Being together

Легенда о родственных душах всегда казалась ужасной: когда родился ваш будущий партнер, его цветок нарисовали на вашем сердце, а со временем ваше тело было покрыто цветами в тех местах, где у него были шрамы. «Это прекрасный способ узнать себя, тебе не кажется?» Однажды я слышал, как Кое сказала это. Чуя не увидел в этом красоты, тем более когда он посмотрел в зеркало и увидел два белых жасмина на своей стороне, прямо на его ребрах. Он вспомнил тот день, когда они появились, и боль, которую они причинили ему, была такой сильной и внезапной, что он не мог удержаться от крика и падал на землю под изумленными взглядами Дазая и Мори. Он думал, что умрет, но как только это произошло, боль ушла, оставив фантомное ощущение, которое все еще заставляло его задыхаться. Когда он расстегнул рубашку, он увидел их: два цветка с нежными лепестками на его немного красной и опухшей коже. Именно тогда он узнал, что у него был избранный партнер, и со временем он не стал упрощать ситуацию. Маленькие силуэты жасмина слишком часто появлялись на его коже, по его мнению, беспомощно беспокоясь за другого человека, с которым было связано его существование, и гадая, как он мог найти ее, чтобы, по крайней мере, не дать ему навредить себе, Однако со временем он смирился. У него может быть избранный партнер, но это не значит, что они встретятся. По крайней мере, он так думал. Однажды ночью, когда он гулял по темным улицам Йокогамы, он почувствовал странный холод, это было похоже на электрический ток, который тянул его к одному из переулков возле порта, недалеко от территории мафии. У него могло быть несколько минут покоя, чтобы задаться вопросом о природе этого, прежде чем острая боль в животе заставила его задыхаться, поскольку несколько взрывов были услышаны с того же направления, в котором эта сила тянула его. И снова этот человек был безответственным сукиным сыном. — Черт. — ахнул он, собираясь и направляясь в ту сторону. Ему пришлось признать, что ему никогда не удавалось выразить лицо жасмину, украшавшему его кожу, поэтому он не знал, чего ждать, но агентский тигр явно не был в курсе. Ацуши был ранен, две пули на его животе залили его рубашку кровью, но теперь с его активированной способностью он столкнулся с пятью мужчинами, которые наставляли на него пулеметы. Ранпо послал его расследовать исчезновение тайного агента той ночью, и, хотя он предупредил его быть осторожным, он не мог не вмешаться, когда увидел, как эти пятеро мужчин вымогают налоги у пожилой пары. Ацуши приготовился сбить его без сознания, но черный болид пролетел мимо него, отбросив его к стене переулка. Прежде чем он успел среагировать, он заметил, что руководитель мафии схватил за шею того, кто указал на него несколько мгновений назад, и осторожно посмотрел на остальных. — Я скажу только один раз. — предупредил он, еще сильнее подтягивая шею испытуемого. — Вы слишком близки к территории мафии, чтобы вызывать подозрения, но сегодня я чувствую себя щедрым и отпущу их. Если я сам увижу их снова, я оторву им головы, ясно? — после утвердительного ответа Чуя отпустил того, что на правой руке, и увидел, как они убегают от них. — Как вы думаете, куда вы собираетесь? — спросила она, поворачиваясь к нему. Ацуши нервно оглянулся на него, надеясь, что эта встреча не доставит агентству никаких неприятностей. — Чуя-сан, я просто… Но Ацуши прервался, когда увидел, как руководитель расстегнул низ его рубашки, заставив его покраснеть. — Это ваш? — спросил он, обнажив жасмин на ребре, даже показывая отметины, которые исчезали из-за способности тигра. Ацуши удивленно открыл глаза, также приподняв рубашку, чтобы показать следы, оставленные на нем кочергой. Чуя не знал, как к этому относиться. — Хех… итак, в конце концов, я нашел тебя. — пробормотал он.

***

«Мы можем встретиться в четверг?» Чуя улыбнулся, когда увидел сообщение на подносе своего сотового телефона, после почти 11 месяцев свиданий Ацуши становился все более и более открытым, становясь тем, кто начал разговоры во время свиданий или даже тем, кто пришел, чтобы его пригласить, а это могло бы сделать руководителя более счастливым. Они решили встретиться той ночью в деловом районе, недалеко от кафетерия, который теперь стал их любимым местом, где можно часами болтать в компании надоедливых котят. Это была особенно холодная ночь, что могло быть вполне нормальным, учитывая, что это была зима, но это привлекло внимание рыжего; Он давно не видел снег, было бы что-то захватывающее, если бы его первое Рождество с Ацуши было украшено маленькими снежинками.

***

— Извините, вы долго ждали? Пожилой мужчина повернулся, чтобы встретить своего напарника, который тяжело дышал от того, что ему пришлось бежать, чтобы добраться вовремя. Рыжий улыбнулся ему и похлопал его по лбу костяшками пальцев. — Еще немного, и я бы пошел искать тебя, опасаясь, что тебя похитили. — пошутил он. — Сожалею! Ёсано-сан и Дазай-сан напились и решили со всеми сыграть правду или действие. Взгляд Чуи потемнел, он щелкнул языком от раздражения, услышав имя своего партнера. — Ладно, пошли. — сказал он, взяв тигра за руку, чтобы протащить его сквозь толпу. — Куда мы идем? Рыжий не ответил, из-за чего Ацуши посмотрел на их сцепленные руки и впервые что-то заметил. Чуя остановился, когда почувствовал, что его парень перестал идти, когда он повернулся, чтобы извиниться за свою грубость, он обнаружил, что тот смотрит на свои руки яркими глазами. — Что-то не так? — Ты не в перчатках! — удивился он, впервые почувствовав шкуру гангстера. — А, это… это потому, что я был на мафиозной вечеринке до того, как пришел, и они действительно не подходили моему костюму, так что…  — ответил он, пожимая плечами, преуменьшая это, сильнее сжимая руку. — Еще некоторое время назад Рождество не имело значения, кроме момента умиротворения, вдали от ударов директора приюта и получения холодной еды, чтобы набить желудок. — сказал Ацуши, все еще глядя на их сцепленные руки. — Но теперь у меня есть дом, семья… и ты. — добавил он с красными щеками. Чуя улыбнулся этой атаке искренности и, заразившись счастьем своего партнера, привлек его глубоким и несколько грубым поцелуем, но младший ответил без колебаний. Они забыли, что находятся в центре торгового района, они забыли, что на них могут смотреть десятки людей, и, конечно же, большинство не увидят их в хорошем свете. Все, что происходило на заднем плане, были только они и как им повезло, что они друг с другом. Затем что-то холодное и влажное коснулось щеки старика. Они расстались и посмотрели вверх, обнаружив глубокое облачное небо и яркие белые хлопья, танцующие в воздухе. Улыбка украсила лицо Накаджимы, и Чуя не мог не ответить на этот жест, хотя она больше не привлекала внимания своего парня.

***

В тот день он решил признаться своим товарищам, кто был его будущим партнером и с кем он тайно встречался почти год, однако из всех реакций, которые он ожидал увидеть, это была совершенно неожиданной. — Они все должны мне 500 иен! — воскликнул Ёсано, хватая самого близкого человека, чтобы потребовать свои деньги. — А, теперь мне очень жаль, что я не поспорил — завыл Дазай, вместо этого ускользая. — Я куплю тебе что-нибудь позже. — утешил его доктор. — Дело сделано! Агентский тигр в замешательстве моргнул, он признался, много поработав, своих отношений с Чуей, по крайней мере ожидал крик упрека за то, что он гангстер, не говоря уже о руководителе, но это… — А? — сказал он, глядя на всех в агентстве, которые смотрели, за исключением нескольких, больше не смотрели на проигрыш пари, чем на сами новости. — Что происходит? — Ну, детективном агентстве сложно хранить секреты — сказала Наоми с веселой улыбкой. — Мы уже знали, что ты с кем-то встречаешься! — Мы делали ставки кем будет твой партнер. — сказала Кёка, не сводя глаз с листов, по которым она должна была составить отчет. — Я должна признать, что изучение частной жизни наших участников — хорошее упражнение для оттачивания наших навыков. — сказал Ёсано с мрачной улыбкой, не чувствуя себя вполне искренним в комментарии. — И это довольно забавно. — добавил каштан. — Ну что ж, цирк закончился! — воскликнул Куникида, вставая с места. — Всем за работу! — Вааааа! Как страшно, Куникида-кун! — Заткнись, у тебя много просроченных отчетов, кусок…! Так же, как все изменилось, от спокойствия до праздника, с удивительной скоростью, они сделали это снова, чтобы вернуться к повседневной жизни, увидеть споры между блондинкой и коричневым как повседневную ситуацию, заставив альбиноса смеяться. нервничает. Казалось, он волновался больше, чем следовало. — Я думал, они меня отругают. —  признался он Кеке. Она улыбнулась ему. — Ну, нам не совсем комфортно, но… — начал Танидзаки, но не смог закончить идею из-за сестры, которая крепко его обняла. — Мой брат имеет в виду, что, хотя твои вкусы сомнительны, мы очень рады за вас. Мы еще не видели тебя такой улыбающейся! — Даже так, кто-то из мафии… — сказал Ёсано в воздух. — Это не кто-то из мафии, это Mister Fancy Hat! — насмешливо воскликнул Ранпо. — И маловероятно, что вы выиграете 2000 иен. — 2500. — поправила она — Но, если это было маловероятно, как Йосано-сан могла это сделать? — спросил Ацуши. — Я не выводила, только ставила от имени Дазая. В этот момент золотисто-лиловые глаза обратились к своему начальнику, который сохранял расслабленную позу, скрестив руки за головой. — Это была просто догадка. — сказал он таким небрежным тоном, что преуменьшил значение этого факта. — Ну, когда вы это сказали, вы были довольно убеждены. Куникида зарычал. — В самом деле? — Сказав это как издевательство, Дазай потянулся и решил опереться локтями о стол, взявшись за подбородок руками, чтобы более внимательно посмотреть на Ацуши. — На самом деле я немного схитрил, так как знал больше деталей, чем другие. — Какие подробности? Вы никогда о них не упоминали. Брюнетка улыбнулась. — Ацуши-кун, а у тебя случайно нет отмеченного цветка… — начал он вопрос, указывая на левую сторону. — … Вот? — В качестве рефлекторного действия мальчик приложил руку туда, где спряталась оранжевая акация. Для Осаму этого было достаточно. — Мне было любопытно спросить, в конце концов, мы с Мори-сан присутствовали, когда на его стороне появились покерные отметки Чуи. — Какая? — задыхаясь, спросил Накадзима. — Этот знак — сказал он, указывая на то место, где была акация. — Это было предательство, которое овца сделала Чуе. Он не любит говорить об этом, поэтому я думаю, было бы весело, если бы вы подняли этот вопрос в следующий раз, когда увидите это. — Овца? — спросил Ацуши. — О, да. Когда-то он был известен как король овец. Разве это не весело? — Но… — Это еще не все! — добавил он. — В течение многих лет они считали, что я был избранным партнером этого гнома с плохим характером, потому что цветы слишком часто появлялись на его коже, но он даже признался мне, что были такие, которые не оставались на его коже надолго. Когда я встретил Ацуши-куна, я подумал, что скорость, с которой он исцеляет, была довольно странной, но, соединив точки, я пришел к выводу, что это может быть его цветок жасмина. — сказал он с улыбкой, прежде чем добавить веселья. — Хотя еще я узнал цветок Чуи, когда мы вместе ходили на горячие источники. — Это обман! — воскликнул Куникида. — Это то, что я сказал. — усмехнулся Дазай. После этого объяснения у всех осталось удовлетворенное любопытство, и они вернулись к своей обычной деятельности. Все, кроме Ацуши, который все еще не понимал, что Дазай имел в виду под «овцой».

***

Тот факт, что все его товарищи знали, что он встречается с сильнейшим бойцом мафии, вскоре превратился в облегчение, потому что теперь им больше не приходилось сбегать или отказываться проводить несколько дней за городом. Последнее было чем-то, что они делали как раз в тот момент. Это были солнечные лучи, которые разбудили Ацуши, так как долгий сон в его маленьком шкафу сделал его более чувствительным к свету. Когда он открыл глаза, он столкнулся с такой красивой картиной, что у него перехватило дыхание: Чуя ​​все еще крепко спал и храпел так тихо, что это было едва заметно. Его левая рука была вытянута, чтобы служить подушкой для молодого детектива, а правая лежала на его обнаженной груди. Оранжевые нити разлетелись по матрасу-футону, соблазняя Накаджиму погладить их. Он был настолько красив, что это казалось слишком большим для кого-то вроде него. Ацуши покачал головой, решив отогнать эти мысли, оставив только воспоминания о прошлой ночи и то, как он любил, со всеми ласками и вниманием, которые он получил от старшего. Что-то пристыженное зарылась ему лицом между плечом и шеей напарника. — Что просходит? — хрипло спросил Чуя, лениво обнимая своего партнера. — Тебе не стало холодно? — Я просто хотел обнять. — ответил. Это было то, что гангстеру очень нравилось в его парне: насколько он мог быть любящим. Он предположил, что это можно было почувствовать, просто взглянув на это, но испытать это было радостью. Чуя улыбнулся, крепче прижал к себе младшего, воспользовавшись его близостью, ласкал мягкие белые волосы Накаджимы носом, пропитанным ароматом жасмина. Они не были уверены, кто разорвал объятие, чтобы видеть друг друга в глаза, но не имело значения, когда их губы встретились в поцелуе, который сначала был нежным и медленным, но с течением секунд становился все глубже и глубже. Ацуши должен был признать, что первые поцелуи, которыми они поделились, ошеломили его из-за умелых движений, но как только он привык к этому, они стали его любимым видом спорта. Затем Чуя парил над младшим, пытаясь развить ситуацию, но рычание из живота детектива остановило его. — Как ты думаешь, может мы оставим это на потом и пойдем завтракать? —  предложил Чуя. — Было бы хорошо. — ответил противоположный, закрыв лицо руками. Они решили поехать в Хаконэ, место в двух часах езды от Токио, известное, среди прочего, своими отелями с частными горячими источниками, которые такой руководитель, как Чуя Накахара, мог себе без проблем позволить, однако в тот день они решили пойти в музей под открытым небом. Вдали от города, место, которое привлекало гораздо больше внимания пожилых людей, чем детектива, который только внимательно следил за своим парнем и фотографировал работы на камеру, которую они купили именно для поездки. Они гуляли чуть больше часа, когда Ацуши вздохнул, слушая, как рыжий говорит о «La Pleureuse», затем ему в голову пришла идея. Он отступил на несколько шагов, отрегулировал объектив камеры и незаметно сфотографировал Чую. Когда он просмотрел снимок, он обнаружил, что это настолько профессионально, что искренне захотел сфотографировать его. — Чем ты занимаешься? — спросил мафиози, поймав улыбку своего парня в камеру. — Надеюсь, ты мечтаешь о скульптуре, а не о ком-то другом. Накаджима засмеялся, повернув камеру, чтобы показать ему то, что он снял. — Вовсе нет, я просто доказывал, какая ты потрясающая модель. Мужчина отвел взгляд, приподняв бровь, прежде чем весело улыбнуться. — Почему ты мне не сказал, что я интересую тебя как модель? Я могу подарить тебе эксклюзивную фотосессию для твоего удовольствия. Услышав этот юмористический намек, несовершеннолетний яростно покраснел, не решаясь принять или отклонить предложение. — Я… я могу… прямо сейчас…? Чуя улыбнулся и связал одну из своих рук с Ацуши, проводя его по музею в поисках немного более уединенного места, найдя его на бетонной стене, которая, казалось, была частью работ. Оказавшись там, старший использовал свою способность прислоняться к стене, не наступая на нее, глядя на альбиноса с кокетливой улыбкой. — И, хорошо? Похоже, хороший ракурс? Накаджима немного вздохнул, чтобы сосредоточиться и избежать рукопожатия. Он чувствовал себя очень смущенным и взволнованным, когда его партнер позировал ему. — Тебе известно что обычно во время фотосессии фотографы обычно ведут непринужденную беседу. — Ты уже был в одной? — спросил немного обескураженный детектив. — Что-то такое. — ответил. — Несколько лет назад Элиза захотела сфотографировать всех важных членов мафии, поэтому босс послал известного фотографа, чтобы мы с Дазаем позировали ему. Еще один щелчок камеры, и Ацуши получил Чую, с руками в карманах и устремленным на него взглядом в объектив. При упоминании своего начальника несовершеннолетний вспомнил некую тему, которая его интересовала, но его нерешительность стала настолько заметной, что Накахара побудил его задать вопрос. — Это правда, что Дазай-сан и вы считались обреченной парой? Веселая улыбка руководителя была настолько ошеломляющей, что Ацуши не мог устоять перед очередной фотографией. — Почему вопрос? Завидуешь? — Просто любопытно. Чуя помолчал несколько мгновений, постепенно теряя улыбку, детектив понял, что фотосессия окончена. Он не знал, какой реакции ожидать от оппонента при упоминании Дазая как его возможного партнера, но горе не было одним из возможных вариантов. Затем он вернулся на землю и оперся спиной на бетон, скрестив руки и избегая взгляда несовершеннолетнего. — Да, раньше так думали, так думали только Коё-ни-сан и босс, но так было до тех пор, пока Дазай не нашел свою судьбу. Эта новость заставила альбиноса от удивления опустить камеру. — У Дазай-сана есть…? — У него была. — перебил он. — Как несложно догадаться, дело не закончилось. — Почему? — спросил не выдержав. Снова наступила тишина, на этот раз короче предыдущей. — Подробностей не знаю, меня тогда по приказу начальника выехали из страны. — Когда он закончил это говорить, рыжая испустила пародийный смех. — Это был довольно хитрый ход со стороны босса, если бы я остался, была большая вероятность, что я бы помог Дазаю с этим посланником, и план босса оказался бы под угрозой. Молодой сыщик внимательно относился к словам своего напарника, не упуская ни одной детали, однако было что-то, что не позволяло ему полностью понять, что Чуя пытался ему сказать. Увидев, что агентский тигр слегка нахмурился, мужчина вздохнул. — Единственное, что ты должен здесь понять, это то, что в мафии мы не более чем фигуры на шахматной доске. — он продолжил. — Некоторые из нас будут более ценными, чем другие, но мы служим только организацией и для нее, и если по пути нам придется пожертвовать своей жизнью… Накахара не смог закончить, так как был заключен в крепкие объятия. — Не делай этого. — почти умолял Ацуши. — Я поклялся боссу, Китти. — сказал он в ответ на объятие. — Моя жизнь и моя кровь для организации. — Тогда присягни мне — твердо пробормотал Накаджима, удивив своего партнера— Поклянись мне, что ты не умрешь, поклянись мне, что, несмотря ни на что, ты вернешься на мою сторону. — Ты просишь мою жизнь за тебя? — Противник кивнул, что заставило мафиози улыбнуться. — Какой эгоистичный котенок! Но я приму при одном условии. Затем они разошлись, ему пришлось закрыть глаза, чтобы отразить желание плакать, но когда он снова открыл их, он обнаружил, что Чуя держит перед собой маленькую черную бархатную коробочку, внутри было кольцо из белого золота с цитрином. центр. Не веря этому, он посмотрел на свою партнершу яркими глазами. — Мое условие — ты обещаешь мне и свою жизнь. — сказал он тихим голосом, что-то необычное для него. — Не могли бы вы дать мне честь называть вас Накахара Ацуши? Ответом было крепкое объятие и шаткий соленый поцелуй.