Все ли так радужно?

      Рома зашел в дом, тут же убрав пакеты с едой в сторону.       — Где Джонни? — к Роме подошёл Андрей, но, заметив подавленное состояние парня, нахмурился. — Что у вас опять там случилось?       Рома в ответ просто кивнул и вышел на улицу, что-то говоря врачам. Парни в халатах занесли Колбая в дом и переложили на ближайшую поверхность. Ей оказался диван.       — Рома, ты не хочешь объяснить, что происходит? — на повышенных тонах спросил Коблов.       — Андрей, почему ты кричишь на него? Вряд ли Рома виноват в том, что Джонни без сознания лежит… — Ломов подошел к дивану и попытался привести парня в чувства. Но снова безуспешно.       — Сейчас его нет смысла будить, пусть организм отдохнет. Если не проснется через двадцать четыре часа, приложите ватку с нашатырем, — спокойно сказал медицинский помощник и покинул дом.       — Он… Он потерял сознание возле магазина… — тихо сказал Ромашка, грустно взглянув на друга.       — М-даа, идиот тот еще. Вот проснется я ему покажу, как в обмороки падать, — Андрей ушёл на кухню. Видимо, его совсем не волновало здоровье друга.       — Ему нужно сбить температуру, но в этом случае его надо разбудить… — Рома сел на край дивана, продолжая смотреть на Джонни.       — Давай посмотрим, если через пол часа она хоть немного не снизится, попробуем разбудить, ладно? — сказал Дима и ушел за Кобловым, оставив Рому одного.       Взгляд Фильченкова упал на угольно-черные волосы, которые всегда были неряшливо завязаны банданой, которой сейчас на лбу парня не оказалось. Рома вздохнул и приблизился к другу, проведя руками по волосам.       — Такие мягкие… На первый взгляд, выглядят жесткими… Может, и с ним также...       — Фильченков оглянулся, как будто бы, испугавшись чего-то.       — Это неправильно… — шатен отстранился, но продолжил разглядывать друга. Хотелось услышать глупую, но веселую шутку старшего. Услышать его смех. Почему Ромашка думает об этом только тогда, когда его друг лежит без сознания? Он просто привык к постоянному присутствию рядом и стал меньше обращать на это внимание? Возможно. Каждый знает, что мы ценим что-то, только когда потеряем.       — Я же мог помочь еще до того, как ему стало хуже… — голубоглазый взял в руки листок, который ему дали в машине. — Надо купить таблетки…       Парень встал и вышел из дома, не предупреждая никого. Он что, какой-то ребенок, чтобы отпрашиваться? Нет, конечно.       Холодный ветер дул на парня, иногда сбивая с ног.       — Когда погода успела так испортиться?.. — шатен только сейчас заметил, что руки тряслись. — Наверное, замерз просто. Надо было толстовку взять…       Дойдя до аптеки, парень протянул фармацевту бумажку. Девушка кивнула и быстро убежала за лекарствами.       — Надо еще успокоительное купить… Мало ли что… — Рома оплатил все лекарства и вышел из магазина. Снова подул холодный ветер, отчего парень поежился и решил как можно быстрее дойти до дома.       Уже проходя мимо знакомых домов, Рома увидел Митю, который куда-то шёл. Голубоглазый догнал друга и хотел начать диалог, но, увидев, что старший не обратил никакого внимания и даже не остановился, в Роме снова проснулась злость. Парень резко развернулся и ушел по другой дороге, не желая видеть Митю.       Его лучший друг упал без сознания, а Рома должен извиняться за то, что помог ему? Это бред!       Рома крепко сжимал пакеты в руках, пытаясь усмирить гнев. Сейчас на этом не надо зацикливаться. Он успеет решить это потом.

Уже в квартире

      Рома зашел и огляделся. Дима и Андрей все еще сидели на кухне и, видимо, не заметили его ухода. Джонни на диване не было.       — Мы перенесли его наверх, в его комнату, — послышалось с кухни.       — Хорошо, спасибо, — сказал Ромашка, поднялся наверх и заглянул в комнату друга. Старший все еще был без сознания. — Надо померить температуру…       Достав из аптечки градусник, Рома сел на кровать и слегка оттянул футболку парня. Положив градусник, как надо, Фильченков стал ждать семь минут.       — Дурак… Почему ты не сказал, что болеешь? Думает, что самостоятельный… Сам справится… Это не так, Джонни… — шепотом сказал младший, снова дотронувшись до волос брюнета.       Вытащив градусник, голубоглазый вздохнул. Температура не изменилась.       Немного порывшись в аптечке, Рома достал баночку с нашатырным спиртом и оторвал небольшую ватку.       — Если температуру не сбить, будет еще хуже… — сказал сам себе парень, поднеся ватку с нашатырем к лицу друга. Спустя несколько секунд тот закашлял и сел на кровать.       — Как ты себя чувствуешь? — Рома дождался, пока Колбая окончательно приедет в себя.       — Нормально... Что случилось? М-мх… — парень попытался встать, но его самочувствие и Рома не дали это сделать.       — Никаких нормально, Джонни! Или ты быстро все рассказываешь, или… — парень грустно вздохнул. — Прости… Пожалуйста, скажи правду. Как ты себя чувствуешь?..       — Голова гудит и немного ломит тело, все нормально, — продолжал Джонни, отрицая свое состояние, но внешний вид все выдавал.       — Джонни… У тебя не может быть «все нормально», у тебя температура высокая… — очень тихо сказал Рома, положив свою руку на руку друга. — Я хочу помочь… Извини, что не… Не замечал, что тебе плохо… Я…       По коже Джонни прошло стадо мурашек. Рома взял его за руку?.. Да нет, он это сделал лишь потому что, Джонни болеет. Вот и все.       — Рома, не извиняйся. Тут только я виноват, перестань. Ты выглядишь так, как будто сейчас заплачешь. Мне просто немного холодно, — Колбая сжал ладонь парня, попутно рассматривая грустную мордашку друга. А ведь если бы Джонни начал вовремя лечиться, Роме не пришлось тратить нервы и грустить. — Прости…       — Извиняться должен только я… — сказал себе под нос вокалист и встал. Парень начал раскладывать на тумбочке лекарства, объясняя, сколько раз в день каждое нужно пить.       — А это обязательно? — с надеждой в голосе спросил Джонни.       — Иначе я буду заставлять тебя их пить. Пока ты не выздоровеешь, я не отстану. Ты и так несколько дней так ходишь… — Рома вспомнил ту самую ночь, когда они сидели на крыше. Джонни заболел, потому что остался там. Рома мог предотвратить все с самого начала, но испугался. Просто трус.       — Ром?.. Ты в порядке? — Джонни заметил, что шатен еще сильнее поник.       — Прости. Не важно, просто нервы, ты пьешь таблетки от температуры, я успокоительное.       Фильченков взял две банки с таблетками и отдал одну другу.       — Вода на тумбочке. Если тебя что-то еще будет беспокоить, ты говоришь, а не как обычно. Ты меня понял? — Ромашка недовольно взглянул на парня, но, получив кивок головы, отвернулся. — А потом еще Андрей приде-ет…       — Можно сказать ему, что я помер, чтобы он мне лекции не читал?       — Нет, нельзя. Лекции тебе не помешают. Вроде такой взрослый, а делаешь какие глупости… Так нельзя, Джонни. Мы же волнуемся за тебя…       — Да ладно-о, еще живой, — парень вздохнул и спокойно улыбнулся. — Слушай, я сильно горячий?       Рома в непонимании посмотрел на Колбая, не зная, что ответить       — Горячий. В каком смысле?.. — младший немного повернул голову, ожидая ответа.       — Температура сильная, извращ-щуга? — продолжив улыбаться, переспросил Джонни. Кареглазый наблюдал за красной мордашкой Ромы, который явно подумал что-то другое.       — Чорт, блин, — Рома прикрыл рот рукой и хихикнул. — Температура высокая, так что пей лекарства.       — Хм, кстати, хотел давно узнать, зачем ты закрываешь рот, когда смеешься?       — …Э-это просто привычка… — голубоглазый тут же убрал руку от лица и закусил нижнюю губу. Не желая встречаться взглядом со старшим, Рома начал смотреть в пол.       — Я что-то не так сказал? Прости, я не хотел тебя расстроить… — Колбая все еще продолжал держать Рому за руку. Старший сел на кровать и поводил рукой перед лицом младшего. Последний тут же посмотрел на друга.       — Тебе нужно лежать, — довольно грубо сказал Рома, но через пару секунд грустно вздохнул. — Прости, пожалуйста… Не вставай больше, мне нужно выпить таблетки.       Рома встал и подошел к тумбочке. На столе стояло несколько лекарств, одно из них было успокоительное известной марки. Взяв две таблетки, вокалист запил их водой и вернулся.       — Ты не боишься, что тоже заразишься?.. — тихо сказал Джонни, не желая, чтобы младший уходил.       — Ты мало ел, у тебя был стресс. У тебя поднялась температура, и ты ее не сбивал. Это не вирусная инфекция, — совершенно спокойно сказал Рома, снова положив свою руку на руку барабанщика. — Тебе нужно поесть. Андрей принесет ужин, заодно и поговорите. Я его позову.       — Стой… Может, не надо? Не уходи…       Рома взглянул на грустное лицо друга и кивнул.       — Я посижу с тобой. Но после того, как ты поешь, — Ромашка встал и вышел из комнаты, спустившись вниз. Парень позвал Андрея, сказав, что Джонни проснулся.

Спустя пол часа.

      Рома стоял у комнаты Джонни, ожидая, когда Андрей закончит читать лекцию.       Через пару минут Коблов вышел из комнаты и ушел на кухню. Рома зашел внутрь и увидел Джонни, который лежал с подушкой на лице.       — Андрей о-очень херовый доктор… — Джонни убрал подушку под голову и похлопал по кровати, предлагая Роме сесть рядом. Шатен кивнул и сел недалеко от Колбая. Повисло неловкое молчание.       — Как ты себя чувствуешь? — нарушил тишину Ромашка, взглянув на друга. Но получив в ответ очередное «нормально», грустно отвел взгляд.       Видно же, что не нормально.       — Я не хотел, чтобы все так получилось… Думал, что просто само пройдет… Прости… Я не хочу, чтобы ты грустил или волновался, — в ответ была лишь тишина. Колбая поднял глаза на друга и увидел, что тот спит, облокотившись об стену.       — Дурашка… — Джонни осторожно положил парня рядом с собой и погасил настольную лампу. Время летит очень быстро. Вроде бы, только был обед, а уже ночь.       От мысли, что Рома спит рядом, Колбая неосознанно улыбнулся и снова взял голубоглазого за руку.

***

      Рома начал ворочаться во сне, разбудив этим старшего. Голубоглазый что-то неразборчиво шептал, похоже, ему снился кошмар.       — Бо-оже, что за шмот? Нормального ничего не было?       — Мда-ам. Слушай, заткнись, а?       — Да. Я всегда прав, ты не согласен с этим? Тебя никто не держит, вали.       — Пф, да кому ты сдался. Выглядишь, как чмо.       — Н-нет… Э-это не так… М-мх… — Рома сжался в комок, обнимая колени. Колбая начал аккуратно гладить его по волосам, чтобы парень хоть немного успокоился, но это не помогало.       — Я выделяю тебе свое личное время, а ты отказываешься? Тоже мне, друг, называется.       — И что, что ты занят, тебе сложно отложить их? Есть что-то важнее лучшего друга?       — Вот так, да? Тогда и иди гуляй со своим «лучшим другом», я же пустое место, конечно. Теперь я понял, какой ты, на самом деле. Лицемер!       Ромашка продолжал ворочаться, сжимая руку старшего. Спустя несколько секунд, Джонни обнял младшего, и парень начал потихоньку успокаиваться.       Возможно, у Джонни есть хоть какой-то шанс открыть сердце парня. А, может, так кажется только на первый взгляд.