Десять недель для...

Пятница

      Главный редактор, видимо, сошёл с ума, потому что требовал от своих сотрудников за ночь подготовить статью для следующего номера, который послезавтра уже должен быть напечатан. Крупный коррупционный скандал в сборной Британии по квиддичу — об этом стало известно из достоверных источников, и руководство поставило задачу — их газета должна быть первой, кто расскажет об этой истории.       — Уизли! Маркс! Криви! Эта статья за вами, и упаси вас Мэрлин не подготовить её к следующему выпуску, потому что в ином случае я вам абсолютно не завидую, — угрожающе прорычал Гайд Спок. Главного редактора боялись и уважали не только в их газете. Он начинал свою карьеру как обзорщик светских мероприятий, а как началась война — переквалифицировался в военного корреспондента.       И надо отдать должное, он был не только потрясающим репортёром, но и достаточно сильным волшебником — когда наступила пора взять в руки палочку и выйти на поле боя, он не раздумывая это сделал, а после был первым, кто досконально осветил все события.       И вот по прошествии пяти лет он сел в кресло главного редактора, несмотря на свой молодой возраст, но мало кто позволил себе оспорить его кандидатуру — многие помнили заслуги не только на поле битвы, но и на журналистском поприще.       — У вас время до завтрашнего вечера. Ночью газета пойдёт в печать, а утром разлетится по всей Британии.       Мысленно прикидывая, что работа займёт не один час, а проводить ночь в стенах родной редакции занятие не из приятных, Джинни подняла руку вверх, привлекая внимание начальника.       — Да? — от его рыка вздрогнули все присутствующие, в отличие от Джинни, которая обезоруживающе улыбнулась.       — Шеф, можно ли не ночевать в редакции? Поверьте, моя продуктивность не пострадает.       — Можно. Ещё вопросы?       Все дружно покачали головой.       — Тогда почему все ещё не на рабочих местах?       В кабинете раздались щелчки аппарации — никто не хотел испытать на себе гнев начальника. Потому Уизли быстро переместилась в свой кабинет и, собрав необходимые документы, направилась к выходу.       Встретив по пути коллег и обсудив план действий, она покинула редакцию. Поскольку предстояло немало работы — следовало сделать запас кофе.

***

      Уже несколько часов девушка разбирала документы, периодически прерываясь на чашечку кофе. В конце концов, хоть задача стояла трудная, но Джинни искренне любила свою работу и она стоила того, чтобы провести за ней парочку бессонных ночей.       Сделав себе порцию очередного бодрящего напитка она позволила себе сделать небольшой перерыв, растянувшись на диване и включив телевизор. В какой-то момент она начала проваливаться в полудрёму, как прозвучал звонок в дверь.       — Мэрлинова борода, ну и кого там принесло? — не торопясь она прошла в холл, пока неизвестный гость продолжал терроризировать дверной звонок.       Распахнув дверь, она с удивлением уставилась на Блейза.       — Забини, у тебя появилась плохая привычка приходить ко мне поздно вечером, — в голосе Джинни сквозило раздражение, хотя она не могла не признать, что рада видеть мулата.       Блейз, не обращая внимания на её скверное настроение, приблизился к девушке и резким жестом притянул к себе, с наслаждением вдыхая аромат её духов.       — Несносная гриффиндорка вновь без настроения? — он довольно ухмыльнулся, отмечая, что на короткий миг зрачки девушки расширились. Костяшками очертив острую скулу, он склонился к уху и прошептал, — я соскучился, не злись.       — Блейз, правда, ты не совсем вовремя, — Джинни обняла мулата за плечи и отстранила от себя. — Я тоже соскучилась, но у меня очень много работы, — на её лице расцвела вымученная улыбка. — Может, встретимся через пару дней?       — Хорошо, — оставив лёгкий поцелуй на губах девушки, он в ту же секунду аппарировал.       Захлопнув дверь, Уизли вернулась в комнату — бардак господствовал на всей её площади — тут и там лежали различные пергаменты с графиками, таблицами, различные копии писем — казалось, что они заполонили собой всё пространство.       — Так, ладно, ещё одна чашка кофе и работать.       Спустя час усталость наконец взяла своё, но единственным положительным моментом было то, что её часть работы выполнена. Осталось только совместить её с отрывками Маркса и Криви и можно передавать на печать.       Неожиданный щелчок аппарации на кухне заставил девушку вздрогнуть. Хоть война уже давно позади, но кто знает, сколько ещё по земле ходит ублюдков, желающих отомстить виновным в проигрыше Волан-де-Морта? Крепко сжимая волшебную палочку, Уизли, стараясь не шуметь и не выдать своё присутствие громким дыханием, прокралась к кухне.       Посреди помещения, тихо насвистывая мелодию, был Блейз, который разгружал огромную сумку. Мулат был полностью погружён в свои мысли, пока сильные руки метали на стол бесконечное количество тарелок и контейнеров.       — И какого драккла ты творишь? — словно фурия Джинни ворвалась на кухню.       — Мэрлин, — мужчина явно не ожидал, что его нахождение будет обнаружено. — Обязательно так кричать?       — Что ты вообще тут делаешь? Я же попросила дать мне возможность нормально поработать.       — Уизли, научись наконец принимать заботу, — голос Забини был необычайно холоден, — я скажу сейчас одну вещь, но это будет последний раз, поняла? — дождавшись кивка от девушки, мужчина продолжил. — Однажды я тебя уже потерял, и у меня нет никакого желания повторять этот опыт. Я буду о тебе заботиться в любом случае, даже если ты считаешь себя сильной и независимой, потому что ты моя, и так было всегда. А теперь, будь любезна, сядь за стол и поешь нормально, а потом я уйду.       Джинни была ошарашена не только его словами, но и поступком. Взгляд упал на центр стола, где стояла лазанья. В секунду рот наполнился слюной, а желудок угрожающе заурчал:       — Ты это сделал ради меня? — даже в самые счастливые дни брака, когда у них с Гарри царило взаимопонимание, он никогда не готовил для неё.       — Ну, если в этой квартире живёт ещё одна невыносимая гриффин… — в следующий миг девушка заткнула ему рот нежным поцелуем.       Осторожно очертив языком его верхнюю губу, смакуя любимый вкус, Джинни резко притянула его к себе. Будто очнувшись от ступора, Блейз запустил ладонь в рыжую шевелюру, не давая возможности отстраниться, и углубил поцелуй.       Адреналин словно шампанское разносился по венам, туманя рассудок. В какой-то момент накопившееся напряжение нашло выход, и обхватив девушку за ягодицы, Блейз усадил её стол.       Широкие ладони жадно сминали грудь, бёдра и талию. Казалось, что мужчина старается найти подтверждение тому, что всё происходящее — реальность.       Тихий стон сорвавшийся с губ девушки отрезвил мулата, и призвав на помощь всю имеющуюся волю — он отодвинулся от неё. Грудная клетка ходила ходуном, словно он не целовался с девушкой, а, как минимум, пробежал километровый марафон.       — Что случилось? — на лице Джинни отпечаталось удивление.       — Рано, Джин, слишком рано, — опухшие искусанные губы, в глазах похоть высшей пробы, проступающие соски сквозь тонкую ткань майки — Джинни была олицетворением желания, и будь он трижды проклят, но больше не упустит её.       Видимо, у Джинни был иной взгляд на ситуацию, потому как схватив Забини за руку, она с громким хлопком аппарировала в спальню.       — Джин…       — Замолчи, — толкнув парня на постель, она забралась к нему на колени. Тонкие пальчики довольно проворно справились с пуговицами на рубашке и в следующий миг Забини лежал с голым торсом, тяжело дыша.       Да, если быть откровенным, то ему нравилась решительность Джинни, она уже была не той напуганной школьницей, которая вздрагивала от первых смелых прикосновений. Сейчас перед ним была женщина, у которой в венах, как минимум, разносилось адское пламя.       — Я так по тебе скучала, — обнажив свою грудь, девушка прильнула к мужчине, покрывая шею дразнящими поцелуями. — К чёрту время, сейчас я хочу тебя.       После таких слов он не мог сдержаться — ладони мгновенно нашли её упругие ягодицы и грубо смяли, пуская по женскому телу дрожь. Пальцы с обманчивой лаской очертили округлости, бёдра — шлепок — и в комнате разразился стон с нотками чистой похоти.       Резко перевернувшись, подминая девушку под себя, он с благоговением рассматривал лицо своей женщины.       — Блейз, — сил терпеть больше не было, хотелось лишь одного — наконец почувствовать друг друга.       Мужские губы опустились на шею, оставляя дразнящие поцелуи. Языком очертив ключицы, он опустился к груди — лаская сосок, а затем резко его прикусив, Забини почувствовал, как женские ноготки с силой впились в его плечо.       Мужская ладонь опустилась на влажную поверхность, выбивая тихий всхлип из девушки, что вызвало только довольную усмешку у мулата. Пальцы нашли твёрдую бусинку клитора и принялись ритмично потирать её, заставляя Джинни подмахмвать бедрами в такт.       Почувствовав влагу, проступившую сквозь кружево, он понял, что сдерживать себя гораздо труднее, чем может показаться на первый взгляд. И сдвинув тонкую полоску белья вбок, проник пальцем внутрь, ощущая как влажные стенки промежности жадно его сдавливают.       Бёдра Джинни закружились в причудливом танце, пытаясь насадиться глубже. В какой-то момент она почувствовала давно забытое ощущение удовольствия, но за секунду до разрядки ощутила пустоту.       — Блейз, — Джинни угрожающе зарычала, — какого… — закончить мысль она не успела, как мужчина одним толчком мягко проник в неё.       — Сумасшедшая ведьма, — его голос понизился на несколько октав. — Ты. Только. Моя. — каждое слово сопровождалось жёстким толчком его бёдер. Будто желая втрахать эту истину в сущность Джинни. Чтобы она струилась по её венам.       Рука принялась жёстко теребить сосок — от былой нежности не осталось и следа. Боль, разочарование, тоска, злость, обида, голод — каждое из этих чувств находило выход, уступая место чему-то новому.       Наконец знакомое напряжение внизу живота начало скручиваться в тугой узел — мужская ладонь опустилась на тонкую женскую шею, вжимая её в постель и не давая возможности отвести взгляд:       — Смотри на меня.       Удовольствие, разносившееся по венам, в какой-то момент затуманило разум — и в следующий миг, Джинни резким движением прижала к себе мулата — громкий синхронный стон сквозь поцелуй разнёсся по квартире.       — Я люблю тебя, — Блейз провёл кончиком носа по шее, будто маньяк, вдыхая запах своей Амортенции.       Ответом ему послужили крепкие объятия — а это значило лишь одно — больше Джинни от него никуда не денется.