Стримпериум v.1.4.6. Эпизод 'Бета'

Я слышу голоса. Голоса спорят друг с другом на повышенных тонах, обсуждая тактику ведения боя в условиях реального времени. Жаркая дискуссия то и дело прерывается грубыми, скабрезными и явно бездоказательными предположениями о бурной личной жизни чьей-то мамы. Отслеживая периферийным зрением показатели здоровья и боеприпасов, я замечаю небольшую полупрозрачную инфо-плашку, коротким текстовым сообщением возвещающую о временной блокировке профиля одного из моих однополчан. Причиной такой грозной санкции послужило легкомысленное употребление собратом по оружию вербального оскорбления «с ярко выраженной расовой/этнической и (или) гендерной окраской». Такого я, конечно, не одобряю. Что ж. Надеяться на команду в текущем раунде похоже бессмысленно. Оно и к лучшему. Моя излюбленная тактика плохо сочетается с концепцией партийной игры. Обычно я выискиваю на карте укромное местечко, укрываюсь в тени небрежно прорисованных декораций и, заблаговременно вооружившись снайперской винтовкой, терпеливо выжидаю, пока в зоне видимости не появится соперник из вражеской команды. Сегодня в роли низкополигонального декора – и, по совместительству, моего импровизированного укрытия - выступает неровное нагромождение угловатых текстур, имитирующих обтянутые маскировочными чехлами массивные контейнеры с едва различимой надписью «U.S. Army». U.S. – это United States. Соединённые Штаты. Так до Третьей Великой называлось государство, располагавшееся на территории современной метрополии Северо-Атлантической Империи Американской Нации. Я, в целом, аполитичен, но сейчас эта самая U.S. Army – мой злейший враг. Такова воля слепого случая, распределяющего игроков по фракциям перед каждым раундом. Хотя, по правде говоря, я и сам предпочитаю сражаться на стороне Второй Оси. Не смотря на всем известные результаты той войны. Всё дело в униформе: громоздкие экзоскелеты, состоящие в те годы на вооружении армии доимперской Америки – слишком хорошая мишень. В то время, как серо-коричневая киберброня солдат коалиции региональных держав (с подачи западных масс-медиа вошедшей в историю, как «Вторая Ось») отлично подходит для любителей скрытых атак. Таких, как я, например. Мой стиль игры, мягко говоря, не пользуется уважением среди заядлых геймеров. Как говорится, кемпер хуже [R-17]. Даже союзники презрительно именуют нас «крысами». Но, как было сказано выше, мои боевые товарищи сейчас слишком заняты взаимными оскорблениями. И у них совсем нет времени на критику действий очередного кемпера. Мне это только на руку. Теперь я могу спокойно оценить обстановку вокруг. Из моего укрытия хорошо простреливается почти вся территория от полуразрушенной стены до входа в небольшую городскую арку. Кроме занятого мной склада армейских ящиков, вблизи нет ни одного места, где можно было бы спрятаться. Похоже, мне повезло. Я выбрал практически идеальную точку для стрельбы. Я прислушиваюсь к собственным ощущениям. Пульс слегка учащён, но, в целом, сердцебиение в норме. Голова ясная, насколько это возможно, и даже разноголосый гвалт в тимспике не путает мои мысли. Меня не бросает в жар и не знобит, температура тела соответствует стандартным показателям. Похоже, я готов. Стоит мне перенаправить внимание вовне, как я замечаю, что из-за подёрнутых пыльной дымкой развалин к моей огневой точке движется размытый в лучах застывшего солнца силуэт неопознанного комбатанта. Он приближается, и вот я уже отчётливо различаю звёздно-полосатый шеврон армии Старых Штатов. Голова безымянного солдата, полностью сокрытая от враждебной среды непроницаемой оболочкой экзошлема, идеально вписывается в перекрестье прицела моей снайперской винтовки. Задержав дыхание, я жму на спусковой крючок, совсем не чувствуя отдачи. На долю секунды меня ослепляет косматый огненный всполох прицельного выстрела. Поверженный враг, на прощание информирует меня о количестве снятых хитпоинтов: от его распластавшегося в неестественной позе тела медленно отплывают синие циферки, отображающие количество отнятых мной очков здоровья. Словно выраженная в нумерологических символах душа воина покидает опостылевшую мирскую оболочку. Такие игровые условности, конечно, не добавляют происходящему реалистичности. Зато, благодаря им, можно отслеживать собственное положение в рейтинге игроков. Должен признать, мне далеко не всегда удаётся срубить противника одним выстрелом. Каждый поставленный хэдшот пока ещё остаётся для меня удачным стечением обстоятельств, нежели плодом усердных тренировок. Но я всё равно рад своей маленькой победе. Правда, очень скоро эта радость омрачается неизбежными последствиями: на каждый выплеск адреналина мой поражённый дистонией организм до сих пор реагирует резким ухудшением физического состояния. Вот и сейчас сердце начинает выпрыгивать из груди, сотрясаемое нездоровым ритмом ударов, неуклонно повышающееся давление провоцирует лёгкую мигрень, а содержимое желудка предпринимает очередное горькое путешествие вверх по пищеводу. Я осторожно перемещаюсь в самую глубь надёжной засады, приседаю, и, опираясь спиной на армейский контейнер, отворачиваюсь к испещрённой пулевыми отверстиями стене. Так дальность прорисовки снижается до минимума, тем самым стабилизируя пространство вокруг (а, соответственно, и моё положение в нём). Активирую интерфейс пользователя. Взглядом проматываю основные опции и захожу в «личные файлы». Там у меня хранится несколько аудиозаписей и, в отличие от любимых рядовыми геймерами агрессивных хром-рэп треков и расслабляющих эксрэйв-композиций, каждая из них нелегальна. Не в том смысле, что они запрещены правилами сервера. Запрещены законами Российской Конфедерации. А заодно и отдельной директивой ООН. Я выбираю первый попавшийся файл и кликаю на диагональный треугольник. Тихое, еле слышное шуршание, вперемешку с обрывками непонятных фраз и ритмичным постукиванием, медленно наполняет меня спокойной безмятежностью, рассеивая тревогу и недомогание. Прослушивание АСМР-записей, как я однажды выяснил на практике, - единственный известный мне способ нормализовать собственное состояние во время пребывания в виртуальной реальности. По иронии, я сам косвенно поучаствовал в наделении этого вида цифрового искусства статусом нелегальной практики. Ах, если бы в комьюнити АСМРщиков не расплодилась опасная тоталитарная секта, убивавшая юзеров, доводя их ментальное расслабление до несовместимого с жизнью предела*… …тогда мне, вероятно, не пришлось бы регулярно посещать периферию Пятого Транспортного Кольца, чтобы за неприличную сумму в 35 рубикоинов приобрести новый аудиофайл с гипнотическим шёпотом. И ведь это с учётом скидки, которую мне предоставляет один знакомый торговец информацией. Что ж, как говорится: «человек предполагает, а компетентные органы по интернет-контролю и сетевой цензуре располагают». Глобальная кампания по запрету АСМР-практик привела к тому, что чёрный рынок пополнился ещё одним прибыльным сегментом. Теперь сделки по купле-продаже файлов, содержание которых способно стимулировать так называемую автономную сенсорную меридиональную реакцию осуществляется в самых тёмных закоулках Сети, а их хранение и вовсе перекатилось на физические носители. Мне вот приходится закачивать АСМР-запрещёнку на допотопные флешки (к счастью, их цена входит в стоимость услуг инфодилера). Ну, я, хотя бы, экономлю, приобретая только звуковые дорожки вместо дорогущих голографических роликов. Медитативное прослушивание аудиофайла, как всегда, возвращает меня к жизни. Я даже чувствую освежающую бодрость – прямо противоположный стандартной АСМР-реакции эффект. Таковы уж особенности моего восприятия, продиктованные хронической вегетососудистой дистонией. Остановив проигрывание записи, я закрываю интерфейс и стараюсь собраться с мыслями. Теперь это гораздо проще сделать. Перво-наперво, мне нужно ненадолго покинуть укрытие и совершить рискованную вылазку в подконтрольную огневую зону, чтобы проверить инвентарь поверженного противника на предмет наличия сапёрного набора. Забавно, что методы военного террора по умолчанию доступны только фракции Второй Оси, в то время, как разминирование и спасение заложников остаётся в ведении армии Старых Штатов. Впрочем, сейчас не время для размышлений над исторической достоверностью происходящего. К тому же, победителей не судят. Лёгкая эйфория от краткой АСМР-реабилитации дарит мне необычайную уверенность в собственных силах. А та, в свою очередь, притупляет чувство опасности. Это меня и подводит: едва высунувшись из укрытия, я натыкаюсь на юзера из вражеской команды, который, судя по всему, решил проверить склад армейских контейнеров на наличие засевших там кемперов. Предусмотрительно с его стороны. Не успев вовремя среагировать и сменить снайперскую винтовку на пятнадцатизарядный Walther, я вынужден принять позорную смерть от ножа противника. Обидно. Но, в целом, катка оказалось более-менее удачной. В любом случае, на сегодня эта война для меня закончена. Я снова активирую игровой интерфейс и выбираю опцию выхода. Cтягиваю эластичный VR-хелмет и моё тело, повинуясь движению спинки гейм-кресла, принимает ровное сидячее положение. Я нахожусь в неестественно стерильном помещении - настолько, что комнату можно принять за врачебный кабинет, если бы не переплетение кабелей и проводов, длинными косами лежащих на полу и соединяющих между собой расставленные вдоль белоснежных стен банки памяти и хранилища данных. Я быстро моргаю, стараясь вернуть зрению привычную чёткость. Затем поворачиваю голову из стороны в сторону, разминая затёкшую шею. Наконец, придя в себя после двух часов, проведённых в дополненной реальности, с надеждой в голосе спрашиваю: - Ну, как? Вопрос адресован Аполлинарии Райх, успешной стримерше, и, по совместительству, моей соседке (а также, с недавних пор, старшему партнёру по детективному бизнесу). Она внимательно следит за каждым моим одиночным путешествием в Ви-Ар. Аполлинария протягивает мне кружку ароматного синтетического напитка, идентичного свежезаваренному зелёному чаю. - Сегодня гораздо лучше – отвечает она. Полли улыбается. ### Последние два месяца регулярные тренировки по пребыванию в виртуальной реальности стали для меня обыденной рутиной. Аполлинария всерьёз взялась за моё обучение. Видимо, она строила далеко идущие планы касательно нашего совместного предприятия по расследованию кибер-преступлений. В остальном, отношения между нами, вопреки всем моим попыткам сблизиться, по-прежнему оставались в рамках профессионального партнёрства. Думаю, основной причиной её рвения в этом вопросе было желание повысить свой статус в глазах потенциальной клиентуры за счёт наличия ассистента-психолога. Насчёт уровня моей квалификации е-тянка всё также прибывала в блаженном неведении. Полли была хорошим учителем. Сказывались годы проведения игровых стримов на интерактивной цифровой платформе AmazIn. Надо сказать, что сам факт присутствия в списке её онлайн-активности контента такого рода говорил о многом. Девушке не так-то просто заслужить уважение сообщества геймеров в Сети. А с альфа-юзеров спрос ещё выше. Влияние архаичных сексистских стереотипов всё ещё сильно в обществе (особенно в нашем родном северо-евразийском макродистрикте). Я, разумеется, осуждаю подобные проявления устаревшего типа мышления. С другой стороны, женский стриминг постоянно сталкивается с давлением со стороны феминистического Комитета по Этике. Виной тому устоявшиеся представления о том облике, в котором должны являть себя миру е-тянки. Не секрет, что самый быстрый путь к интернет-популярности для девушки лежит через создание привлекательного внешнего образа и последующее его поддержание в глазах благодарной аудитории. Глубокие вырезы, густой макияж, короткие юбки и обтягивающие шортики – неизменные спутники е-тянок на извилистой дорожке к цифровой славе. Они же, во многом, определяют характер их контента. И Аполлинария Райх не хуже других освоила мастерство криптоэротической самообъективации, как с презрением выражаются фем-активистки. Комитет по Этике, основанный в 30-х годах текущего столетия, быстро обрёл значительное политическое влияние. Престарелые феминистки использовали эту структуру для передачи теоретических основ и практических методов антипатриархальной борьбы своим последовательницам по всему миру. Ну, почти по всему – Великий Халифат и большая часть материкового Китая осталась нетронутой дланью Комитета. Тем не менее, с постановлениями этой организации приходится считаться: Комитет по Этике имеет свои филиалы во всех крупных корпорациях и ряде правительственных организаций. И, конечно, мониторинг развлекательного контента напрямую относится к сферам его деятельности. Редко кто может получить статус альфа-юзера без санкции Комитета, пускай его одобрение и не так важно, как характеристика из Сайберпола и общая статистика просмотров. Потому, девушки, вставшие на нелёгкий путь покорения ноосферы, нередко застревают в Нижнем Интернете из-за своей привязанности к той самой криптоэротической самообъективации. На их заработки это почти не влияет, но служит непреодолимой преградой для карьерного роста. Тем же, кто хочет разбить стеклянный потолок и обзавестись престижным статусом пользователя альфа-Сети, приходится осваивать новые горизонты виртуальной деятельности. Выбор тут не велик – либо пилить игровой контент, либо смотреть аниме за донаты. Либо всё вместе. Иначе, есть риск до старости сниматься в коротких видео для к̶и̶т̶а̶й̶с̶к̶и̶х̶ танцевальных приложений (что, в общем-то, не так плохо, но…). Самые пробивные е-тянки – такие, как Аполлинария – достигают успеха во всех направлениях. Полли не очень-то любила распространяться о том, каких усилий ей стоило развитие своего небольшого стримингового проекта. Что тут сказать? У профессионалов свои секреты. К тому же, когда на каждый десяток твоих фанов приходится по паре-тройке настырных хейтеров, стоит уделять особое внимание чистоте личной репутации. Другими словами, крайне нежелательно выдавать подробности о том, сколько тёмных уголков на извилистой дорожке к успеху пришлось посетить и какие ухищрения использовать, дабы обрести вожделенную иконку верификации рядом с никнеймом. О таком не откровенничают даже с близкими друзьями – что уж говорить о едва знакомом психоаналитике, живущем по соседству? @@@ Ну да, ну да, пошёл я на [R-17] Хотелось бы напомнить, что за время этого недолгого знакомства, я уже дважды успел спасти Полли жизнь. Это так, на секундочку. И вообще, почему меня унижает моя собственная креативка!? @@@ Тем не менее, даже крошечные детали с любовью выпестованного имиджа Аполлинарии способны были пролить лучик света на общую картину мудрёного паззла её самодельной личности. Нужно лишь внимательнее к ним присмотреться. Взять, хотя бы, излюбленный стиль стрельбы, которого она придерживаласчь и в рамках очередной катки в каком-нибудь многопользовательском шутере, и - как я мог наблюдать своими глазами - в неравном бою с АСМР-культистами в их мрачном виртуальном логове. Каждый раз Полли занимала одну и ту же боевую позицию (при этом неважно, сжимала ли она в своих тонких пальцах полигональную модельку из внутриигрового арсенала, или же в её руках оказывался верный плазмобан, один вид которого вселял ужас в сердца врагов): Будто всем своим видом показывая, что огневая отдача способна сбить её хрупкое тело с ног, Полли зажмуривалась, слегка наклонив голову, и вытягивала руки далеко вперёд, цепко сжимая рукоять оружия в неуверенной хватке стремительно бледнеющих кулачков. Неосведомлённому зрителю, случайно забредшему на её стрим, могло показаться, что е-тянка не имеет ни малейшего представления о том, как надо играть в шутеры. Или, что само её естество отвергает насилие в любой форме. Собственно, таким образом, наивные потребители контента и попадали в расставленные Аполлинарией эмоциональные ловушки. У одних юзеров выверенное притворство Полли вызывало сочувствие, другие просто потешались над слабой девочкой в жестоком мире виртуальных сражений. Так или иначе, заканчивалось всё оформлением подписки на канал и звуковым оповещением о новом щедром донате. А ведь я и сам принял этот стиль стрельбы за следствие нехватки боевых навыков. Там, в цифровом храме… [ух, до сих пор жутковато вспоминать] Да, Аполлинария Райх не просто так ела свой стримерский хлеб в статусе альфа-юзера. @@@ Вообще-то, она всегда предпочитала азиатскую кухню. Не знаю, при чём тут хлеб @@@ Как я уже сказал, любой новичок, желающий постичь тонкости пребывания в VR-пространстве, мог только мечтать о таком замечательном сэнсэе [сэнсэйке… сэнсэеессы… ну, ты понял, кароч]. И, всё же, в некоторых вопросах наши с Полли биоритмы не совпадали. Аполлинария предпочитала партийным военным симуляторам мультяшные баттл-рояли. Её любимым тайтлом была серия игр Frontier – весёлая аркада в жанре королевской битвы со встроенными механиками строительства укреплений и вольной кастомизацией персонажа. Собственно, возможность редактировать внешний вид аватара, как раз, и была основной причиной любви Полли к этой серии: виртуальный гардероб моей соседки насчитывал сотни единиц премиум-скинов, выгодно подчёркивающих все стримерские достоинства е-тянки, а игровые сервисы Frontier’а, в свою очередь, позволяли переносить индивидуальные сборки пользователя прямиком на разукрашенное кислотными оттенками поле боя. Мне хватило десяти минут самого первого матча в этой игре, чтобы понять – подобные развлечения не для меня. Не один седативный АСМР-сеанс не смог бы успокоить мой взбудораженный мультяшным безумием организм, отозвавшийся на буйство красок ядовитого спектра предательской мигренью и сокрушающей панической атакой. После неудачной попытки освоить Frontier я два дня отмокал в своих апартаментах класса В, стараясь без надобности не пользоваться верхним освещением. Полли предложила мне самому выбрать подходящий моему уязвимому восприятию тайтл, и я остановился на многопользовательском командном VR-шутере Call of Battlefield (или «Колба», как прозвали его в сообществе геймеров). К тому моменту, как раз, вышло дополнение «Third Great War», которое, благодаря своей тематике, было выполнено в мрачной атмосфере грозных событий середины века, перекроивших карту мира по воле победителей, на горе проигравшим. Как оказалось, густые приглушённые цвета и грязно-камуфляжный антураж отлично подошли мне в качестве виртуального окружения. И, если не считать некоторых сомнений, касательно исторической достоверности, COB не вызывала у меня никаких нареканий. Вот только приходилось мириться с тем, что Полли ассистировала мне исключительно в качестве внешнего модератора, наблюдая за моими действиями, сидя за широким голографическим монитором в своём стерильном рабочем кабинете. Вместо того, чтобы прикрывать мою пятую точку, как изначально планировалось во Frontier’е, она ограничивалась редкими советами и аналитическими наставлениями, следующими после каждого моего возвращения в реал. - Тебе следует завязывать с этими прятками, Док – не раз говорила она, пока я наслаждался горячим синтетическим чаем. - Но, я ведь только учусь – старался я отстоять полюбившуюся боевую тактику. - Дело твоё, конечно – пожимала плечами Полли – Но ты ведь знаешь: кемпер хуже [R-17]. Интересно, как бы она выкрутилась, употребив подобную лексику на стриме? Такое простым «не одобряю» не исправишь. Давно бы уже перекатилась обратно в бетанет, причём без права на реабилитацию… - Полли, не души. Всему своё время. К тому же, если б ты хоть разок зашла в Колбу вместе со мной, было бы куда проще… - Блин, Док! Мы это уже обсуждали. Я не против помочь тебе, но сам понимаешь – мне нужен контракт с MegaGames. Ты только представь, это ведь такие возможности… Говоря о вожделенном контракте, Аполлинария мечтательно жмурилась, словно кошка, которую угостили дополнительной порцией сметанки (я про обычную кошку, а не кошкодевочку – иначе аллюзия получилось бы чересчур двусмысленной). И её можно было понять. Контракт с игровым издательством на проведение рекламных трансляций – заветная мечта любого криэйтора, посвятившего себя нелёгкому ремеслу интерактивных онлайн-развлечений. Для одних это хорошее подспорье на первых парах покорения вершин альфа-сети, для других же – высшая точка карьерного роста, за которой следует неизбежное угасание в неоновом свете баннеров букмекерских контор и прочих сомнительных организаций. Третьим же, как водится, просто везёт, за что их потом люто ненавидят коллеги по виртуальному цеху. Сложно сказать, к какому типу интернет-развлекальщиков относилась Полли. Миру вокруг она демонстрировала лишь парадную сторону своей личности, и, потому, узнать о чувствах и желаниях, сокрытых в потаённых глубинах её сознания, не представлялось возможным. Хотя, порой мне казалось, что внешний образ, находивший отражение в каждом её VR-скине – и есть единственная экзистенция моей соседки. В конце концов, она была одной из сотен тысяч е-тянок, участвующих в беспощадной гонке за популярностью и донатами… Но, судя по тому, что своё маленькое детективное предприятие (с недавних пор ставшее нашим совместным) она воспринимала исключительно как временную подработку, можно было догадаться о серьёзных амбициях Аполлинарии на ниве стриминга. И нет ничего удивительного, что в бессонной Вселенной маркетинга и продакт-плейсмента, мириадами неусыпных глаз следящей за колебаниями рыночной конъюнктуры, резонирующей с тонкими вибрациями души массового потребителя, нет большей чести, чем наклеить на себя весёленький логотип транснационального брэнда и запустить цепную реакцию кликов, рассылок, репостов, предзаказов на радость корпоратам-небожителям. Оставим критические рассуждения о моральном упадке престарелым идеалистам с их карликовых NetTube-каналов. Самое главное, что за это хорошо платят. ̶Т̶а̶к̶о̶в̶а̶ ̶б̶у̶р̶ж̶у̶а̶з̶н̶а̶я̶ ̶л̶о̶г̶и̶к̶а̶ ̶п̶л̶у̶т̶о̶к̶р̶а̶т̶и̶ч̶е̶с̶к̶и̶х̶ ̶р̶е̶ж̶и̶м̶о̶в̶,̶ ̶к̶о̶т̶о̶р̶ы̶е̶ ̶в̶ ̶о̶д̶и̶н̶ ̶п̶р̶е̶к̶р̶а̶с̶н̶ы̶й̶ ̶д̶е̶н̶ь̶ ̶б̶у̶д̶у̶т̶ ̶с̶м̶е̶т̶е̶н̶ы̶ ̶м̶о̶щ̶ь̶ю̶ ̶н̶а̶р̶о̶д̶а̶ ̶П̶о̶д̶н̶е̶б̶е̶с̶н̶о̶й̶,̶ ̶в̶е̶д̶о̶м̶о̶г̶о̶ ̶в̶ ̶б̶о̶й̶ ̶н̶е̶с̶о̶к̶р̶у̶ш̶и̶м̶о̶й̶ ̶в̶о̶л̶е̶й̶ ̶К̶о̶м̶м̶у̶н̶и̶с̶т̶и̶ч̶е̶с̶к̶о̶й̶ ̶П̶а̶р̶т̶и̶и̶ ̶К̶и̶т̶а̶я̶ Именно поэтому, когда одна крупная игровая студия (вернее, её филиал в Российской Конфедерации), наконец, почтила Полли электронным письмом на персональной почте, счастью е-тянки не было предела. Вот только некоторые нюансы этого знаменательного события с самого начала показались мне странными. И, как оказалось, не напрасно.