Спасение монстром

      Мы приехали в магазин. По ценникам, которые я там видела, одежда здесь отнюдь не дешёвая. Бледняк Юнги или как там его, я имена плохо запоминаю, помогал парням подбирать одежду. Проторчали мы там целых чертовых три с половиной часа. Сдохнуть можно было. А эта бледная поганка вообще на диване заснула. Опять забыла, как это костлявое величество оборотня зовут. Не, ну, странное у него имя, ей-богу, странное.       В конце концов, мой нулевой гардероб пополнился на три пары шорт, четыре пары джинсов, два спортивных костюма, три платья, пять футболок, трое кросс, кеды, ботинки, туфли, две юбки, колготки, много носочков, три комплекта нижнего белья (выбирал Тэхен), две пары чулков (это тоже его рук дело), и какие-то сексуальные штучки, которые покупал тот же поганец по имени Тэхен. Розе же выбирала всё под пристальным взглядом Чонгука. У неё было множество шорт и топы всякие, много комплектов. Короче, Чонгук захотел, чтобы она была красивой для него. Но Розе рассказывала, что они с Чоном ночью бывает сбегают от Тэхена. Я рада за неё. Кажется, она счастлива. А что я? Ничего. Я молча терплю боль…       Тэхену все равно на меня. Он просто увидел во мне лёгкую добычу. Я так хочу на свободу, к маме и папе. Он даже угрожал мне, что убьет родителей, если я буду перечить. А я что? Молча терплю. Я не могу рисковать ими. Розе нечего терять. Она уже всех потеряла. А я? Не могу. Так хочется любви и тепла. Хочется в объятия, которые будут кричать о заботе. Хочется… Хотеть не вредно. РОЗЕ       Мы поехали покупать одежду. Чонгук помогал мне во всем. И сейчас я примеряла бельё. Чёрное или красное? Чон тоже не мог определиться. Вдруг он куда-то побежал.       — Юнги-хен, посмотри и скажи какое лучше. — я услышала его голос и только через несколько секунд поняла смысл его слов. Кто-то отдернул шторку, я крикнула, быстро хватая свою футболку и прикрываясь ею.       — Эй! — крикнула я. — Что за херня, а, Чонгук?       — Солнце, Юнги поможет выбрать.       — Ты вот так просто разрешишь ему смотреть на меня почти голую? — во мне всё бушевало. А возмущение так и лилось через край.       — А, так ты из-за этого злишься? Так не переживай. Юнги гей.       — Эй, мелкий, ты каждому встречному будешь рассказывать это? — теперь его очередь возмущаться. Он даже покраснел немного. Ого! Он ведь такой бледный блин. Будто мертвец ходячий. Как сахар. А тут покраснел…       — Ладно, Хён, прости. Так какое лучше?       — Чёрное лучше. У неё светлая кожа, и чёрное хорошо это выделяет.       — Ладно, спасибо, — он выпроводил Юнги и подошёл ко мне вплотную. — ты очень сексуальная, — проговорил прямо в губы, перед тем как утянуть в поцелуй. — но я не хочу брать тебя здесь, — со чмоком отстранившись, прошептал он. — скорее одевайся и пошли. Тэхен уже ждёт, красотка.       Я быстро оделась, и мы побежали к выходу. Они ждали нас там. Мы сели в машину и поехали. У меня привычка в дороге или спать, или читать рекламы. Так как дорога не очень длинная, я решила читать рекламы. Читаю значит, и вот, одна реклама привлекла по особенному моё внимание. Так была моя фотография. А соседняя — Джису.       — Стой! — закричала я. Чонгук непонимающим взглядом посмотрел на меня. — Тэхен, останови машину. Живо!!!       Он остановился, и я быстро выбежала, позвав Джису. Там и вправду была моя фотка. «Пак Розе пропала без вести. От нее новостей нет уже полтора месяца. Я лично знаю её и хочу сказать, что она никогда не пропускала универ и работу. Но уже полтора месяца она не посещает их. А также не наблюдается её дома. Пожалуйста, сообщите мне, когда увидите её.» Снизу прикреплен номер. Это номер Даён. Моей подруги с работы и универа. Да уж. Меня уже ищут… А вдруг меня считают мертвой. Я прикоснулась к листу с фоткой Джису. Аналогичное послание. Только не Даён… Блин…       Джису медленно подошла и с шоком прочитала лист. Фотка очень красивая. Она как будто модель. Да с такой внешностью она немало может заработать.       Я всегда мечтала петь. Всегда мечтала о сцене. С четырех лет… Но жизнь всегда была ко мне несправедлива. Сначала умерла мама. Потом бабушка… После дедушка. И наконец, папа и тетя. Потом ушел брат. И теперь я одна. Но если это все произошло, как плата за встречу с Чонгуком, то я не жалею. Я не знаю, как так быстро и безропотно влюбилась в него. Я этого даже не замечала по началу.       Мы вернулись в машину, но все молчали, как рыбы. Всем было о чем подумать.       Я думала о том, что так Тэхену ещё легче. Ведь нас мертвыми, наверное, считают. Ему даже лучше.       Мне нравится с Чонгуком, но я устала слышать каждую ночь всхлипы Джису. Я чувствую её боль и понимаю её, от этого ещё больнее. Поэтому мы должны сбежать. Я во всем виновата. Если бы я тогда не влезла, он бы изнасиловал её и всё. А так её насилуют каждый день, угрожают и держат взаперти.       Мы приехали «домой». Я сразу пошла в «свою» комнату. Сходив в душ, я хотела лечь спать, но, войдя в комнату, я увидела Чона, который ещё в машине попрощался со мной. Странно.       — Что ты здесь делаешь? Мы ведь уже попрощались? — я удивлённо вскинула брови.       — Тэхен узнал, что мы сбегали. Пригрозил, чтобы такого больше не было. Потому что теперь уже все в Корее знают, что ты пропала. — он говорил это, блуждая взглядом по моему телу, которое прикрыто только коротким полотенцем.       — Он что, пуп земли? Я не собираюсь его слушаться. Ты ведь тоже не собираешься? — я уставилась на него с надеждой. Он немного виновато посмотрел в мои глаза. — Почему, Гук? Почему ты его слушаешь?       — Если бы не он, я бы уже, наверное, был мертв… И ещё…       — Ты вампир! Какое мертв? — я перебила его. Да, это некрасиво, но Тэхен тоже не святоша.       — Да. Я вампир. Но другой вампир может меня убить. Тэхен спас и взял под свое крыло. А ещё, если бы не он, мы бы не встретились. Так что здесь без вариантов. Ты его. Просто он, можно так сказать, делится со мной.       — Ну, да. Я же вещь. Его вещь. — я неосознанно перешла на крик. — Ты слабак? Не можешь противостоять?       — Мы, конечно, близки, но он ближе с Джином. Который очень жесток…       — Кто такой Джин?       — Его старший брат. Он врач. У него своя больница. Ты должна бы о нем слышать. Ким Сокджин.       — Ааа, я наслышана о нем. Ну и что, что он с ним ближе?       — Джин — жестокий оборотень. И он всегда, всегда, при каждой встрече говорит, что людям нет помилования. Что люди — это игрушки. Я так не считаю, ну, и переубедить этих двоих не в силе. Это сложно.       — А если я попробую переубедить?       — Как?       — Секрет, — я игриво подмигнула, закусывая губу. — но сейчас не об этом. Когда ты сделаешь меня вампиром?       — Я ведь говорил, что не буду этого делать.       — Ну почему? — он устрашающе посмотрел на меня, и я опустила голову, глазами извиняясь. — Ладно, тогда может мы поговорим об этом? — я подошла к нему, садясь на его колени, закусывая губу. Стянув с него футболку, я откинула никому не нужное полотенце, оставаясь совсем голой. Он опять завороженно на меня смотрел, как и я на него. Сколько бы я не видела его обнаженным, все равно я постоянно в шоке. Он просто бог.       — Сколько бы не видел тебя, всегда как будто впервые. Всегда хочу тебя, всегда и всюду. Вечно бы занимался ЛЮБОВЬЮ я тобой. Не сексом, а любовью. Потому что люблю тебя, Розе. Сильно люблю… ДЖИСУ       Я типо пропавшая без вести? Серьёзно?       Странно это…       А Тэхену по барабану.       — Теперь, Джису, ты точно тут навечно. Многие думают, что ты мертва. Поэтому теперь не сможешь выходить в город. Теперь ты точно моя…       — Как тебе не стыдно? Мои родители плачут, ищут меня, а тебе по барабану.       — У меня нет чувства стыда. Я не человек, чтобы давать слабину.       — А что, если бы тебя выкрали? Если бы твои родители с ног падали, пытаясь тебя найти? Что тогда?       — Тогда стыдно должно быть тому, кто выкрал меня. А так как никто этого не может, то никому не должно быть стыдно. Так ведь?       — И почему я думала, что ты не такой плохой?..- еле слышно прошептала. Но он услышал.       — Я — плохой? Нет, детка, тебе показалось, ты ещё меня плохого не видела. Хочешь увидеть, какого иметь дело со злым ВИ? — может мне показалось, но его глаза на секунду покраснели. Обычно они ярко-зелёного цвета. А это прямо красные. Я поднялась, подходя к выходу.       — Да, ты не плохой, ты монстр…       И я выбежала на улицу, не сдерживая горькие, соленые и обжигающие слезы. Больно, опять…