозяина. — Прости, спать придётся вместе, а у меня нет ничего другого… — Нет-нет-нет, — начал отмахиваться Кроули. — Если бы не ты я бы вообще спал на улице.

* * *

— Пожалуйста, успокойтесь, — пытался утешить Лили полицейский. — Ещё никаких заявлений с похожим описанием вашего сына не приходило, но мы всё проверяем. — Но он же там совсем один… холодный, голодный, — Люцифер приобнял жену, поглаживая по спине, чтобы успокоить. Сначала они подумали, что это была шутка Энтони, которая не очень-то удалась. Но это была не шутка. — У него же даже документов с собой никаких нет. Я уже молчу про деньги, — у Лили разрывалось материнское сердце. Её сын неизвестно где в этом большом Лондоне. А на Рождество там потеряться в разы проще. И, как назло, все билеты были забронированы под праздники и попасть туда не было никакой возможности ближайшие дня два. — Как только нам поступит информация мы вам сразу сообщим. Езжайте в отель, отдохните. — Отдохните?! Как я могу отдыхать, когда завтра Рождество, а у меня сын неизвестно где, — всё-таки слёзы решили покинуть организм. Муж крепче прижал жену. — Офицер прав. Поехали, дорогая. Детям тоже нужно отдохнуть, — помог встать ей Люцифер и обратился к мужчине в форме: — Спасибо вам. Оповестите нас сразу же, если что-то найдёте.