***
Ксюша, не стала обсуждать вопрос с Юрой и на следующее утро дала Льву положительный ответ. - Только не говорите Юре, - попросила Ксюша. - Я сама скажу ему, позже. "Долгие проводы, лишние... выяснения отношений", - думала К. Юра вряд ли обрадуется её долгому отсутствию, к тому же он заметно ревновал её к куратору проходившей в Гранде немецкой конференции. А именно последний предложил ей стажировку по программе представляемого им немецкого фонда. Ксюша хотела, чтобы накануне отъезда она и Юра были счастливы. Поводов для конфликтов им и так всегда хватало.***
Ксюша тянула с разговором два месяца. До отъезда оставалась пара недель. - Юр, нам надо поговорить. - Вот опять, эти многообещающие слова и этот хмурый взгляд. И всё же я уверен, что ничто не может омрачить это утро, - весело сказал он, приподнялся в кровати и поцеловал лежавшую рядом Ксюшу. - Так что случилось? Ксюша не сразу смогла подобрать слова. - Пока ничего не случилось. - Что-то должно случиться? - пошутил Юра. - Я уезжаю за границу по программе повышения квалификации. Всего лишь на три месяца, - поспешила добавить она. Юра озадаченно смотрел на неё. - Всего лишь...- повторил он. - Когда? - Через две недели. - Так... Он почувствовал, как ком подобрался к горлу. - И куда едешь? - В Дрезден. - Всё ясно. - И это всё? - Ксюшу насторожила скупая реакция Юры. - Больше ничего не скажешь? - Да, всё. Юра откинул одеяло и молча начал одеваться. - Ты не будешь завтракать? - спросила К., когда Юра уже направился к двери. - Нет, - прохладно ответил он, но на прощание все-таки поцеловал её в макушку.***
- Почему ты не читаешь мои сообщения? - Ксюша без стука вошла в медкабинет и уселась перед врачом. Он не смотрел на неё. - Был занят, - спокойно ответил тот, наконец оторвавшись взглядом от монитора. Юрин ответ звучал неубедительно - на столе лежал раскрытый медицинский журнал, который врач, должно быть, читал в отсутствие пациентов. - Юр.. - Мм? - Прости, что я сразу тебе не сказала. Я вообще ни с кем это не обсуждала. "А как же Лев? Он-то знал. А отец? Не может быть, чтобы ему она тоже не сказала", - пронеслось у Юры в мыслях. Правда, показывать, что оправдания Ксюши только сильнее задели его, он не собирался. - Я же сказал, я был занят, - только и ответил он спокойным голосом и безмятежно улыбнулся. На лице ни капли обиды, дерзкая улыбка, внимательный взгляд. Он умел изображать нужные эмоции. Ксюша молчала. - Что ты хотела? - добавил Юра, взглянув на ксюшины сообщения. - А, пообедать... Я пока не проголодался. И снова лёгкая невозмутимая улыбка, которая в это мгновение начала выводить Ксюшу из себя. "Он этого добивается? Хочет меня позлить? Не дождётся...", - думала Ксюша. - Ну раз так, хорошего дня, - Ксюша поднялась со стула и уверенно направилась к выходу. Юра, улыбаясь, смотрел ей вслед. Вечером он не пришёл. Она к нему тоже. На следующее утро Ксюша проснулась с головной болью. У неё всегда болела голова, когда она оказывалась в безвыходной ситуации или ссорилась по-чёрному. Лучше бы они и правда поругались, чем вот такое молчание, думала она, заказав в баре отеля кофе и круассан. А вот и он, идёт бодрым шагом к своему кабинету. Ксюша обернулась, когда Юра уже собирался пройти мимо неё. - А я ждала тебя вчера, - сказала К. и вернулась к поеданию круассана. То, как Ксюша это делала, будоражило воображение и невольно вызывало ассоциативный ряд. Больше всего Юре хотелось забить на все недомолвки и крепко обнять её. За сутки он соскучился. "Ну уж нет, играть так играть". - Я тебя тоже ждал, хотя нет, кажется я спал, - невозмутимо сказал он. - Юр, давай поговорим как взрослые люди. - Давай. - Я знаю, что тебе неприятно. Но какой была бы твоя реакция, скажи я тебе всё заранее? Ты бы не переживал все эти месяцы за мой отъезд? - А этого мы никогда не узнаем.***
- Знакомься, это Мирон, сын Зуева. Он проглотил монетку. Ксюша привела в медкабинет симпатичного мальчишку, за которым она присматривала. Юра осмотрел ротовую полость Мирона и спросил управляющую: - Какого размера была монетка? - 10рублевая. - Так это ты её дала? - усмехнулся Юра. - Да, я. А ты, я смотрю, просто Шэрлок, - недовольно процедила Ксюша. - Он кашлял? - Нет. - Ты проверила его карманы? - внезапно спросил Юра. Когда Ксюша отрицательно покачала головой, Юра попросил Мирона показать, что лежало у того в карманах. Мальчик с хитрым взглядом достал из кармана брюк пару мятных конфеток и 10рублевую монетку. "Мирон, вот плут! И как я сама не догадалась..." Юра высокомерно-торжествующе посмотрел на Ксюшу. Управляющая не осталась в долгу и наградила врача выжигающим всё на своём пути взглядом. Она всё ещё дулась на Юру за его грубые попытки уйти от разговора. - Это твой парень? - спросил Ксюшу Мирон, с интересом наблюдавший их переглядки. Ксюша не ответила и только недовольно посмотрела на Юру. - Ты любишь её? - вдруг обратился мальчик к Юре. - Мирон, ты ещё маленький, - Ксюша поспешила замять ситуацию и потянула мальчугана к выходу. - Пойдём... Они никогда не признавались друг другу в любви. - Мирон, - внезапно Юра сел на корточки рядом с пареньком. - Давай, если ты угадаешь, люблю я эту девушку или нет, я дам тебе ещё одну монетку? Мирон кивнул, задумался и прошептал что-то Юре на ухо, Ксюша не расслышала что именно. - Молодец, Мирон, - с этими словами врач протянул мальцу монетку. Ксюша уставилась на Юру, но тот ничего не говорил и только невозмутимо улыбался.***
Вечером Ксюша встретилась со Львом в ресторане отеля. Все документы для её отъезда были готовы, когда Лев ошарашил её новым предложением. Мало того, что Рита, взбалмошная дочь Льва, станет временной управляющей. Так ещё и Ксюша должна обучить её всему за оставшиеся две недели. "Положим, это будет твоя мне благодарность", - напомнил Лев Ксюше про своё спонсорство. - Послушай меня, Симпампулька, ладить с людьми - это твоя работа. Ты думаешь, как я свой первый миллион заработал? Общался только с теми, кто меня любит? Ты должна быть дипломатом, - рявкнул Лев. - Понимаешь? - Да, - Ксюша понимала, что тут Лев прав. - А Ритка.. Поиграется в отель и как обычно бросит. Когда поймёт, какой это труд, - сказал Лев Глебович. - И всё-таки... - За Юрца переживаешь? - перебил Ксюшу Лев. Ксюша промолчала. В этом она даже себе не признавалась. - Если любит, значит любит. А если нет - зачем тебе такой? Найдёшь другого кавалера, меня например. Ха-ха-ха!! Шучу. Я б за тобой поухаживал, но для меня ты уже старовата, - добавил Федотов и снова разразился хохотом. А обещал перестать подкалывать.. - Кстати, где твой Юрец? - воскликнул Лев Глебович. - Ты ж о нём сейчас думаешь. Все вы девочки одинаковые, - улыбнулся он. Хотя можно ли называть этот хищный оскал улыбкой? - Ладно, звони ему да зови к нам, - добавил Лев. Ксюша не смела ослушаться. Сначала Ксюша и Юра избегали разговора между собой, но весёлые байки Льва сняли напряжение между ними. В конце вечера управляющая и врач уже держали друг друга за руки и Ксюша не помнила, кто был инициатором. - Симпампулька, уверен, что по возвращении ты превзойдешь саму себя, - подмигнул ей Лев. - А парень, если любит, будет ждать. Правда, Юрец? - заключил Лев Глебович и бросил на врача испытывающий взгляд.***
Когда Лев ушёл, Юра тоже встал из-за столика, молча поглядывая на Ксюшу. К Ксюше вернулось подавленное настроение минувшего дня. После юриной загадки для Мирона, молчание врача задевало её ещё больше. Теперь она наверняка поняла: "Он решил поиздеваться... " Не проронив ни слова, они дошли до домика персонала. В лифте на панели кнопок Юра выбрал свой этаж. Ксюша вышла вместе с ним. Он молча направился в ванную, она молча заварила им чай. Когда Юра собирался так же молча лечь спать, в него полетела подушка. - Так и будешь молчать?! - остервенело воскликнула Ксюша, сжав кулаки. Юра с вызовом смотрел на неё. Только когда девушка потянулась за ещё одной подушкой, он молниеносно приблизился и перехватил её за запястье. Ксюша отчаянно ударила его в грудь свободной рукой, но и та через мгновение оказалась в цепкой хватке. Юра молчал, но в его глазах читалось всё: нежность, страсть, обида, любовь. Ещё пара неубедительных попыток Ксении Борисовны высвободиться из рук врача или отвесить ему пощечину - и она поникла головой на его груди. Подхватив любимую на руки, Юра бережно положил её на кровать и провёл пальцами по её распахнутым губам, нежной шее, груди. Этим вечером он успокаивал её так, как умел лучше всего; она просила у него прощения так, как умела лучше всего.