Синдром спасителя

      ...Первый учебный день для класса с математическим уклоном в лучшей школе пусть даже такого небольшого города, был сложным и нагрузочным, да и уроков задали выше крыши. Занятия закончились. Посреди опустевшего коридора сидел бледнолицый парень с темными, слегка растрепанными волосами, одетый в белую рубаху и черную, застегнутую на все пуговицы жилетку, еще сильнее подчеркивающую его бледность. Он то задумчиво смотрел в сторону окна, щурясь на свет, то писал в тетради, которая лежала у него на коленях.       Том был только рад началу учебы. Теперь его голова будет заполнена новыми задачами, а не привычной для него рефлексией и печальными размышлениями. Уходить после окончания уроков он не торопился — парню пришла идея, как решать сложную задачу, которую ему задали, к тому же, когда все ушли с занятий и необходимость контактировать с большим количеством людей отпала, школа казалась ему вполне приятным местом, в котором можно уединиться и побыть со своими мыслями. Он крайне аккуратно и последовательно записывал решение в тетрадь, несмотря на то, что это был черновик. Парень получал нескрываемое удовольствие от того, как складно и точно у него получается решение, от того, как выглядят изящно оформленные вычисления, и еще большее удовольствие доставляло то, что скоро он перепишет все в основную тетрадь, еще более аккуратно, еще более красиво, еще более точно. Хоть что-то в жизни можно так легко привести в порядок! Домой совсем не хотелось. Дома сплошной непрекращающийся кошмар.       ...Полупустой автобус направлялся в соседний городок. Рыжая девушка четырнадцати лет ехала на заднем сидении у окна и пила пиво. Маргарет смотрела в окно напряженным взглядом своих серо-голубых глаз, ярко подведенных черной подводкой. Короткие волосы сильно растрепались, пряди волос липли к ее лицу, неровно обгоревшему на солнце. Камуфляжные штаны, берцы, серая мешковатая куртка, резкие и грубоватые движения — все это делало ее неотличимой от парня. Она пыталась изо всех сил расслабиться, но это было тщетно. Внезапно — звонок мобильного телефона. Маргарет от неожиданности вздрогнула, облилась пивом, подавилась и выругалась на весь автобус. - Джеймс, твою ж мать, какого чёрта тебе надо?! - продолжала кричать та своим высоким резким голосом, зажав бутылку между колен, откашливаясь и располагаясь удобнее. - Маргарет, не вздумай никуда ехать! Оставайся дома, я сам со всем разберусь... - Да никуда я не еду, отстань от меня, - девушка бросила трубку, швырнула телефон в рюкзак, ударила по рюкзаку кулаком, достала плеер, надела наушники, включила музыку и продолжала пить пиво, смотря в окно. Когда пиво закончилось, она поставила бутылку на сидение и продолжила смотреть в окно, кусая губы, и без того уже искусанные до ранок, шепотом ругаясь при каждом резком торможении, и рисуя своими костлявыми пальцами на запотевшем от ее дыхания стекле узоры — солнышки, звездочки, монстров и другие, менее приличные вещи.       ...Том, справившись с задачей, даже и не думал уходить. Он встал, отряхнул чёрные джинсы от пыли и выглянул в окно, облокотившсь руками на подоконник и прислонив свою большую лохматую голову к стене с краю окна. Парень на свои шестнадцать не выглядел — небольшого роста, худощавый, нескладный, скованный в движениях. Однако, серые глаза смотрели по-взрослому печально и проницательно. Он наслаждался одиночеством, которого ему обычно сильно не хватало. Как раз в момент, когда он окончательно расслабился, у него зазвонил телефон. Он молча вздохнул и взял трубку. - Да, мама. - Том, привет, ты дома? - Н... Нет. Я еще в школе. - Том не нашелся, что ответить, да и врать-то он не умел. - Что ты там делаешь в такое время?! У тебя уже полтора часа как кончились уроки! Быстро домой, я беспокоюсь! - начались крики. На самом же деле уроки кончились не более сорока минут назад. - Не беспокойся, со мной все хорошо. А ты что, не дома? Работу нашла? - Временную. Я сказала, домой, быстро! Матери плохо сделаешь! - Ну, хорошо, хорошо.       Том спустился по лестнице. На первом этаже в гардеробе были слышны какие-то крики. Парня это напрягло, ему вообще не нравился шум. - Козлы! Пустите, ублюдки! Нету у меня ничего! – кричала то ли девушка, то ли кто-то из младших классов, пришедший слишком рано в их школу на дополнительные курсы. - Эй, ну давай обшарим его карманы, чего ты боишься? - А вдруг нас посадят за это? - Да плюнь, ничего нам не будет. Тебе нужны бабки или нет?       Том закусил губу и сжался, по телу пробежала обжигающая волна. В гардеробе у него ничего не было, ему хотелось быстрее уйти и не слышать это.       ...Только Маргарет удалось расслабиться, автобус приехал на конечную остановку. Девушка вскочила и направилась к выходу. - Девушка, стойте! Выкиньте за собой бутылку! - ее окликнула какая-то полная и суровая женщина. - Иди ты! - огрызнулась Маргарет. - В противном случае, я вынуждена сообщить в полицию о том, что вы — пьющая несовершеннолетняя!       В иной ситуации Маргарет послала бы ее куда подальше. Но сейчас не тот момент. Она со злобой взяла бутылку, показала женщине неприличный жест и выбежала из автобуса. Перебежала дорогу на красный, с криком разбила бутылку об ограждение обрыва, спустилась вниз, перескакивая ступеньки, и помчалась со всех ног в сторону набережной. Сначала людная часть, где было все заасфальтировано. Затем узкая тропа через лесную часть. Бежала довольно долго. «Стоп. Надо остановиться, отдышаться и прислушаться». За лесом снова шла заасфальтированная часть набережной. Оттуда слышались крики и шум. Маргарет осторожно выглянула из-за дерева. ...- Эй, эй... Кто там идет?! Помоги, умоляю! - Тома резко окрикнули. Он больше не мог делать вид, будто ничего не происходит. Зайдя в гардероб, он увидел, что пятеро парней прижали какого-то мальчика к стене. Мальчику было от силы лет десять. - Парень, ты что тут забыл, пошел вон отсюда, пока не врезали тебе! - крикнул один из них. На вид они были лет четырнадцати, не больше, но некоторые гораздо крупнее Тома. - Да за что вы его? Он же совсем маленький! Что он вам сделал? - сказал Том на повышенных тонах. Вышло крайне неловко, жалко и всё равно тихо. Парни рассмеялись и слегка разомкнули круг, повернувшись к нему. - Эй, ты чего весь в черном? Гот что ли? - спросил один из компании. В сравнении с толпой загорелых упитанных парней в яркой одежде Том выглядел бледной немочью. - Да я видал его, это ботан из девятого! Ну и убожество! - Слышь, нам бабки нужны, вали отсюда!       Том сначала покраснел, затем побледнел. От ужаса похолодели руки и пережало горло. Драться он совершенно не умел, да и не хотел: всю жизнь убеждал себя, что его сила — в разуме. - Отпустите его... Ну прошу вас! Зачем вы так? - тихо и сбивчиво промямлил он, поджимая губы и опуская взгляд. Парни засмеялись уже во весь голос. Том почувствовал себя до ужаса бесполезным и жалким — самое отвратительное чувство, которого он всегда пытался избежать. Но тут в голову пришла мысль. - Ну, давайте я вам дам деньги. Только пустите его. - Да ты смотри, какой добряк! - сказал кто-то из компании. Вся толпа двинулась на него. - Ну, раз пообещал, отдавай теперь! - Беги, малыш! - сказал Том мальчику. Тот глянул на него испуганными синими глазами с полсекунды и убежал. - Куда?! - парни упустили его. - Ну все, давай живее, теперь ты от нас не отвяжешься. - сказал рыжий длинный и тощий, и двинулся на Тома. Остальные сделали то же самое. - Сейчас, сейчас, я отдам... - Том залез в свою сумку, начал судорожно искать кошелек. Он, по памяти Тома, лежал под курткой, заботливо уложенной его мамой. Когда парень достал куртку, вместе с ней на пол вывалились ручки, карандаши и наушники. «Только бы они отвязались, когда я им все отдам... Что если им будет этого мало? Ничего, главное, я спас ребенка». Внезапно он вспомнил, что именно сегодня решил оставить кошелек дома.       ...Посреди набережной творился полный хаос. Дрались толпы молодежи: группировка на группировку. Маргарет достала пистолет. Она искала в толпе своих друзей. Среди этого месива и криков было довольно непросто что-то разобрать. Кто-то лежал на асфальте без сознания. Кто-то дрался в большой куче людей. Кого-то били целой толпой. Однако Маргарет довольно быстро заметила вдалеке, что у ограждения лежал татуированный парень с испачканной кровью одеждой, и рядом, защищая его, кое-как отбивались еще два человека. Девушка, схватив пистолет, бросилась со всех ног в ту сторону, ловко обегая дерущихся. Подбежав к ним вплотную, она выстрелила из пистолета вверх, затем направила на нападающих. - Отвалите от моих друзей! Живо! - Эй, эй, ты чего, мы безоружные! - нападающие подняли руки и попятились. В ближайшей толпе драки чуть поутихли и послышались голоса: «она больная совсем», «да у нее реально пушка!» Татуированный попытался встать, но закашлялся, и упал. - Вали отсюда, идиотка! Что ты тут забыла? - сказал один из ее товарищей. Сзади послышался шепот: «Хватайте ее». - Макс, молчи лучше. - быстро сказала Маргарет, обращаясь к своему товарищу, и, резко повернувшись назад, выстрелила опять вверх. - Кому тут жить надоело?! - толпа попятилась. Маргарет повернулась обратно. - Просто отпустите их, и я уйду! - Как бы не так! - крикнул какой-то тип и подбежал к ней. Маргарет быстро ударила его в пах ногой, он согнулся. Однако вскоре ее окружили. - Вы все идиоты, у нее пустышка! Маргарет схватили сзади. Она ударила локтем и освободилась, но тут же получила по лицу и упала на асфальт. Девушка лежа продолжала отбиваться, однако силы ее покидали: куда ей одной против толпы парней? - Хватайте ее и тащите в лес! Научим ее, как следует себя вести! ...Том, бледнея, еще долго рылся в сумке, чтобы оттянуть самое неприятное, но, потеряв надежду, он хаотично и беспомощно огляделся. - Парни, я... - Че, обманул нас, чмо?! - крикнул самый здоровый и пихнул Тома в грудь. Парень упал, ударился головой о стену, и сполз вниз, учебники, тетради и письменные принадлежности из сумки все окончательно вывалились. Он схватился за голову, открыл глаза и уставился в одну точку остекленевшим от ужаса взглядом. - Ну и чего с ним делать теперь? - несколько ошалело сказал один из парней. - Чего-чего, побить хорошенько! - крикнул стоящий в стороне, правда, к действиям переходить не спешил. Вообще, все их действия и слова выглядели не слишком уверено, но Том этого не замечал. Его всего сковало. - Настучит ведь на нас, сволочь... Он там типа в любимчиках у директора. - Я ему настучу! По зубам! - крикнул опять стоящий в стороне.       Внезапно в гардероб зашла директор, полноватая короткостриженая женщина. С ней был тот самый парнишка. - Так, что здесь происходит?! Вы, пятеро, я буду звонить вашим родителям! - Да чего мы... Мы ничего... - Быстро, в мой кабинет! Том, с тобой все в порядке?! Тебе врача не надо? - Все в порядке, не надо, - пробурчал Том, собирая книги. Директор ушла вместе с парнями, причитая и ругаясь. - Эй... Как тебя... Том? Слышишь... Спасибо, - благодарно сказал парнишка. - Не за что, - довольно сухо отмахнулся тот. Ему хотелось поскорее исчезнуть куда-нибудь, чтобы никого не видеть. У него сбилось дыхание, и дрожали губы. - А ты чего на них в одиночку полез? Надо было позвать там... Кого-нибудь. Хорошо мне директор на пути попалась, - сказал мальчишка. Том ничего не ответил, собрался и пошел на выход. Мальчик стал его догонять. - Эй, а у меня ведь были деньги! Я просто им не хотел отдавать! Отдал бы — не отстали бы потом. Хочешь... На вот! Все тебе отдам! В благодарность. - Нет, нет, пожалуйста, иди своей дорогой. - Том отодвинул руку с деньгами, ускорил темп и вышел из школы на улицу, радуясь тому, что мальчик от него отстал. ...Толпу растолкал крупный мужик в кожаной жилетке с огромной татуировкой в виде черепа на руке. Он раскидал парней, напавших на Маргарет и ее товарищей. - Макс, Джон, хватайте Тимми и тащите его, Маргарет, беги, быстро, я отобьюсь! Они убежали в лес, спрятались. - Че он опять влезает? - с трудом выговорил Тимми. - Ага, поддерживаю, - буркнула Маргарет. - Придурки, если бы Джеймс не влез, вы бы оба сдохли! - отчаянно сказал Макс, поправляя волосы, которые лезли в глаза. У него был разбит нос. Появился Джеймс. - Так, быстро! Вызывайте «скорую»! - Ты че, с дуба рухнул? - мрачно сказал Джон. - Копы же приедут. - Копы в любом случае будут здесь с минуты на минуту, идиот. Я останусь тут, а вы проводите Маргарет. Тимми помрёт, если ему не помочь, не видишь что ли, он кровью кашляет. Держи телефон, если свой потерял. Джон стал набирать номер. - Маргарет, теперь к тебе вопросы. Какого черта?.. - сказал Джеймс строгим, почти ледяным голосом. - Нет, это к тебе вопрос! Ты сам сказал, что будешь далеко, и что тебя нельзя беспокоить! Какого черта ты не предупредил, что поможешь им?! Это друзья, я не могла не вступиться! - Наверное, потому что тебе вообще не стоит совать сюда свой нос. Ты совсем идиотка? Эти люди... они же безбашенные. Трахнули бы тебя в кустах, побили и оставили бы подыхать. - Да срала я! - вскрикнула Маргарет. - Дура! Не видела ты настоящих бед, чтобы настолько не ценить свою жизнь! - махнул рукой тот. - Не знаешь, не суди! И вообще, почему ты за них так не беспокоишься?! И да, что ты сделал с пистолетом? - С перделкой твоей? Выкинул ее к чертям собачьим в реку. - Что? Какого чёрта? Это же ты мне его подарил! - Ничего. Ещё подарю. Скоро сюда копы приедут. Видимо-невидимо. Если кто-то из этих придурков сдохнет, перероют всё. Не стоило бы иметь свои отпечатки пальцев в таких местах. Эй, вызвали врача? Все, валите теперь отсюда вместе с Маргарет! - А все же, как ты сюда доехал из такой дали? - спросил Макс. - Автостопом, за банку джема! - таинственно подмигнул Джеймс. Маргарет, Макс и Джон накупили алкоголя и сигарет, и доковыляли до остановки. Вид у них был жалкий — все побитые, в рваной одежде. У Маргарет был здоровый фингал под глазом, разодраны руки, порваны штаны, волосы торчали дыбом. Люди шарахались в стороны от этой сумасшедшей компании, видя их, их манеры и слыша их «речевые обороты». Компания сидела на остановке, пила и курила. - Черт, как же домой не хочется, - ворчала Маргарет, закуривая за компанию. - Лучше бы я в больницу попала. - Да чего у тебя дома не так? - спросил Макс своим высоким насмешливым голосом. - Да все как всегда... Зануда-брат, тряпка-отец и мать-истеричка. Еще и вопросы будут по поводу вида. - Ха! Тебя не бьют, кормят, деньги дают, семья полная, что еще нужно? - Меня никто не понимает. Я совершенно нигде не нужна. Слушай, у тебя есть вариант переночевать? Вот правда, не хочу я выслушивать от своих вопросы. - Маргарет хотя и хотела выговориться, но не любила долгих рассуждений и нытья не по делу, поэтому быстро сменила тему. - Что... Не, не думаю. Ко мне бабушка приехала старая, - ответил Макс. - У меня тоже не вариант, - сказал Джон - Ох, ну и черт же с вами. «Друзья» еще называетесь... Езди, выручай вас. - Нас выручил Джеймс. А тебе надо поберечь себя. Мы-то люди скатившиеся... А ты мелкая дура, у тебя жизнь вся впереди. - Но это неправильно! Как бы я себя ощущала, если бы не попыталась вас спасти?! - крикнула девушка. - Себя спасай. Самое время, - ответил Макс. Подъехал автобус.       ...Том сидел в своей тесной светлой комнате с большими окнами за письменным столом рядом с кроватью. Он смотрел в пустой черновик, не имея понятия, о чем писать. В его привычке было всегда начинать с самых неприятных заданий, если не возникало внезапных идей для решения задач. Писать сочинения он, по его мнению, не умел. Хорошие мысли возникали, да и сформулировать их было несложно. Но вот выместить их на бумагу, как обычно, что-то не давало. Как правило, весь поток его идей переплетался с чем-то настолько личным, что это не хотелось выражать даже в черновике. Казалось, это обесценит идею до нуля, превратит ее в прах. Сейчас все это еще усиливалось ступором от произошедшего. Болел ушиб на голове, а перед глазами то и дело явно появлялось испуганное побледневшее лицо того мальчишки, которого он чуть не оставил в беде. Конечно, можно было изменить своей традиции и начать с чего-то другого, очень сложно раскрываться и начать писать от души, когда в ней у тебя тяжелый камень. Однако, признаваться себе в этом не хотелось, и от этого Том еще сильнее напрягался и думал, назло себе.       В какой-то момент показалось, что вот она, мысль, пришла, можно начинать писать, но когда Том взял ручку и написал первое слово, его сразу охватило раздражение от того, какая ерунда лезет ему в голову. Он вздохнул и медленно, с резким нажимом нарисовал шарик на середине страницы. Пририсовал ему большие сердитые глаза, начеркал множество длинных лапок и приделал забавные рожки своему существу. Получилось странное подобие паука.       Немного успокоившись, он написал первое предложение, и тут на его мобильном раздался звонок. Это была одноклассница. Наверняка она поинтересуется, как дела, а затем что-нибудь попросит. - Да, я слушаю. - О, привет, Том! Как у тебя дела? - Привет, Кристина. В принципе, терпимо. Сижу, учусь. Думаю о разном. А ты как? - Да я не очень, задачу ну никак не решить! Ну ты ведь поможешь? Хоть Том и угадал, что будет, это рассердило его еще больше. Он резко нажал на отбой. Как правило, он всегда и всем помогал, не мог отказать. Но сейчас настроение было отвратительным. Впрочем, ему быстро стало стыдно, и он набрал номер заново. - Прости, у меня сорвалось. В общем, смотри, здесь уже в условии содержится подвох, надо вместо... - тут парень услышал открывающуюся дверь. - Так, секунду. Том быстро вышел в узкую гостиную. В нее вошла Маргарет, вся избитая и в рваных штанах. Швырнула рюкзак прямо на пол. - О боже мой, что?!.. Подожди. У меня с сестрой что-то случилось. - Том повесил трубку снова и убрал телефон в карман. - Ну, давай, сообщи всем о моей разбитой роже. Может, еще по телеку об этом объявишь? - с издевкой сказала та. - Маргарет... Кто так с тобой? Тебе надо к врачу! - Том смотрел на нее с нечеловеческим ужасом. - Еще чего. Пошел с дороги, придурок, - Маргарет отпихнула Тома локтем на пути к ванной. - Да почему ты со мной разговариваешь так?! - Том нахмурился, неуклюже пошатнулся, не выдержал, и накричал на сестру, хотя понимал, что в такой ситуации есть риск попасть ей под горячую руку. - Что-то не нравится? - Маргарет опять подошла к нему. Том напрягся. - Испугался меня, нытик? - Замолчи! Не смей мне хамить! - Том попытался сказать это строго, но фраза вышла сдавленной. Маргарет отвесила ему пощечину с размаху и ушла в ванную, со всей дури с криком хлопнув дверью. Том так и остался стоять у стены в полном ступоре, еще сильнее нахмурившись, придерживая ушибленное место, и изо всех сил не давал себе разрыдаться. Все события совершенно выбили его из колеи. Парень даже не знал, как на это все реагировать. Тому просто хотелось отмотать время назад, сбежать куда-то или же вообще исчезнуть, но он, однако, не мог сделать ничего, кроме как стоять, держась за лицо, и дышать в ладонь, даже несмотря на то, что больно ему не было. Он просто не мог сменить позу из-за ступора, и так и стоял, раскрасневшийся, с дрожащим дыханием и болью в груди. Через минут пять-десять она вышла из душа и похлопала Тома по плечу. - Ну все, не хнычь, я тебя прощаю. Видел же, что я не в духе, - с беспечной улыбкой сказала та вместо извинений.       Том делал вид, что не замечает свою сестру. Такое повторяется уже не в первый раз - общаться с ней в последнее время стало невозможно. Может быть, если он поигнорирует Маргарет хотя бы день, то она поймет, что поступила неправильно?       В двери послышался скрип ключей. Пришла Кристал, их мама, высокая и полная женщина в старомодном платье и с покрашенными в неестественно-желтый цвет волосами. В руках у нее были небольшие яркие пакеты. - Сынок, привет, я тебе столько всего накупила!.. Маргарет! О боже, что за ужасный вид?! Что ты опять натворила? Том, почему не следишь за ней?! - когда Кристал повернулась к Маргарет, любящий добрый взгляд ее голубых глаз резко изменился и стал напряженно-злым. - Ты же знаешь, что за ней следить бессмысленно. В зоопарк ее надо сдать, или к психиатру, - сказал Том сквозь зубы, отвернувшись в сторону. - Чего? Тебе еще врезать?! - крикнула та. - Господи! Да что ж ты за человек такой ужасный! Все, две недели будешь дома сидеть! - Мам, ну ты же знаешь, что это бесполезно! - Из окна ты больше не вылезешь, я их запру! - Ага, и стекла у нас такие крепкие-крепкие, прямо в самый раз под папкину зарплату. - Маргарет иронизировала совершенно непосредственным тоном, будто разговаривала со сверстниками. Кристал в ярости швырнула пакеты на пол, но вместо злости она начала истерично плакать. - Да как ты можешь так о семье... Об отце... Тебя же любить никто не будет! Никто! - А меня разве кто-то любит? - расхохотавшись, сказала та, и, никого ничего не спросив, вышла из комнаты, а затем и на улицу под только что начавшийся дождь.