AU, в котором Чуя уходит из Портовой Мафии.
4 января 2021 г., 12:52
Как вы думаете, тяжело ли перевернуть свою жизнь с ног на голову в одно мгновение? Каково это – всю жизнь быть чьим-то подчиненным, а в один момент почувствовать свободу, почувствовать, что ты принадлежишь лишь себе? Каково это – понять, что все то, чем ты жил, чем дышал – просто чья-то игра или нехороший план? И хорошо, если вы знаете, что послужило причиной… а если нет? До одури гадкое чувство – жить в рабстве и не понимать, кто или что тебя в нем держит. Мерзко осознавать, что ты зависим и не понимать, от чего. Страшно смотреть на рассвет или закат с одной только мыслью «я должен…». А кому и что должен – неизвестно.
Чуя Накахара. Самый обычный, на первый взгляд, молодой, симпатичный парень. Человек, что некогда до безумия любил свободу. Любил приятные дуновения ветерка, что играл в волосах. Любил крик чаек, что летали где-то у берега. Любил запах моря и шум прибоя. С плохо скрываемой радостью встречал рассветы и закаты на старом пирсе. Все это он любил, когда был еще совсем юным. Когда был совсем ребенком. Сейчас же этот миролюбивый мальчик вырос в статного красавца-мужчину. Его знали многие, и многие боялись. Безжалостный мафиози, который пойдет на все, лишь бы угодить своему боссу, не важно, убийство то или дичайшие пытки.
Разумеется, все это – слухи. Чуя действительно стал более грубым и жестоким по отношению к людям. Хотя, те, кто смог познать порчу на свой шкуре – не люди, а обычные меркантильные сволочи, готовые глотку друг другу перегрызть за кусок мяса. Животные. Иначе Накахара их назвать не мог. Всегда смотрят на всех сверху вниз и строят из себя грозных волков, хотя на деле – уличные дворняжки, что бегут прочь, поджав хвост, когда видят зверя покрупнее. Чуя – гордый лев. Так же прекрасен и свиреп. Не важно, перед кем он стоит – перед начальством или дворовыми шавками – спина всегда прямая, а взгляд хищный, строгий. Смотрит в глаза оппонента, не отводя взгляда, чем дает понять все – он хищник, а не добыча, которой можно поживиться в любое удобное время.
Однако, что произошло? Что сделало наивного лисенка покрытым шрамами львом? Дазай Осаму. Он тот охотник, что посмел выловить лисенка из леса и бросить в клетку с красивым названием «Портовая Мафия». Именно этот человек украл у жизнелюбивого мальчишки свободу, сделав его цирковым зверем. Втерся в доверие, поощряя пряником, когда называл себя его «другом», а через пару лет, когда наивный лис уже бегал за палкой и радостно вилял хвостом, нанес ему решающий удар жестким кнутом, уходя из созданной самим собой для лисенка клетки. Вот он – первый шрам. Вот оно – понимание, что даже самым приветливым людям верить нельзя. Вот она – первая и самая настоящая боль, которую ни в чем неповинный лисенок утаил от всех, скрывая ее за рыжим хвостом.
Прошло, кажется, семь лет с того дня, когда Осаму пропал. Он постоянно мелькал перед глазами, но так и оставался для рыжего мафиози просто духом. Чуя сам дал себе право похоронить его заживо, и если не в реальном мире, то в своем маленьком мирке уж точно. В нем, своем мире, Чуя и обитал. Только там он мог почувствовать себя тем же беззаботным лисенком, что бегал по лесу и полям, а когда уставал, останавливался у ближайшей речки, неспешно делая глотки родниковой воды, наблюдал за тем, как день сменяет ночь, как бабочки порхают на ветру, как волна бьется о прибрежные скалы и как птицы прыгают с ветки на ветку. Чуя был по-настоящему счастлив только тогда, когда был по-настоящему свободен. Дикому в душе зверю не стать ручным щенком, сколько бы не бились дрессировщики. Его дом – весь мир, а не эта унылая клетка.
Неудивительно, что его хватило ненадолго. Накахара решился все это закончить. Вырвать страницу тирании и жестокости из книги своей жизни и начать все заново. Вот он, момент, которого он жаждал все эти годы. Новый год – прекрасное время, чтобы начать что-то новое и завершить что-то старое. Сегодня на столе босса появится еще одна бумажка, оповещающая, что он, Чуя Накахара, уходит из мафии. Покидает свою клетку и бежит на волю.
Для тех, чьи друзья, родственники и коллеги полегли от порчи Накахары, была уготовлена отдельная участь – страдания. Боль от осознания, что ничего изменить уже не получится. Те шавки, коих он убил, заслужили этого, заслужили своей участи. А те, кто их оплакивает, пусть знают, что связали тонкие нити судеб не с теми людьми, как однажды, когда-то давно, поступил и Чуя, доверившись Осаму. Только вот… Накахара успел вовремя остановиться и понять, что живет не так, как хочет, что пляшет под чью-то дудку. Он смог увидеть тот маленький огонек, что все эти годы кричал, чтобы тот повернул обратно, и Чуя смог изменить свою жизнь в лучшую сторону, и будет дальше ее менять. А эти дворняги не смогли остановиться даже тогда, когда им в лицо был сказано, что они давно свернули с пути. Таких людей не спасти. Они погрязли в собственном ничтожестве.
Уже завтра от прошлого льва не останется и следа. Он будет часто являться Чуе во снах, однако, последний точно знает, что больше не позволит явиться ему, не позволит снова поддаться дрессировщикам за кусок мяса. Зато беззаботный лисенок наконец-то ожил в этом рыжем красавце. Накахара будет верить этому лису и идти за ним в даль, а после, как раньше, в отрочестве, остановится у реки и будет неспешно пить родниковую воду, любуясь прекрасным закатом.