В точности наоборот

Я омега, мне 22. Живу с мужем, состоятельным альфой, моим истинным. В школе он так ухаживал и любил меня, что я согласился на свадьбу. Но, видимо, это все была ложь. Несмотря на его отношение ко мне, я его очень люблю. Друзья? Единственный друг — Эми, с которым я тайно переписываюсь, потому что муж запретил мне общаться с кем-либо. Эми говорит, что он тиран и абьюзер, и мне нужно бежать от него. Но мне некуда идти, да и я слишком люблю его, поэтому больше ничего не рассказываю Эми про мужа. Сегодня у меня течка. Две недели назад я перестал пить противозачаточные, хотя муж и не хотел детей. Я надеялся, что он примет, ведь ребенок — это счастье. Слышу хлопок входной двери. Колин пришел, заходит в мою спальню уже раздетым, садится между моих ног и входит без подготовки. Хорошо, что течка, мог бы и порвать. Боль чувствуется, но она приглушена возбуждением. Он начинает сильно вдалбливать меня в кровать. Я громко стону, альфа затыкает мне рот рукой, ему не нравятся мои стоны. Кончает, и начинается сцепка. Я проваливаюсь в сон. Проснулся от боли в боку. Муж скидывает меня с кровати и приказывает идти готовить ему завтрак. Смотрю на сковороду и ничего не вижу, пелена слез перед глазами. Все было так хорошо: он ухаживал за мной, добивался меня, мне казалось, это любовь на всю жизнь. Но даже истинность его не останавливает. Никто и не догадывается, что на самом деле такой заботливый на публике муж, ответственный директор предприятия и вежливый альфа, на самом деле такой... После завтрака Колин одевается и уезжает, не говоря ни слова. Выходной, значит, он поехал к своим шлюхам. Каждый день, когда возвращается домой, от него пахнет перегаром и омегами. Я уже просто устал от этого. Сегодня я услышал его разговор по телефону: — Да, алло. — Колин, когда ты уже бросишь этого омегу и остепенишься? — это был папа альфы. — Пап, ты уже достал, хватит надоедать. — Колин! Разве ты не понимаешь, я хочу внуков! — Да будут тебе внуки, найду хорошего омегу и будут! Все, мне пора идти! На глаза наворачиваются слезы, но я уже устал плакать. Честно, я так устал от всего этого. 9:00 Колин уехал на работу. Беру самый острый кухонный нож, достаю таблетки из аптечки и иду в ванну. POV Колин Прихожу домой уже поздно ночью. В квартире звонкая тишина, и стоит металлический запах крови. Странно. Захожу на кухню и нигде не вижу мяса. Тогда откуда этот запах? Это уже начинает меня раздражать. Зову своего муженька, он не откликается. В комнате нет, на кухне нет, везде посмотрел и не нашел его. Сбежал, что ли! Осталась только ванна, но свет не горит и вода не течет. В прятки играет? Включаю свет в ванной комнате и открываю дверь. Вся ванна в крови, на полу пустая пачка таблеток и окровавленный нож. Я в панике. Быстро хватаю телефон и звоню в скорую. POV Эрик Слышу какие-то голоса, но не могу открыть глаза. — Доктор, можно ли договориться, чтобы его не упекли в психушку? — уж лучше туда, чем с тобой! — Думаю, мы сможем дого... — последнее, что я слышу, и опять проваливаюсь в сон. — Ну что, муженёк, жизни больше ничего не угрожает, ребенку тоже. Но надеюсь, вы понимаете, что у ребенка после такого могут пойти осложнения. — Да, конечно, я не знал, что он беременен, да и вообще, что он так сделает. В этот момент мои глаза открываются, и врач сразу обращает все внимание на меня. — Ну что ж, с виду вполне. Пойду я, не буду вас стеснять, мистер Колин. Откланявшись, врач ушел. — Ну и зачем? — прохрипел я, глядя на то, как зрачки альфы все больше и больше расширяются от удивления, что я так холодно и дерзко говорю. — Что? — прохрипел альфа, будто его застали врасплох. — Зачем вызвал скорую? Еще пару часов, и я бы умер окончательно. Сложно было развлекаться дальше со своими шлюхами? Альфа опешил от такого моего поведения. — Нажми, — сказал я, показывая на кнопку выключения аппарата, благодаря которому я сейчас дышал. Я не мог дотянуться буквально 20 сантиметров. — Что ты несешь, сдохнуть захотел! — закричал на меня альфа. — Представляешь! Да! Да блять! Да! Я хочу сдохнуть! Альфа не верил своим ушам и глазам. Омега, такой яркий, любящий, даже несмотря на его поведение, говорил такие слова. — Прости меня, малыш, я люблю тебя. Ты беременный, все будет хорошо. Я так сильно люблю тебя, прости, прости меня. Плакал альфа над могилой своего омеги. — Слишком поздно, — эхом раздаются слова, сказанные тогда омегой в больнице. Ночью того же дня Эрик смог сам дотянуться до кнопки... Самое ужасное в любви то, что в какой-то момент все меняется в точности наоборот...