Оригами

– Подъем! – прогремел Шкипер, как только маленькая стрелка часов остановилась на отметке «8». Солдаты начали вскакивать с коек. Но тут обыденное утреннее построение прервал вскрик Ковальски. Сонный ученый, просидевший почти всю ночь в лаборатории, на чем-то поскользнулся, глупо замахал руками и рухнул обратно на кровать. – Что происходит, солдат? – Шкипер, а за ним и остальные, вошел в комнату сослуживца и, наклонившись, подобрал с пола желтую смятую бумажку. Рико наконец перестал веселиться над неуклюжестью ученого и уставился на листок. Рядовой, опознав бумагу, попытался выдернуть ее из рук Шкипера. – Это мое! Командир, отдайте, пожалуйста. Команда смерила паренька тяжелым взглядом. – Объяснись. – Ну… это оригами, – Рядовой замялся. – Я недавно нашел один интересный журнал и решил тоже попробовать. Знаете, так красиво получается! – Нэ-а. – Рико бросил взгляд на непонятную расплющенную штуковину, названную «оригами» и даже отдаленно не напоминающую нечто красивое, и замотал головой. Послышались сдержанные смешки. – Да погодите вы смеяться! – возмутился парень, умильно поджав губы. Он убежал к своему столу, схватил большую коробку из-под нового монитора и, прижимая ее к себе, плюхнулся на койку ученого. Ковальски и Шкипер, отложив построение, склонились над Рядовым, и тот принялся демонстрировать фигурки из бумаги. – Вот это кит, это – жираф, а это – журавль. В Японии есть легенда, что если собрать тысячу таких журавликов, то твое желание исполнится. – Рядовой бережно доставал фигурки, крутил вокруг своей оси, давал потрогать, а потом складывал обратно в коробку. – Мило, – проворчал командир. – Только не разбрасывай свои поделки по всему штабу. – Если не брать во внимание тот факт, что исполнение желаний – абсолютная ненаучная чепуха, то это действительно красиво. У тебя талант, Рядовой. – Ковальски добродушно потрепал паренька по волосам. Тот просиял: – Правда? Вот здорово! Я обещаю, что никто от этого больше не пострадает. На бурчание скучающего в углу маньяка никто не обратил особого внимания – конечно, его только оружие интересует! *** Уже стемнело, все важные миссии были завершены, троица неугомонных соседей не устраивала ночные дискотеки, и команда смогла отдохнуть. Ковальски снова заперся в лаборатории и наверняка уснул там на диване, Шкипер с Рико смотрели мотофристайл по телевизору, Рядовой уединился в своей комнате, при мягком свете лампы складывая оригами. Паренек вытащил поделки из коробки, намереваясь позже переставить их в шкаф. Рядовой, увлеченный новым шедевром, не заметил тихих шагов у порога комнаты. Дверь он закрывал только на ночь, поэтому вошедшему не составило труда приблизиться к парню незамеченным. Миг – и растрепанный сержант уже запрыгнул на стол, подмяв под себя добрую половину поделок. – Ты что делаешь, Рико! – Рядовой с легкостью установил личность сослуживца, ибо ни у кого другого не хватило бы на такое наглости. – Я же старался, душу вкладывал, а ты… Если не нравится, еще не значит, что можно портить. – Парень скрестил руки на груди. Перед слегка дрожащим голосом и прелестным обиженным личиком Рядового не устоял даже подрывник. Он прохрипел: – Я отплачу. Сержант взял красный бумажный квадратик, притянул к себе журнал со схемой «Журавль», попутно раскидав еще пару фигурок, и принялся сосредоточенно ваять. Рядовой смотрел на это чуть ли не с открытым ртом – Рико, психопат и маньяк, иногда упрямый, как стадо баранов, спокойно сидит в комнате сослуживца и пытается смастерить это «скучное» оригами! Видя, что Рико запутался, Рядовой позволил себе робко коснуться его большой грубой руки, подсказывая. Темнота уютно обволакивала и скрывала так некстати выступивший румянец. Оба молчали – им просто не нужно было слов. Наконец, Рико закончил своего журавлика и вложил его в руку пареньку. Неказистый, косой и ярко-красный, он значительно отличался от аккуратных журавлей пастельных тонов Рядового, но душу грел даже сильнее, чем десятки миниатюрных произведений искусства. На лице Рядового играла легкая мечтательная улыбка. Рико не отрывал от парня глаз. Вдруг он, сам того не ожидая, написал на не использованном еще белом листике первым попавшимся карандашом: «Закрой глаза и не дергайся». Неправильные мысли, неправильная ночь, после которой, скорее всего, безоблачная жизнь полетит под откос… Но если ночь действительно такая ненормальная, может, она не заберет свое тепло? - Л-ладно, - Рядовой послушно исполнил просьбу. Через пару мгновений он ощутил тепло. А потом – жесткие губы, с несвойственной Рико нежностью касающиеся губ паренька. Пока Рядовой отходил от пережитого, сержант слез со стола и, не оборачиваясь, вышел. Прошло не менее пяти минут, прежде чем парень смог трезво рассуждать. Он провел пальцем по нижней губе и улыбнулся собственным мыслям. «Простого извинения было бы достаточно… Но это же Рико».