a little story about

      Новый день. Или ночь. А может полдень?

Кто его знает…       Сынмин открывает глаза и видит перед собой потолок. Абсолютно белое полотно, покрытое лишь желтоватыми разводами. «Ужасно» - единственное, что проносится в голове Кима. Парень встает и старается игнорировать свое отражение в зеркале.       «Что же, ты еще и поправился…» юноша встает перед зеркалом поднимает футболку. На его животе рассыпаны маленькие ожоги, хоть они и не глубокие, но их невероятно много…       На запястье «красуется» тонкая зеленая лента*, как бы давая заранее понять, что тут не все гладко и лучше не заводить с ним разговор.       Он настойчиво игнорирует все фразы медсестер о необходимости завтрака, ведь внутренний голос беспрерывно твердит о набранном весе и полном визуальном уродстве. Натянув на свое изувеченное тело мешковатую толстовку и тонкие шорты, Ким снова садится на кровать, взяв со стола темно-серый дневник. Юноша еще несколько раз поворачивает свою книженцию в руках, замечая, что ее вид совершенно непотребный: мятые страницы, потертый корешок, обугленные уголки темного картона небрежно пачкают руки.

«Отвратительно… подстать тебе…»

      Он сидит так 30 минут, а может час? Никто не знает. Порой создается впечатление того, что о нем забывают совершенно все в этом мире. Даже родители, которые выпивали и частенько забывали сына в детском саду. Они постоянно ругали малыша за испачканные шортики и поцарапанные коленки. Когда Мин немного подрос, его стали еще и бить за то, что малыш просил поиграть с ним, или хотя бы прочитать книжку на ночь.       Он бросил школу в этом году, так что, и переехать из интерната тоже надо было, вот только куда? Хотя проблема с жильем мгновенно решилась, когда один из его педагогов решил, что с мальчиком не все хорошо и его надо лечить. Так, Сынмин попал в психиатрическую больницу #3 для трудных подростков и подростков с суицидальными наклонностями. Интересно, а он просто трудный или правда самоубийца?       Нет, Сынмин официально здоров. Только есть небольшие отклонения, но все в пределах нормы, поэтому он просто проходит мини-курс адаптации в новом обществе и, по мнению психологов, через месяц должен вернуться в самую обычную школу или колледж для получения профессии. Это мнение психологов, но не самого Сынмина. Он явно чувствует свое несовершенство и уперто движется к мнимому идеалу.       Ким делает вдох. Выдох. Легкие неприятно колит и хочется кашлять. Горло сильно першит, а в голове полный вакуум. Ему хочется курить, начинается очередная мучительная ломка. Хоть по правилам больницы нельзя курить в палате, но Мин достает пачку, осторожно вынимает сигарету и в нос почти сразу ударяет пленительный запах табака, такой расслабляющий, желанный. Сухих детских губ касается сигаретный фильтр и в полость рта мгновенно просачивается ели уловимый аромат блаженства, обволакивая каждый рецептор и погружая его в сладкую негу.       Щелчок зажигалки и вот оно счастье. Табачный дым рекой разливается по венам и нежно ласкает все внутри.

Может для счастья нужна ласка? Может и ласка, но не от табака…