Погасшие фонари

***

Вечер.       Я увидел его на том званом ужине совершенно случайно. Пока стоял рядом с Ацуши-куном, который о чём-то разговаривал с очередным важным человеком и не особо обращал внимание на происходящее вокруг. Мой взгляд вдруг зацепился за знакомую фигуру. Чуя. Накахара Чуя. Я слишком давно к нему неравнодушен, чтобы не замечать его среди толпы. Вообще, я знал, что Чуя часто появляется на подобных мероприятиях. Но именно сегодня увидеть его здесь было особенно неприятно. Потому что рядом с ним крутился какой-то ублюдок.              Я прекрасно видел, как чужая рука легла Чуе на плечо и медленно скользнула ниже по ткани дорогого костюма. И от этого внутри моментально поднялось что-то мерзкое. Ненавижу. Ненавижу это чувство. Ненавижу, когда его кто-то касается, кроме меня. Мне захотелось подойти и просто оттолкнуть от него этого человека. Но вместо этого я только резко развернулся и ушёл, чувствуя на себе откровенно непонимающий взгляд Ацуши. Ночь того же дня.       Он вернулся домой ближе к ночи. Я понял это сразу по хлопку входной двери и знакомым шагам в коридоре. Сейчас начнётся. Наверняка опять спросит, какого чёрта я делаю у него дома. Будто сам не понимает. Пытаюсь утопить собственную ревность в твоём же вине, Чуя.       Он что-то тихо бубнил себе под нос, то ли напевая, то ли просто разговаривая сам с собой, пока шёл в комнату. Я поднял глаза и тут же столкнулся с его раздражённым выражением лица.       — Так, сволочь.       О, коротышка злится. Прекрасно. Уже с порога я сволочь. Я молча наблюдал, как он дёрнул узел галстука и недовольно поставил руки в боки, прямо как какая-нибудь возмущённая принцесса.       — Что ты здесь делаешь?       Я сильнее подтянул колени к груди, продолжая держать бутылку вина. Наверное, налить себе ещё было бы неплохой идеей. Хотя нет. С таким настроением Чуя скорее разобьёт эту же бутылку об мою голову.       — Топлю печаль в алкоголе…       После его «Аа?» в комнате стало тихо. Чуя смотрел на меня строго, но учитывая, что обычно через пять минут он уже начинает орать — это было подарком. И, чёрт возьми, какой же он всё-таки красивый, когда злится. Меня это даже веселит. Но сейчас почему-то было не до улыбок. Я отвёл взгляд в сторону, пока он продолжал прожигать меня глазами.       — Ты не можешь открывать моё вино без разрешения!       — Да у тебя его целый склад, какая разница?       Чуя раздражённо закатил глаза, но спорить не стал. Вместо этого прошёл дальше и тяжело плюхнулся рядом со мной на диван. Я снова стал его рассматривать. Очень хотелось верить, что тот ублюдок на ужине действительно не зашёл дальше пары прикосновений.       — Хоть бы написал, что придёшь, — буркнул он.       Я снова почувствовал этот запах. Чужой. Не его. Меня уже начинало раздражённо потряхивать.       — Что за костюм?       Будто я не знал, где он был сегодня.       — А, это из-за званого ужина, — отмахнулся он и устало откинул голову на спинку дивана.       Я почувствовал, как меня снова перекосило.       — Ты весь пропах им.       И зачем я вообще это сказал? Чуя тут же повернул голову в мою сторону. Глаза удивлённо распахнулись.       — Ты видел меня.       В голосе моментально появилась насмешка. Конечно. Его это веселило. А меня — нет.       — Главы партнёрских организаций известны своей любовью к парням.       — Делаю, что хочу.       Сказал как отрезал. И, кажется, именно моя реакция сейчас доставляла ему настоящее удовольствие. Он смотрел на меня с такой мерзко-довольной ухмылкой, будто специально проверял, к чему это может привести.       — Дальше этого не зашло. Меня всего лишь гладили по талии.       Всего лишь. Я резко сжал пальцы на бутылке. Меня выворачивало от одной мысли, что кто-то вообще посмел его трогать. И хуже всего было то, что Чуя прекрасно это видел. Видел и продолжал улыбаться. Нет. Я не собираюсь спокойно это терпеть.       Я даже не успел нормально подумать, прежде чем схватил его за плечи и резко притянул к себе. Наверное, Чуя вполне мог бы сейчас врезать мне. Честно говоря, я бы это заслужил. Но мне было плевать. В голове была только одна мысль — он мой. И никакие чужие руки не имеют права к нему прикасаться. Поэтому я просто поцеловал его. Резко и почти зло. И от этого стало только хуже, потому что Чуя не оттолкнул меня. Наоборот.       Он шумно выдохнул мне прямо в губы, позволяя углубить поцелуй. Я сжимал его плечи всё сильнее, будто боялся, что он сейчас сбежит, кусал его губы и тут же целовал снова, не давая нормально вдохнуть. Чуя пытался что-то сказать, кажется, даже пробормотал тихое: «погоди», но я уже не мог остановиться. Меня окончательно накрыло ревностью и этим чёртовым желанием, от которого внутри всё сводило. Ты принадлежишь мне. Просто смирись с этим.       Только спустя несколько долгих секунд я всё-таки отстранился, тяжело дыша. Чуя смотрел на меня странно. Немного растерянно и при этом довольно, хотя его только что едва не задушили.       — Заткнись-ка, Чуя.       Я сам не до конца понимал, что именно хочу этим сказать. Наверное, чтобы он перестал так спокойно рассказывать о чужих прикосновениях. Чтобы не смотрел на меня с этой насмешкой, делая вид, будто ему всё равно. Но вместо этого Чуя вдруг рассмеялся. И всё. Вся моя злость моментально стала какой-то нелепой.       — Ну ты и придурок.       Он улыбался, прикрывая рот рукой, а его щёки слегка покраснели. Непонятно, то ли от смеха, то ли после поцелуя. В глазах снова плясали эти дурацкие огоньки. Потом Чуя вдруг протянул руку и кончиками пальцев коснулся моих губ. Медленно провёл ниже, цепляя пальцами подбородок и заставляя посмотреть на него.       — Ты меня любишь? — спросил он. Вот же гад.       — Ты меня бесишь, — ответил я.       Он и так прекрасно знает ответ. Я почувствовал, как уголки губ сами собой растянулись в улыбке. Чёрт, из-за него невозможно держать лицо слишком долго. И прежде чем он успел снова начать смеяться, я просто притянул его к себе, крепко обнимая. Чуя сразу довольно устроился рядом, утыкаясь носом куда-то мне в шею, будто там ему и место. Рыжий чёрт. Он специально выводит меня...       — Но любишь ведь?       Конечно люблю, идиот.       — Заткнись.       Наверное, стоило бы хоть раз сказать это нормально. Но сейчас Чуя слишком плохо себя вёл. Я имею право потомить его с этим и дальше. Потому осторожно уткнулся носом в его волосы, прикрывая глаза.

Я люблю тебя, Чуя. Безумно люблю.