Привык

      Лайт уже довольно долгое время видит рядом с собой Киру. Куда бы он не пошел — Кира всегда рядом. Этот парень предстает копией Лайта, отличающийся лишь цветом глаз, которым был красным. Кира чем-то походит на Бога Смерти, но имеет человеческий облик. Его никто не видит, кроме самого Лайта. Кира, словно призрак, ходит около парня, то и дело, что попрекает во всех его поступках. Рюк, когда заметил появление второго Лайта, сразу улетел в свой Мир, потому что не хотел ввязываться во что-то дьявольское и странное. Тот сам не понимал откуда взялся второй Кира.       Этот Кира появился после тысячной жертвы Лайта-Киры. Тогда он впервые прошептал на ухо свое мнение об оном отличном решении стать Богом Нового мира. Тогда Лайт понял, что другая сторона его личности приняла материальное воплощение из алчности, высокомерия, лживости и эгоизма. Об этом, собственно, и говорил постоянно Кира, будучи отдельной личностью, имея свое тело.       Конечно, он мог отдалиться от Лайта и жить сам по себе, но вот только в таком случае, он бы исчез. Поэтому он был просто вынужден оставаться с Лайтом и наставлять на путь «истинный». Некоторое время спустя, этого призрака Лайт назвал Кирой, в компании с ним он оставался обычным Ягами. Для окружающих призрак был невидим, а вот перед Лайтом он выглядел как обычно.       И вот, в который раз, когда Лайт расписывает Тетрадь Смерти наперед, рядом стоит Кира и хвалит за его дальновидность и предусмотрительность. Он кладет свои руки на груди парня, вставая позади него, и начинает сквозь рубашку водить по соскам, которые сразу реагируют на прикосновения. Лайт вздыхает и закрывает Тетрадь. Он оборачивается и смотрит прямо в красные глаза, – те шаловливо смотрят на шатена. Кира невольно облизывает в момент пересохшие губы и тянет к себе сидящего Лайта. А тот подстраивается под призрака и целует его руку, а затем встает и ждет действия от Киры.       Ухмыляясь, призрак хватает за шею подростка и притягивается своим ртом к губам шатена. Он обводит своим языком тонкие губы и начинает кусать их. Кусает до крови, что стекает небольшой струйкой до подбородка, но Лайт не сопротивляется, — лишь мычит от ощущения чувства боли. Губы опухают и ноют, но Киру это не останавливает — он всегда любил причинять страдания этому злодею напротив.       В доме никого нет, камер и жучков тоже — Кира проверял множество раз. Это означает, что сегодня можно вдоволь насладиться болезненными стонами, исходящими из уст Лайта. Он опрокидывает парня на кровать и начинает срывать футболку и штаны с нижним бельем с себя и с Лайта. Кусая шею и оставляя на ней малиновые засосы, он резко входит в шатена двумя пальцами, предварительно смочив их слюной. Кира начинает быстро двигаться в парне, вырывая громкие мучительные стоны. Лайт даже не сопротивляется — он наблюдает за действиями своего двойника и сжимает простынь в кулак, потому что больно. Он привык к таким выходкам Киры, привык к его садизму и способам удовлетворения похоти. Он привык и теперь ему это нравится. Поэтому он не возражает и позволяет уродовать свое тело синяками, ранами, шрамами и кровью.       Кира перестает сдерживаться и плюет на разработанный проход Лайта. Входит своим членом во всю длину, не обращая внимание на болезненный крик, и продолжает двигаться в том же темпе, что и когда он входил пальцами. Ему не важно: получает ли удовольствие его партнер или нет. Лайт привык, поэтому не сопротивляется.       Одних лишь толчков становится мало — Кира начинает царапать пресс Лайта. Ему нравилось тело шатена — такое худое, красивое, подкаченное. На Лайте остаются кровяные полоски на кубиках, что начинают щипать и ныть. Кире надоело царапать — он начинает кусать ключицы и шею. Лайта заглушила боль по всему телу. Он кричит во все горло, но не слышит себя. Не слышит, потому что Кира попал по простате и теперь двигается в это направление. Страдание смешивается с удовольствием, что противно мучает шатена, но он привык, поэтому ничего не говорит — только кричит и стонет.       Толчки становятся еще быстрее, анус жутко ноет от нехватки смазки. Но Киру это не останавливает и он продолжает вбивать Лайта в кровать, пока тот невменяем от экстаза. Скоро будет пик блаженства, поэтому Кира меняет позу. Теперь Лайт сидит на своем двойнике и больше не может двигаться, он ложится прямо на парня напротив и непрерывно дышит. Кира хватает его за ягодицы, раздвигая их, и двигается своими бедрами в Лайта. Издавая глухой стон, он кончает в прямую кишку. Вытаскивая член из шатена, на ноги двойника капает несколько капель крови — порвал. Но ни Лайта, ни Киру это не волнует — привыкли.       Выбираясь из-под обмяклого тела, Кира отходит от оргазма и восстанавливает дыхание. Лайт переворачивается на бок, игнорируя вытекающие сперму и кровь. Он всхлипывает и поджимает ноги, но это приносит ему еще больше боли, о чем говорит глухой сдавленный стон. Но Лайт продолжает складываться пополам, потому что привык. Привык к боли.

***

      Лайт решил отказаться от Тетради Смерти, в надежде на то, что его двойник исчезнет следом за его воспоминаниями, связанные с этой тетрадью. Но сделав это, он был разочарован, потому что Кира остался и насмехался над ним. Тогда Лайт снова испытал чрезвычайные муки.       Сейчас он стоит на краю крыши и вспоминает все моменты своей жизни. Лайт пускает слезу, когда в голову приходят мысли о Кире и его садистских поступках. Он делает шаг вперед и летит вниз с многоэтажного здания. Через мгновение он столкнется с асфальтом и испытает последнюю боль в его бытие. Но Лайту не страшно, потому что он привык страдать, он привык к боли.