Находка

Обалдеть… Что я только что видела? Как это возможно? Что происходит?! Так. Спокойствие, только спокойствие! Вдох-выдох… Я не могу вдохнуть! Давай же. Как же это больно! Фух. Получилось. Ау! Кто это сделал?! Я уже дышу, придурки! Нечего меня шлёпать! Но вместо нормальной речи раздался детский крик. Мой крик. Ух, как я их приложила! Видимо, орать следует осторожнее, ибо они как-то слишком ненатурально полегли… Эй? Вы же не умерли, правда? Какого лешего тут твориться? Нет, принять, что я, каким-то немыслимым образом, прошла Чертог, Грань, Чистилище, Ветку Реальности или, на крайний случай, вышла из матрицы, я могу. Что переродилась, тоже труда понять не составит. Но почему вокруг лаборатория, а не больница – вопрос. Почему «врачи» легли отдохнуть на пол – тоже непонятно. А главное: где моя мать?! Вертеть головой не могу, голос, видимо, убойный наповал, тело слабое, в глазах всё плывёт! Как быть? Дверь открылась и в комнату зашел кто-то тёмный. Одежда явно чёрных оттенков. Или серых, не пойму пока что. Свет приглушен, тени пляшут по стенам. Будь я той девушкой, умершей в собственном подъезде от резкой нехватки воздуха, я бы сейчас испугалась. Но что-то со мной не так. Меня не пугает этот неизвестный некто. Он для меня никто. Я его не знаю и пугаться нечего. Хотя обычно страшно от незнания. Нелогично, противоречиво. Странно. О, на моей голове есть рожки. Интересно, это я всё-таки в ад попала и родилась или в этом мире свободно разгуливают инферно? Или я зверочеловек? Оборотень? Ну, козочка или… А кто с рогами? Я вообще ещё девочка? Если нет, то можно подумать про оленей. Тьфу ты! Какие олени?! Неизвестный взял меня на руки, подбросил невысоко в воздух и поймал. Я молчала, ибо недоверие-с, мистер Никто. Я чувствую направленный на меня взгляд, но понять какого цвета у него глаза не могу. Всё размыто, темно. Мы куда-то идём. Он принёс меня в другую комнату. Здесь другие дети. И их много. Очень много. Персонала нет, но малышня не шумит. Почему? Меня положили в колыбельку. Самую простую, без побрякушек, чуть заправленную. Теперь, приглядевшись, я увидела, что все дети спят. Ладно… Допустим, но всё же они как-то странно лежат… Некто кого-то громко позвал. Но никто не проснулся. Они же живые, верно? Ожидать от этой жизни можно всего: от ходячих мертвецов до диснеевских феечек. Прошло всего пару минут и в комнату заглянуло что-то напоминающее огромную переливающуюся водяную бомбочку. Округлое, тихое, не пахнет. Неожиданно «бомбочка» заговорила, а подойдя ко мне поближе, я ощутила исходящее от субстанции тепло. Язык мне был неизвестен, но чем-то похож на один из языков Азии. Совсем в этом не разбираюсь… Что же делать? Я не понимаю, о чем они говорят, мамы не видно, врачи в отключке, а неизвестный с сообщником напоили грудничков снотворным! А если нет, то почему они такие? Спят и ничего не слышат! Не реагируют на зычные голоса мужчин. Это точно мужчины. Меня почему-то тоже начало потихоньку клонить в сон. Но я же не пила и ничего не ела? И мне ничего не вкалывали… Мда, взбодрись! Не спать. Я должна понять, что тут происходит! Некто удивлённо на меня поглядел, я услышала усмешку. Ты над чем смеёшься, усыпитель малявок?! Теперь-то я поняла, что это у тебя какая-то способность! Точно-точно! Чую на себе что-то чужое. Не на теле, где-то рядом. Как скинуть? Рукой смахнуть не получилось, но и подозрений я не вызвала. Это хорошо. Но меня всё ещё клонит в сон! Бомбочка что-то нетерпеливо проворчал рядом и Некто согласился. Дальше меня ждали пару минут неприятностей. Меня погрузили внутрь бомбочки, его… его часть жидкостей попала внутрь меня. Отвратительно! Затем меня достали, протерли полотенцем и отправили в кроватку обратно. Я чувствовала себя сытой, как бы странно это ни было. Сон меня всё же сморил. Меня разбудили. И снова накормили отвратительным способом. Чувствую себя птенцом, которому в рот кладут уже съеденное. Ужасно. Как меня ещё не вырвало? Вновь сон. Других детей кормили, пока они спали. Будили их всего часа на два, пытаясь вывести на эмоции. Гнев, радость, удивление, огорчение. Некоторые отвечали действием своих способностей. Таких уносили в другое место. Что они с ними делают? Опять спать?! Как же вы меня достали! Спать… Так продолжалось довольно долго. Кажется несколько месяцев. Мне не позволяли говорить с другими детьми. Они тоже всё время спят! Но моё зрение стало постепенно улучшаться. Некто всё больше начинает меня настораживать, он странный. Его подчинённые, снующие тут и там между кроватками, больше походят на людей, чем он сам, даже не взирая на их внешний вид и способности. У всех разные, но полезные. Некто пока что только усыпляет детей и пристально за нами наблюдает. Пару раз я застала его за этим действием, пока просыпалась сама. И он странно на меня посматривает, слишком заинтересованно и… покровительственно. Иногда как на вещь, иногда как на забаву. Что ж делать-то?! Опять спать. Здравствуй, утро, здравствуй, жизнь! Сегодня примечательный день. Ещё вчера я заметила, как по рядам колыбелек ходит новый чудак. Он подолгу стоял около кроваток, что-то бубнил себе под нос и записывал в крупную потёртую тетрадь. Сегодня этот фрик добрался и до меня. Каково же было удивление, когда я поняла, что мне привили местный язык! Но он сделал свои колдунства быстро, чего же по полчаса трясётся над детишками? За эти несколько десятков минут я испытала культурный шок, праведный гнев и заразительную смешинку трижды. Трижды каждого аспекта с переходными. Этот невоспитанный индивид пытался мной управлять! Просил то кивнуть, то что-то агукнуть и ещё уйму странных просьб. В итоге, дабы скрыть полное понимание, я повторила примерно то же, что и остальные малыши. Но «переводчик» отчего-то был слишком счастливым и полным энтузиазма срочно что-то писать, как я поняла в отчёт боссу. Босс это, наверное, мистер Никто. Теперь я таки послушаю, о чём болтают наивные «шестёрки босса»! Когда в своём мысленном подсчёте я дошла до шести месяцев своей жизни «лабораторной мышкой в стазисе», Некто решил начать проверку. Ещё на второй месяц жизни я смогла преодолеть сонливость, превратив её в осознанную дремоту. Сопротивляться сну сил не было, но слышать, чувствовать запахи и тепло мне это не мешало. Главным было то, что в этот же день я услышала неподалёку расправу над каким-то «хитрым лисом», который умел читать причуды. Причуды! Вдуматься только… Неужели тот самый мир? Кто же ты такой, Некто? Спустя несколько дней я осталась в комнате почти одна. Последние… У меня появились нехорошие подозрения, куда они унесли остальных детей. Но это же не может быть правдой? Умереть, задыхаясь. Родиться, вдохнув. И снова умереть на лабораторном столе? Не дождётесь! Не зря, ох, не зря я сделала сны осознанными! Когда знала, что в комнате никого и на мне висит только «снотворное», без всяких следящих примочек, я делала этот сон до жутиков реальным, чтобы моё тело наяву свободно двигало ручками-ножками и было готово, в случае чего-то опасного, убегать или ползти. Мне пока что удавалось ходить только оперевшись на кроватку. Не бежать. Значительное упущение, но и это уже радует. Не будь я такой настороженной, не смогла бы преодолеть и метра, а это – верная гибель в будущем. Движение – жизнь! И боль… Не знаю, что у меня за способность, но она здорово помогала мне приспособиться! Во-первых, влияние голоса: ору – оглушаю, тихонько вопросительно агукаю – мне отвечают правдиво на первый попавшийся в их мозгах вопрос. Я не выбираю вопросы, но иногда информация полезная. И они не помнят, что мне отвечали. Дальше я не рисковала экспериментировать. Во-вторых, я ощущаю, что на меня влияют. Чем влияют – это уже вопрос наблюдательности и привычки ощущений. В третьих, я заметила, что моё тело более стойкое, чем в предыдущей жизни. Возможно, это неправда, но я, полугодовая девчонка, уже несколько раз была уронена на пол, слишком сильно сжата внутри «бомбочки» и влияние причуд действует на меня хуже. Слабее. Чем не результат? Последствий, от перечисленного, на мне нет. И я ни разу не заболела. А другие болели. Иммунитет? Всё тело? Что этому причиной? На следующий день меня и ещё пяток малышей вынесли из надоевшей серой комнатки, отнеся нас прямо в кабинет мистера Никто. Он всё-таки босс. А где другие дети? И сколько их? Что с ними? Живы ли они? И выживу ли я сегодня? Некто не торопясь подходил к нам и что-то делал. Я со смирившимся видом смотрела на тихие мучения собратов по лаборатории, они умирали во сне. Меня тоже погрузили в сон. Но он был сейчас лёгким, поверхностным, слабым. Я могла бы проснуться, но убежать из кабинета уже не смогу. Пройду всего пару шагов и меня крепко зажмут в руках. Прощай, жизнь? По телу разливалась неприятная тяжесть, но тяжесть, которую я могла пока что терпеть. Затем началось покалывание. Сначала пальцы, затем руки и ноги, живот, голова, плечи, спина, даже копчик, чтоб его! И наступила боль. Она была нарастающей. Больше и больше, терпеть сил не было, я распахнула глаза в слезах, но не смогла издать и звука – меня что-то глушило, себя слышала только я. Внезапно всё прекратилось, я обмякла в руках водяной бомбочки. Сбоку послышался удовлетворённый хмык. Гнида… Что ты со мной сделал, Никто?! Гнев придал сил, предметы в комнате стали неторопливо подниматься в воздух. Острые опасно накренились над головой мрази, убившей малышей у меня на глазах. Но также быстро они шмякнулись вниз, а меня покинули не только силы, но и сознание. «Умная девочка…», – вот всё, что я слышала перед тьмой в голове. Очнулась я в компании нескольких десятков потеряшек. Выглядели дети неважно: у кого-то начались непонятные мутации и окраска тела или части тела в ядовитые цвета. У кого-то глаза постоянно кровоточили. Почти все орали благим детским матом от боли, попросту кричали. Но комната была изолирована от внешних звуков. И мы от них тоже. Теперь каждый день кого-то из нас забирали. Проходило два-три дня и мог возвратиться кусок мяса о четырёх ножках. Они уже не были людьми. Они были почти что мертвецами. Страшно такое видеть. И ждать, что с тобой сделают тоже самое. Я почему-то снова оказалась в конце. Некто заявился в комнату один. Около выхода маячил какой-то человек-туман. Мерзавец прошёлся около выживших, добил их своей силой и подошел ко мне. Его глаза страшны. Он скрытый фанатик своих идеалов. И пойдёт на любую подлость ради результата. Передо мной сняли маску. Ужасающее лицо. В шрамах, ожогах, покрытое новыми недавними ранами. И горящие глаза. Только они на этом лице напоминали, что существо живо. Зачем такие зверства? Кто навредил ему и зачем он вредил нам? Жаль, я до сих пор не могу нормально говорить, так бы спросила напоследок. – Почему ты смотришь на меня так, малыш? Не боишься, нет. Удивлена… Это жалость?! Ха-ха-ха! Ты и впрямь необычна! Если ты выдержишь хотя бы полсотни, мне не нужен будет этот мальчишка… Хотя его причуду можно будет позаимствовать, да. Ты готова? О, малышка, тебя ждёт великое будущее со мной, если только не умрёшь прямо сейчас…– это больно. Чертовски больно. А его голос! Его голос над ухом беспристрастно вёл отсчёт! – Десять, двадцать, тридцать, давай-давай, сорок… Отлично. Ещё жива! Какое упущение, что я не нашел тебя раньше. Мне ******. Конец, это конец. Моё тело этого не выдержит. Мой мозг этого не выдержит. Чувство, будто сейчас же взорвусь. Тяжко. Помогите. Кто-нибудь… Из дальнейшего я помню только ненавистного Некто, боль и понимание, что в меня вливают непомерное количество причуд. Причуд тех, кого он убил. Это продолжалось долгие годы. Я была этаким местом респавна, куда можно сохранить причуды, а затем взять на определённое дело. На второй год моей жизни он раздобыл причуду копирования причуд. Каким боком он нашел такого человека, я не знаю, но это заставило усомниться в его адекватности. Зачем? Ему меня мало?! Он скопировал себе десяток причуд. Его тело не выдерживает большего. Но он упорно продолжает таскать ко мне новые. Моё тело пытается приспособиться, поэтому стоически избрав меньшее из зол, я распределяю причуды по всему организму во время их получения, чтобы они не были только около моего мозга – это опасно. Порой причуды приходится менять между собой, чтобы укрепление было в ногах, а разговорник и изменение цвета глаз на лице. Так их легче контролировать. Когда он освоился с десятком, передал мне «забиратель причуд». Себе его скопировал. Тренируется. И, даже зная точное расположение этой козырной карты в колоде, я никак не могла её вытащить оттуда. А ведь могла бы попытаться стереть всё, что у него есть! Но слишком высоко общее напряжение способностей. И только чудом они не сливаются во что-то ядовитое и токсичное, что в конец меня добьёт. Остаётся только преодолевать боль тела, которая стала уже почти привычной. До следующего вливания причуд. И боль увеличиться ещё на пару капель. В последнее время у меня только две горящие ярким неоном мысли: пересилить себя, чтобы обуздать Поглощение, и не допустить, чтобы чаша выносливости моего тела потеряла баланс. Иначе пара капель превратится в кипящее масло, выжигающее изнутри. Когда мне исполнилось три года, он активно начал гонять меня физически. В здоровом теле – здоровый дух, чтоб их! Но такими темпами никакого здоровья не хватит, чтобы преодолеть в одиночку заброшенный район, в морозный холод в одной ветровке и босоножках! Я замёрзну тут на****! О чём он думает?! В четыре стали обучать уму-разуму. Счёт, письмо, чтение, этикет. Этикет… Ненавижу! Но сбежать не получается. Меня стерегут как Кащееву иголку на дубе! Ранней весной я дождалась Ивана-дурака на помощь. Всмысле, разгромили Всемогущий и Никто половину заброшки, помутузили друг друга, копирщик спешно прискакал, взял меня в охапку и давай телепортом уходить. Упустить такой шанс? Да ни за что! Мне ничего не стоило разыграть страх, панику и истерику, а оттого использование нагрева воздуха было понятным – реакция на эмоции, а не попытка к побегу. Никто попытался меня приструнить и усыпить. Не вышло. Телепорт я разогрела до кондиции «взорвётся к чертям!». Но лихач выскочил прямо перед взрывом и ничуть не пострадал. Стало обидно и горько. Ещё несколько месяцев я играла «сходящую с ума деточку». С каждой добытой им причудой я показательно становилась неадекватнее. Босс начал поглядывать на меня с предостережением и опаской. О… Он не знал, что творил, пока думал, что спит! Оказалось, что голос можно использовать как гипноз. Это тратило много сил, но было полезно. Тихо, незаметно, из-под угла я постепенно внушала ему долгосрочные мысли. Они действовали не сразу, приходилось повторять, но действовали гарантированно. В один прекрасный день, когда я забрала у него абсолютно все «оригиналы» причуд, не доставшиеся мне из-за недоверия, я взяла его сознание под контроль полностью. Ровно неделя понадобилась мне, чтобы управляя им, зарегистрировать себя под другим именем, с другой внешностью, с причудой света, которой раньше у меня вообще не было. Затем я спохватилась о прикрытии перед обществом – было не трудно внушить одинокому хорошему мужику, что у него есть дочь. Пришлось срочно менять документы и внешность. Теперь я – Симидзу Тиша. Тиша – имя. И пришлось скопировать себе его причуду, гордо названную «Чувство Жизни». Слезливая история была готова, все следы затёрты, обо мне никто не вспомнит из «злодеев», ибо в курсе был только сам Некто, остальным он память скорректировал знатно. Собственно, тем же путём я стёрла себя из его воспоминаний, добив в том разгромленном кабинете босса, перед этим заставив стереть причуду полной копии причуд и их поглощения. Скажем, он столкнулся с неизвестным выскочкой-стирателем, который стёр их у него, хорошенько потрепал физически и умер сам в огне, так что достать причуду из тела тоже не выйдет. Какое наслаждение врезать этой мрази! Надо же сделать всё правдоподобно? Я могла бы прямо сейчас незатейливо завершить его жизнь, взамен жизней погибших, но он хотя бы осторожен и не имеет тяги к кровавым рейдам без всяких человеческих принципов и морали. Единственный случай, когда он нарушил принцип «не трогать стариков, женщин и детей» был в лаборатории. Но больше мерзавец на такое ни разу не шел. А его подчинённые, которые могут стать новым боссом, имеют привычку кромсать и убивать всё, что движется, почти все поголовно. И только Некто их сдерживает. Поэтому я его не убью. Пока что не убью. Мне главное хорошенько затеряться, чтобы он снова на меня не вышел. Так, вроде чисто, вещей и упоминаний о себе я не оставила, свои записи он сам сжег и скорректировал, так что в путь! Спустя неделю все знакомые по работе и близкие родственники Симидзу Иоши были ошеломлены новостью, что у него есть дочь, ей аж пять лет, и была вспыльчивая женушка, которая, прихватив с собой девочку после рождения, уехала на другой конец страны. Теперь она незавидно погибла под колёсами машины, а дочка вернулась к отцу. И разве могут быть в этом сомнения? Вот документы, вот выписки и фото развороченного тела бедняжки под колёсами, вот медкарта ребёнка. Да и сама девочка похожа на папу как капля воды, и причуда его! Какое уж тут сомнение… Но настырные проверки меня откровенно раздражали. Оказалось, мир не прост вдвойне: кроме того, что здесь повсеместно чудаки со сверхспособностями, так ещё и мужиков оказалось раз в пять больше, чем женщин. Поначалу это показалось мне плюсом: помощь от государства девушкам, всякие скидки, льготы, забота и трепетное отношение противоположного пола… Затем я ужаснулась. В этом мире часто происходят ситуации похищения девушек, да даже замужних женщин! Мне по закону прописано к тридцати годам иметь хотя бы одного ребёнка, иначе все эти льготы будут быстренько прикрыты. А ещё, наблюдая за местными дамочками, я поняла, что даже говорить с такими не желаю. Разбалованы, капризны, заносчивы, требовательны, без повода вспыльчивы. И это краткий список «достоинств». Стандартная семья этого мира: два-три парня и одна девушка. И это при том, что разрешена только мужская проституция. Весело, да? Нестандартный мирок, увы. Как с этим мириться мне, выросшей в традиционном обществе с чёткими рамками, я не представляю. Впрочем, изменить я это не могу, отказаться тоже. Не легче ли тогда взять дело в свои руки? Я активно приобщала новоявленного папу к своему обществу. Мы гуляли, я помогала ему в цветочном магазинчике – его маленький уголок уюта с приятным заработком, он учил меня чтению и письму – я же всё ещё ребёнок. При всём при этом он был безумно счастлив самому моему существованию в его жизни. Я это знаю потому, что список причуд 100+ вмещал в себя «чтение и трансляцию эмоций и чувств». Мудрёно, но эффективно. Главное, что полезно. Чувства Иоши, как отца, искренние, это подкупает. Постепенно я перестала «играть» дочку. Я действительно стала считать его своим папой. Мне не удастся всегда быть настороже, одной. Поэтому должно быть место в моей жизни, где я могу спокойно расслабиться, поговорить о пустяках и глупостях. Рядом тёплый внутренне, заботливый папа – и мне очень уютно. В садик он меня не отпускал, присматривал сам. Но мы с ним договорились, что школу он мне подберёт основательно и отпустит с миром, учиться надо всем. В шесть я попала в первый класс. Кто бы знал, что я тут не первый раз, уже знаю русскоязычную программу и всего-то ищу себе хороших друзей. Но школа – это до ужаса шумно! Особенно, когда у тебя чувствительность и к шуму, и к запахам, и к причудам. Сюда же добавим вездесущие яркие вещички малышни – чувствительность зрения к свету и цвету. Кто бы знал, как мне тяжко к этому привыкать! Через два месяца местная детская версия «я тут королева!» меня достала. Ко мне каждый день на протяжении одного с половиной месяца цеплялись из-за внешности. Глупо, но она завидовала моей внешности, хотя ещё полтора года назад я делала её самой обычной: нос кнопкой чуть вверх, смешинку в глаза, маленькие ямочки по бокам от улыбки, папины бровки и «мамины» глазки. Среднего телосложения, не высокая, но и не низкая. Голос тоже самый обычный. А она завидует. Чему, интересно узнать? Ровно неделю до драки я подходила ко всем учителям и просила угомонить Фурию. Только фурия, в голове я никак иначе её не именовала. Налетит и сожрёт мозг. А мне потом восстанавливай раздрай в голове! Учителя игнорили, оказалось, что Фурия имеет в родственниках высоких шишек и никому не нужны были проблемы. Я пыталась утихомирить её с помощью транслируемых эмоций – не получилось. Пыталась поговорить, забыть, спрятаться – она везде! В итоге я решила внушить ей пару мыслей не связываться со мной, но не успела. Девочка подготовилась и рассказала о встрече со мной один на один своим подружкам. Те – ярые сплетницы. Тут же пошел слух, что мы будем драться, ибо Фуи меня допекла. Услышав это, первыми прибежали мальчишки-фан-клуб Фудиции. Алло! Это младшая школа! Какой к звёздочке фан-клуб?! Я же от себя мальчишек активненько отдаляла, потому что я хочу пожить для себя, а не для ахов и вздохов со стороны. Как бы странно это ни было, но мужчин в этом мире притесняют. Девушка – якорь, центр семьи. И на фоне дочерей забота о сыновьях выглядит блёкло. Перечить девушке в такой семье – получить дюжину выговоров и наказаний на задницу от родителей и самой девушки, потому что так не положено, сынок! Бред полный, но что есть, то есть. Вследствие такого воспитания половина парней становятся управляемыми рохлями, которым только кость кинь, а они уже готовы тебе век преданно служить за крохи внимания. Тотальный бред, как к такому привыкнуть? Вернёмся к Фурии. Королевишна, её свита и зеваки. Учителей рядом нет. Детишек фактор законов сдерживает не слишком сильно, потому что они не понимают опасности применения причуд на территориях большого скопления детей. Моя официальная причуда, плюс причуда матери – светящийся рог, совершенно не боевые, скорее отвлекающая и поисковая. Фурии надоело с превосходством взирать на меня и она заговорила… Уж лучше бы сразу полезла в драку! Она точно зомби! Ну кто, кто ещё так упорно будет выедать мозг?! Я тебя лучше, красивее, умнее, друзей у тебя нет и не будет, выскочка тупая – общий смысл её монолога в мой адрес. С пофигистичным лицом я дослушала до конца. И не повторяется же в выражениях! Затем она подошла ближе и уже собиралась залепить мне пощечину, но я перехватила её руку и дала под дых. Дальше всё развивалось быстро: вдалеке маячили бегущие учителя, меня попытались оттаскать за волосы, но тугая коса рулит! Завязалась драка, было много криков и было больновато в районе лба, но результат меня удовлетворил: на её голове дурдом, наливается синяк под глазом, губу и скулу я ей разбила, на теле не видно под одеждой, но думаю там тоже что-то ощутимое. Ровно месяц наши родители выясняли, чей кошелёк больше, а влияние круче. Победила камера – я не зря звала её в тот угол за школой, потому что я перед этим установила там неприметную, но качественную видеокамеру, а у себя за пазухой я держала диктофон, чтобы запись звуков была чёткой. Немного «волшебного разговора очаровательным гипнотическим голосом» с семейным адвокатом и юристом, присовокупить доказательство её действий и моей защиты – дело выиграно, иначе запись станет достоянием вышестоящих проверочных органов. Из той школы мне пришлось перевестись, но слава «бунтарки» перешла вместе со мной, потому что какой-то глупец выложил часть нашей драки в сеть. Сбоку, размыто, большая часть её монолога, а затем начало моей отдачи. На фоне видно разъярённую учительницу музыки, которая избрала любимицей Фурию. Её лицо было настолько смешным, что из него сделали локальную фото-шутку про агрессию. На новом месте было неуютно. Но я снова вытянула программу на «Превосходно», отшила любопытствующих и спокойно проводила время в клубе рисования. Кто бы знал, как это классно! В прошлом я не считала нужным этому учиться, а сейчас меня приводит в восторг, что всего одно точное движение кистью и у тебя уже изящное деревце! Год пробежал незаметно. Папа не мог нарадоваться моим успехам, с весёлой улыбкой развешивал на стену, в прихожей, первые неумелые картины пейзажей и я впервые отпраздновала свой день рождения с ним. Он подарил мне огромного плюшевого лиса с длинным ворсом вместо шерстки и весёлым цветастым огненно-оранжевым хвостом с белой кисточкой. В его огромную пасть можно положить грелки, а самого лиса – за полчаса перед сном в кровать, чтобы грел. Жить так классно! Весной в нашем городке красиво, цветут растения, птички поют, люди улыбаются… Лепота.