Незаменима

Ты знаешь, когда это началось? Нет? Странно. Вчера? Неделю назад? Или раньше? Не можешь ответить? Очень странно. Эта, теперь уже красноволосая бестия, снова и снова задавала себе вопросы на которые просто не могла дать ответа. Она запуталась, устала и просто выдохлась за последние пару месяцев и даже наличие того факта, что до Нового года осталось чуть меньше часа, никак не могло привести её в чувство. Она осталась одна в пустой квартире в канун нового года. Что могло быть хуже? Наверное, ничего. Снять квартиру в Москве не было ошибкой, она не жалеет, нет. Ошибкой было то, что она доверилась и прогадала. Популярность сносит крышу, теперь она это по-настоящему ощутила на себе. Когда мозг напрочь вырубает, оставляя эйфорию и кайф, как после наркотика. Именно это и происходило с ней, пока реальность не захватила в свой плен. Реальность оказалась жесткой и вера в то, что после проекта жизнь изменится только в лучшую сторону – пропала. Наоборот, с окончанием проекта закончилась и та беззаботная и такая простая жизнь. Словно ты в миг повзрослела и родители тебя выпустили в огромный мир совсем одну. С Настей было также. Но, как ни странно, в этом огромном мире нашёлся человек, который взял на себя роль её "опекуна". Им оказался известный певец Дима Билан. Именно он стал для неё смыслом жизни, но в то же время главной ошибкой. Петрова вздрогнула от звука входящего сообщения, пустым взглядом смотря в свой телефон, лежащий в ладони. Но стоило сложить буквы в слова и прочитать, как сердце участило свой ритм. Но осознание и реальность вновь стукнули девушку по голове – это иг-ра ... Она с ненавистью отбросила телефон в дальний угол дивана и, обняв себя, словно пытаясь закрыться от внешнего мира, легла, закрывая глаза. Сверлить взглядом стену не было больше никакого желания, впрочем, как и сил. Телевизор, показывавший фоном, вещал о приближающемся празднике и исполнении всех желаний. Сказки для дураков, подумала Петрова, шумно выдыхая в обивку дивана. Её считали машиной для убийств, даже не подозревая, что эта машина убивает сейчас сама себя… Она влюбилась в него. Да, это было странно и страшно. Всё началось с простого хайпа, который был выгоден им обоим, Настя, не раздумывая, согласилась поддержать эту затею «романтических отношений». Популярность беспощадна, а ей хотелось стать известной. Что только не сделаешь ради мечты, верно, Анастасия? Ненавязчивые дружеские поцелуи, личные встречи, посиделки на камеру сделали своё дело и, когда месяц назад Настя вдруг поняла, что больше не играет на камеру, было уже слишком поздно. Вернуться, и выключить это чувство было невозможно. Он был добрым, заботливым и сильным. А ещё он был мужчиной взрослым и опытным, тем, кого она всегда хотела видеть рядом с собой. Просто понимать, что она девочка, которая под его защитой. Когда однажды они устроили посиделки после снятых видео в тик ток с бутылочкой красного полусухого, Петрова вдруг поняла, что хочет чтобы этот вечер стал для них особенным. Он им и стал. Часы давно уже перевалили за полночь, тихая мелодия из колонок доносилась до ушей, и тусклый свет от елочной гирлянды освещал просторную гостиную Диминого дома. Они расположись прямо на полу, а диван послужил для них отличной точкой опоры. Тут же на полу соорудили воображаемый стол, где стояла бутылка вина, два бокала и ваза с фруктами. Если бы их фанаты увидели в такой обстановке, то завтра бы их уже поженили, а послезавтра придумали имена их детям, только всё это было не для посторонних глаз. Команда давно разъехалась по своим делам, и дом был только в их распоряжении, никаких посторонних лиц. - Слушай, ты катаешься на коньках? – Воодушевлённо начал певец, хватая девушку за руку. – Завтра отличную погоду обещают, можем на ВДНХ сгонять. - Да, отличная идея, только… - она замолчала и, поникнув, закусила губу, отворачиваясь. - Что-то случилось? Какие-то проблемы? - Нет, просто, - красноволосая вновь запнулась, почувствовав, как теплые пальцы провели по тыльной стороне ладони. – Просто завтра мама проездом, хотела увидеться с ней. Она виновато взглянула на мужчину, который почему-то смотрел на неё и улыбался, как сумасшедший. -Ты молодчина, я так горжусь тобой, - а потом он просто обнял её, чем вызвал радостный смех девушки. - Но я умею кататься на коньках, если что, - отстраняясь, сказала Настя. – Меня в детском доме научил один парень, ходили на тренировки вместе, как-то подружились, но это уже не интересно. Отмахнувшись, она взяла бокал и немного пригубила. - Мне очень интересно, правда. Я же толком и ничего не знаю о тебе. - Да мне и нечего рассказывать, моя прошлая жизнь не то, что хочется вспоминать. Певец кивнул, с расспросами лесть не стал, но вопрос, который вырвался у него, не поддавался никакому объяснению. - У тебя был молодой человек или, быть может, он есть и сейчас? Нахмурившись, Петрова лишь усмехнулась и, смотря другу в глаза, ответила: - Посмотри на меня, Дим, - она махнула рукой, мол, смотри какая я, продолжая рассказывать. – Меня парни всегда за своего считали или просто били, потому что я им не нравилась. Мужчины были у меня, я не скрываю этого, но всё это мало походило на счастливые отношения. Повисла пауза, никто не знал, что сказать сейчас, поэтому певец просто взял в руки свой бокал и следом Насти и передал его ей. - Хочу выпить, за то, чтобы мы были счастливыми, и всё у нас было хорошо. Звон тихий звон бокалов, на который никто не обратил внимания, да это было и неважно. Когда Настя допила и убрала бокал в сторону, Дима тут же привлёк её внимание, сидящий ещё ближе, чем раньше. Сердце пропустило удар, кровь ударила в голову, что голова пошла кругом, но это всё вино, другого оправдания просто не найти. Сглотнув, девушка, опустила взгляд, разум помутнел, что девушку повело немного в сторону, что не осталось без внимания друга. -Эй-ей, - он тут же подхватил кареглазую, привлекая ближе к себе, не сводя с неё тревожного взгляда. – Всё в порядке? - Это вино просто, - кивнула Анастасия и, наверное, ей не стоило смотреть ему в глаза. Не стоило вообще пить с ним вино и оставаться наедине. Не стоило вступать во весь этот пиар ход. Вот она ошибка, вот он тот день, когда всё пошло наперекосяк. Ей хватило месяца, чтобы попасть в его власть, чтобы окончательно потерять голову. И она сделала это, придвинулась ближе, не сводя с него взгляда, замечая, как его язык проходится по сухим губам, а глаза загораются до такой степени, что ещё чуть-чуть и начнут метать искры. Бабочки в животе? Она слышала весь этот романтический бред, но никогда не испытывала подобного, поэтому просто не верила в эти сказки. Но именно в эту секунду, когда внутренности сделали кульбит, опустошая и наполняя тебя снова и снова, она вдруг осознала, как происходит тот самый первый поцелуй с человеком, который по-настоящему тебе не безразличен. И, кажется, она умирала, но возрождалась снова. Она коснулась его губ почти невесомо, продолжая смотреть прямо в глаза, ожидая его реакции и готовясь, к тому, что он отстранится сам или оттолкнёт её, но он этого не делал. Веки сладостно закрылись, рука его сжала шею Насти, чувствуя, как бешено бьётся на ней жилка, привлекая ещё ближе к себе. Он хотел почувствовать её ещё ближе. И когда разум кричал ей остановиться и убежать, Дима, будто бы почувствовал это, привлёк её ближе к себе, заставляя пересесть к нему на колени, и углубил поцелуй, перенимая всю инициативу на себя. Он точно не был готов отступить сейчас, ему так хотелось показать ей, что она может быть желанна. Остатки здравого смысла, кричали ей остановиться и прекратить этот хаос. То что происходит в данную секунду невозможно. И то, как она обвивает его шею руками, зарываясь в его волосах пальцами – ненормально. Как его ладонь опускается на поясницу девушки, застывая на границе между пропастью и спасением. А, может, пропасть и была спасением? То, как эти губы жалили, словно самая ядовитая змея, было неправильным. А в комнате становилось жарко и невинный, трепетный поцелуй превращался в настоящие безумие, охватывающее с каждой секундой сильнее их тела. Когда Дима отстраняется, его взгляд непроницаем, смотрит на Настю, которая испуганно встречается с его карими глазами и не в силах выдержать этого напряжения, отворачивается. Её друг спокоен, словно ничего не происходило между ними пару секунд назад, лишь сбитое дыхание обоих выдаёт их. - Эээ, прости, - твердит тихо, словно самой себе, но он её прекрасно слышит и усмехается, что привлекает внимание Анастасии. - Забудь, это ничего не значащий пустяк, - поднимаясь с пола, цедит Дима и на ходу залпом допивает остатки вина в бокале, оставляя растерянную Настю одну. Она, конечно же взяла себя в руки и смогла убедить себя, что это действительно был пустяк, только что-то рухнуло в ней, когда он уходил. Но она так привыкла к одиночеству и предательству, что просто не заметила этого. Первый день зимы был днём, когда она впервые после проекта заплакала. Его слова ранили больно, оставляя самые настоящие шрамы. В этот день был назначен очередной сеанс по удалению её тату, в которой, как она считала, больше не нуждалась. Только почему-то его пропустила, как и последующие. А Настя продолжала улыбаться ему в глаза, так убедительно играя на камеру «любовь». Но его безразличие и холодность убивали, а от правдивости слов хотелось умереть. Больше никто не прислушивался к её мнению, в очередной раз указывая на её место. Она стала пустым местом для человека, который обязал себя ей во всём помогать. А где твоя помощь, Дима? Ты только делаешь хуже. - Почему никто даже не выслушал мою идею? – Выкрикивает Петрова, привлекая внимание команды и в том числе и Димы, который бросает на неё взгляд полный безразличия, возвращаясь к диалогу с оператором. – Дим, не хочешь обсудить? Ответа не последовало, что заставляло Настю злиться на него с большей силой. - Понятно, - Петрова усмехается и хватая свою куртку, направляется к выходу. - Насть, - окликает её певец, заставляя остановиться в пол-оборота к нему. – Не думай, что ты не заменима. – Подмигнув, он отворачивается, а Настя, сжав кулаки, выбегает из студии. В первый день зимы она плакала. Одна в пустой квартире. Во второй день она пила белое вино, красное ей больше не нравилось. И да, опять плакала. На третий день он позвонил, она не взяла трубку. Когда прошла неделя, Настя уже всё решила. Она поставила всё на кон и проиграла. Седьмого декабря пришло осознание, что она соскучилась по нему. Снег падал на ресницы и тут же таял, а она всё так же была одна. Конечно, всё было между ними игрой, в которую стало опасно играть для Насти, теперь уже даже невозможно. Она вновь нуждалась в помощи, но никому не могла довериться, продолжая самоуничтожаться. Восьмого она ответила на его звонок, с дрожью в пальцах, но голос её был холодным, как зима. - Привет, ты где пропала? - Я больше не участвую в этом цирке с тобой, все мы заменимы, Дим, - сглатывая ком в горле, отвечает девушка, ухмыляясь самой себе, только весь её смех полон фальши. - Твоё право, - после недолгой паузы отвечает певец. - Тогда, раз нас больше ничего не связывает, прощай? Сердце замирает, готовое молить о пощаде, просить его остаться, сказать хоть что либо, но в ответ слышит лишь монотонные гудки. Петрова с размаху швыряет телефон в стену, так что осколки разлетаются в разные стороны. Она сама сделала этот выбор, никто не обещал, что будет легко. Она снова плачет, бьёт кулаками по дивану, но этого мало. Встаёт и что есть силы, ударяет прямо в стену, рассекая костяшки пальцев. Она чувствует боль и становится как-то легче. Но сколько прошло времени, Насть? Тебе полегчало? Нет? Странно. Ты же разбила руки в кровь! Президент вещал о наступлении нового года и исполнении всех желаний, Петрова усмехается, понимаю, что её желаниям просто не суждено сбыться. Она вообще не понимала, для чего влюбилась, любовь приносит боль, любовь делает слабее и убивает. Настойчивый звонок в дверь заставляет её подняться и нехотя поплестись к двери. Эти новогодние поздравления порядком поднадоели, но ещё больше её раздражало в новый год, что подвыпившие москвичи путали адреса и часто стучались не в ту квартиру, что случилось за сегодняшний день с ней дважды. Повернув ключ, Петрова распахнула дверь, поднимая голову. - Привет, - Дима смотрит на неё и улыбается, наверное, впервые по-настоящему с горящими глазами, не прячась за маской. Красноволосая замирает, не в силах произнести и слова. Если это сон, то пусть он просто останется с ней и закроет за собой дверь. - Пустишь, - мужчина машет головой, продолжая счастливо улыбаться. Но Настя лишь крепче хватается за дверную ручку, собираясь снова спрятаться от него, но Дима в миг пресекает её действия, вовремя заметив её действия и проскакивает в квартиру, захлопывая за собой железную дверь. Один - Прости меня, я старый дурак Два Она молчит, просто смотрит недоверчиво с грустью, а он с мольбой. Три - Я испугался, думал это всё несерьёзно, пока ты не ушла. Четыре - Не молчи, Насть. Пять Как быстро они поменялись местами. Шесть - Всё мы заменимы, Дим, - осипшим, словно чужим голосом тихо прошептала девушка. Семь Одинокая слеза скатывается по её щеке, а его жадный взгляд лишь проследил её маршрут, готовый сорваться с места, чтобы вытереть эту дорожку на её щеке. Восемь - Тебя не возможно никем заменить, - шепчет певец, делая один короткий шаг к ней. Девять - Ты пытался? Десять - Даже не думал. Одиннадцать Машет головой и, оказавшись вплотную с её телом, жадно вдыхает такой родной аромат, а в следующий миг прижимает Петрову так близко к себе и целует, а она так податливо и самозабвенно отвечает на все его действия. Именно этого безумия им так не хватало всё это время. Двенадцать Всё ещё не веришь в сказки, а, Насть? Он отрывается от её губ, а девушка тут же напрягается в его руках. Но Дима тут же касается её губ снова и снова, оставляя короткие поцелуи, говоря том самым, что больше не оставит её, уж точно не сегодня. - Это было отличным завершением старого года и началом Нового, - касаясь её яркой пряди волос и заводя за ухо, прошептал мужчина. А Настя ничего не ответила, лишь глупо хихикнула и уткнулась в его грудь лбом, чувствуя, как бешено стучит его сердце. Руки певца крепче обвили девушку, понимая, что то, что он так давно искал, наконец-то нашлось и находится прямо в его руках. Странно ли это? Ни капли.