Мудак этот Ким Тэхён

Чонгук — восемнадцатилетний парень, который готовится ко взрослой студенческой жизни. Вместе со своим другом детства Чимином он переехал из Пусана в Сеул. Поступили они в один универ, но, к сожалению, на разные факультеты. Пак очень обижен на него, что тот выбрал информатику и коммуникации, вместо журналистики. Оба в детстве любили журналистику. Всё время добывали информацию, нужную и ненужную никому. Когда-то получали лещей за то, что совали нос не туда, куда надо. Но это им не мешало любить и быть «журналистами». Знакомы они с самого детства, вот как родились, так и стали лучшими друзьями. Их матери познакомились ещё в больнице на обследовании. Мама Чона была на третьем месяце беременности, а мама Чимина на восьмом. Вот так их матери сдружились, стали много проводить время вместе, гуляли. Стали лучшими подружками. Спустя месяц родился здоровенький Чимин. Спустя пять месяцев — Чонгук. Семья Пак и Чон, всегда проводили время вместе. Чимин и Чонгук с самого начала сдружились, не отходили друг от друга ни на шаг. Чимин всё время защищал Чона, так как он младше, и он нуждался в защите. Шло время, а их дружба становилась только крепче. Годам к шести они начали шпионить и добывать информацию. Сперва была информация, где мама Чон хранит конфеты, потом, где мама Пак хранит печенья, и так их интерес усиливался. К двенадцати годам они узнали кто такие журналисты и оба загорелись этой профессией и дали обещание, что пойдут учиться на него. Поступил на журналистику только Пак, Чонгук загорелся информатикой в старшей школе, поэтому выбрал профессию, связанную с ней. Перед началом учебного года, они заселялись в общагу и попросились в одну комнату. Хотя бы так проводить время вместе, так как они на разных факультетах. У них появятся новые друзья, точнее у Чимина. Пак такой человек, что со всеми найдёт общий язык. Семья Пак говорит, что у него язык без костей. Что не скажешь о Чоне. Он застенчивый, да и друзей помимо Чимина у него нет. Знакомые только если. Он ходил всегда только с Чимином и дружил с его компанией. Хотя в основном в этой компании на него не обращали внимания. Всё внимание было обращено на Чимина. Гук должен был ревновать его то, что тот мало общается с ним, но ему было плевать. Он считает, что не любит ещё кого-то, ну кроме родителей. А любви к друзьям или же к девушкам (парням?) у него не будет, он не влюбится и не полюбит даже, как друга. К Чимину просто привычка находится рядом, не больше, не меньше. К четырнадцати годам, Чон понял, что журналистика не его. Понял, что тянет к информатике. Говорить об этом Чиме было страшно. О поступление на информационный факультет знали только папа и мама. Время, когда нужно было подавать документы в универы, Пак узнал, что тот не будет подавать на журналистику, и обиделся на него. Месяц они не разговаривали. Семья Чон поддерживали сына, говорили, что тот остынет, примет его выбор. Как сказали родители, так и произошло. Пак первым пришёл мириться и просил прощения за весь спектакль. Он так надеялся, что те будут и дальше вместе, учиться на одну и ту же профессию, но их мнения разделились. Чимину пришлось смириться с выбором Гука, ведь он любит его, как младшего брата и хочет, чтобы он был счастливым. Их заселили в одну комнату. Сейчас они привозят оставшиеся вещи и одежду из дома. Мамы очень переживают за них, как их маленькие взрослые мальчики смогут без них. Они взяли с них обещание, что будут звонить им каждые выходные. Мамы всегда будут волноваться за своих детей, сколько им не было бы. Спустя месяц, они поселились и обставили комнату так, как им хотелось. Две стороны комнаты, как будто одна сторона ангела, другая демона. У Чимина беспорядок, на стенах висят плакаты групп, популярных так и не популярных. Ну в основном они обклеены новой нарастающей популярности группы. Чимин её обожает. Ему нравится их песни, нравятся участники, концепция, стиль. Он даже Чону признавался — перед кем бы встал раком, давая свою упругую задницу, на что Чон чуть не блеванул. Гук к нетрадиционной ориентации относится нейтрально, любишь парня — люби, главное, чтобы это его не касалось. Сам он не задумывался об отношениях с парнем, да даже с девушкой. Он считает себя не красивым и полюбить не в силах, поэтому все свои восемнадцать лет — он один. Идёт время, Чону нравится учиться на информатике, он так ни с кем и не познакомился, не сдружился. Что не скажешь о Чимине. Вся его группа дружит с ним, да даже другие потоки хотят с ним дружить. Они друг с другом общаются только в комнате общаги. В универе только кивают в приветствии, не обедают вместе. Оба устают, делают домашку, и спят — это делает только Чонгук. Чимин тусуется, приходит очень поздно, когда Чон уже спит и поговорить не удается. Спустя месяц Чимин начинает встречаться с парнем. Чону не сказал — он сам увидел их. Увидел, как Чимина в туалете прижимают к стенке и засасывают, пуская слюни в рот. Картина была ещё той. Чон не говорил с ним об этом, ему и не хотелось поднимать эту тему. Пак сам бы рассказал, если захотел бы. Но он так и не рассказал. Время близится к лету, скоро начнутся летние каникулы. Чон хотел съездить к родителям, но те уехали к дедушке и бабушке. Поэтому он остался в общаге. Чимин уже давно решил, чем займётся этим летом. Он поедет в Нью-Йорк, там будет концерт его любимой группы и фансайн. И кого он возьмёт с собой? Конечно Чона, он один не поедет, а друзей из универа брать не хочется, да и в последнее время они с Чоном мало общались, им надо наверстать упущенное. — Чима, я не поедуууу, — стонет с закрытыми глазами, облокотившись об спинку кресла. — Гуки, уже поздно. Всё куплено. Билеты туда и обратно на самолёт, на концерт и места на фансайн. Как всё пройдёт, мы с тобой погуляем там, проведём оставшееся время каникул, а то мы и так мало проводили время из-за учёбы, — кряхтит, застёгивая свой чемодан. Чон только фыркает, понимает, что те мало проводили время не из-за учёбы, а из-за Чимина. Он кинул его на друзей, на парня, с которым даже не познакомил. Хотя Чону на это плевать, он и без него хорошо проводил время. Да, в одиночестве, но ему было комфортно. Он даже и не замечал отсутствие Чимина в его жизни, как будто того и не было все восемнадцать лет рядом. — Ладно, ладно, — встаёт с кресла, чтобы помочь застегнуть чиминовский чемодан. — Только ты должен был меня предупредить, Чимин, — он застегает молнию, и бросает гневный взгляд на друга. — А не предупреждать за несколько часов до вылета, — бьёт слегка коленкой по заднице. — Извини, малыш. Ты знаешь меня, я могу и забыть сказать, — раздевается, чтобы сменить домашнюю одежду на повседневную. Чон уже готов, он быстро собирается. Он не такая копуша, как его друг. На теле друга, он видит красные следы, и только слепой не догадается, от чего эти следы. Он продолжает молчать, тему не поднимает про «парня» Чимина. — Ну я то знаюююю, — закатывает глаза, подходя к своей сумке. Ему много вещей не нужно. — Ты скоро, нет? Я собрался за двадцать минут, хотя предупредили меня тридцать минут назад, — он смотрит на спину друга, склонив голову, скрещивая руки на груди. — Всё, всё. Я уже готов, — он быстренько брызгает себя любимыми духами, и подталкивает Чона к выходу. — Пошли, а то такси ждёт. Спустя время они стоят в очереди на самолёт. Чон ловит Чимина на том, что тот что-то выискивает в толпе, но понять не может что или кого он ищет. — Я отойду в туалет, — отдаёт сумку в руки Чимина, а тот только машет и говорит, чтоб побыстрее, но не обращает на него внимания. Чон заходит в туалет, и ему нравится запах. Нет, ему понравился запах не туалета, а чьих-то духов. Он идёт к кабинке и внюхивается в запах, и не замечает, как одна из дверей врезается в его лицо. Он падает на пол и морщится от боли в носу. Из носа потекла тёплая кровь. Он думает, что тот, кто выходил, поможет встать, извинится, но почему-то этого не происходит. Гук поднимает голову вверх и смотрит на парня, который смотрит на него с презрением, сверху вниз. А парень очень красивый, замечает Чонгук. — Смотри, куда прёшь, — язвит парень. Он продолжает смотреть на Гука, так как будто он мусор. Чона бесит этот наглый и бесящий парень, хоть он и красавчик. После того, что он говорит, его так вообще выбивает из колеи. Он округляет свои большие глаза ещё больше на него и понять не может, тот шутит или всерьёз. — Грёбанные сасэнки даже в туалет не могут дать спокойно сходить, — ещё раз смотрит с ненавистью, и отходит к раковине, помыть руки. Чон зол, он тихоня и промолчал бы, но тут жопка его горит и врезать этому красавцу наглому парню очень хочется. Он вскакивает с пола, и стремительно подходит к парню. Он разворачивает его и прижимает к раковине. — Ты ебанутый? Я что похож на какую-то там сасэнку? Я даже не знаю кто ты, сука. Я знаю только то, что ты не уважаешь людей, и это пиздецки хуёво, — он стоит, прижавшись всем телом к нему, а лица в паре сантиметров, оба чувствуют горячее дыхания. Осмелевший Гук понимает, что творит и хочет отойти, но не успевает. Другой парень ахуевает такой наглости и толкает его к двери кабинке, теперь он доминирует. Не любит он, когда над ним доминируют. — Думаю тут офигел ты, малыш, — он говорит прямо в чонгуково ухо, опаляя его горячим дыханием, от чего кончики ушей краснеют. Чон не понимает, что это за реакция, какого хуя она появилась в этот момент, когда его прижимают к туалетной кабинке, да и какой-то там незнакомец (парень). А ещё он возбуждается, «какого хуя» — думает Чон. — Ты знаешь — кто я такой? — Чон мотает головой. — Что и впрямь не знаешь? — отодвигается от уха, смотря прямо в глаза парня. В глазах видится испуг и что-то не понятное для незнакомца. И хорошо, что не понял, ибо Чон застрелился бы прямо в этом убогом туалете. Чон вновь мотает головой, и шмыгает носом, кровь то всё ещё течёт. — Оу, — всё что успевает сказать парень, отойдя от Чона. Договорить ему не даёт звонок на телефон. — Да, иду, — он бросает короткий взгляд на Гука и уходит. Он не извинился за то, что разбил нос Гуку, за то, что прижал его к стене, ударяя его спиной, за возбуждение. Чон открывает ближайшею дверь, заходит и садится на унитаз в штанах, закрывает дверь кабинки. Укрывает лицо руками, ему стыдно. Стыдно за то, что у него встал на какого-то там придурка-парня. У него встало на парня. Он не понимает, как такое возможно, его никто не возбуждал. Он столько смотрел порно, что даже оно не настолько возбуждало, а тут незнакомец и такая реакция. Ему пиздецки стыдно. Он берёт туалетную бумагу, вытирает кровь, вставляет бумагу в нос, чтобы остановить её. Спускает штаны, и начинает мастурбировать, он кончает, вспоминая лицо того парня. Ему становится ещё стыдливее. Ну парень и впрямь красивый. Вытирает туалеткой, своё преступление, и тут Гук замечает, что-то кто-то входит в туалет. — Чонгук? — кто-то зовёт его, и кто-то — Чимин. Чон глубоко выдыхает, выкидывает бумагу с кровью и со спермой в мусорку. Смывает, и выходит к парню. — О, вот ты где. Чего ты так долго? И чего такой красный? — интересуется, подходя к Гуку, вручает сумки и забегает в туалет. Чон моет руки и ответа не даёт. Они отправляются на посадку, они так и не подняли тему, того, чего или кого искал Чимин в толпе, и почему Чон был таким красным. Они уже сидят в самолёте и каждый думает о своём. Вдруг Чимин начинает визжать, негромко, но так, чтобы слышал только Гук. Чон смотрит в сторону, куда смотрит его друг и сразу переводит взгляд на иллюминатор. Там тот парень, и он посмотрел прямо на него и на лице того была улыбка. Сердце начинает быстро стучать, а уши краснеть. Он вспоминает ситуацию в туалете, как его прижали, как он возбудился, и как он кончил, представляя его лицо. Стыдно-то как ему сейчас. Чимин стукал локтем друга, и что-то говорил, что это они, они. Но Чон не слышал его, он думал только о том парне. О том, что его возбудил парень, и что он теперь может быть геем. Пассивным геем, активом он точно не будет. А может, да нет. И нет, он не расстроится, если он по мальчикам. Просто не ожидал он такого поворота в жизни. Эти каникулы для Чона будут очень весёлыми, он сам этого ещё не понимает, но с этим парнем он ещё столкнётся и не один раз. Его взрослая жизнь превращается в рай ад.

* * * * *

Весь полёт Чонгук не мог уснуть, он думал о том парне. Он пытался выбросить его из головы, но все попытки были безуспешны. Лицо парня всё время всплывало в голове. Всплывало то, как он прижимает к стенке, то, как говорит на ухо, опаляя его горячим дыханием. Один раз он сходил в туалет, он опять возбудился. Для него это было странная ситуация. Ему хотелось поговорить об этом с кем-нибудь. Вот например — Чимин. Он ведь сам с парнем встречался, но спрашивать о таком — стыдно. Поэтому он будет держать всё в себе, ему не привыкать. Пока он шёл к туалету, всё рассматривал того парня в салоне, но его не было, или всё же был, просто Гук не заметил его. Либо он, наверное, был в другом отделении, что было хорошо. Вернувшись на место после туалета, он слегка успокоился и вновь пытался уснуть. У него получилось спустя десять минут, да и поспал он какой-то там час. Когда он проснулся, друга на месте не было. Спустя минут пятнадцать тот вернулся, он был красным, улыбался во весь рот и дышал тяжело. Гук хотел узнать, что такого случилось, но промолчал. Они наконец-то приземлились, и стали собираться на выход. Чонгук не любитель летать на самолётах, но по-другому никак. После высадки, друг вновь что-то выискивал, но Чону было плевать. Он схватил того за локоть и потащил к выходу. Он устал и хочет отдохнуть, да ещё мысли привести в порядок. Чимин не сопротивляясь, плелся за другом. Всё равно то, что искал ещё увидит и не один раз. Пак вызвал такси и долго ждать им не пришлось. И спустя каких-то пятнадцать минут, они были в отеле. Их быстро заселили, и так же быстро они зашли в номер. Гук плюхнулся на кровать звёздочкой, вдыхая запах постельного белья. Пахло оно ванилью, приятный запах отметил Чон. — Гуки, я отойду на пару минут, — говорит Пак, ставя свой чемодан к кровати. Он машет другу и покидает номер. Гук тяжело вздыхает и быстро засыпает. Его вымотал перелёт, ну не только он, мысли о том парне тоже не давали покоя. Он надеется, что это была его последняя и единственная встреча с ним. Гук просыпается на следующий день, так сильно устал, что проспал полдня. Он выбирается из одеяла, усаживается в сидячее положении и чешет затылок. Зевая, он смотрит на рядом стоящею, не убранную, кровать. И видит пустое место. Чон берёт в руки телефон, смотрит на время. Время пол десятого, он морщится и не понимает куда делся его друг. Ну знает он точно, что тот ночевал в номере. Поднимаясь с кровати, плетется в ванную комнату. Находится там полчаса, приводит себя в порядок. Собирает волосы в хвостик, улыбаясь выходит. Мысли о том парне больше не лезут в голову, уже хорошо. Чон собирает свою постель. Он аккуратный и чистоплотный, любит порядок. Следом заправляет постель за друга. И только после уборки, достаёт вещи из сумки. Надевает длинные белые шорты, легкую голубую рубашку. Хоть сейчас только начало лета, в Нью-Йорке стоит жара. Взяв телефон, набирает нужный номер, но слышит только, что абонент недоступен, и чтобы перезвонили позже. Чон фыркает, берёт свою поясную сумку и фотоаппарат (очень любит фотографировать), идёт на выход. Ждать его он не собирается. Он не для этого прилетел, чтобы сидеть в номере и ждать Чимина. Уткнувшись в фотоаппарат, пока ждёт лифта, Гук не замечает, как к нему подходят сзади и рассматривают жадно. После становятся рядом и рассматривают профиль, и на лице у подошедшего парня заиграла наглая ухмылка. Тот облизывается, продолжая смотреть на парня. Чон чувствует, что на него нагло смотрят, но не обращает внимания. Он заходит в лифт, продолжая смотреть в экран камеры. Следом заходит тот парень. Он облокачивается на перила с другой стороны и смотри сверху вниз, вновь облизывая губы. Гуку это уже не нравится и отпустив камеру, поднимает взгляд на парня. Лучше бы не смотрел. — Ты говорил, что не сасэнка, но почему-то постоянно крутишься возле меня, да и, — он тычет на камеру, весящею на шее. — с камерой ходишь. И говоришь, что не сасэнка, — усмехаясь, облизывает нижнюю губу и смотрит пристально, не отводит взгляда, как будто хищник. Чон отводит взгляд в окно лифта, он стеклянный и можно было увидеть весь отель. Уши краснеют из-за вспоминания того, что он два раза дрочил на этого парня. Красивый, урод. Отвечать он не собирается, лучше держаться подальше. Чонгук хочет верить, что это чистая случайность, но случайности не случайны. — И чего молчишь, зайчик? — наклоняет голову в бок, всё ещё смотря на парня. Лифт слишком медленно спускается, что непомерно бесит Гука. Он уже готов выйти в окно лифта, чтобы не быть рядом с ним. С ним ему не комфортно. — Я не собираюсь с вами разговаривать, — фыркает, шмыгая носом. Парню становится смешно, ведь тот слишком милый. Да и в этой одежде классно выглядит, не так как в туалете. В этой одежде видны все его мышцы, и можно рассмотреть полностью. Пока там в туалете, и в оверсайз кофте и штанах, не скажешь, что он такой худенький, и что накаченное тело. Парень посмеивается, но больше ничего не говорит. Едут они в молчании, пока лифт резко не останавливается. Можно подумать они приехали, но нет. Лифт остановился на пол пути, и двери не открываются, и свет гаснет. От резкой остановки, Чон не державшись за перила летит вперёд, туда, где стоит тот парень и падает прямо на него. Тот подхватывает и удерживает за талию, от чего прошлись мурашки на теле у Чона. — Зайчик, тебя не учили держаться за перила? — сильнее прижимает к себе, смотря в лицо. Чон отталкивается и ударяется спиной о противоположную стенку. Тот только усмехается. — Я не зайчик тебе, и не лапай меня, — фыркает и подходит к кнопкам. Начинает нажимать по всем кнопкам, но реакции никакой. Даже кнопка со связей с диспетчером не работает. — Твою мать, — говорит, присаживаясь на корточки, укрывая лицо руками. Другой парень подходит к кнопкам и также нажимает по всем, как будто у него они заработают. — Сука, — рычит, ударяя дверь лифта. Он переводит внимание на сжавшегося парня. Тот сильно дышит, и слышится всхлипы. Присаживается на корточки и берётся за лицо парня, поднимая. — Что с тобой? — смотрит на всё покрасневшее лицо. — Я… заикаясь говорит. — б-бою-с-сь. з-замкну-т-тных м-мест, — он прижимается к его груди. Плевать, что этот парень его бесит, плевать что из-за него он два раза дрочил, ему страшно. — Вообще не клёво, — прижимает к себе сильнее, и поглаживает по спине. — Ну ты успокойся, ладно? Может какое-то замыкание произошло и сейчас всё вернется в норму. Мне тоже не охотно тут сидеть, ну я не про то, что там, например, мне не комфортно с тобой, а просто у меня планы. И если просижу тут долго, меня убьёт менеджер, — из парня льётся так скажем словесный понос, ему тоже стрёмно и поэтому заткнутся не может, да и успокоить парня тоже надо. — А да, меня Ким Тэхён зовут, — на этих словах, Чон отдаляется от него, и смотрит в глаза, потом смотрит сверху вниз. Скептически рассматривает, и возвращает взгляд обратно на парня. — Ким Тэхён из группы «Fearson»? — Тот самый, а говорил, что не знаешь, — вытирает слёзы с щёк. — Я и не знаю. Мой друг фанат вашей группы. Купил билет на ваш концерт, фансайн и меня сюда приволок, а я не хотел прилетать сюда. А ещё он хочет, чтобы ты его… — не успевает он договорить, как лифт резко пружинит, и Чон валится на Тэхёна. — Слезай, давай, — пытается отпихнуть с себя тело. Конечно, полежать бы так ещё, прижимая сильнее. Парень то красивый и заинтересовал Кима, но вдруг увидят, окна-то прозрачные. Чон снимает камеру, кладёт рядом и прижимается сильнее. — Ты чего творишь? — рычит, и пытается вновь столкнуть. — Заткнись, просто спаси меня. — Чего? — округляет глаза, смотря на макушку парня. Тот поднимает голову и смотрит в глаза. — Я слышал, что если лифт падает то, надо лечь. Конечно, вероятность выжить очень мала, но если ты будешь подо мной то, сможешь спасти меня. Ну конечно, ты отдашь себя в жертвы, но зато я выживу, — а Ким ахуевает, этот парень такой милый и наглый дурачок. Тэхён будет побольше и посильнее, и поэтому пару секунд и Чон лежит под ним. — Ты чего? — пытается выбраться, отталкивая его от себя. — Я пошутил, пусти, — теперь Ким не шутит. Он хватается за запястья парня и удерживает одной рукой над головой. — Не смешная шутка была. И вообще кто и должен спасать так это ты меня, а не наоборот. Я как бы айдол. — Хуйяйдол, — фыркает, всё пытаясь выбраться из-под тяжёлого тела. — Ну тише, тише, — сильнее сжимает запястья и давит коленкой между ног. Ким рассматривает, животным взглядом, тело, облизывая губы. — Раз ты говоришь, что мы умрём, может трахнемся? — смотрит на парня, и вновь облизывается. — Ты дикий? Какое трахнемся, — не договорив, он слегка стонет, прикрывая глаза, а Ким всего лишь слегка надавил на бугорок в штанах. — Ну я уже чувствую твоё возбуждение своей коленкой. Да, и мы умрём, так что давай напоследок удовлетворимся, — приближается к уху, и облизывает мочку. — Ты ведь тогда в туалете, тоже возбудился, такой проказник. Дрочил потом? Думал обо мне, когда кончал, дай угадаю да. А в туалете самолёта, тоже думал обо мне? Знаю, что мы знакомы ну вообще не о чём, но тебя тянет ко мне, так и меня к тебе. Ты мне нравишься, Чонгуки, — облизав ушко, отстраняясь, и смотрит на тяжело дышавшего парня. — Откуда? — Малыш, узнать для меня имя — не проблема. Проблема сейчас у тебя в штанах, — говоря это, сжимает свободной ладошкой, бугорок в штанах. Не дождавшись ответа, он начинает снимать шорты. — Стой, не… надо, — тяжело выдыхает, когда его член снаружи. — Просто наслаждайся, малыш. Никогда не знаешь, когда айдол будет дрочить тебе, а потом трахнет тебя, — берёт длинными руками за член, и начинает водить по всей длине. Слышит сладкий стон и продолжает спускаться рукой до основания, и обратно надавливая на уретру, вновь из уст парня выходит стон. — А в-вдруг у-увидят, к-камеры? — стон, и гнётся в спине. Ему хорошо, и на камеры, и на то, что их увидят плевать. Он такого кайфа не получал никогда, даже когда сам себе дрочил. — Малыш, в отеле не работает весь свет, если ты не заметил. Так что никто нас не заметит, успокойся и наслаждайся, — Ким приспускает свои штаны, в которых давно уже стоит член. Хватается за два члена сразу и начинает дрочить обоим, — Чон стонет, чувствует член Кима, какой тот горячий и большой. — Я б хотел трахнуть тебя, но не смогу. Я не думал, что буду трахать сегодня кого-то в лифте, и поэтому не взял ничего. А порвать твою девственную попку, я не хочу, — после замолкает, прикусывая губу. Он на пике также, как и Чон. Несколько толчков, и оба парня кончают в руки Кима. Ким рычит, поднимая голову вверх, Чон скулит и выгибается. Подносит руку к губам и облизывает свою и его сперму, а Чон краснеет и прикрывает лицо. Лежавший, тяжело дыша, на полу Чон, приходит в себя. Глаза помутнены, дыхание сбито, сердце стучит бешено, так же и у Кима. Гук жалел об этом после, но не будет. Это на самом деле была лучшая дрочка за всю жизнь. Он хотел бы продолжения, и чтоб тот и, по правде, трахнул его, но тот прав. Ему было б больно без растяжки. — Салфетки есть? — интересуется Ким, смотря на парня. Трахнуть бы сейчас, но без растяжки никак. Он думает, что точно трахнет его потом. Ну слишком въелся этот парень в мозг и со своей возбуждённостью там в туалете. Он весь полёт и вечер думал и представлял, как нагибает и трахает его. А теперь представлять и не нужно. Чон кивает, и трясущими пальцами достаёт из сумки пачку салфеток. Ким берёт свои руки салфетки, достаёт одну. Вытирает руки, потом член Гука, и следом свой. Поднимается на ноги, натягивает джинсы с боксёрками. Помогает встать на ноги парню, помогает натянуть боксёрки и шорты. Поправляет его взъерошенные волосы. Они смотрят молча друг на друга, и тут без слов можно понять. Свет включается, и лифт заработал. Он продолжает свою работу, как будто и ничего этого не было. — Я зайду к тебе ещё, малыш, — говорит Ким, выходя из лифта. За ним выходит и Чон. Стоящие люди, смотрели на них выходящих. Щёки были красными, волосы все взъерошенные и только дурак, не догадается, что было в лифте. Они отходят на пару метров от людей. — Что там было, никому не говори, — подходит и поправляет рубашку. А так хочется раздеть его, но время уходит и сейчас его точно убьют. — Мы продолжим начатое, но чуть позже, мне работать надо. — Эм, мож… — Гук не знает, что сказать, и его спасает звонок старшего. Он выдыхает, и прикрывает глаза. — Да? Я в лифте застрял. Не вру, в отеле видимо с проводкой что-то не так. Ага. Скоро буду, — он сбрасывает звонок. — Я побежал, загляну к тебе часов, — смотрит на наручные часы, — восемь. — Напоследок взъерошивает волосы и уходит, оставляя его одного. У того мысли только о том, что Ким Тэхён начинает нравиться ему. Но это пиздецки хуёво, потому что его друг хочет лечь под этого парня, и он айдол. Разве это не будет предательством. Да нет, у Чимина всё равно есть парень, да ведь? Чонгук прогуливается по городу, камерой так и не воспользовался. Он, гуляя, думал только о Тэхёне и о том, что произошло. Ходил весь красный, но было плевать. Погуляв два часа, он сходил в кафе, перекусил и вернулся в номер. Он думал, как бы спровадит друга, если Ким придёт. Конечно, он не скажет зачем и почему, знать тому, что тот ляжет под его кумира первым, не особо хочется. Чимин звонит и предупреждает, что не придёт сегодня, что делает Чона счастливее. Не надо будет выгонять. Время десять часов, а Кима всё ещё нет. Кинул он его. Попользовался и кинул. Обещал, но соврал. Чонгук чувствует себя брошенным, сердце болит. Такое с ним впервые, впервые он влюбился. И влюбился в того, кого не следовало вообще. Он моется, заказывает еду в номер, и смотрит на телевизоре какие-то шоу, а после засыпает со словами:

«Мудак этот Ким Тэхён.»

* * * * *

Проходит неделя. Целую неделю Чон был весь не свой. Все мысли были об одном человеке — Ким Тэхёне. О том как он ему дрочил в том лифте, сейчас он ходит пешком, не хочет вспоминать всё что там было. О том что он его возбуждает, хотя до этого его прям никто не возбуждал, да и думал он, что никто ему никогда не начнёт нравиться. Ошибался. А лучше бы нет, и лучше бы это Ким Тэхён не входил в его жизнь. Целую неделю Чон был один. Чимин уходил куда-то всё время, хотя говорил, что всё время будет проводить с Чоном. В один из дней, Чон видел друга с компанией того парня, который прижимал в туалете. Только фыркнул и ушёл гулять один. Чон не ревнует, ему плевать. Он только привязался к нему, но что чувствует к другу не понимает. Да и одному ему тоже комфортно. И без Чимина хорошо. Так было б две недели назад, но сейчас повстречав Кима, всё изменилось. Для Гука это очень странно, ему теперь скучно и одиноко быть одному. Он хочет компании, не чей-то там, а именно компании Ким Тэхёна. Настолько за короткий срок человек залез к тебе, что теперь одиночество не помогает, а убивает. Гуляя, и проводя всё время одиноко, Чон смотрел всю информацию про группу «Fearson». Его не интересовала музыка, не их участники, только один человек его интересовал, и опять же — Ким Тэхён. Он сохранил много фоток с ним, слушал музыку и то, только чтобы услышать его голос. Смотрел шоу, даже дрочил как-то, после стыдил себя и корил. Следя за новостями, Гук узнал такую интересную информация, которая ввела его в ступор. Там писалось что айдол Ким Тэхён проводит выходные дни перед концертом с какой-то девушкой. Даже фото было прикреплено. Он говорит что-то на ухо, девушка смеётся, а у того улыбка. И в этот день Чон решил, что будет пытаться забыть все эти прекрасные мимолётные моменты. Понедельник, сегодня Чимин должен был идти на фансайн, но приболел. Заставил идти вместо себя Гука. Дал: альбом, блокнот, карточки и многой всячины, чтобы участники оставили автографы. Чон не хотел идти, и мы знаем почему. Там будет — Ким Тэхён, всей своей персоной. Отказы Чимин не принимал, и отправил в путь. Чонгук плетётся к входу с билетом. Он не понимает, почему он должен идти. Почему Чимин не попросил об этом его «парня», а может, потому что он придёт к нему, и они начнут… Чонгук трясёт головой, о таком представлять не хочется и тошнит. Проходит тридцать минут фансайна, участники о чём-то говорят, веселят, взаимодействуют. Чону хочется взглянуть на него, но смотрит только под ноги. Когда время приходит для автографов. Чон плетётся к очереди. Стоит долго, и спустя двадцать минут подходит к первому парню. Ким сидел в конце, что было плохо. Ну Гук только возьмёт автограф и уйдёт. — Привет, как тебя зовут? — с улыбкой в виде сердца отвечает первый парень. Он тоже красивый, да все в этой группе красавчики, в особенности Ким. — Чонгук… А, ой… Чимин, Пак Чимин, — смущенно отпускает своё лицо, смотря на альбом и руки парня. Тот только смеётся. — Ну хорошо Пак Чимин, — спустя время он отдаёт альбом. Чон клянется и переходит к другому парню. И так он доходит почти до конца. Ким его заприметил ещё с того, момента, когда тот зашёл. Всё время смотрел на него, ждал, когда посмотрит на него, но тот не смотрел. Сейчас ему некуда будет деться. Очередь подходит Гуку, и тот останавливается напротив. Даёт альбом, но так и не смотрит на Кима. Он не хочет на него смотреть. — Пак Чимин, — шепчет он, протягивая альбом. Ким смотрит и понять не может, почему назвался другим именем. — Но мне кажется, тебя зовут вовсе не Пак Чимин, — берётся за подбородок, и поднимает голову вверх. Они смотрят в глаза, и тут Чон отдёргивается. — Пак Чимин. Поставьте, пожалуйста подпись, — тыкает на альбом. Он держит себя в руках. Хотя хочет узнать, почему тот не пришёл тогда, кто это такая на тех фото, и неужели его просто использовали. — Хорошо, хорошо, — Ким видит, что тот зол, но что-то ещё говорить не собирается. Ставит подпись и отдаёт в руки парня. Он соприкасается своими пальцами с его и гладит, отдаляя её. — Поговорить не хочешь? — улыбаясь, спрашивает. — Нет, — и уходит на своё место. Тэхёну приходится только смотреть на уходящего парня, а в голове одни не пристойные мысли. Фансайн длится ещё какое-то время, и наконец-то Гук может уйти. В отель он пока не собирается, собирается прогуляться, вдруг Пак с его «парнем» ещё… Вновь мотает головой, приводит мысли в порядок. Чон плетётся по коридору, проходит какую-то дверь, которая открывается и из которой вылезает рука, хватает его и затаскивает внутрь. Чонгук хотел бы ударить, но его прижали к стене, и он вновь стоит прижатый, где-то. Где-то, потому что глаза закрыты, и он не видит ничего перед с собой. Кто-то приближается к уху, и нашёптывает, а по телу бегут мурашки, сердце стучит бешено. — Пак Чимин, думаю, мы как следует не поговорили, — облизывает мочку уха, и дует горячим воздухом прямо на ухо. — Не думаю, — Гук зажмуривается, сдерживает себя. Он опять возбуждается — его это уже бесит. — Ты злишься? — проводит горячим языком по скуле до краешка губ. Отстраняется и смотрит на зажмурившегося парня. Слишком мило, пробегается в голове Кима. — Очень, — открывает глаза и яростно смотрит. — Ты тварь, не пришёл вечером. И после тоже. Не позвонил, не написал, думаю, у тебя не было б проблем отыскать мой номер. И тут я узнаю, что ты встречаешься с какой-то уродиной. Как думаешь, я буду злиться? — Ким смотрит на этого злобного кролика и хочется зацеловать, что секундой позже и делает. Гук пытается его отпихнуть от себя, но не получается, тот сильнее и мускулистее. Ким проводит языком по нижней губе младшего. Проникает в приоткрытый рот, сплетает языки, облизывает весь его рот. Отстраняется, дав младшему подышать, и вновь завладевает ртом. Целует страстно, яростно, покусывая нижнюю губу. — А ты ревнивый оказывается, — отдышавшись, произносит смотря в глаза парня. Чон только фыркает и отталкивает его от себя. — Мудак, — вытирает рот, и поправляет растрепанные волосы и одежду. — Ну не злись, малыш, — подходит, притягивая за талию его. — У меня работа была. Знаешь, как я хотел прийти к тебе, — целует в лоб. — А та, — его перебивают. — Вообще никто, забей на неё. Сейчас меня никто не интересует кроме тебя, — запускает пальцы в волосы и слегка массирует голову. — Ты мудак, — повторяет свои слова, а тот лишь кивает, и наслаждается в волосах младшего. — Скажи, — Ким мычит, смотря на парня. — Что между нами творится? Если ты со мной только играешь то, не стоит. Я быстро привязываюсь. Да может я и не люблю при это, но сейчас другой случай. — Я тебе нравлюсь? — Да, — отводит взгляд в сторону, смотря в стенку. Державшей рукой волосы, Тэхён поворачивает голову и притягивает ближе к своему лицу. — Ты мне тоже, — шепчет в губы. Вот хочет поцеловать, но пальцы на губах не дают. — Что не так, малыш? — Почему? — Что почему? — выгибает бровь вопросительно. — Почему ты мне нравишься? Не знаю, — отходит, пожимая плечами. Смотрит, сверху вниз и обратно возвращаясь к лицу. — Просто тянет вот и всё. Я не играюсь с тобой Чонгук, — подходит и берёт руки в свои. — Тебя только любить можно, — улыбаясь, приближается и целует. Чонгук идёт навстречу, впускает в свой рот чужой язык. — Пойдём, — хватается крепче за чоновскую руку, и идёт к выходу. — Куда? — На наше первое свидание, — усмехаясь говорит. Они вышли через чёрный выход. У выхода стояла не приметная машина. Ким усаживает Чона на пассажирское, а сам идёт на водительское. По пути набирает номер, и зайдя в машину, говорит, что уехал и ждать того не стоит. На том конце кто-то громко кричит, возмущается. Но звонок сбрасывается, не дав договорить. Тэхён заводит машину, проговорив, что это менеджер, и что всё хорошо. Они выезжают, и направляются не пойми куда. Ким заезжает в KFC, делает заказ, и спрашивает не против ли Чон, а тот только мотает головой, говоря, что всё хорошо. Оплатив заказ, они вновь куда-то уезжают. Тэхён останавливается около высокого здания. Оба выходят, Чон рассматривает, глаза становятся больше и завороженными. Ким берёт пакет с едой и ещё какой-то. Закрывает машину, обходит её. Взяв за руку Чона, идёт к зданию. Спустя время они поднимаются на крышу. Вид на город с этой точки — очень красивый. — Вау, здесь красиво, — пробегается с одной стороны крыши, к другой смотря на город. — Так и знал, что тебе понравится. Если честно то, я после фансайна хотел за тобой зайти и привезти тебя сюда. Как сам сказал, неделю не виделись. Я скучал, — стелет плед на пол крыши. Усаживается, постукивает рядышком, призывая сесть рядом. Они проводят час на крыше, поедая картошку, бургеры, разговаривая. Ким интересуется жизнью Чона. Тот без умолку всё трындел и трындел. Тэхёну нравилось это, нравилось, что он такой с одной стороны закрытый, с другой открытый. — Тэхён? — Чон переворачивается на живот, и смотрит на спящего парня. Тот мычит, говоря: «Что?». — Не думаешь, что наши отношения, как-то быстро развиваются, — подушечками пальцев проводит по скуле парня. — Может быть. Но разве есть разница, если нам хорошо. Время идёт быстро, и тратить время на всякую хуйню, не в моих приоритетах. Мне с тобой хорошо, и ты мне нравишься, — запускает руку в волосы младшего. Открыв глаза, он видит эти большие глаза, которые смотрят только на него с огоньками внутри. — Чонгук, может, попробуем? — Что? — смотрит вопросительно, сведя брови к переносице. — Встречаться, — присаживается, и Гук за ним. Они сидят всё также близко. — Ты хочешь этого? — Хочу, — берёт руками за лицо, притягивая ещё ближе к себе. — Я айдол, нам будет сложно. Могут быть скандалы, на тебя может политься хейт, так же и на меня, но мы справимся с этим. Ты будешь рядом, и я буду рядом. С менеджером я договорюсь. Я сильно этого хочу. Хочу, чтобы ты был со мной. Скажешь, что всё это быстро. Да, но давай попробуем, — умоляюще смотрит в глаза. Если он откажет, Ким не знает, что делать дальше. Слишком влюблён он в него. — Давай попробуем, — улыбаясь, целует в уголок губ, и получает яркую улыбку в ответ. После поцелуй переходит в страстный, жаркий. Всю ночь они провалялись на этой крыше. Целовались, говорили, рассказывали про себя, свою жизнь. Ким поинтересовался, почему тот представился как «Пак Чимин» (заревновал его). Гук сказал, что ревновать не к чему, что это друг и, что у друга есть парень. Но это всё равно не успокоило Кима. Ближе к пяти часам, они вернулись в отель. Чон ночевал в номере Кима, боялся, что «парень» друга не ушёл и они там вдвоём. Они лежали в одной кровати долго. Целовались и смотрели друг на друга. И потом спокойно уснули в обнимку. Их отношения стремительно идут вверх, но это же хорошо. Да быстро развиваются их отношения, но, если они нравятся друг другу, почему бы и не попробовать. Может что и выйдет, а может и нет. Пробовать всегда стоит. Любовь приходит, и уходит, или остается. Решают только люди. Была это мимолетная любовь или же любовь до гроба.

* * * * *

Чонгук с Тэхёном встречаются уже три месяца. Об их отношениях знают лишь они сами, менеджер и участники группы. Родителям он сразу признался, не умел он им врать, да и те не глупые видели изменения в их сыне, когда тот приехал к ним в гости летом. Чимину не признался, как он сможет сказать. Что-то вроде: «Привет, Чимин! Я тут в общем, начал встречаться с парнем-айдолом. Ну тот, из группы «Fearson». Ким Тэхён. Да, да тот самый, о котором ты мечтал, чтоб тот нагнул тебя. Теперь он меня нагибает. Представляешь, ха-ха» или «Чимин, тут такое дело, я встречаюсь с Ким Тэхёном, и он теперь меня трахает, ну пока не трахает. Ну только если языком.» Всё это было бредом, а как сказать по-другому он не знал. Он же отнял его биаса. Он думал, что раз у того есть парень, он не так обидется. Ошибался. Как-то он спросил: «Чимин, представь, что твой биас Ким Тэхён начнёт встречаться с кем-то из твоих друзей. Что ты сделаешь?» На что услышал: «Перестану с ним дружить, он будет предателем. Ким Тэхён — мой.» Эгоист? Ещё тот. После этого Чон не хотел рассказывать, не хотел, чтобы тот прекращал с ним общаться, как ни как дружат с детства, но и врать не мог. Об этом он говорил с мамой, что та сказала, чтобы так не переживал, и что тот смирится, если ценит и дорожит дружбой. Чону в это мало верилось. Летние каникулы прошли и теперь началась учёба. Чимин кстати рассказал о своём парне, и что всё время был с ним в Нью-Йорке, и очень долго извинялся за это. Но Чону было плевать, он всё время был с Тэхёном. Каникулы закончились — значит, что видеться с Тэ, они много не смогут. У того учёба, а старшего работа. Чонгук злится, что те будут видеться редко, но всё понимает. Работа айдола не лёгкая. Весь сентябрь они переписываются, созваниваются, бывает по видеосвязи, когда Чимина нет. Сейчас Тэхён реже отвечает Гуку, или вовсе пропадает на неделю. Гук расстраивается, грустит и кушает мороженное, смотря любимые сериалы или фильмы, ну или шоу, где появляются «Fearson». Только так он может смотреть на Кима. После тяжёлого дня в универе, Чон валится звёздочкой на свою кровать, утыкаясь лицом в подушку. Стонет в неё. — Всё хорошо? — интересуется Пак на соседней кровати, залипая в телефоне. Улыбается, «парень» пишет. «Бесит» — мысленно говорит, Чон. У того с парнем всё хорошо, и что они счастливы. — Устал, — достаёт телефон из кармана, и переворачивается на бок, лицом к стенке. Не хочет, чтобы друг видел, как тот улыбается, если ему ответит Ким. Точно спросит, что девушка (парень) появилась. А говорить об это не хочется, не сейчас. Он не готов. Он включает экран, заходит в приложение. Видит tae30 в сети. Открывает чат и начинает строчить: kooky91: приветик^^ kooky91: как у тебя дела? как работа? kooky91: чем занимаешься? kooky91: я тут видел новое шоу, где вы появились. ты там такой крутой и красивый. kooky91: Тэхён хочу поцеловать тебя и не только <3 Чон ждёт ответа, но так и не получает. Может занят и переписывается по делу. Проходит минут десять, но тот всё ещё в сети, но не отвечает Чону. — Ахуеть, — кричит Чимин, вскакивая, принимая сидячее положение. — Что случилось, — откладывает, выключенный телефон. Подходит к другу. — Смотри, — протягивает телефон, Чон смотри на новостной заголовок, и глаза становятся шире:

«Ким Тэхён из группы «Fearson» встречается с Мими из женской группы «Kises». Их недавно видели вместе в ххх. »

— Думаю, пиздят. Тэхён на такую швабру не посмотрел бы, — забирает телефон из рук, и ложится обратно. — Что с тобой? — смотрит в слезящиеся глаза. Тот отмахивается и возвращается к себе. — Всё хорошо, устал. Доброй ночи, — монотонно отвечает, и плюхается на кровать, взяв телефон. Чимин смотрит на него с подозрением, но молчит. Сам скажет, если захочет. А он не скажет — никогда. Чон, вновь включает телефон. Сперва сам смотрит и читает все новости по поводу Тэхёна. И понять не может правда это или нет. Если правда, вот почему он мало пишет и звонит. А если жёлтая пресса. Но тут он натыкается на фото, где Тэхён прижимается к Мими за талию и целует в щёку. Тут Чон взрывается внутри. Открывает чат с Тэ. Он до сих пор в сети, но не прочитал и не ответил. Да и пошёл он, говорит Чон уже со слезами. kooky91: а знаешь… kooky91: не хочу… не хочу тебя больше целовать, не хочу тебя трогать. не хочу, чтобы ты касался меня. И тут сообщения прочитываются, а Чону плевать. Он выскажется, скажет всё, что на душе, и кинет его везде в чс. «Пошёл этот — Ким Тэхён.» kooky91: тварь… kooky91: урод… kooky91: гниль… kooky91: моя девственная попа не достанется тебе! завтра же трахнусь с первым встречным… kooky91: если ты больше меня не любишь, так бы и сказал… нахуй меня мучить tae30: ЧОНГУК!.. Чон видит, что тот пишет, и быстро печатает, чтобы не дать тому написать. kooky91: мразь… kooky91: МЕЖДУ НАМИ — ВСЁ КОНЧЕНО!!!!!! kooky91: мудак, пидор, урод, мразь, скотина, гад, сука kooky91: НЕНАВИЖУ!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!! kooky91: ТЫ ЁБАНЫЙ МУДАК — КИМ ТЭХЁН!

АБОНЕНТ ДОБАВЛЕН В ЧЁРНЫЙ СПИСОК

«Вот и иди нахуй» — выключает телефон и куда-то швыряет. Укрывается полностью одеялом и тихо плачет. Не хочет беспокоить Чимина, потому что не знает, что сказать, почему он плачет. Не поняв, сколько он уже проплакал, засыпает. Будит его с утра будильник друга. Приоткрыв глаза, он смотрит на кровать того, и вылезающую руку из-под одеяла. — Чима, тебе к какой? — с хрипотцой спрашивает. — К первой, но пойду ко второй. А тебе, малыш? — высовывает лицо из-под одеяла смотря на опухшего друга. Поднимает одеяло, ладошкой постукивает, говоря: «Ложись». Гук выскальзывает из своей берлоги и запрыгивает в чиминовскую. Тот прикрывает обоих одеялом. Гуки прижимается к груди старшего и вновь плачет. Чтобы он не говорил, он любит Чимина, но просто сам этого не понимает. — Расскажи, что случилось, Гуки, — одной рукой поглаживает по спине, а другой в волосах. — Обещай, что не будешь злиться? — Чонгук… — Обещай, хён! — всхлипывает. — Обещаююю, — выдыхает, сильнее прижимая Чона к себе. И тут Чон решил признаться во всём. Он рассказывает с самого начала, с той встречи в туалете, встрече в лифте, на фансайне, потом как проходил сентябрь, и про вчерашнюю ситуацию. — Извини, хён… Я украл у тебя его, — на этих словах получает подзатыльник, после поглаживания. Чимин слегка отодвигаясь, берется за лицо и смотрит прямо. —Ты такой — ребёнок. Чонгук, Ким Тэхён — айдол и я только мог мечтать о нём, пока ты реализовываешь мои фантазии. Да, я хотел бы сейчас оказаться на месте тебя, и, наверное, полгода назад обиделся за это. Но сейчас я счастлив со своим парнем, и да прости, что не говорил раньше, боялся реакции. Я себя ненавижу за то, что мы с тобой так отдалились за эти полгода. Правда хочу всё наверстать. А этот Ким Тэхён ещё та сука, красивая сука — обратно притягивает к груди, а тот лишь кивает и вновь плачет. У него нет никого ближе, чем Чимин. Был один — любимый урод. — Прости, — всхлипывая, обнимает за талию друга. — За что? — интересуется, поглаживая по макушке. Тот только качает головой. Так они лежат не долго, пока Чимину не надо собираться. Гуку не хочется идти на пары, поэтому предупреждает старосту, что плохо чувствует и завтра придёт. — Сходим сегодня выпить? Я тебя поближе познакомлю с парнем со своим, — спрашивает, застёгивая последнюю пуговицу на рубашке. — Давай, — с улыбкой смотрит на Чимина. Чимин поворачивается и обнимает напоследок, и идёт на выход. Оставшийся один, Гук заваливается в кровать Чимина. На свою не хочет идти. Успев, взять свой телефон, он укрывается тёплым одеялом. Включает телефон и ему сразу же приходят уведомления, что ему почти сто раз названивали и всё с разных номеров, так же в чате висят диалоги с именами парней из группы Тэ. Чонгук прочитав, удаляет их. Хочет добавить в ЧС, но не будет. Ему приходит уведомление, что написал Чима. jimjim44: Чон, тут мои друзья, которые стэнят «Fearson», говорят, что всё то Фотошоп и неправда. я не знаю можно им верить, но может попробуешь поговорить с ним? kooky91: нет, Чимин… jimjim44: хорошо, но я б на твоём месте поговорил бы с ним. jimjim44: на счёт выпивки — всё в силе. Джинхо сказал, что возьмёт с собой друга. может… kooky91: не может. Чимин хватит, я не буду искать себе нового парня. jimjim44: ну не злись, малыш. я понял. jimjim44: выходи из общежития в шесть, и жди у выхода кампуса. kooky91: хорошо. до встречи jimjim44: до встречи^^ Чонгук откидывает телефон. Сейчас ему точно не до отношений. И кем он будет, если быстро забудет любимого Тэхёна. Он засыпает быстро и просыпается ближе к шести. Он надевает: белые обтягивающие джинсы, персиковую оверсайз кофту. Заделывает хвостик, и думает, что следует сходить в парикмахерскую наконец-то. Собравшись, он идёт к выходу кампусу. За пол часа самое то. Он подышит свежим воздухом, приведёт мысли в порядок. Последнее вряд ли получится. Он стоит на улице минут десять. Ему хорошо, он смотрит на уходящих студентов и не замечает, как к нему подходит парень. Высокий, красивый парень. — Чонгук? — дотрагивается до плеча, а тот вздрагивает. — Извини, что напугал. Я друг Джинхо и по совместительству Чимина. Хёнджун, — протягивает руку, Чонгук протягивает взаимно и кивает. Они стоят молча, Чонгук неохотно с ним разговаривать, да он и не особо разговорчивый. — Ты ведь на факультете информатики? — тот лишь кивает. — Нравится? — опять лишь кивает. — Тебе неприятно со мной находится? — интересуется парень, видит, как отвергает его Чон. — Не то чтобы. Я просто не разговорчивый. Чимин должен был рассказывать, — смотрит на кроссовки. Стесняется. — Рассказывал, — хотел договорить, но кто-то выбегающий толкнул Чона, и тот чуть ли не упал. Хёнджун подхватил его за талию и прижал к себе. — Ты в порядке? — хватается крепче за талию Чона и замечает, что та тонкая. Чон лишь кивает и смотрит в лицо. Полгода назад, если бы это произошло, влюбился ли он в этого парня? Или нет. Чонгук думает, что нет. Он не умеет любить. Умел, но его предали. Чонгук не успевает поблагодарить, как его выхватывают из чужих объятий и притягивают к себе. Вот эти объятия ему знакомы и парфюм ему знаком. Всё это любимое знакомое. — Ты кто такой? — интересуется Хёнджун у парня, выхватившего из его рук Чона. — А ты? — отвечает, рыча, вопросом на вопрос. — Я первый задал, — скрещивает руки на груди. — Парень. Я — ПАРЕНЬ ЧОН ЧОНГУКА. И ТЫ СУКА ТРОГАЕШЬ ЧУЖОЕ! —кричит со злостью. А Чон поднимает взгляд, и видит под панамой, любимое лицо. Очень злое лицо, от которого на теле пробегаются мурашки. — Чонгук, он правда твой парень? — интересуется у парня, а тот не слышит и видит только Тэ. Он скучал по нему. Пиздецки скучал. Хочет поцеловать, но он разбил ему сердце. Но если он сейчас скажет, что всё то не правда, Чонгук поверит. Он поверит ему. Теперь Тэхён смотрит на Чона, ждёт его ответа, а тот только моргает и не понимает, что он хочет. — Чонгук, скажи ему, что Я ТВОЙ ПАРЕНЬ! — рычит прямо в губы. — Да, он мой парень, — зачарованно смотрит на него. Его губы, его глаза, его лицо такое красивое. Тэхён показывает фак парню, хватает за руку Чона и ведёт к машине, а тот повинуется и плетется за ним. Подошедший Чимин только посмеивается, он рад, что у Чона всё хорошо. Он сам придумал этот план. Попросил Джинхо позвать Хёнджуна, потому что знал, что тому нравится Чон, конечно, он не позволил бы им встречаться. Для эксперимента, почему бы и нет. Написал Тэхёну, что Чон будет в шесть у кампуса, и что скорее всего к нему будут подкатывать, на что получил «Спасибо». И вот всё — план сработал. Хитрый лис — Пак Чимин. Тэхён открывает дверь машины и аккуратно сажает Гука в салон, пристёгивает. Обходит машину, садится за руль, заводит и трогается. Оба молчат, один смотрит на дорогу, другой на него. — Тэ… — Замолчи, сейчас приедем и поговорим. Лучше не зли меня, малыш, — рычит, вдавливая в педаль. Чон замолкает, понимает лучше не злить. Отворачивается к окну, он надеется, что тот всё объяснит. Тэхён заезжает в здание, оставляет машину на парковке. Выходит из машины, обходит, открывает дверь с пассажирского места и подаёт руку. Чонгук кладёт ладошку в тэхёновскую и вылезает. Ким закрывает за ним дверь, закрывает саму машину. Тянет за собой в лифт. Поднявшись на этаж, он открывает дверь и слегка толкает Чона внутрь, продолжая держать за руку. Зайдя в квартиру, Тэхён прижимается со спины, обхватывая талию Чона. — Глупый ребёнок, — тяжело вздыхает, укладываясь подбородком на плечо, прикрывая глаза. Он проводит носом по шее, вдыхая любимый лёгкий запах, от чего у Чонгука пробегаются мурашки. Гук рад этим прикосновениям, но это не отменяет то, из-за чего они поссорились. — Даю пять минут, — отходит, выпускаясь из объятий, оборачиваясь. Тэхён берёт за руку, ведёт в гостиную, усаживает на диван. — Чонгук, — мнёт переносицу. — Во-первых, ты видел ту новость? — Видел. — Из-за этого ты писал мне херню? — Никакая это не херня, — подскакивает с дивана, смотря в упор. — Сядь, — тот продолжает стоять. — СЕЛ, СУКА, — рыча встаёт, руками надавливает на плечи и усаживает обратно на диван. — Что ты там видел — ВСЁ ХУЙНЯ. Это жёлтая пресса. Я с этой Мими даже не знаком, — садится чуть ближе, взяв за щёки. — Почему не отвечал, почему игнорил и не звонил? — из глаз полились слёзы. Он хочет верить ему. Уже верит. — Работа, — тяжело вздыхая, отпускает руки с лица на бёдра Чона. Подушечками пальцев рисует узоры. — Мне было тяжело, я уставал каждый день. Да, это не оправдания, но Чонгук — это моя работа. Я тоже скучаю по тебе. — Ты был в сети, но не отвечал, — фыркает, скрещивая руки на груди. — Я переписывался с менеджером. По поводу тебя. — Меня? — Да тебя. Я узнавал, когда смогу уйти на выходной, чтобы провести время с тобой. Хотел устроить свидание. Так же объяснить по поводу той новости, а ты уже узнал и начал писать ту хуйню, — притягивает за талию, укладывая голову на плечо. — Малыш, прости меня за то, что проводил с тобой мало времени. Ты представить не можешь, как я хочу обнимать тебя, прижать тебя, зацеловать и заняться с тобой сексом. — Тебя правда ничего с Мими не связывает? — всхлипывая, вытирает рукавом дорожку от слёз. — Ничего, и никогда. Чонгук, могу поцеловать тебя, — тот лишь кивает. Тэхён притягивает к себе, и впивается в губы. Язык проскальзывает внутрь, сплетается с чоновым. Проходится по десне, вылизывая всё внутри. Всем весом подминает под себя, продолжая целовать и покусывать губы. Проскальзывает рукой под кофту, поглаживая кожу. — Ну что, малыш, достанется ли мне твоя девственная попка? — ехидно улыбнувшись, облизал ухо. — Заткнись, и возьми, — прогибается от прижатой ладошки Тэхёна к паху. — Ну как скажешь, малыш, — впивается в чужие губы.

* * * * *

Будущее их будет трудным, но они справятся. Трудно встречаться с айдолом, но Гуку плевать и готов с этим бороться. Будут много ссор, ругани, примирения, поцелуев, секса, свиданий, ревности. Но они будут всё равно вместе, чтобы не было, их любовь всегда с ними. Там в туалете Чонгук уже влюбился в него, также Тэхён. В том лифте, они доказали себе, что их тянет друг другу. На той крыше, они признались в чувствах и решили попробовать. И не зря. После их первая ссора — первое их примирения. А впереди их ждёт ещё многое, так и хороших, так и плохих моментов.

Чонгук влюбился не в какого-то там айдола — Ким Тэхёна, а в обычного Ким Тэхёна. Тэхён влюбился не в обычного, простого парня — Чон Чонгука, а в прекрасного Чон Чонгука.