Хорошие мальчики тоже могут быть в пирсинге

♡♡♡

Маленький мальчик лет семнадцати так глупо влюбился в пирсинг людей, что его окружали. Сам он позволить себе такое не мог, точнее, родители не позволят. Мальчик, который учится на пятёрки, никак не может иметь серьгу в хряще. Мальчик, который носит очки и залипает в книги 24/7, никак не может иметь красиво выведенные чёрные узоры на нежном юном теле зубрилы. Хан Джисон, который боится громкого шума, грозу и крыши домов. Джисон, который боится взглядов людей и стесняется слова «секс». До одного случая… Был как всегда непримечательный день. Друзья, такие же невинные людишки, сидят в столовой, попивая лишь яблочный сок, потому что газировка вредна для организма, потому что они хорошие мальчики. Сынмин с отвращением наблюдает за соседним столиком, где группа парней пьют энергетик и жрут противные чипсы. Вредно, себя же погубят. Знали бы они, как это всё влияет на организм человека, не притронулись бы к гадости этой. Хотя нет – им посрать. Они не такие параноики, как эта троица лучших умных друзей. Брезгливый, но не менее интересный Сынмин, который лишь одним словом может унизить любого. Закомплексованная, но на деле красивая и пластичная Черён, которая любого заставит глотать слюни от восхищения танцев. И вишенка на тортике, наш красавчик Джисон, который с удовольствием бы пил содовую с чипсами, и поправлял свои волосы за уши, чтобы общество глядело с восхищением на многочисленные проколы и не только в ушах, но, увы, это всего лишь Джисон, которого заставляют быть паинькой, да и его характер не позволяет дружить с плохими парнями. Но зато эта троица легко может назвать себя плохишами, потому что не все люди в очках и с хорошей памятью неинтересны и невинны. — Боже, прикиньте, я классу на контрольной говорю, что тангенс идёт до пи пополам, а эти тупые люди смотрели ниже и все поголовно получили двойки, а потом меня обвиняли. Вот что за идиоты? — Черён раздражённо достала таблицу, доказывая свою правоту, — они не могут её наизусть выучить? — Не у всех такая память, не будь так строга, возможно, они просто спутали с котангенсом. — Хан успокаивающе погладил девушку по спине, ведь алгебра всегда больная тема, хотя «обратные тригонометрические функции» очень лёгкая тема по сравнению с прошлыми. — А вот я думаю, что они – идиоты. Так как нормальные люди хотя бы ручкой отмечают в таблице. — Ким наконец решил влезть в разговор, он бы этого не делал, если бы не допил пачку сока. — А ты заткнись, давайте хотя бы в столовке не об учёбе. Терпеть не могу алгебру. — Джи вырвал таблицу с рук девушки, смял и пошёл выбрасывать в ближайшую урну. — Кто бы говорил, умник. Если бы ты её всеми фибрами души ненавидел, не была бы у тебя пятёрка. — А ты тупой, раз твои мысли привели к такому нелогичному выводу. Нет, парни любят друг друга, просто достала их учёба и насмешки «плохих» парней и девушек со стороны. Для них они слишком не симпатичны и это, как бы, обидно. Ну да, всё-таки люди оценивают по одёжке. А у них всех поголовно тёмные волосы, рубашки застёгнуты до последней пуговки и аккуратные галстуки. Красиво выглаженные брюки, а у Черён юбка ниже колена, как и подобает школе. На голове нет никакой причёски – просто хвост без единого петушка. Всё идеально. Хан терпеть не мог черчение, благо оценка этого предмета давно стоит в аттестате, пятёрка, заработанная через пот и труд. Честно? Джисон бы сам не добился этого, если бы не Ким, который почти всю домашку делал за него. Поэтому сейчас, когда Сон сидит на геометрии и пытается начертить элементарный куб – у него ничего не выходит – и с громким «бум» Хан приземляется на парту, на что получает смешинки со стороны одноклассников. Да пошли они все в 1941 год. Парень глядит вперёд себя и видит одноклассницу, у которой на хряще красуется красивая фиолетовая серёжка. Джисон завидует – он тоже хочет. А лучше проколоть язык и терпеть месяц, пока он с опухшего состояния не вернётся обратно. Всё слишком однообразно. Литература, что может быть лучше? Лучше только учитель литературы. Хан уверен, что по нему сохнут все девушки школы, так как этот учитель недавно выпустился из института. По слухам, раньше он тоже учился в этой школе и был любимчиком учителей, наверное, был таким же, как и наш Ким Сынмин. Учитель выглядел как фарфоровая куколка, только характером вышел так себе. Слишком холодный по отношению к своим ученикам, а еще запрещает как-либо к себе прикасаться, а если нечаянно задеть – пищит совсем как котяра. Но Джисон видит в нём хорошего учителя, так как тот и вправду учит, не выделяет время для простой болтовни. Рассказывает произведения, чтобы тем, кто не читал, было легче писать контрольные. С ним и вправду можно учиться, а не просиживать свою школьную жизнь на костлявой жопке и залипать на длиннющие ресницы. Но есть одно правило – будешь долго смотреть на Ли Минхо – он сразу же позовет к доске рассказывать недавно пройденный материал. Рассказал, молодец, но оценки не получишь. Не рассказал, пизда тебе. — Итак, ребятки, кто читал «Очарованный странник»? Молчание. Хан тоже молчит, не потому что не читал, а потому что не в его правилах самому отвечать. — Лес рук… Какие же вы отвратительные. — Грубо для учителя? В этом весь Минхо. — Даже противно представить, чем вы занимались вместо учёбы. — Учитель морщит нос, надевает свои очки, в которых он выглядит как чёртова модель, и начинает свой рассказ. — Какой же бред. — Шепчет себе под нос Джисон, чтобы никто больше не услышал. Он начинал дома читать этот рассказ, но после отрубленного хвоста кошки, его психика не выдержала, Хан проплакался и закрыл гугл со вкладкой этого рассказа. А сейчас учитель рассказывает про конные волосы, которые…боюсь это слишком противно. — Бред? — Кажется Минхо всё слышал. — Ох, Хан Джисон, ты бы даже такой бред не смог начеркать на бумаге. — А что, если и смогу, учитель? Что будет? — Джисон не хотел нарываться, но, кажется, это и получается. — Хм, — усмехнулся Ли, — тогда я… — В этот момент прозвенел звонок, да такой громкий, что даже учитель вздрогнул и резко прикрыл свои уши. Но тут было что-то не так, интересно, кто-то заметил помимо Хана? Джисон-то думал, почему учителю разрешают ходить с немного отросшими волосами, закрывающими уши. Это было так необычно и немного странно, парень всегда хотел подойти к Минхо и заправить волосы за уши, чтобы не метались. Хотя навряд ли они смогли держаться за ушами, так как они закрывали лишь хрящ, а остальная половина ушей была открыта. Какое-то время Джисон думал, что у идеального учителя комплекс на свои уши, вдруг они немного торчат или что-то в этом роде. Но, кажется, сейчас он увидел то, что мечтает видеть на своих ушах. Как удачно – сейчас предпоследний урок, а химия никуда не денется. Да и не впервой Хану прогуливать уроки, лишь бы у учителя было время. Парень в спешке пишет в общий чат с друзьями, чтобы те его не ждали возле кабинета химии. Сам собирается мучительно медленно, а когда последний ученик выходит, вовсе бросает свои вещи и мчится ко столу учителя. Всё-таки Хан думает, что может ошибаться, поэтому не будет спрашивать напрямую. — Ну так, Минхо сонсенним, что мне будет, если я напишу лучше, чем Лесков. — Ты этого не сделаешь. — Холодно ответил Минхо, утыкаясь в тетрадь, проверяя её на ошибки. — А если сделаю? — Немного обиженно мямлил Джи. Не в его стиле сдаваться каким-то там учителям. — А если сделаешь, поставлю автоматом пять в годовой. И вообще, ты чего тут торчишь, сгинь на свой урок. — От какой никакой агрессии у учителя немного спали очки, потянувшись, он поправил их своими коротенькими, но такими изящными пальцами. Мимо глаз Хана не прошло несколько панковых колец, что смотрелись странно со строгим костюмом. — Ой, учитель, у вас ниточка в волосах. — И Джисон потянулся прямиком к хрящу. — Не трогай! — Взвизгнул учитель и резко отстранился. Но, на счастье Сона, он успел немного задеть волосы и этого было достаточно, чтобы увидеть блестящую серёжку. — Извините, сонсенним, вы такой дёрганный. Может потому что у вас не только в мочках дырки? — Игриво протянул Джисон, наблюдая за изменениями эмоций на лице у Минхо. А старший только закатил глаза по-сучьи, откинулся на своё кресло и убрал мешающие волосы. — Ты прав, Сон-и. Не думал, что заметишь именно ты, тихоня класса, забавно. — Улыбнулся учитель, уже самоуверенно, из-за чего младшему почему-то стало странновато. Посмотрев на уши, он выпучил смешно глаза, так как там были две дырки в хряще, и это очень… — Ахуенно… Ой, п-простите. — Хани немного покраснел, так как это впервые, когда он матерился при старших. А Минхо начал смеяться, показывая свои красивые зубки. — Хочешь ахуеть ещё больше? — Джисон нервно начал кивать, а после с восхищением наблюдать, как учитель высовывает свой розоватый язычок с сережкой внутри. И Хан снова не сдерживается и матерится, даже не замечая этого. — Пиздец… — Сглатывает вязкую слюну, потому что представил, как бы прокол выглядел у него. Учитель снова начал смеяться, говоря, что глазки ученика скоро из орбит повыпадают, а слюни зальют весь класс. — Боже, Сон-и, это всего лишь проколы, в этом нет ничего такого. У учителей тоже есть жизнь – все они имеют право бухать, курить и заниматься сексом, мы не священны и не невинны. И, кстати, ты, кажется, опоздал на урок. — Я знаю. Просто… — Ученик так грустно опустил свою голову, теребя пальчики. — Я тоже так хочу, можно даже сказать, мечтаю. Но родители… — Сейчас будет не по-учительски, но, почему бы не насрать на них, пойти и проколоть? — Я не могу, я же прилежный мальчик, а прилежные мальчики такого не делают. — У меня есть идея. Осветлим для начала тебе голову. Если уж прям пиздец будет с родителями, тогда всё-таки прокалывать будет опасно. Хотя…всегда всё можно скрыть, как делаю это я.

♡♡♡

Минхо смеётся над всеми, кто верит слухам школы, даже если те немного правдивы. Да, Ли был прилежным учеником с хорошими оценками и поведением. Все учителя обожали его. Конечно же они не знали, что он ходит с опасными компашками, делает себе пирсинг и тату, всё мастерски скрывая не только от школы, но и от родителей. Поэтому этот ученик, Джисон, напомнил чем-то о молодости и родителях. Сейчас Минхо живёт один, в просторной двухкомнатной квартире, подаренной родителями при поступлении в институт. Если бы Лино не скрывал всё так ловко, квартиры, наверняка, у него не имелось бы. Семья обожает своего сынка, он ведь ангелочек. Не матерится, не водит всяких девушек в квартиру, умён и способен. Минхо кивает на всё это, улыбается с искринками в глазах. Учителю сложно на одну зарплату, поэтому Минхо ещё подрабатывает. На самом деле, он не шибко нуждается в этой подработке, но главное, что ему это нравится. Минхо со времён учёбы работает у своего кореша – лучшего друга – Чанбина. Тот со средней школы ныл как мечтает быть тату-мастером, как говорится, будешь трудиться, все мечты исполнятся. Вот он и обзавёлся в середине старшей школы своим салоном, трудился, ходил на курсы и получил какой-то там диплом, теперь в его салоне бывают иногда богатые шишки, поэтому Бин не жалуется на деньги, ведь в минус не уходит уже как несколько лет. Вот там Ли и подрабатывает. Нет, не тату-мастером. Просто помогает во всём своему другу – принимает гостей, записывает их на свободные дни. Когда нужно, подаёт иглы для проколов или дезинфицирует всякие приборы. Короче говоря, упрощает жизнь своему другу. Как раз в этом салоне первым клиентом был наш Минхо. В этом салоне потом он много чего делал со своим телом и не жалел об этом по сей день.

♡♡♡

— Вы хотите, чтобы меня убили? Я не хочу сжигать свои волосы к чертям собачьим! — Учитель привёл Джисона в неизвестное помещение, довольно уютно обустроенное. — А что тогда ты хочешь? — Я…может быть не такой бросающийся в глаза цвет? — Бин! — Крикнул Минхо куда-то в пространство. — Тащи синий! И из угла появляется низенький парень, с чёрными, как смоль, волосами, но в милом розовом свитере. У самого виднелись татуировки на ключицах, что выглядело очень круто, и Джисон снова засмотрелся. Должно быть неловко ходить с учителем в такие места и слушать его мат, залипая на пирсинг, но почему-то это было так правильно, а неловкая атмосфера была давным давно забыта. Лишь уют и теперь уже тёмно-синие волосы на голове. Дома Хану было не сладко, но, либо он мазохист, либо это того стоило. Парень с восторгом смотрел на свои волосы в отражении, уже представляя, как будет выглядеть в скором времени. И, кажется, у него начинает повышаться самооценка, ведь теперь в зеркале он видит не простого заучку, а симпатичного парня и это продвижение. Отец за ужином ругал и говорил, что это отвлекает от учёбы и портит волосы. И вообще, парни не красят волосы. Было немного обидно, но терпимо. Мать тоже немного жаловалась, но вскоре назвала его синеволосым красавчиком. Отец позлился, позлился, а утром уже забыл и залипал на этот цвет. Может, он злится, потому что сам не имел шанса в подростковом возрасте сделать то же самое? Литература обычно по вторникам, пятницам и субботам. Сегодня последний день учёбы на этой неделе, и парень бежит в школу с радостью, замечая, что на него оглядываются, а кто-то даже делает комплименты. Друзья с шоком открывают рты, когда все встречаются в столовке. Сынмин ворчит и говорит, что парень скоро такими темпами облысеет, а Черён тихо сидит и смотрит, потом шепчет, что тоже так хочет, но не в синий, а в рыжий. И Хан её поддерживает, говорит не бояться и красить, потому что перемены в жизни всем нужны. Сегодня литература шестым уроком, все измученно мычат, а кто-то сбегает пораньше. Джисон идёт с огромной лыбой к своему новому «другу», ну или новому «крашу», потому что учитель с пирсингами не может не быть крашем. Учитель с учеником встречаются глазами, Хан улыбается, а Лино незаметно подмигивает, после отворачиваясь и уже спокойно ведя свой урок. — Ну что, нравится? — В конце уроков Сон снова остался с учителем в одном классе. — Безумно! Родители, вскоре, тоже оценили. — Подросток был так возбуждён, что не мог усидеть на одном месте. — Это хорошо, я то думал, они – изверги, и следом за тобой пойду я. — Минхо привычно усмехнулся, но это было так красиво. — Сонсенним, эм…можете ещё раз показать прокол на языке? — Хан стеснялся. Ну как не стесняться просить открыть рот своему учителю? — Хех, что, тоже хочешь? — Хочу. Парень сглатывает и наблюдает, как Минхо высовывает свой, немного играясь с ним, обводя специально свою нижнюю губу. Сто процентов издевается, так как в глазах явно видны смешинки. После учитель протягивает свой палец и дотрагивается до серьги, немного обводя вокруг неё. — Хочешь потрогать? — Произносит он каким-то серьёзным голосом, из-за чего становится жутко. — Нет уж, не буду я к вам в рот лезть, это слишком! — Джисон хочет, но сдерживается. Да и плюс чужие слюни как бы не очень приятно трогать. — Ой, да ладно тебе, забей, не думай обо мне, как о учителе. — И Минхо сам берёт чужой палец и кончиком дотрагивается до кружочка, надавливая на металл. — Минхо-щи, хоть это охренеть как круто, но вот мой палец у вас на языке не так круто. — Вроде умный мальчик, а так плохо подбираешь слова. Кстати, насчёт рассказа, ты собираешься его писать? — Минхо наконец убрал чужой палец. — Конечно буду, дайте мне месяцок и всё будет готово.

♡♡♡

Проходили дни, Джисон также хорошо учился. Краска понемногу смывалась, а разговоры с учителем увеличивались. Хан даже несколько раз был в салоне и наблюдал за работой, мечтая когда-нибудь быть на месте этих клиентов. И, спустя полмесяца, учитель предлагает проколоть язык, а Хану как бы страшно, язык он хотел прокалывать в последнюю очередь. Поэтому сейчас, сидя напротив Чанбина, уже даже близкого друга Хана, ему прокалывают мочку на правом и на левом ухе, и вдобавок хрящ на левом. Джисон был очень взволнован, но, натыкаясь на успокаивающий взгляд своего учителя, напряжение улетучивается, а в ушах звенит звук металла игл, стукающихся друг о друга. Это было совершенно не больно. Даже хрящ не принёс никакой боли, а, подбегая к зеркалу, Хан готов упасть в обморок от этого чуда на ушах. Он визжит, прыгает и даже немного плачет. Столько смешанных эмоций, благодарность учителю и страх перед родителями тоже там присутствуют. И в этот момент Джи бежит к учителю и обнимает его крепко-крепко, слыша хруст где-то в позвоночнике. — Спасибо Бини, спасибо Минхо-щи, если бы не вы… — А теперь Хан немного плачет, утыкается в чужое плечо и так стоит долго, хорошо, что посетителей нет на данный момент. — Ты такой забавный, так радуешься, похож на белочку. — Шепчет Минхо рядом с ухом своего ученика. — Теперь остались несколько штрихов и ты полноценный, горячий, плохой парень. — Ли немного отстраняется, берёт чужой галстук и немного тянет на себя, тем самым ослабляя и давая волю висеть как хочется. Своими красивыми пальцами касается шеи, переводя их на верхние пуговки и растёгивает не на две, а на три, при этом как-то нервно сглатывает, что не проходит мимо Хана. — Воот, красавчик. Теперь не хватает только отметин на шее. Остаются мысли глубоко внутри учителя, который отводит свой взгляд и ведёт Хана сесть на диванчик. — Только в школу так не ходи. — А что, вы будете ревновать? — Пошутил младший и получил кулачком по плечу, и такой привычный смех. Наверное, не стоит упоминать, какой пиздец был дома от матери. Потому что у отца зрение плохое, да и не замечает он почти ничего, а вот мать ругала, говорила, что это опасно. Даже у неё меньше проколов. Но Хан смог найти общий язык и пообещал матери поступить в тот университет, в который она хочет. Джисону не впадлу, он и так туда хотел, так что он ничего не теряет. Сынмин опять рот открывает от ворчания, после неделю не общается, так как Хан портится, скоро вообще перейдёт на алкоголь. Черён была рада за друга, у самой тоже были проколы, так что она знает как это приносит радость, глядя в зеркало на них. И всё шло как никогда хорошо и, кажется, желания потихоньку исполняются, а всё благодаря холодному учителю, который никому, кроме Джисона, не позволяет себя трогать. Прошёл месяц, Джисон старался вести себя тихо и хорошо, как и подобает прилежным мальчикам. Рассказ на самом деле он так и не начинал, времени не было. Сейчас его волнуют только оценки в четверти, ведь конец первой не за горами. И ещё кое-что случается… — Ты мне нравишься! Довольно-таки красивая девочка признаётся Хану, при этом краснея и мямля. Слишком мило. Что теперь делать? — Эм…спасибо. — Неловко почесал голову Джи. — Но я весь в учёбе, м-может мы будем…эм…д-дружить? Хоть девушка немного погрустнела, но кивнула, после обнимая Сона и говоря благодарность. Они обменялись номерами, и Хан очень смущался, когда девушка поставила возле имени в контактах сердечко.

♡♡♡

— Минхоо-я, — кричит с порога класса Хан. Сегодня уроков литературы нет, поэтому, как только все уроки кончились, младший устремился к своему уже любимому учителю. — Прости, я не успеваю написать рассказ, дай мне ещё время. — И ты только из-за этого припёрся? Мог бы просто написать, я уже домой иду. — Как всегда в своём стиле промямлил холодно Хо. — Не только. Прикинь, мне девочка призналась впервые. Это так классно. — Учитель замолчал, после промыча что-то невнятное. — Поздравляю. Не забудь на завтра подготовить литературу. — Я не разделил её чувств, если тебе так интересно. — Подмечая смену обстановки, поспешил добавить младший. — Ммм…не хочешь ко мне? — К тебе? — Ко мне, я тебе кое-что покажу. Зайдя в квартиру, Минхо сразу направился на кухню, даже не спрашивая Хана, что тот будет. Старший заваривает чай, так как кофе детям так поздно вредно, а за спиной сидит его ученик, нервно сжимая коленки и следя за своим учителем. «Спасибо» – тихо шепчет Джи, будто боясь кого-то разбудить. Берёт в руки кружку и сжимает крепко, после шипит, потому что горячо. — Хани, хочешь фильм посмотрим? — Нет, хён. Я не буду у тебя засиживаться, уроки не ждут. Сам же сказал подготовиться к литературе. — Усмехнулся младший, оглядывая кухню. — Что ты там мне хотел показать? — В школе было бы неловко, так что… — Минхо подцепляет пальчиками рубашку, расстегивая пуговицы одну за другой. А Хан, кажется, ловит гей-панику, краснеет и неловко отводит взгляд, но всё равно подглядывает боковым. Под рубашкой у старшего футболка и её снимают, а там уже нечто восхитительное. Джисон опять, как в тот первый раз округляет глаза, подрывается с места и, даже не спрашивая, касается тела напротив своими горячими, тонкими пальчиками. — Красиво, — шепчет Хан, а Лино усмехается, довольствуясь такой реакцией. Младший обводит ключицы, переходя на плечи. Оглаживает уже ладошкой руки и переходит к груди, повторяя пальчиками рисунки. А Минхо держится, чтобы не засмеяться от щекочущего чувства и такой смешной моськи. Хан останавливается на пупке, тянет пирсинг на нем и получает по рукам от Лино, потому что как бы больно. — Хён, это…вау! Почему ты раньше не показывал эти тату?! — Ждал подходящего момента, чтобы ты в край вкрашился в меня. Эти слова были довольно странные, и теперь Джисону приходится думать об этом. Домашняя работа никак не пишется, так как перед глазами только красивое тело в татуировках и милая улыбка с блестящими глазами. Вкрашиться по полной. Наверное, Минхо был прав. Уведомление. Миа, та самая девочка, которая призналась Хану. Парень открывает чат и находит милое сообщение «спокойной ночи», пишет тоже самое в ответ и улыбается. Ещё уведомление. Минхо. Почему-то при этом сердце Хана ухает куда-то вниз, а дыхание странно прерывается. Минхо-хён: Хочу, чтобы ты всю ночь не мог уснуть, думая о моих тату, хахахах.

Хани:

Иди на фиг, хён.

Минхо-хён: Представь какого это ощущать язык с пирсингом у себя во рту.

Хани:

Надеюсь ты не о своём языке у меня во рту.

Минхо-хён: Аэахахжпкьалп

Хани:

Иди на фиг.

И Хан не спит, думает об этом красивом теле в тату, о пирсинге на пупке. И всё-таки, как же его язык будет ощущаться во рту? И Джисона ударило вдохновение. Он и вправду всю ночь не спал, а писал злосчастный рассказ, который будет в разы лучше всякого литературного дерьма.

♡♡♡

— Ты последнее время какой-то другой, Джи. — Друзья сидели и смотрели фильм у Кима после уроков. — Это всё из-за его учителя, не удивляйся. — Оо, учитель? У вас роман? — Эй, Черён, какой к чёрту роман? Ты чего? — Джисон стыдливо закрыл лицо руками, а друзья начали смеяться, подозревая хотя бы о влюблённости в одну сторону. — Хани, ты слишком очевиден. Лучше бы думал как догнать тему по химии из-за прогулов, а не мечтать о своём холодном учителе. Сегодня Джисон снова залипает. Смотрит на грудь учителя и представляет обнажённое тело, которое из всех этих людей вокруг видел только он, и это даже как-то льстит. Интересно, Минхо бы любому показал, будь человек на месте Сона? — Хан Джисон, я смотрю, вы хотите нам рассказать тему? — Младший вздрагивает, но идёт к доске и рассказывают всё в точности, как написано в книге, а сам не отрывает взгляд от своего учителя и тот тоже смотрит в ответ, будто раздевает взглядом. Незаметно становится спиной к классу и показывает этот юркий проколотый язык, улыбается и сажает парня обратно, но уже по уши красного. — Джисон, останьтесь, пожалуйста, после этого урока, нужно поговорить об олимпиаде. Все вышли из класса, а Джисон уже даже по привычке остаётся, смотрит с вопросом, и видит, как его манят пальчиком подойти, и он подходит. — Олимпиада? — Это всего лишь предлог, Хани. Зачем ты на меня весь урок смотришь? Мне вообще-то неловко, когда на меня так пялят. — Как бы учитель не пытался показать своё возмущение, улыбка сама поползла и не дала выглядеть серьёзно. — Простите, учитель, просто вы так хорошо своим языком владеете. А ваши татуировки… — Так! Джисон, хватит мне тут своё актёрское мастерство показывать. Не хочешь куда-нибудь сходить? — Если только в тебя. — Что?! — Хочу видеть твой язычок на своём члене. — Хан, какого хуя? Прекрати со мной играться. Хорошие мальчики такого не говорят, где ты вообще этому научился? — Хах, у меня лучший учитель, он ещё преподаёт литературу. — Вот негодник! Наверное, для Джисона этот день, точнее, ночь была лучшая. Парень заранее позвонил родителям и сказал, что ночует у Сынмина, а на самом деле гулял со своим учителем. Лино знает очень много всяких интересных мест этого города. Там, где хорошо видны звёзды, там, где открывается замечательный вид на город. Если бы его друзья услышали, что он тупо гулял всю ночь и залипал на красоты города, они бы сказали, что Джисон сумасшедший. Минхо им купил по энергетику, от чего у младшего глаза горели, когда он пробовал. Чипсы, которые они ели, сидя на крыше шестнадцатиэтажного дома, и смотрели на огни ночи. Завтра им точно будет плохо. Холодный ветерок обдувал лицо, да и не только. Да на таком верху пиздецки холодно и страшно, но Хан себя успокаивает тем, что его хёну ещё страшнее. У него дрожат ноги, но Ли сидит, как мужик, и пытается не смотреть вниз. Ссать обоим хочется, поэтому они спорят, кто первый пойдёт в уголок и отольет. Джисон не хочет позориться, поэтому, предлагает хёну быть первым, а Ли испытывает то же самое, в итоге никто не идёт, приходится терпеть, благо Минхо живёт недалеко. Погуляв ещё недолго и заглянув снова в круглосуточный, парни вернулись на крышу, чтобы встретить рассвет. Всё как во всех смазливо романтических историях. Самочувствие хуёвое, но это того стоит. Старший роняет свою голову на узкое плечо ученика и с блаженством прикрывает глаза, вскоре слыша громкий «вааау». Солнце восходит, и это наверное самый лучший вид за сегодняшний день. Хотя нет, лицо Минхо, освещенное этим же солнцем, выглядит куда божественнее, ну и что, что оно усталое и помятое как у зомби, он всё равно красив. Младший смотрит на хёна, обводит пальчиками проколы и шепчет, что хочет ещё. — Хён, а тату больно делать? — Больно. — Тогда я не буду. — Хах, испугался? — Нет, у меня есть ты, чтобы на них восторженно смотреть. У Лино перекрывает кислород, он смотрит на мальчика и видит в нем, наверное, больше, чем вселенную. Слишком невинен для Минхо. Нельзя пускать его ещё ближе, хоть и хочется. — Красивый рассвет. — Только и ответил старший, роняя обратно голову на плечо.

♡♡♡

Минхо подметил, что Джисон не пришёл в школу, наверное спит, высыпается за всю бессонную ночь. Вот говнюк, он может, а Лино - нет. Но младший не посапывает в мягкую подушку, а находится с Чанбином в салоне, попивая горячий кофе и болтая. Он не просто так прогуливает, есть причины. — Ты точно этого хочешь? Это очень больно. — Я знаю, хён. Я уверен в себе, деньги у меня есть. — Я обычно такого не делаю без разрешения родителей. Радуйся, что мы знакомы. И Чанбин делает то, что просил Хан. Младший кричит от боли, солёные потоки вырываются из глаз и нещадно обжигают кожу. — Так много крови. — А ты чего хотел, малец. Следи за этим тщательно, как никак опасно. — Спасибо, хён. Это было незаметно, но всё же неимоверно больно. Бин говорил не снимать проколы и не теребить их около полугода или больше, Джисон так и делает, хоть на уроках приходится кусать пальцы от боли и жжения. Все пройдёт, главное ему нравится.

♡♡♡

Проходит ещё одна четверть. Новый год Джисон прилежно отмечает со своими родителями в уютном молчании. После звонит друзьям, а потом и Минхо. Поздравляет всех, а Ли даже зовёт к себе в гости, но младший не может прийти, хоть очень хочется. Он хороший мальчик. С Лино у подростка с каждым разом отношения становятся всё теснее, хоть видно, что старший старается ставить некую стену перед ними. Джисон с ухмылкой замечает, как у учителя дёргается кадык, когда он растёгивает свою рубашку. Замечает, как Минхо тяжело дышит, когда Хан просит раздеться, а потом трогает его тело. Ли странно вздыхает, когда младший в шутку кусает его проколы и тянет зубами. Джисону смешно наблюдать, но он не хочет только наблюдать. Осталось подождать всего лишь две четверти. — Мм, Минхо, а ты целовался с кем-нибудь у кого тоже проколот язык? — Парни сидели у старшего и смотрели фильм, Хан всё же смог найти время. — Ахаха, да, — протянул Лино, — и лучше бы этого не делал. — Почему? — Потому что это были чёртовы губы Бина, ты представляешь как его целовать? Я думал, он меня сожрёт. — Я не конкретно о человеке, хотя не забуду про эту историю, я об ощущениях, как это? — Хочешь проверить? — Лино смешно поиграл бровями, устремляя взгляд на перекошенное в отварщении лицо младшего. — Кстати, твоя краска давно смылась, не хочешь заново? — Нет, с меня достаточно. Мне не шибко нравится моё белое полотенце в синих пятнах. — Я совсем забыл! — Резко подорвался хён и прокричал. — Ёпта, не пугай так. — Хан показательно взялся за сердце. — Ты мне должен чёртов рассказ ещё две четверти назад! — Аа, ты про это. Он готов, только я тебе его отдам в начале следующей четверти. — Довольно спокойно повестовал младший, чтобы не палиться, что концовку никак не может придумать. — Почему? — Ошибки надо проверить. Иначе ты мне точно за это пиздюли вставишь. — Скорее что-то другое. — Фу, хён! И как бы Хан не отпирался от всех подкатов, каждый он запоминает и держит глубоко в себе, иногда прокручивая в голове, чтобы не было так грустно. Может, конец вовсе не писать, оставить его открытым? Они всё ещё сидят и досматривают фильм, который младший совершенно не запомнил, потому что в голове только мысли об ощущении прокола на языке. — Хён, оближи меня. — Неожиданно, даже для самого себя, выдаёт Хан. — Ч-что? Как ты себе это представляешь? — Ради этого старший даже поставил фильм на паузу и всем телом повернулся к своему ученику. — Я просто…мне правда интересно это чувство. Надо сказать «нет». Проносится в голове у Минхо. — Куда тебя лизнуть? Может в губки? — Только и выдаёт старший, давая подсознательно себе подзатыльник. — Губы довольно чувствительны, так что это хорошая идея, но ты мой учитель, так что либо рука, либо шея. И любой бы нормальный человек выбрал руку, хотя нет, любой нормальный человек не делал бы этого. Минхо наклоняется к младшему, утыкаясь носиком в шею, а Хани же открывает её пошире, давая больше пространства. Учитель запоминает запах, вдыхает медленно и один раз лижет специально так, чтобы хорошо чувствовался прокол. И у Хана прошли мурашки по всему телу. Только вот от чего конкретно? Металл был не такой горячий, как язык, из-за чего произошёл контраст температур. Этот кружочек так мягко прошёлся по коже, что Джисона заставило хотеть ещё. Хан сначала ладошкой вытирает чужие слюни с шеи, после поворачивает голову и показывает указательным пальцем на свои губы, при этом держа их крепко сомкнутыми. Минхо, ты не должен этого делать. Потом ведь не остановишься. — Ты слишком мал для этого дерьма, Хани. — И Минхо отвернулся, включая фильм. — Злюка, — обидно промямлил Хан, но уже с мыслями, что, возможно, он всё это время ошибается, и чувства далеко не взаимны.

♡♡♡

Морозные деньки почти прекратились, сменяясь на прохладные солнечные дни. Последнее время у Хана не складывается общение со своим учителем. Всё чувствуется как-то странно и неправильно. Наедине между ними летала неловкость, и Джисону это ой как не нравилось. Либо он хочет послать своего учителя, либо трахнуть – это очень сложный выбор. Поэтому самый лучший вариант для парня – это на время отдалиться. Возможно, Минхо затаит после этого обиду, ведь в реальной жизни он очень раним, хотя пытается не показывать этого. Хану просто нужно подумать несколько неделек, понять, какие у них отношения. Вроде они флиртуют друг с другом, но как перейдёшь хоть чуть-чуть, ту самую невидимую стену, начинают отдаляться и ловить гей-панику. И вообще, вдруг у учителя есть кто-то? Всё возможно, он ведь не безгрешен. Каждому человеку свойственно хотеть простого секса, а Минхо к тому же и красавчик, у него точно кто-то есть. — Сон-и, — по пути домой подхватывает старший ученика. — Что-то случилось? — Он выглядел потеряно, а его глаза отображали волнение. Забавно. — Вроде нет, с чего ты взял? — Играл дурачка брюнет. — Да с того, блять, что ты меня игноришь уже как месяц. Я тебе надоел? Сказал бы прямо! Младший молчит, загадочно смотрит на Ли и кажется испытывает желание того поцеловать…ну или послать на хуй. Сейчас бы с выбором не ошибиться. — Хён, чёрт, я, кажется, телефон в классе забыл. — И Джисон убегает совсем в другую сторону от школы. Видел бы сейчас он взгляд Минхо, точно было бы больно. Что делать, если вы влюбились в учителя, а у друзей просить совета стыдно? Вот и Джисон не знает. Сидит взаперти в своей комнате и уже в сотый раз перечитывает свой рассказ на восемьдесять страниц. Примет ли его учитель? Хотя и дружить тоже хорошо, но совсем не круто, когда эту дружбу хочется засунуть куда подальше и дать волю своим чувствам. Так что же делать? — Я влюбился… — признаётся сам себе Джисон в пустоту. Эти два слова звучат так глупо, так по-девчачьи, что становится смешно, и он смеётся вместе с истерикой. Прилежный мальчик сбегает в полночь из дома за энергетиком с мармеладками. Гуляет по ночному холодному городу. Так много машин с людьми, но он один. Своим же мыслям закатывает глаза, выбрасывает на голую землю пустую банку, хоть урна в двух метрах от него, и прётся обратно, чтобы согреться. Проколы уже не болят, а значит пора и морально навести порядок и смириться со своими чувствами. Лишь бы не ходить с разбитым сердцем. Хотя чего он, всё равно такое впервые, вдруг это и не так больно, как пишут в книгах. — Ким Сынмин, блядь, ты слушаешь? — Хан битый час говорил о своих проблемах другу, который кажется куда-то залип и ничего не слышит. — Ты чего материшься, белка? — В смысле? Значит, материться - это грех, а влюбиться в учителя, по-твоему, - норма?! — Окей, Джисон не говорил, что это учитель, а намекал о влюблённости во взрослого мужчину и даже не думал упоминать кого-то конкретного. — Ох, Джисон, были бы у меня твои проблемы. Ты бы знал какой пиздец у меня сейчас. — Ты сматерился! И Джисон не верит Мину, он думает, что у того всего лишь двойка по какому-нибудь предмету, а не какая-то там влюблённость. И вообще, это всё внушение, запрограммируй свой мозг на антипатию и всё будет заебумба. Легко сказать. А Черён вообще где пропадает? Кажется, девочка тоже свернула не на ту дорожку. И Рён, которая на дополнительных по танцам так смачно чихает, на что получает жуткие взгляды со всех сторон.

♡♡♡

— Минхо-хён. — Он смотрит на Хана фирменным холодным взглядом, посылающим в самые недры земли. — Вот, как ты и просил, я принёс, написал, трудился. Пожалуйста, прочитай как можно быстрее. — Окей, Хан Джисон. — Этот тон был грубый, да ещё и полное имя произнёс. — Всё? Можешь идти. — Это…хён, прости, что сбежал и не общался. Я не специально, нет, специально, но всё же… Мне просто нужно было время подумать, осмыслить свою жизнь. — Сейчас подросток, как никогда, был похож на аниме тян, переминаясь неловко с ноги на ногу и мямля куда-то в пол. — Ты думаешь, я так просто тебя прощу, Хан Джисон? — Ну простиии, — чуть ли не заныл парень. Потянул свои ручки к учителю и обвёл чужие плечи, утыкаясь мокрым носиком в шею. — Фу, не обнимай меня, чудище. — Ли пытался отдёрнуть ученика. — Не отпущу, пока не простишь. — Да прощаю я, угомонись. — Ты такой тёплый, можно я немного так постою? — И Минхо кажется прекратил брыкаться, тяжело вздыхая и поглаживая маленькую ручку ученика. У Джисона тряслись коленки от осознания того, что Минхо скоро прочитает или, возможно, уже читает его рассказ. И это вау как стрёмно. Каждый день Хан со страхом приходит в школу и каждый день с унынием осознает, что учитель так и не прочёл, потому что дел много, проверки в школе. Лино бы с радостью сейчас побежал и прочёл мысли любимого человека, вот только не вовремя всё навалилось грузом на плечи. Контакт с мелким снова утерян, времени даже на телефон нет, не то что на нормальный сон. Да, теперь Лино со спокойной душой Джисона может назвать любимым. Ну как это не сделать, когда перед тобой стоит маленький анимешный мальчик, с огромными щеками и новыми проколами. Когда этот мальчик и умный ученик, и интересный собеседник. А ещё он очень ловко играет на нервах учителя, что иногда хочется пнуть его. Минхо понравился Хан, наверное, из-за того, что тот вёл себя с ним как друг, а не как ученик с учителем. Он был благодарен и без стеснения обнимал. Он мог разговаривать по несколько часов ни о чём, после жалуясь, что не успевает делать уроки. И самое главное, как в Хановых глазах виделся восторг и доверие. Как он тонкими пальцами обводит чувствительное тело старшего, даже не подозревая об этом. Минхо чуть не откинулся, когда этот мальчик предложил облизать его губы. Даже если у них не совсем похожи вкусы в еде или фильмах, Лино всё равно благодарен, потому что невозможно не радоваться жизнью с ним, с Джисоном. Только вот у них есть несколько преград. Первое — возраст – и это важно. Второе — они оба парни – и это тоже очень важно, особенно для общества вокруг и для родителей. И последнее — та самая девочка, которая призналась Джисону. Последний раз, когда парни тусовались, младший не отлипал от телефона, с кем-то переписывался и как бы это было обидно. В итоге Минхо один досматривал фильм, когда Хани смеялся над чем-то в телефоне. Пришлось предпринять силу и способности ниндзя, чтобы успеть отобрать телефон и посмотреть, что за дерьмо мешает им проводить вместе время. И…оу… Сообщение от некой Мии с сердечками и забавными историями из её жизни. Обидно, даже очень. Старший молча отдал телефон и пошёл заваривать себе тёплый чай, чтобы внутренне согреться. Неужели Хан соврал, когда говорил, что не ответил взаимностью? Или после не рассказал, что они все-таки вместе? Минхо не стал расспрашивать младшего, не его это дела, да и чувств лишних не очень-то хочется испытывать. Наконец-то долгожданная суббота. Учитель приходит с работы уставший, вымотавшийся. Мозги дети хорошо могут трепать, поэтому старший еле доходит до гостиной и падает лицом в подушку. Отдохнув некоторое время и заварив себе чай, Минхо идёт в душ смывать весь прошедший, надоедливый день. Сегодня Хан на уроке выглядел грустно, точно, Хани. За чашкой горячего чая с лёгким салатиком, Минхо принимается читать рассказ. — Ну и настрочил, сколько тут бумаги? Вздохнув поглубже, учитель погружается в довольно странную историю, если смотреть с самого начала. Странная, потому что до боли знакомая, но нигде невиданная. Что было бы, если мы были в другой вселенной и примерно одного возраста? Где-то блестит такой вопрос, совершенно не в тему повествования. И учитель, кажется, догадывается. Догадывается, что Джисон написал про них, если судить по персонажам. Хоть имена и придуманы, но характеры точно описаны, как их видит Хан. И признаться честно, написано прекрасно. Учитель не заметил, как просидел до середины ночи, погружённый в жизнь ученика. В какой-то момент Минхо вспыхивает всеми оттенками красного, и нет, там не сцена с поцелуем. Всего лишь Джисон описал в тончайших подробностях их постельную сцену! Что за фанфик, мать его?! И какого хрена Минхо снизу?! После этого момента было читать немного неловко, так как, чёрт, Джисон, зачем он это сделал? Или это какое-никакое признание? Ты мне нравишься… Точно признание, Лино бы хоть сейчас побежал к младшему отвечать на него и обнимать сколько угодно, вот только… … но мы не можем быть вместе. Заканчиваются эти отношения очень грустно. Может, Хан и не хочет никаких отношений, которые в итоге принесут боль и насмешки со стороны общества? Совсем как в рассказе. В точности, как будет, если они будут вместе. Герои рассказа не справились с этой давкой со стороны людей. Не справились со своими чувствами, не смогли жить вместе и любить друг друга. У Минхо покатилась слёзка, потом вторая. А вдруг будет всё так? В любом случае им будем больно. Больно без любви, ещё больнее с ней. Кто сказал, что мы не справимся? Открытый конец, но последнее предложение заставляет сильнее зарыдать и думать, много думать. Минхо уверен, он любит бельчонка, и он справится, если нужно…или нет. Как на зло сегодня воскресенье, а к Хану хочется как никогда. Да и страшно говорить, что Лино всё прочёл. Какова будет его реакция?

Минхо:

У меня освободилось время, не хочешь прийти?

Хани: Да, мы давно не тусили. Захвачу вкусняшки. Ты не прочёл тот рассказ?

Минхо:

Мне нравится читать ночью.

Лино не соврал, он не сказал, прочёл или нет. Он читал ночью и ему нравится это делать. Так что всё тут чисто. И бедный, наивный Хани, который сейчас сидит возле своего хёна, не подозревая, что у него в голове. Сцены из рассказа как назло всплывают в памяти, а желание того героя, который похож на Хана, плывёт перед глазами. Я хочу, чтобы ты поцеловал меня. Парни сидят и как всегда устраивают марафон фильмов. Только вот Минхо не на экран смотрит, а на красноватые чужие губы, которые терзались от зубов самого владельца. Хочется. Страшно. — Хани… — Ммм. — Я прочёл сегодня ночью. Джисон молчит, раздумывает быстро. Поворачивает голову в сторону хёна, натыкаясь на такой же влюблённый (?) взгляд. Вся тревожность вырывается наружу и всё желание тоже. Младший тянет свои тонкие пальчики к лицу учителя и приближает с огромной скоростью своё лицо, ударясь об другое несильно, но всё же. Губы неловко врезаются, делая простой чмок, на большее Хан не способен, хоть и читал как это делать. Он смотрит в глаза хёна со страхом быть отвергнутым, с ужасом от будущих издевательств, но вроде как Минхо смеётся. Так громко и счастливо, аж до слезинок по краям глаз. А Джи ничего не понимает, глядит с вопросом, но у старшего слишком непроницаемое лицо. И вдруг он становится серьёзным, улыбка уходит, а верхняя губа будто поднимается в каком-то вопросе, но, видимо, Хан ошибается, потому что вместо вопроса учитель наваливается на младшего, пробуя уже второй поцелуй по-новому, не просто чмок. Он держит Сона, не позволяет сбежать, сминает опытно и с желанием. Им страшно, но ведь не нужно жить по воображению, вдруг всё будет по-другому. Например то, что Джисон никак не будет сверху. Потому что этот ребёнок сейчас так неловко сминает губы напротив, сам пищит от новых эмоций, мычит в губы какие-то слова, но Лино всё равно не отстраняется, продолжает своё вторжение уже языком, так долгожданно обводя своим с пирсингом по языку Хана. И брюнет, наверное, прямо сейчас кончается как человек от ощущений на языке. Вкус металла сводит с ума, слюна, как попало, стекает с подбородка, а Джисон так невинно стонет от шаловливого языка и сам старается вести. Если бы он стоял, то упал бы давно, потому что ноги становятся каким-то ватными, а сердце давным давно остановилось, давая слушать лишь звук пошлых причмокиваний. Сейчас, как раз таким, старший был похож на зверя, съедающую свою добычу. Хани утыкается ручками в чужую грудь, потому что дышать сложно, использует всю свою силу и отталкивает учителя, который до сих пор пытается поймать Хановы губы. — Эй, эй, хён, п-пожалуйста притормози. — Еле дыша, весь красный и с мокрыми глазами, пытался выдать из себя Сон-и. — А в рассказе ты не был таким стесняшкой. Вот только – ты там ошибся кое в чём. Я сверху, во-первых, а во-вторых…мы будем счастливы, поверь мне. — Сейчас Минхо в глазах Джисона выглядел божественно, именно в такого старшего Сон так глупо влюбился. Именно с таким хочется проводить день ото дня, не отпуская никуда. — Ха-ха, — глупо засмеялся отличник, — конечно мы будем счастливы. Иначе я бы не стал ради тебя делать вот это… Джисон тянет свои руки к рубашке и поспешно растегивает до конца. На сосках виднелись пластыри, но, сняв их с шипением, он предъявил глазам целую эстетику аккуратных проколов, в каждом из сосков был пирсинг. От этого вида Минхо передёрнуло, не потому, что ему не нравится, а потому, что больно как бы. Он сглатывает собравшиеся слюни, смотрит с вопросом в беличьи глаза, где видит одно смущение и немного отведенный взгляд. — Теперь я не буду прокалывать соски, — говорит старший, — у меня есть ты. — Хэй, тыришь мои слова. Минхо как всегда посмеялся, развеивая какую-либо неловкость. — Хочу прикоснуться к тебе, как когда-то ты ко мне, сводя с ума своими ручками. — Хо утыкается носом в волосы Хана и шепчет, — ты свою пятёрку, кстати, честно заработал, молодец, Хани. Минхо тянет свои ладошки к голому телу и касается кончиков сосков, получая полустон, потому что с последнего времени соски слишком чувствительны. Какой же ты педофил, говорит себе Хо и продолжает касаться тела. Двумя пальчиками берет за пирсинг и тянет, но не сильно, потому что Хан уже кричит, что больно, они не зажили до конца, и Минхо готов ждать сколько угодно, лишь бы не слышать крики боли. Лишь бы утопать только в любви и нежности. Утопать во всём Джисоне и целовать всю ночь, всю жизнь, которая у них осталась. Парни лежали вместе, даря друг другу улыбку. Хан, наконец, может вдоволь насладиться каждым изгибом и каждой татуировкой старшего. Глядит внимательно и теперь трогает, где хочет и сколько хочет. Учитель улыбается и понимает, что будет тяжело вместе с бельчонком. Им предстоит вытерпеть многое, главное не потерять друг друга. — Мы точно сможем? — Шепчет тихо Хан и Минхо целует в носик, ободряюще обнимая сильнее. — Главное не сдаваться, да, Хани? Ты для меня самое дорогое, и я не собираюсь тебя просто так отпускать. Слова «ты мне нравишься» будут слишком просты для этого момента, так что… — Я тебя люблю, — одновременно произнесли парни, на что Минхо посмеялся и потрепал своего парня по голове, говоря, какой он хитрец. — Всё-таки, после сосков, я обещаю больше ничего себе не прокалывать, это ад, Минхо-хён. Я уже доволен собой, смотри – какой красавчик. — Хах, мой красавчик. И кто знает, смогли ли они преодолеть все преграды в жизни, давайте просто надеяться и не сдаваться.