Любовь гопника.

      Чонгук мирно посапывал и пускал слюнки на подушку, а вот старший не мог. Сна ни в одном глазу. Скоро будет четыре утра, а он всё никак не уснёт. Младший перевернулся на бок, сгибая ногу в колене, футболка задралась и вновь открывала вид на тонкую талию, куда бы идеально подошли ладони Тэхёна. Ким взгляда не может отвести от изящной фигурки. Что он только не делал, чтобы перестать смотреть — уходил на кухню, прогуливался до жигулёнки, уходил курить, ходил в душ и смотрел телевизор, но постоянно взор возвращается к младшему.       Тело на матрасе задвигалось, и Тэхён рефлекторно зажмурил глаза, боясь, будто его родители застукают за телефоном ночью.       Чонгук сел на матрас, слегка шатаясь. Со стоном он встал с постели и, посмотрев на телевизор, который крутил какой-то боевик, и мотнув головой, направился в туалет. С облегчением выпустив воздух из легких, Тэхён открыл глаза, поднимая голову и устремляя взгляд в темноту.       И почему Тэхён так боится этого малого? Отбросив голову обратно на подушки, он повернулся на бок и обхватил подушку руками, закидывая ногу на неё.       Прикрыв глаза, он почувствовал руки на своём плече и, от неожиданности, согнутой в колене ногой ударил по жопе нависающего над ним парня.       — Ай, — Чонгук схватился за копчик и попрыгал по всей комнате, а Тэхёна будто током прошибло.       — Хули крадёшься? — лучшая защита — нападение.       — Хотел попросить у тебя зарядник, — младший трогал свой копчик, который, походу, сместился.       — Нахуя тебе щас? — Тэхён встал с кровати, включая свет и, сразу же, щурясь.       — Телефон сел, а, пока я сплю, он бы зарядился.       Помотав головой, он открыл тумбу, достал зарядник и протянул младшему, тот с опаской посмотрел на него и, выхватив провод, подошёл к окну, где была розетка.       — Не делай так больше, — предупредил Ким, выключая свет, от чего младший не мог воткнуть в розетку блок и шваркал им, — Сука…       Он подошёл к Чонгуку, выхватывая у него из рук зарядку, и, с одного движения, вставил зарядку, так же выхватывая у младшего телефон и вставляя usb с легкостью.       — Ты реально девственник, если не можешь вставить даже в розетку зарядник.       И Тэ ушёл к дивану, принимая позу «обнимаю подушку, словно это мой парень». А Чон, прикусив щеку изнутри, тоже лёг спать.       У Тэхёна сердце бешено колотилось от близости с этим парнем. «Почему оно так быстро стучится?» — задался вопросом старший, прижимая к груди руку.       — Блядь, — получилось слишком громко, от чего оба вздрогнули. Тэхён видел, как поднял голову Чонгук, смотря на него, — Отвернись к стене и не смотри на меня… девственник.       — А сам будто девственность потерял в 10 лет, — съязвил младший, отворачиваясь.       — Чё спизданул? — Тэхён реально не слышал.       — Ничо, — в тон голоса ответил Чонгук.       Тэхёну не нравится, когда ему перечат.       — Повтори, иначе подушку в одно место запихаю, — ну, или не подушку.       — Вот скажи, — он сел на матрас и посмотрел на диван, — ты что, девственность потерял в десять, раз спокойно можешь презирать меня — семнадцатилетнего парня в…       Ким перебил младшего.       — Я лишился в тринадцать, а ты спи, а то в ебучку получишь за тупые вопросы, мешающие мне спать.       — Пфф...       Чонгук не был намерен терпеть слова старшего и кинул в него один тапочек, который, в комплекте со вторым, предоставил ему старший.       — Ахуел?! — Тэхён скинул со своего лица тапок и красными глазами взглянул на младшего. Из-за отсутствия света было мало, что видно, но вот где лицо и жопа он мог определить.       В другой момент прилетел второй тапок и старший не выдержал. Двинувшись на младшего, он схватил школьника за грудки, вытряхивая всю смелость.       — Я ведь не всегда буду милосерден к тебе, не посмотрю, что ты брат Хосока, выбью все молочные зубки тебе.       Чонгук улыбнулся будто не боясь его, но сердечко выпрыгивало от страха из груди.       — Ну давай.       Тэхён зарычал и поднял младшего, послышался треск футболки и усмешка младшего. Походу, его мало пиздили, если он не понимает слов. Прижав к стеклянному шкафу, он взглянул в чёрные глаза, которые, от ночного света, стали ещё глубже.       — Почему вы всё решаете кулаками? — по щекам пробежала одинокая слеза и капнула на кулак старшего, сжимающего футболку.       Тэхена в ступор ввели слова Чонгука.       — Д-думаешь, я не смогу вьебать тебе, если ты тут разревёшься? — голос дрогнул.       — Так бей уже! — младший уже не на шутку загорелся.       А что старшему? Нанеся вполне легкий, как ему казалось, удар по животу и выбивая воздух из младшего, он отпустил его, явно не ожидая получить в лицо ответочку. Тэхён схватил за волосы Чона и заставил посмотреть на него.       — Думаю, стоит тебя начать пиздить, чтобы ты слушался, — и, уже наклонившись к уху, прошептал — ещё один такой выёбистый поступок, и получишь по полной программе.       От нахлынувшей злости он, схватив ключи и ветровку, выбежал на улицу и решил поехать, развеяться по улицам.       Утро.       На животе виднелась небольшая гематома. Кожа у младшего была чувствительна, и любые, даже самые слабые удары, отражались на ней. По крайней мере, это не сравнить с синяками и гематомами, что были раньше.       Флэшбек       — Хэй, ну что там с деньгами? — к Чонгуку подошёл одноклассник и упёрся в его плечо.       — Уже время истекло, — к другому плечу прижался другой парень.       — Вы же сказали, что до тринадцатого числа… — голос подрагивал, а руки вцепились в конспект.       — А мало ли, что сказали, — к ним подошёл ещё один парень с пепельными волосами, являвшийся главным в этой троице, — сегодня жди нас, будешь отрабатывать деньги.       Прозвенел звонок, и они ушли, а вот страх только приходил и уже превращался в панику. Уйти он явно не сможет, ведь они заканчивают раньше, чем Чонгук, а значит убежать не получится. Что на этот раз? Куда они будут бить? К чему готовится? К пинкам или ударам?       Каждую неделю Чонгук должен был приносить им по косарю и отдавать. Спросите, за что? А вот не знает Чон. Он был не один такой. Все не взлюбленные Вонхо (так звали парня с пепельными волосами) люди должны ему. Да… Чон ходил к учителям, завучам, директору, и каждый только отмахивался. Конечно, он же сын главы города, что ему сделают? Поэтому приходится отдавать ему тысячу рублей, чем ходить с синяками. Что за школа…       — Чонгук?! — Давон смотрит на Гука в упор, стараясь выяснить, почему у него на скуле появился синяк.       — Та я просто дурачился в классе, и вот зарядили случайно, не кричи, пожалуйста, — у младшего уши вянут от крикливого, звонкого голоска старшей сестры.       — Надеюсь, это так, если только узнаю, — она пригрозила пальцем, — сразу же в полицию, я покажу им, как драться.       Это она ещё следы от пинков на спине не видела.       Такое избиение происходило постоянно, когда Чонгук не мог приносить деньги. Это было не чаще двух раз в месяц. Сестра давала Чону на карманные расходы, а он их отдавал Вонхо. Хосок с Давон были не в курсе. Не хочется их тревожить по этому поводу. Гуку осталось только годик ещё потерпеть и всё.       Конец флэшбека.       Время было десять утра, а Тэхёна нет дома. Квартиру он закрыл, не давая Гуку выйти. Чтобы сократить время ожидания, он решил принять душ. Когда парень разделся до трусов, понял, что забыл полотенце, поэтому направился к шкафу, открывая его и ища, чем вытереться. Увидя одежду Тэхёна, Гук не удивился— куча спортивок; чёрные одиночные джинсы; футболки, пара штук, и всё.       С горем пополам, найдя полотенце, он закинул его на плечо и направился в ванную. Открывая дверь из спальни, он встретился с глазами… Тэхёна. Хотелось спросить «Где ты был всю ночь?», но он только отодвинул хёна и направился в ванную.       «Что за синяки?» — в голове летала только эта мысль. Когда младший ушёл в ванную, Тэхён посмотрел тому на спину и увидел огромные синяки и гематомы. Его Хосок так избивает чтоль? Как бы, это не его дело, как его там воспитывают, но как-то тревожно. Сначала он думал, что сам его вчера так отмутузил, но он был трезв и помнил, до единого момента, что было.       Туша сигарету в пепельнице и оставляя бычок так, он пошёл на звук открывающейся двери. Младший вытирал голову полотенцем, он уже был одет в красные шорты и чёрную, длинную футболку.       Приблизившись и развернув младшего грудью к стене, прижал к ней.       — Ты что творишь? — Чонгук упёрся в холодную стену щекой.       Заломав руки, Тэхён рывком поднял футболку и уже внимательно рассмотрел синяки.       — Хосок?       — Ч-что? — младший хотел вырваться, но его руки сжали сильнее, от чего он зашипел, — н… нет.       — Кто?       — Какая раз… — руки стали заворачивать, — Отъебись!       Чонгук хотел лягнуть старшего, но, от неудачной попытки, только был прижат к стене всем телом старшего.       — Хосок знает? — старший получил только мотание головой в разные стороны, — значит, сейчас поедем к нему и будем решать этот вопрос.       Тэхён отстранился от младшего, проходя в гостиную.       — С чего такая забота? — младший ворвался в гостиную, смотря на Тэхёна — ты же мне сегодня ночью сам вломил в живот.       — Одно дело, когда я, — старший искал телефон, который он куда-то неудачно забросил, когда пришёл в квартиру, — а другое дело, когда обижают близких.       — Я тебе близкий?..       — Ты брат Хосока, а значит, и мне ты являешься братом, поехали, — он схватил под локоть младшего, таща в коридор.