Всего лишь...

День не задался с самого начала… Только утро, а я уже мечусь по комнате в поисках полотенца и шампуня. Опаздываю. Я жутко опаздываю, а искомый предмет просто был прикрыт пледом. Рычу. И все же кидаю его на плечо и мчусь в сторону душа. На автомате рука цепляется за ручку, а взгляд цепляется на небольшой клочок бумаги. Сууукааа! «Уважаемые студенты, воды сегодня не будет». Да вы издеваетесь! Это что ж за день такой, а? Неужели я такая «везучая»? Мне срочно нужен душ. СРОЧНО. Моментальная догадка заставляет бежать обратно в комнату и набирать знакомый номер. — Алло, — слышу голос брата, где на заднем фоне трубки кто-то что-то доказывал и пояснял. Ясно. Снова совещание. А он как всегда отвечал. Несмотря на всю занятость. Всегда. Ведь он: «должен беречь свою любимую сестренку, а вдруг что-то серьезное» — Саааш, — говорю как можно жалобнее, — Мне нужно помыться… — И? Спасибо за информацию. Мне приехать и спинку потереть. Может еще резиновых уточек прихватить? Раньше ты их жутко любила, — голос полный ехидства, что не могу сдержать и закатываю глаза. — Иди ты. Мне воду отключили. Я к тебе в гости загляну, — не спрашиваю, просто ставлю перед фактом. — А что мне за это будет? — и снова этот шутливый тон, который буквально заставляет улыбаться. С недавних пор, только он Саша и может вызвать мою улыбку. Только он. — Ладно, так уж и быть. Спеку тебе торт, — зря что ли год проучилась на кондитера? Зря конечно, просто нужно было занять себя на время, когда не смогла поступить куда хотела. Но зато могла побаловать брата, да и себя тортами. — Заметано. Ключи у тебя есть. Только это… Даш… У меня там… — Да-да. Я уже привыкла видеть твоих баб, — даже не дослушав, нажимаю отбой и, довольно пританцовывая, скидываю в сумку чистые вещи. Поглядываю на телефон. На первую пару и так опаздываю, а вот на вторую вполне могу успеть. Поездка на автобусе длилась всего каких-то пятнадцать минут и вот, я уже, позвякивая связкой ключей открываю дверь Сашиной квартиры. И зачем ему такая огромная? Только пыль собирать. Он всегда твердил мне, что для большой семьи и меня. Но я… Я просто не хотела. Жила в общаге. Это давало какое-то чувство свободы, что ли… Первые секунды встретили меня тишиной. Видимо очередная подружка братишки слиняла. Что ж… Это к лучшему. На автомате кидая сумку у порога и бегу в ванную. Теплые струйки воды капают на лицо, дальше стекая по шее, плечам, груди… Рука тянется к гелю для душа, распениваю, скользя по всему телу, имитируя объятия. ЕГО объятия. В памяти всплывают темно-зеленые глаза, мальчишеская улыбка… То, как, когда-то в этой же ванной ОН смотрел на меня со всей страстью и впивался во мои губы… Сегодня годовщина. Ровно пять лет прошло с того, момента, как он уехал. Я ненавижу эти глаза, эту улыбку. Но только при воспоминании о нем, могу забыться и вновь погрузиться в тот отрезок времени, где я была счастлива. По-настоящему счастлива… Так нельзя. Можно! Я точно чокнутая. Но рука уже сама опускается вниз, проникая меж влажных складочек, которые влажные совсем не от воды. Вспоминаю его широкие плечи, мускулистую шею, красивое лицо, хищный взгляд. Как он сейчас? Пять лет прошло. У него наверняка уже семья, дети… Пальчики проникают дальше, глубже и с губ срывается первый стон, при одном лишь воспоминании о том, как его руки проникали под мою коротенькую юбчонку. Черт! За первым стоном следует второй, третий и вот, уже я проникаю еще глубже. А в голове уже возникает картинка из прошлого. Вот он стоит передо мной. В этой же квартире, в этой же ванной. Да на этом же месте. Медленно, не прерывая зрительного контакта, опускается вниз, на колени. Уже через секунду, его нос зарывается меж ножек и я чувствую, как бусинку клитора задевает шершавый язык мужчины. О да… Блаженство. Язык скользит дальше, заставляет дрожать все тело и… — Никогда бы не подумал, что увижу тебя в такой виде, — я резко распахиваю глаза и просто не могу поверить тому, что вижу. Нет-нет-нет-нет-нет. Этого не может быть. Просто не может. Но это реально. Я смотрю на него. Как стоит опираясь о дверной косяк и разглядывает меня. Мое тело… Как тогда… На того, кого так упорно пытаюсь забыть пять лет и кого я только что представляла. Егор Меланов. Лучший друг моего брата. Мой первый мужчина. Моя первая любовь. Предатель… — Ты какого хрена тут делаешь? — дерзко поднимаю глаза на него и понимаю. Ни хера, сука такая, не получилось его забыть. Ведь едва наши взгляды перекрестились, я утонула. В этой болотной зелени. — Я тут живу, — обыденным голосом говорит Егор, делая шаг вперед. Меня тут же бросает в жар. Желание, внизу живота стягивает в тугой узел, а соски остро реагируют на присутствие этого мужчины. Тело помнит его. Как бы не пыталась забыть душа. Только сейчас замечаю, как довольная улыбка не покидает Егора. Знает, как я реагирую. Знает меня всю, как облупленную. — Не подходи. — Я только вчера приехал. Саша предложил пожить у него… — зачем? Зачем он приехал? Не хочу его видеть. Не хочу. А его жена? Где она? В соседней комнате? А ребенок? Как много вопросов, и ни одного ответа. Он надвигается. Вот уже стоит в нескольких шагах, буравит взглядом. Прошу, умоляю, уйди. Я не хочу. Больше не хочу… Но понимаю, не смогу отказать. Потому что желаю. Потому что люблю. До сих пор… Желание. Его глаза горели желанием. Диким. Необузданным. Сукааа. Хочу-хочу-хочу. Чтобы принадлежал мне. Только мне. Хотя бы на те несколько мгновений, что он будет со мной. Жизненно необходимо почувствовать его. В себе. На себе. Везде. Пропахнуть им. Сумасшедшая — Я скучал… — Врешь… — нет, он не мог скучать. Не верю. И вопреки всему отвечаю на такой сладкий и необузданный поцелуй. Крышу сносит моментально. Плевать. Плевать на все. На жену, ребенка, брата… На то, что его одежда моментально мокнет и прилипает к телу. К охренительному телу. Я лишь прижимаюсь сильнее, обнимаю за шею, зарываюсь руками в намокшие пряди волос. Как я скучала, Боже… С губ срывается первый стон, едва его пальцы касаются клитора. О да… Тяну его футболку наверх, оголяя его грудь и царапая ноготочками. Правильно, рычи… Рычи, мой милый. Гори, как я горела. Страдай, как страдала я. До крови прикусываю его губу. Чувствую солоноватый привкус соли. Блаженство… Егор с диким рыком толкается бедрами на меня, прижимает к холодному кафелю. Нетерпеливый… Всегда таким был. Как тогда. Как пять лет назад, как накинулся на меня в лифте. Не смог потерпеть до дома. Еше один стон, секундное копошение, во время которого, мужчина освобождается от джинсов. Они с громким стуком падают на дно душа. Плевать. Сейчас только он и я. Больше никого. Мне все равно. Хочу послать весь мир к чертям, лишь бы быть рядом. Он вновь терзает мои губы, поднимая меня за бедра и… — О да… — блаженный крик срывается с губ одновременно с чувством заполнения. — Моя, моя, — рычит Егор, буквально вдалбиваясь в мое тело. Ни на миг не сбавляет темп. Но это и не нужно. Мы оба знаем, что нежность сейчас не нужна. А я… Я всего лишь стону и извиваюсь. Оставляю глубокие царапины на его спине, груди, плечах. Пускай, это ебучая шлюха знает, что он мой. Возникло дикое желание пометить Егора. Взять лезвие и написать свое имя. Чтобы Кристина знала, КТО с ним был. — Еще, Егор, еще… — снова шепчу, столь любимое имя, уже чувствуя, как оргазм накрывает с головой. Толчок, толчок. Еще один. И снова… С очередным толчком, Егор кончает. Кончает прямо в меня. И кусает. Будто метит, по-звериному. — Теперь не сбежишь, — нагло улыбается и медленно опускает мои ноги вниз. Его член мягко выскальзывает из меня и Егор уходит. Снова. Ни сказав ни слова. Только нежно целует в лоб. А на глаза снова наворачиваются слезы. Стою на кухне и задумчиво смотрю в окно. Достаю с сумки пачку сигарет и подкуриваю. Первая затяжка, и облегченно вдыхаю дым ментола. Главное не забыть потом проветрить кухню… Егор. Ненавижу его. Попользовался, как шлюшкой и заперся в комнате. Уже пол часа не выходит. Мне ни капельки не стыдно. Только больно. Как всегда. А мысли медленно возвращаются в прошлое. Когда мне было шестнадцать, а ему двадцать два. Когда я впервые встретила Егора. Как влюбилась, словно дурочка. Как НАС поглотила страсть. Как я впервые ощутила, что такое предательство… «Я беременна» — эти слова Кристины, его бывшей сделали все. Егор не знает, но я тогда слышала все, о чем они говорили. Все. Меланов просто забыл нажать отбой, а отключиться самой я передумала, когда услышала писклявый голос этой шлюшки. Беременна. Это слово перечеркнули два месяца наших тайных отношений. Я просто перестала отвечать на звонки. Стала избегать. Беременна. Она ждала его ребенка. ОНА, не Я… Помню, будто это было вчера, как плакала, страдала. Как пришел Саша, сказал, что Егор уезжает. Жениться. И его слова «забудь его». Брат знал. Видел, как я влюблена в его друга. Только не знал всей правды… — Чтобы я больше этого не видел, — сигарета с моих губ падает на плитку и парень тут же тушит ее тапком. Окурок летит из окна на улицу, а во мне просыпается злость. — Не. Смей. Мне. Указывать, — четко и со всей ненавистью, на которую была способна, поднимаю на него глаза, — Ты мне никто. Я тебе никто. Съебись отсюда, дай спокойно покурить. Рука тянется за пачкой. Но пачки нет. — Ты моя. И я БУДУ указывать, курить тебе или нет, — я видела, как на лице Егора играют желваки. Внезапно, его злость улетучивается, и губы расползаются в довольной улыбке, — К тому же… Ты можешь носить моего ребенка. Следи за своим здоровьем. Только спустя несколько секунд до меня доходит смысл сказанных им слов. — Кретин. Совсем охренел. Как ты будешь это Саше объяснять? — Что-то ты не особо об этом задумывалась, когда скакала на моем члене, — мне показалось, или в его голосе пронеслось сожаление. СОЖАЛЕНИЕ, МАТЬ ЕГО! — Что-то ты не особо задумывался о беременной девушке, когда два месяца трахал меня! — зло, буквально выплевываю ем эти слова и с удовлетворением наблюдаю, как сереет его лицо. Молчит. Наше молчание затянулось на долгие десять минут. Я понимаю, ему нечего сказать. Да и смысл? Дома его ждет Кристина. Ребенок. ИХ ребенок. Девочка, мальчик, плевать. — Уезжай. Прошу. Езжай к Кристине обратно. Не порть мне жизнь снова, — шепчу еле слышно, когда тишина становится невыносимой. Хочу уйти. Собираюсь уходить, но едва делаю шаг в сторону двери, меня хватают. Банально, за кисть. До боли. До синяков. Рывок, и я уже прижата к мужской груди. Вдыхаю едкий аромат, от которого выворачивает. Но я дышу им. Хочу пахнуть им. Блаженная… — Даша… — хриплый голос вызывает табун мурашек. Носом зарывается в мои волосы, покрывает поцелуями шею. А я… Я снова чувствую мороженным. — Кристина не была беременна, — тихо говорит, — Я узнал об этом накануне свадьбы. Я бы ни за что тебя не променял на нее. Неделю не мог дозвониться. Не мог понять, почему. Почему ты меня бросила? Согласился на эту ебучую свадьбу. А ты… Какая же ты дурочка… Дашка… Я так тебя люблю… Расплакалась. Мимо воли. Ведь помнила, как однажды пришел Саша. Хотел что-то сказать про Егора. Я остановила. И письмо сожгла, даже не прочитав. Дурочка. Действительно дурочка… — И я тебя люблю… А я всего лишь пришла к брату, принять душ…