Mon professeur

      Когда Тэхен просыпается в тёплых объятиях, он улыбается, приподнимает голову и удивляется тому, что Чонгук не спит.  — Доброе утро, хён~и, — он тычется губами в губы напротив и тут же прячет лицо в груди старшего, — Хён, что мы скажем в школе? А родителям? А?.. — Чонгук заставляет замолчать, чмокая мягкие губки.  — Маленький, даже не переживай об этом, я все улажу. В школе продолжим вести себя, как обычно, тебе остался год, а потом можем не скрывать наши отношения. А родители, я думаю, они уже давно догадались, что между нами больше, чем дружба… — Чонгук цепляет пальцами подбородок, заставляя посмотреть в глаза. — Я всегда буду рядом, малыш, буду защищать тебя от всего. Главное, чтобы мой маленький мальчик улыбался также ярко, — Тэхен краснеет, бегая взглядом по комнате, и улыбается смущённо.       Чонгук ещё раз чмокает розовые губки и Тэхен млеет от поцелуев, тянется к губам напротив вновь и чувствует поцелуй на губах. А Чонгук первый стон получает, когда языком проводит по небу.  — Ещё полежим или пойдём завтракать? — спрашивает Чонгук, а разомлевший от поцелуев Тэхен лишь трется щекой о крепкую грудь.  — Хочу лежать так весь день, — шепчет он, а потом резко поднимает голову, — Мне, наверное стоит слезть, я тяжелый же…  — Малыш, ты пролежал на мне весь прошлый вечер и ночь, и я разве сказал хоть что-то? — Тэхен краснеет, а Чон целует в макушку, — Мне очень нравится, когда ты лежишь на мне, такой маленький и тёплый, — у Тэхена мурашки от этого шепота. Он опускает голову и прячет красные щеки в белой футболке своего парня.       Они встают с кровати только ближе к обеду, Тэхен крадет чёрную толстовку у старшего, потому что без его объятий холодно. Они готовят вместе. Ну, Чонгук жарит яичницу, а Тэхен прижимается к нему сзади, крепко обвив талию руками.  — В следующий раз я готовлю завтрак, — Тэхен, как воробушек сейчас: сонный, маленький, растрёпанный воробушек.  — Ловлю на слове, малыш, — нежно отцепив младшего от себя, Чон раскладывает еду. —Хён…  — Что, Тэхен~и? — Чонгук откладывает палочки и смотрит на взволнованного мальчишку.  — Я боюсь идти домой… — он смотрит так жалобно, отчего Чонгуку ещё больше хочется его оберегать—, Если мама ещё сможет понять, то отец.....  — Хочешь я поговорю с твоими родителями? — мальчишка кивает и бросается в объятия, забираясь на коленки. Он всегда так делал, ему так тепло и комфортно у хёна на коленях… ***       Их родители смотрят на них, не выражая каких-либо эмоций. Тэхен стоит за спиной Чонгука, крепко держа его за руку, и трясётся. Он готов расплакаться прямо сейчас, смотря на близких людей. Последнее, что он хочет, так это чтобы все поссорились из-за него.  — Чонгук… Ты совратил моего ребёнка? — Тэхен вздрагивает и смотрит на мать.  — Нет! Это не Чонгук! Он не виноват! Только я виноват! Это я признался ему! Это все я! — Тэхен всхлипывает, вновь не выдерживая давления. Но он виноват, виноват в том, что на Чонгука говорят, что из-за него сейчас все поссорятся и перестанут общаться…  — Тэхен~и, маленький, посмотри на меня, — мальчишка поднимает глаза на старшего, всхлипывает и прижимается, — Мальчик мой, ты ни в чем не виноват. Ты не должен извиняться за свои чувства, понял?       Мальчишка кивает, пряча лицо где-то в груди старшего. А родители все же умиляются с этой картины.  — Чонгук, отойдём поговорить! — Тэхен вздрагивает, но отец говорит без капельки грубости или чего-то ещё. Поэтому Чонгук, целуя напоследок в макушку, отдаёт ребёнка в руки женщинам, а сам уходит за отцом Кима.       Тот спокойно садиться за своё кресло в кабинете и рассматривает уравновешенного Чонгука.  — Я знаю, у вас много вопросов ко мне и я готов ответить на каждый. Но сначала я хочу сказать, что мои намерения искренни и чисты. Я никогда не причиню боль Тэхену, ничего не сделаю, если он будет не готов к этому. Я правда люблю его.  — Я знаю, Чонгук, я прекрасно вижу, как ты смотришь на него, а он на тебя. И я доверяю тебе его, потому что ты мне как сын. Не хочу разрушать вашу жизнь. Просто пусть он будет счастлив…       Когда они оба спускаются вниз, смеясь, Тэхен, что все это время сидел, грызя внутреннюю сторону щёк, сорвался с места и чуть не снес с ног Чонгука. Он опять всхлипывает.  — Я так много плачу… — говорит с такой ненавистью.  — Это нормально, выражать свои эмоции. Ты можешь смеяться, плакать, кричать, ты можешь выражать свои эмоции. В этом нет ничего плохого.— Тэхен угукает и прижимается сильнее к старшему. Как же он всё-таки любит его…