Ноэль

      Дверь в нужную квартиру распахнулась едва Мари успела к ней подойти. На пороге тут же застыл знакомый силуэт блондинки Лавьян, которая весело напевала себе под нос рождественскую песню, в коридоре бодро мелькала высокая фигура Куффен, командующей ребятами изнутри, а откуда-то издалека доносился голос Альи, как всегда, слишком громко напирающей на Нино, с неуместным советом о том, что парню следовало бы перенести ноутбук подальше от ёлочных украшений.       Брюнетка замерла. Она явно не ожидала, что Сезер так безжалостно оставит её одну посреди улицы, а сама займётся разбором чужой захламленной квартиры. Что ж, наверняка у неё на это были причины, о которых она непременно сообщит подруге буквально через пару мгновений, ну а пока… — Ребята! Вы пришли все втроём! Какая радость, а то я уже хотела отправлять Луку разыскивать Маринетт! — Меня? — удивилась Дюпен-Чэн, глядя на разрумянившиеся щеки Лавьян. Кажется, блондинка была в курсе каких-то событий, в которые почему-то до сих пор не посвятили саму Маринетт. — Алья забыла дома свой телефон, а дозвониться до тебя она не смогла. Мы попросили об этом Нино, но… — Роуз, — хрипловато усмехнулся Лука. — Может быть, мы пока что войдём? Всё равно мы уже здесь и, как видишь, я даже заранее нашёл Маринетт…       Лавьян звонко рассмеялась и отошла в сторону, уступая дорогу новым гостям. Парни ловко втиснули ёлку в узенький коридор, умудрившись каким-то образом не испортить обои, которые наверняка клеил сам же Куффен со своими друзьями. Во всяком случае, Мари была в этом уверена. — Значит так! — за спиной Дюпен-Чэн раздался командирский голос Джулеки. — Всех с наступающим Рождеством, а пока: Алья и Нино на вас остаётся музыка и четыре гирлянды. Удлинитель для них в коробке с надписью «хлам». Мы с Роуз по-прежнему колдуем на кухне, ну, а вы — бросив взгляд на компанию старшего брата, усмехнулась брюнетка, — занимаетесь ёлкой. Ребята установят её у окна, а затем Маринетт украсит её понравившимися игрушками.       В общем-то, почти все остались довольны распределением, только вот бедолага Нино хотел сбежать от своей благоверной в стан недавно прибывших парней. Всё-таки как бы сильно он не любил Алью, иногда и ему нужно было отдохнуть от её взрывного характера…       Увидев на лице Лейфа обреченную полуулыбку, Маринетт рассмеялась. Да, это было некрасиво с её стороны, но как же забавно он выглядел сейчас в своём костюме упитанной черепахи, да ещё и в старых, едва ли не школьных очках. Как этот персонаж вписывался в рождественскую тематику девушка понятия не имела, но видимо, и здесь не обошлось без идей её любимой шатенки, которая уж слишком расчётливо нарядилась в лису с аккуратными пушистыми ушками. — Мари! Я так рада, что с тобой всё в порядке! Ты даже представить себе не можешь как сильно я волновалась! Нино заехал так неожиданно, что я… Совсем растерялась… — Ничего страшного, в конечном итоге я здесь. — Верно. Кстати, как тебе наши новые знакомые? — хитро стрельнув глазами в сторону эльфа и улыбчивого оленёнка, пропела Сезер. — По-моему, Лука вполне себе ничего. Как ты считаешь?       Щеки Маринетт вспыхнули, не оставив ей даже ничтожного шанса на отступление и Алья это, конечно же, не могла не заметить. Громко рассмеявшись, она легонько ударила кулачком в плечико подруги и прошептала: — Я так и знала, что тебе понравится именно он, а Джул твердила, что ты будешь без ума от Агреста. — Что?! Так значит вы специально это подстроили, да? Ещё и подруги называется…       На миг обида брюнетки взяла верх над внезапно подступившим стыдом, но заметив как что-то тёмное промелькнуло за её спиной, девушка обернулась. Всего в паре сантиметров от неё стоял до смерти напуганный Куффен и крепко сжимал в руках злополучную ёлку. Его округлившиеся, как блюдца глаза, глубокого аквамаринового оттенка, в момент отбили у Мари желание обижаться.       Всё же он был невероятно красив и это всё отчётливее вырисовывалось в сознании Маринетт. — Прости, — неразборчиво прошептал он, не отрывая взгляда от розовощекого Санты.       Кажется, в его голове сейчас происходили абсолютно разные по своему содержанию бои, которые ещё до конца не определили, то ли ему стоило сначала бросаться спасать Маринетт, вымаливая у нее прощения за свою несобранность, то ли сразу рвануть убивать Агреста, за то, что зеленоглазый засранец отвлекся и выпустил из рук это чёртово дерево.       Дюпен-Чэн ещё пару раз хлопнула своими длинными ресницами и заразительно рассмеялась. К удивлению Куффена, в её взгляде не было ни страха, ни злобы, ни прежней обиды, которая пылала в глазах девушки, когда она обернулась к нему. Только искренняя радость и необъяснимое счастье.       Лука неожиданно улыбнулся, не совсем понимая, что сейчас произошло, но всё же поспешил ещё раз извиниться перед Маринетт и исчез, стащив со своей макушки забавный колпак. — Не надо! Прекрати! Я же не специально! Ой! Лука, больно! — взвыл Агрест, так и не посмев показаться из-за ветвей рухнувшей ёлки. — О, да он тебе жизнь спас, — окинув взглядом синеволосого эльфа, усмехнулась Сезер и подтолкнула подругу в сторону парня. — Иди, они уже скоро закончат, а если через пятнадцать минут вы не украсите ёлку, Джулека сама устроит над вами кровавую расправу. Да-да, малышка, и не забудь поблагодарить своего супермена. — Он эльф… — зачем-то исправила шатенку Мари и неуверенно повернулась к ребятам.       Всё-таки Алья была права, злить Джул в такой важный для неё день было бы смертеподобно…

***

      Маринетт сидела на краю огромного дивана и с интересом рассматривала рождественские украшения. Вероятно, они хранились на полках Куффенов годами, ведь в картонных коробках можно было найти всё, что угодно, начиная от новомодных пластиковых ангелочков, до пузатых винтажных шаров, в которых забавно отражалось лицо самой Дюпен-Чэн. — Это игрушка нашей бабушки, — возникнув за спиной девушки, произнес красивый брюнет. — Она подарила её, когда мне исполнилось пять. — Серьёзно? — искренне удивилась Мари, обхватив шар своими длинными тонкими пальцами, словно он был её личной драгоценностью. — Да, — отпивая глоток горячего кофе, ответил Лука и протянул девушке ещё одну чашку. — Латте, с чем-то вроде мордочки виноватого медвежонка.       Маринетт улыбнулась, принимая из рук музыканта ароматный «подарок». Он не обманул, на воздушной пенке и правда была запечатлена мордашка симпатичного мишки. Кажется, этот парень искренне переживал по поводу произошедшего, только вот облачить свои чувства в слова у него так и не вышло. Зато свежесваренный кофе стал его невольным спасителем, о чём он догадался мгновенно, проследив за реакцией Дюпен-Чэн. — Спасибо. За кофе и за то, что спас меня от рухнувшей ёлки. И вообще, не бери в голову, ты же ни в чём не виноват. В жизни ведь всякое может случиться... — Вот уж действительно… Мне стоило быть построже с этим прохвостом. С нами же всегда так: если я не проконтролирую, то Адриан обязательно вляпается в очередную историю... А ведь я уже успел представить себе как сижу и объясняюсь с твоими родителями, где-нибудь в полупустом коридоре дежурной больницы… Такое себе занятие, знаешь ли… — Брось! — усмехнулась брюнетка, слегка толкнув его локотком в бок.       Лука дружелюбно усмехнулся и прижал девушку к себе, неосознанно чмокнув её губами в макушку. Щеки Маринетт вспыхнули, но она не оттолкнула Куффена, а наоборот, уткнулась носиком в его грудь и забавно хихикнула.       Она в принципе слабо понимала, что с ней сегодня творилось, ведь обычно она даже в мыслях не могла позволить себе прикоснуться к незнакомому парню и уж тем более, обниматься с ним буквально в первый же день. Но с Лукой всё было иначе. Она чувствовала себя так, словно провела с ним едва ли не большую часть своей жизни и ни за что бы не позволила ему вновь испариться. Во всяком случае, не сегодня и, уже тем более, не сейчас… — Ну что, идём наряжать ёлку? — смущённо предложил Куффен.       Он ведь тоже не рассчитывал на то, что так быстро сблизится с подругой своей младшей сестры. Откровенно говоря, он вообще ни на что не рассчитывал. Всю свою жизнь его считали замкнутым и молчаливым подростком, который раскрывал свою душу лишь наедине с любимой гитарой. Пусть у него было довольно много знакомых, но ни одного из них он не мог назвать своим другом. Никого, кроме Агреста, да и тот появился совершенно случайно… — Идём, — кивнула Дюпен-Чэн, вкладывая свои пальчики в ладонь смутившегося музыканта.       Спустя всего десять минут, все выбранные ребятами украшения заняли свои места, оставалось лишь немного постараться и закрепить фамильный шар Куффенов на верхушке рождественской ёлки. Только вот достать до неё Мари никак не могла и поэтому робко протянула игрушку Луке. Парень едва улыбнулся, но через мгновение, будто что-то решив для себя, мягко обхватил девушку ладонями и приподнял её вверх. — Лука! — Да? — не изменяя своей игривой манере, произнёс он. — Я думала ты… — Мне кажется, ты сделаешь это лучше, — аккуратно посадив девушку на плечо, ответил брюнет и уверенно шагнул к украшенной ели, приблизив Маринетт к потолку. — Ой, а что это? — взмахнув позади пары белоснежными крыльями, спросила Джулека.       В этот вечер она была в костюме непорочного ангела, который то и дело порхал между друзьями и исполнял их шуточные пожелания. Лука обернулся к гостям прямо так, с Мари на руках, и Дюпен-Чэн что-то неразборчиво пискнула. — Твоё? — подмигнув раскрасневшейся девушке, прошептал он. Брюнетка лишь согласно кивнула.       Как она могла забыть выложить свой подарок из кармана пальто? Натаниэль ведь подарил ей его ещё утром, а она даже не удосужились взглянуть, что было в этом пакетике. — Какой-то сертификат на рождественские принты. Смотрите, здесь написано, что обладателю сертификата можно сделать любое фото, а их компания нанесет его на ёлочные украшения. Какая интересная идея… — немного замешкавшись, закончила Джул.       Наверное, только сейчас Маринетт осознала, что сильные руки Луки стали опускать её вниз, но она инстинктивно вцепилась в его плечи, не позволив босым ногам коснуться твёрдого пола.       В её ладошках по-прежнему лежал объемный стеклянный шар, а взгляд Куффена хитро переплывал от любимой игрушки к сидящей на его руках девушке. — Прости, — пытаясь высвободить парня из своих робких объятий, извинилась Мари, но Лука не позволил ей упорхнуть и, прижав её к себе чуть ближе дозволенного, прошептал: — Как насчёт совместного фото?...