Общее дело

      Вход в логово Кромешника лежал через небольшую пещеру. Из неё доносились негромкие завывания ветра, похожие на те, что Джек слышал сегодня в заснеженных просторах. И здесь это тоже производило странный пугающий эффект, будто обозначая невидимую границу для всех, кто сюда приходит.       Парень стоял, собираясь с духом, чтобы войти. Совсем как вчера. Впрочем, в этот раз он беспокоился гораздо меньше. Перевес сил сегодня определённо был на его стороне... Как раз поэтому сегодня ему и стоило провернуть свой "эксперимент". Фрост взглянул на пузырёк. Как это сделать? Нельзя же просто вылить эликсир на Кромешника... В принципе можно, конечно, но это уж слишком бесцеремонно. "А может, вылить немного себе на ладонь и зажать в кулак. Эликсир впитывается очень медленно, если ранений нет, и потом достаточно будет лишь прикоснуться к Питчу этой рукой. Да, наверное, это самый оптимальный вариант. Главное - сделать всё быстро".       Каковы же возможные исходы этого предприятия? Эликсир может обжечь Питча. Это будет означать, что он тёмный, буквально нежить. "Ну... в таком случае, и поделом ему", - чуть слышно усмехнулся Джек такому своему заключению. "А если нет?.. Что сделать тогда? Сказать "Спасибо за участие в эксперименте!" "Вы успешно прошли проверку!" "Уровень вашей мерзопакости всё ещё остаётся в допустимых границах! Невероятно, но факт"? Джек снова усмехнулся.       "А может... отдать ему эликсир, раз так? Если уж он ближе к свету, насколько бы невероятным это ни было. Да ещё израненный весь после битвы... И подарок ему уж точно вряд ли кто-то сделает сегодня. И не только сегодня... А что если действительно подарить? Хах, это даже прикольно!.. Хотя крайне неразумно разбрасываться такими ценными вещами просто по приколу... Ну, ладно! По ходу разберусь!" - вернулся Джек к своей обычной тактике и вошёл внутрь.       Пройдя несколько метров, Фрост открыл пузырёк. Целительная жидкость красиво светилась в темноте. Джек даже не ожидал - на свету это было совсем не заметно. Парень вылил немного себе на ладонь и зажал кулак. Пузырёк он взял в другую руку вместе с посохом. Хранитель решил создать свечение вокруг него, чтобы свет от эликсира, просвечивающий сквозь пальцы, не привлекал внимание. "В конце концов, это покажет, что я готов применить силу и обороняться. Пусть Питч и это понимает, если что!"       Решив, что теперь он уж точно не может что-то предусмотреть или спланировать, парень выдохнул и быстро направился к центру тёмной обители.

***

      Кромешник лежал, запрокинув голову, в импровизированном глубоком кресле, от которого исходила тёмная дымка. Его длинная чёрная нога торчала с другой стороны. Выглядел он худым, изможденным и явно не ожидающим "гостей". - Эй Питч... Выглядишь паршиво! - начал Джек не в меру бестактно.       Питч повернул к нему голову. - Выметайся, Джек! - проговорил он, улыбаясь, с такой интонацией, будто желал доброго утра. - Питч, вопрос на засыпку! Ты боишься святой воды? - подошёл парень почти вплотную к нему и скрестил руки на груди.       Взгляд Питча стал таким же, как вчера, когда Фрост спросил про Христа. - Нет, Джек, не боюсь, - устало проговорил дух, видимо, решив, что проще ответить прямо. - Я не из преисподней, хоть и похож... Выключи свою палку, а? - Ага, ага! А как на тебя влияют всякие священные штуки? - Фрост слегка приглушил свет. - Ну, вроде как... Кресты? - Иконы? Буддистские барабаны? Плевки через левое плечо? Танцы с бубном? Это ты так неумело пытаешься выяснить мою слабость или что? Вынужден тебя расстроить, Джек, людям крайне редко удаётся создать настоящие артефакты и правильно их использовать. А в большинстве случаев все их молитвы и ритуалы – это что-то вроде симптома тревожного расстройства. Да и не вера меня угнетает, а её отсутствие по отношению ко мне лично, - внезапно Кромешник остановил речь, будто чему-то возмутился. И кажется, Джек понял, чему. Парень давно заметил, что, когда Питч слаб, он в общем-то с охотой болтает о себе и не только. Причём то, что совсем не планировал. Это явно раздражало тёмного духа, собственная слабость, что кто-то становится её свидетелем, что он теряет своё бугименское лицо. И тем более перед ним - мальчишкой, поднимающим всё на смех. - И знаешь, Джек, - тон Кромешника стал совсем другим. Он приподнялся и в порыве чёрной дымки мгновенно оказался перед юношей. - Если ты пришёл меня доставать, советую скорее убраться! Уж сил выпроводить тебя хватит! - Питч навис над хранителем, властно указывая рукой вон. Золотистые глаза так и обжигали - в них появилось что-то хищное. Да и сам Питч сейчас напоминал зверя. Только вот зверя, забившегося в угол, раненого и потому готового напасть на любого, кто к нему сунется. А ведь после вчерашнего "сеанса" психологического насилия Джек имел основания мстить. Хотя бы так, как умеет, донимая Кромешника своими шутками и подколами. Но Питч будто в принципе не допускал мысль, что обитатели внешнего мира могут нести ему что-то кроме неуважения, ненависти и боли. От этого внезапного впечатления Фрост даже впал в ступор. Но тут же из него выпал. - Ладно-ладно, уберусь, - спокойно продолжил парень, слегка наклонив голову. - Только один последний вопрос, очень-очень важный!       Питч опустил руку и пронзительно посмотрел на Джека, кажется, изо всех сил сдерживаясь, чтобы ему не втащить. - В каких отношениях вы сейчас с Луноликим? - лицо Питча слегка вытянулось. Фрост же вдруг понял, как ему нравится задавать Бугимену вопросы в лоб и косить перед ним под дурачка. Если уж Питч его таким считает, пусть сам и выкручивается. Да и косить под дурачка - замечательная тактика, которая у Джека отлично получается. "А может, это и не совсем тактика... Да ну и ладно!" - В сложных, Джек, - наконец отозвался Питч, не сводя с него глаз. - Мне нравится мучить мир, Луноликому - меня. В общем, взаимоотношения поинтереснее наших с тобой... - Ну ладно... Тогда не обижайся, что бы ни произошло!       Прежде чем Питч успел что-то понять, Фрост схватил его запястье и пустил по тёмной руке узоры из лунного эликсира. - Фрост, что за?! - Кромешник дёрнул было руку.       "Демон, ну точно же демон!" - пронеслось в голове парня.       Но вдруг Питч замедлился, словно испытав необычное ощущение. - Что это? - спросил он, прищурив глаза в недоумении.       Джек только и успел заметить, как на месте ледяного узора не осталось царапин, и поймать зачарованный взгляд Кромешника.       "Не... Не демон?" - Это вот! - показал Джек пузырёк, глядя куда-то в пол. - Это тебе. - добавил он и сунул эликсир в ладонь Питча, которую тот все ещё держал выставленной перед собой.       ... - Это тебе Северянин подарил? - спросил пришедший в себя Питч размеренным голосом. - Да. - А ты, значит... Передариваешь это мне? Вроде как с Рождеством поздравляешь? - с насмешкой поинтересовался дух. - Да не то чтобы. Просто... хотел поблагодарить за помощь. Мы же вместе этого ёкая победили... В конечном итоге.       Кромешник посмотрел на Джека стеклянными глазами, а затем снова перевёл взгляд на эликсир. - Да и потом, свою половину я уже использовал... - Треть... - очень тихо поправил его Бугимен, будто говоря сам с собой и, кажется, не до конца осознавая, что произносит это вслух. Джек даже не сразу понял, что он там пробормотал. - А, ну... Ты же больше меня, - нашёлся что ответить хранитель.       Питч усмехнулся в непривычной для себя манере. Получилось довольно спонтанно и искренне. Кажется, эту шутку он оценил. - Да? Ну а я, пожалуй, сделаю тебе рождественский подарок, Фрост, - внезапно обратился он к юноше. - В этом году я не буду говорить хранителям, что ты можешь быть хладнокровным убийцей. - Ого... Щедро!.. - Джек даже не знал, как отреагировать на столь оригинальный "подарок". - Хотя я и не собираюсь этому верить, - улыбнулся он. - Правильно, - с улыбкой подтвердил Питч.       Их взгляды встретились. Фросту стало очень странно - вчера он едва мог смотреть в глаза Питча, боялся его прямого взгляда. А сейчас ему даже показалось, что от этих золотистых глаз исходили свет и тепло, похожие на те, что окружали Песочного человека. Конечно, в этом бугименском взгляде читались прежние надменность и пассивная агрессия, но сейчас улавливалось и что-то ещё. С чем было очень даже приятно контактировать. Джек не предполагал, что Питч умеет смотреть... так. - Ну и с Рождеством Христовым тебя, языческое божество! - вызывающе добавил хранитель и, тихо рассмеявшись, в несколько больших скачков добрался до выхода.       Питч проводил его взглядом. И вновь посмотрел на эликсир. Кажется, ещё никто ни разу не отдавал ему что-то ценное по своей воле, абсолютно безвозмездно. "Хм, а может и было однажды?" - задумался Питч. - "Просто слишком давно..." Дух тут же вспомнил то время, когда Северянин частенько доставлял для него коробку угля под Рождество. (Главное - внимание!) Питч этого никогда не признавал, но такая традиция его веселила. Впрочем, она была окончательно утеряна после того, как он попытался прибрать к рукам мир. В общем-то Питч соврал Джеку - никаким заклятым врагом для хранителей он не был, несмотря на все их стычки. Но теперь, после всего, что он сделал, обратной дороги ему не было. "Да и абсолютно справедливо", - тут же отметил сам Питч. Последние связи с хранителями были разорваны. Со всеми... Очевидно, кроме одного.       Кромешник сел на своё прежнее место и стал проворачивать пальцами пузырек. Неужели его тёмное тело, полное кошмаров, приняло этот концентрированный свет?.. Питч слышал о подобных целительных субстанциях и священных местах, где они могут появляться, но сам держался от них подальше. И даже не столько от страха покалечиться, сколько от... Питч вздохнул. От остатков самолюбия или гордости? От подсознательного желания быть сопричастным светлой стороне мира? От страха, что тьма уже давно и безнадёжно его поглотила и он не заслуживает ничего, кроме отвращения, даже перед самим собой?..       Со светом у Питча были сложные отношения. Солнечный он переносил, но не любил. Чтобы безболезненно касаться волшебного сонного песка и делать его тёмным он потратил несколько десятилетий. А вот лунный... В былые времена Питч мог ночами напролёт сидеть под полной Луной, чтобы восполнить силы. Находя в этих свиданиях буквально всё, что только может найти одинокий дух, терзаемый кошмарами и пытающийся сделать всё, что в его силах, чтобы отвратить мир от зла с помощью страха. Но Питч уже давно не был тем духом. И уже очень давно не признавал над собой лунную власть. Хотя за прошедшие столетия ему пришлось поубавить самомнение. Кажется, он готов был поверить, что для Луны является лишь кем-то вроде бунтующего подростка, которому его собственные бунты всегда выходят боком...       Тем не менее эликсир его лечил... И сейчас Питч не отрываясь смотрел на него, всё стараясь понять, что ему так напоминают эти оттенки.       Жидкость мягко светилась голубым перламутром. Свет этот было заметно только на контрасте с окружающей тьмой, которая не могла ни поглотить его, ни изменить. И он, крохотный огонёк, продолжал прорезать её, чистым, красивым, искрящимся светом, совсем таким, как.. Да, совсем таким, как он.