Не больно? Сакуса/Ацуму
14 декабря 2020 г., 23:51
Сакуса с детства стыдился того, что кончики его пальцев чувствительны. Он никому и никогда не рассказывал о своих руках и о том, почему так не любит прикосновения. Киёми старался не подавать виду, каждый раз с трудом удерживал себя, чтобы не зашипеть от того, как жгло пальцы, стоило парню только взять в руки картонный стаканчик любимого кофе или знойным летом, зайдя в магазин, взять в руки упаковку с фруктовым льдом, который примерзал к обёртке с внутренней стороны.
Но Ацуму, за полгода их отношений, давно заметил, что с руками Сакусы что-то не так, но на прямую не спрашивал. Мия заходил издалека, дожидался, когда парень зашипит или всхлипнет, а потом аккуратно, боясь сказать что-то не то, спрашивал, что случилось и что не так, но Сакуса отнекивался, говорил, что всё хорошо, всё нормально, и Ацуму это не нравилось от слова совсем.
— Вау, — Ацуму не может сдержать улыбки, переступив порог ванной комнаты, а Сакуса, прикрыв за ними дверь, обнимает его со спины и ведёт к наполненной ванне.
По прозрачной глади воды, смешанной с приятно пахнущими маслами, аромат которых витал в воздухе, словно маленькие корабли, плавали лепестки алых роз. На деревянной подставке, расположенной прямо поперёк ванной, стояли нарезанные фрукты, два фужера и бутылка любимого белого вина.
— Что за повод? — Ацуму смотрит на парня, который стоит напротив.
— Я не могу порадовать тебя без повода? — Сакуса целует макушку парня, позволяя Ацуму аккуратно касается пальцами его плеч, спускает ниже, и, подцепив края его свободной футболки, потянуть наверх, стаскивая её и отбрасывая в сторону.
Они раздеваются до гола и забираются в ванную. Тёплая вода приятно касается нежной кожи. Сакуса на мгновение прикрывает глаза, расслабляясь, после чего открывает их и, смотря на Ацуму, выпивает с ним по бокалу.
Этот вечер парни проводят в приятной обстановке, разговаривают о том, что произошло за день, когда Мия, внимательно слушая парня, убирает подставку и берёт его ладонь в свою. Сакуса морщит лоб, замолкает на секунду, после чего продолжает говорить о своём начальнике, который сбросил на него отчёты и улетел в отпуск. Ацуму пальцами гладит тыльную сторону ладони и двигает ближе, садится почти вплотную, своими касаниями усыпляя бдительность парня. Киёми сегодня болтливее обычного, поэтому тараторит о том, что ему ещё так много надо успеть сделать по работе, когда Мия тянет его ближе и, подняв его руку к своему лицу, оставляет поцелуй на ладони. Сакуса замирает: ни морщится, ни шипит, ни дышит. Он удивлённо смотрит на Ацуму, а тот, не услышав слов протеста, смелеет, нежно касается губами его пальцев, выцеловывает каждый, внимательно следя за реакцией парня.
А Киёми сидит и смотрит на него, думает лишь о его губах, которые касаются его пальцев и не причиняют никакой боли. Ацуму облизывает своим языком и касается губами пальцев, и Сакуса не чувствует той боли, которая каждый раз прошибала его, стоило только что-то взять; за что-то ухватиться.
— Сейчас ты не шипишь, — тихо произносит Мия, и его губы расплываются в ленивой улыбке. — Это радует, — он продолжает ласкать руки Киёми, прикусывает слегка зубами, и с губ Сакусы, вместо привычного вскрика, срывается первый низкий стон, который даёт Ацуму зелёный свет.
